«Странствующий менестрель» Гив сумел раздобыть коня после бегства из Экбатаны. Изначально он намеревался купить его у какого-нибудь крестьянина в соседней деревне, но изменил планы, узнав, что лузитанские солдаты забрали всех овец, скот и продовольствие. После стычки с одним лузитанским солдатом, похожим на какого-то гонца, ему достался конь даром. Вдобавок он милостиво получил кошелёк и пояс, украшенный золотом - достойное вознаграждение за немалые усилия, как посчитал про себя Гив.
Последующая встреча того человека и Гива не могла быть объяснена простым совпадением. Желая избежать столкновения с лузитанскими солдатами в пути, путешественник был естественным образом ограничен как во времени, так и в выборе возможных маршрутов.
Когда их лошади поравнялись, обе стороны сохраняли дистанцию, готовые в любой момент обнажить клинки - естественная предосторожность. Ночь была безлунной, и между ними было около семи-восьми газов (7-8м), поэтому Гив поначалу ничего не заметил. Лишь когда направление ветра изменилось и ночной бриз донёс до него женский аромат, он понял, что другая сторона - женщина, переодетая мужчиной. Сидя в седле, Гив обернулся, чтобы взглянуть.
Хотя её голова была обёрнута шёлком, из-под ткани выбивалась прядь глянцево-чёрных волос, ниспадавших до самой талии. Её глаза были тёмного, ярко-зелёного цвета, напоминающего о зелени раннего лета. То, что Гив смог это разглядеть, объяснялось тем, что женщина тоже оглянулась - правда, по совершенно иной причине. Как только её взгляд встретился со взглядом Гива, она пришпорила коня и оставила его позади.
Довольно долго Гив, полуошеломлённый, наблюдал за удаляющимся силуэтом женщины в лунном свете, но наконец хлопнул себя по коленям.
«Ага, редкостная красавица. И куда моложе той лживой королевы».
Гив поспешно перебрал в уме различные варианты. Теперь у него появилась цель, к которой можно было двигаться.
«Эту красавицу точно подстерегают негодяи. Если я приду к ней на выручку, ей только и останется, что проникнуться благодарностью и восхищением. И тогда она захочет отблагодарить меня как только сможет. Думаю, так и должно получиться. Было бы здорово. Лучше бы так и получилось».
Сделав такой удобный для себя вывод, Гив пустил лошадь вслед за женщиной, держась на почтительном расстоянии.
Не прошло много времени, как подвернулся удобный случай. После падения столицы лузитанские воины вовсю буйствовали, с каждым днём наглея всё больше и собираясь в банды для разбоя и мародёрства. Хотя герцог Гискар и публиковал ордонансы о защите мирных жителей, на деле они почти не соблюдались.
Семь-восемь всадников выехали из-за кипарисов, преградив женщине путь. Они что-то кричали ей на лузитанском, фразы, судя по всему, были откровенно грубыми.
Женщина, с раздражённым видом, легонько ударила пятками по бокам коня. Конь, похоже, был прекрасно выдрессирован. Поняв намерение своей наездницы, он рванул вперёд, прежде чем лузитанские солдаты успели среагировать. В мгновение ока он опередил их на добрых тридцать газов, когда же они бросились в погоню, женщина в седле уже натянула свой лук, придав ему форму полной луны.
В следующий миг казалось, будто сам лунный свет обратился в стрелу и пронзил рыцаря.
Из пронзённого горла хлынула кровь и вырвался хриплый крик, когда рыцарь рухнул на дорогу.
Оправившись от потрясения, остальные рыцари с гневными воплями, размахивая мечами, бросились к женщине. Вернее, попытались броситься, но прежде чем они успели добраться до неё, ночь прорезал свист стрелы, сбросивший второго всадника наземь. Третья стрела настигла жертву почти одновременно.
«Нельзя позволять ей продолжать в том же духе».
Гив пришпорил коня и выехал на дорогу раньше, чем планировал. Если бы он и дальше медлил, то упустил бы шанс заслужить благодарность той женщины.
Первый же солдат, повернувший голову на стук копыт, был сражён.
Лузитанец был рассечён от левого плеча до груди одним ударом клинка Гива. Крики и кровь взметнулись высоко в сторону полумесяца, и лузитанец свалился с коня.
Возникновение ещё одного, притом серьёзного противника, внесло в ряды лузитанцев переполох. На своём языке, непонятном для Гива, они что-то быстро прокричали друг другу и, держа мечи наготове, мгновенно рассыпались в стороны.
Их попытка охватить Гива с трёх сторон разбилась о скорость его ответа. Шея первого распустилась кровавым веером, другому удар в нос откинул голову назад.
Оставшиеся двое уже не думали о таких вещах, как честь. Даже не оборачиваясь, они пришпорили коней и помчались по дороге, скрываясь в темноте. Проводив их холодной усмешкой, Гив обернулся и сам опешил. Ибо женщина тоже уже покидала место схватки, продолжая свой путь. Это совершенно не соответствовало его ожиданиям.
«Госпожа, постойте!» - крикнул он ей вслед. Но, возможно, она не расслышала или же намеренно проигнорировала его, ибо её конь не сбавил хода.
«О, красавица!» - хотя на этот раз он крикнул громче, женщина всё равно не отреагировала.
«О несравненная красавица!»
Впервые женщина остановилась. Она неторопливо оглянулась на Гива. Её изящный профиль, освещённый луной, выражал величайшее спокойствие.
«Это ко мне вы обращались?»
Даже Гив растерялся от её ответа, и в тот краткий миг, пока он пытался подобрать ответ, женщина продолжила.
«Вы можете считать меня красивой, но нет нужды называть меня несравненно прекрасной».
Любопытно, что её фактическое признание собственной привлекательности вовсе не отталкивало. Гив, так или иначе, воспрял духом, поскольку мог наконец ответить в своём привычном ключе.
«Нет, не только ваша красота, но и воинское искусство ваше поистине достойно восхищения. Имя мне - Гив, менестрель странствующий, не имеющий крова, и горжусь я вкусом своим к прекрасному, что превыше вкуса королей и вельмож. Ныне же, призвав свою изголодавшуюся музу, сложу я стих во славу вашей грации».
Женщина не ответила.
«Твой стан изящен, словно кипарис,
а волосы черней ночного неба,
глаза сверкают, словно грани изумруда,
и губы пленительны как будто это розы лепестки,
в росе весеннюю травы».*
«Для барда, вы не отличаетесь оригинальностью, не так ли?».
Она ответила с ледяной невозмутимостью, а Гив растерянно почесал затылок.
«Пусть я пока не мастер стиха, но моя любовь к красоте и справедливости не слабее, чем у поэтов старины! И именно она заставила меня броситься вам на помощь».
«Хотя признаюсь, это было весьма кстати, но разве вы не дожидались подходящего момента?»
«Как несправедливо с вашей стороны подозревать меня в сем. Моя покровительница, богиня Аши, простерла свою защиту над вами и мной и ниспослала заслуженную кару на тех нечестивых лузитанских варваров. Не должны ли мы восславить сие божественное правосудие?»
На её губах дрогнула горькая усмешка. Гив, однако, не смутился и спросил имя, на что получил немедленный ответ.
«Меня зовут Фарангис. Я состояла на службе в храме Митры в Хузестане. Верховная Жрица направила меня посланницей в столицу Экбатану».
«О? Митра! После Аши почтенный Митра - тот, кому я воздаю наибольшее почтение. С вами, госпожа Фарангис, меня определённо связывает уникальные узы судьбы, в этом нет сомнений».
Легкомысленные слова Гива были полностью проигнорированы прекрасной жрицей.
«Однако я слышала, что столица уже пала. Не желая возвращаться с неудачей, я думала, что мне следует хотя бы найти место для ночлега, как появились те лузитанские псы».
«Могу я спросить, какое у вас дело в столице?»
«Чтобы найти наследного принца, Его Высочество Арслана. И позвольте задать вам один вопрос: не известно ли уважаемому менестрелю, где находится Его Королевское Высочество?»
«Нет, я не знаю... Однако, если госпожа Фарангис намерена искать, я могу предложить вам свою помощь, ежели пожелаете. Но, к слову, с какой стати вы ищете Его Высочество Арслана?»
«По случаю рождения Его Высочества Арслана в наш храм было сделано пожертвование под его почтенным именем. По этой причине, ежели Его Высочество когда-либо окажется в нужде, из числа служащих храма должен быть послан тот, кто посвятил себя воинским искусствам, дабы помочь ему. Так гласит завещание почившей прошлой весной Верховной Жрицы».
Движение её головы вызвало лёгкое колыхание чёрных волос.
«Те, кто оставляют такие завещания, никогда не задумываются о хлопотах, которые они доставляют оставшимся. И вот, из числа тех, кто соответствовал требованиям, выбрали именно меня, впрочем, не только потому, что моё боевое искусство было среди них наилучшим».
«Что вы имеете в виду?»
«Талантливая женщина, которая, подобно мне, наделена красотой и искусна как в науках, так и в воинском деле, вызовет зависть у своих сверстниц».
«Кажется, я понимаю.»
«Под предлогом исполнения воли усопшей они изгнали меня из храма. Интересно, понятно ли вам это, господин менестрель».
Хотя он и не сомневался в словах Фарангис, у Гива оставалось много места для полёта фантазии. Возможно, какой-то сластолюбивый жрец сделал ей предложение и получил суровый... кхм, отказ, сделав её пребывание в храме неудобным. Как бы ни было искусно её воинское мастерство, отправлять одну женщину на такое задание было попросту слишком опасно.
«Тем более, госпожа Фарангис, стоит просто отбросить обязанность, которую вы так неохотно выполняете, не находите?»
«Нет, что бы там ни было, я не одобряю пути лузитанцев. Пусть я и последовательница Митры, но я не чувствую нужды навязывать свою веру тем, кто её ненавидит. Если их собираются изгнать из Парса, я хотела бы присоединиться».
Гив энергично кивнул.
«Совершенно верно, госпожа Фарангис. Я полностью с вами согласен».
«Вы ведь просто говорите, что я хочу услышать?»
Несмотря на едкую горечь в голосе прекрасной темноволосой воительницы, Гив ответил без тени раздражения.
«Нет, это не просто слова. Мне тоже претит то, как лузитанцы навязывают своего бога другим. Это всё равно что утверждать, будто красивыми могут быть только женщины с золотыми волосами, голубыми глазами и кожей белой, как снег, отказывая в красоте всем остальным. То, что кто-то считает прекрасным или дорогим, - личное дело каждого, и это не должно навязываться силой».
Гив оборвал свой пылкий монолог. Это произошло потому, что он заметил, как Фарангис закрыла глаза и поднесла к губам тоненькую хрустальную флейту. Хотя он не слышал абсолютно ничего, Гив заворожённо смотрел на её лицо, озарённое светом полумесяца, белое, словно серицкий фарфор. Затем Фарангис открыла глаза, убрала флейту от губ и посмотрела на Гива, будто заново его оценивая.
«Вот как? Что ж, ладно».
Её слова прозвучали как ответ голосу, что слышала лишь она одна.
«Джинн говорит, что хотя бы ваша ненависть к лузитанцам не является ложью».
«Я не понимаю, о чём вы».
«Возможно, это так».
В голосе Фарангис не было ни капли вежливости.
«Младенец слышит голоса людей, но не постигает смысла их слов. Так же и вы: слышите шум ветра, но даже не можете надеяться понять шёпот джиннов, что он несёт».
«То есть, по-вашему, я ребёнок?»
«Вы не поняли, видимо, мой пример был неудачным. Младенцы не бывают такими коварными».
Белоснежные пальцы Фарангис сжимали тонкую хрустальную флейту. Вероятно, это был инструмент, чтобы взывать к духам.
«Во всяком случае, похоже, вы признали мою искренность. Что скажете, госпожа Фарангис? Обычно встреча двух людей связана нитью судьбы. Лично я хотел бы путешествовать с вами, но...»
«Поступайте, как хотите. При условии, однако, что вы, подобно мне, принесёте клятву верности Его Высочеству Арслану».
«Моей верности немного не хватает для этого, зато для вас, госпожа Фарангис, у меня её с избытком».
«Мне не нужна ваша верность»
«Как-то это холодно с вашей стороны. Разве мы с госпожой Фарангис теперь не связаны?»
«Связаны?!»
Фарангис резко замолчала. Гив последовал её примеру, насторожившись. Это был звук коней откуда-то издалека, из-за тополиной рощи у дороги. И вот, на ночной тракт, стремительно надвигаясь со стороны столицы, выплеснулись очертания большого конного войска, чьи ряды растянулись настолько, что закрыли собой весь горизонт.
«Это войска марзбана Карана».
Кроме его войск, никакие другие парсийские отряды не стали бы выставлять лузитанский флаг во главе своего строя.
Прекрасная жрица бросила дерзкую реплику, провожая взглядом грохочущие копыта и клубы пыли, таявшие вдали при лунном свете.
«Возможно, кто-то среди них знает, где находится Его Высочество Арслан. Уже ради одного этого я должна пойти и проверить».
*судя по всему тут должно быть хайку, но анлейт не смог нормально адаптировать, так что дайте обратную реакцию - нормально ли получилось у меня?
http://tl.rulate.ru/book/123795/5516225
Готово:
