Готовый перевод That year the flowers bloomed 1981. / В тот год расцвели цветы 1981.: Глава 1436. Эпоха гонки на дно

Глава 1436. Эпоха гонки на дно

— Эх, эти офисные правила до добра не доводят!

После ухода Ма Чжаосяня в главном здании Группы «Цзиннань» воцарилась тишина.

Ли Е стоял у окна и собственными глазами видел, как несколько коллег, только что «доблестно трудившихся на своих постах», поспешили домой на ужин вслед за Ма Чжаосянем. Он невольно вспомнил о своей прошлой жизни, о днях, когда он был простым наёмным работником в одной крупной компании.

Стоило первому лицу компании задержаться на работе, как несколько начальников отделов и руководителей среднего звена с большим энтузиазмом начинали «бесплатно перерабатывать».

А когда перерабатывали начальники, их подчинённый рабочий скот оказывался перед мучительным выбором, особенно если среди них находилась парочка коллег с обострённым «карьеризмом».

— Все сидят, а ты почему уходишь ровно по звонку?

— Ты уже уходишь? Что руководство подумает о нашем отделе? Другие отделы ещё работают, ты что, хочешь стать той самой ложкой дёгтя, которая испортит всю бочку мёда?

Поначалу Ли Е был тем самым представителем рабочего скота, которого все отчитывали. Он даже думал, что поступает неправильно и мешает коллективу получить звание «передового отдела».

Лишь спустя несколько лет до него окончательно дошло.

Да катитесь вы все к чёрту! Вы остаётесь, чтобы лишний раз мелькнуть перед начальством, примелькаться и, возможно, получить повышение. А что получу я, самый низший винтик в этой системе?

Великую честь послужить для вас ступенькой к успеху?

Так что от подобных правил переработок, навязанных под давлением, в конечном итоге выигрывают лишь те немногие, у кого есть реальный «шанс на повышение». Остальные — всего лишь несчастный фон.

Как, например, те несколько человек, которые ушли последними на глазах у Ли Е. Возможно, в следующем списке на повышение можно будет увидеть их имена. Вот тогда-то эффект «примелькавшегося лица» и проявит себя.

Конечно, это не давало стопроцентной гарантии, но перед лицом жгучего желания «продвинуться по службе» их личное время ничего не стоило, а личное время их подчинённых — и того меньше.

Те же, у кого не было ни единого шанса попасть в этот список, становились жертвами этих порочных правил. Им оставалось либо подражать остальным, либо полностью забить на всё, либо молча сгорать от внутреннего конфликта.

Но как всё это выглядело в глазах самого Ли Е?

Люди на его и Ма Чжаосяня должностях должны были выбирать подходящих подчинённых, чтобы давать им различные поощрения и возможности для карьерного роста.

И если невозможно было точно определить, кто сильнее и чья роль важнее, кому следовало отдать награду и шанс: тому, кто выглядел «очень усердным», или тому, кто откровенно забил на всё?

Стоило ошибиться — и в глазах некоторых ты тут же становился начальником-идиотом.

Но Группа «Цзиннань» — это не первый цех. Здесь ещё не сформировался механизм и атмосфера уважения к реальным заслугам. В такой среде каждый считал, что именно он достоин повышения.

Поэтому Ли Е не мог угодить всем. Более того, любая попытка что-то сделать неизбежно настраивала против него часть коллектива.

— Эх, похоже, роль злодея снова достанется мне!

Ли Е взял телефон и, сверяясь с составленным перед праздниками графиком дежурств на Новый год, начал обзванивать посты.

Сейчас он дежурил от имени штаб-квартиры Группы «Цзиннань», поэтому проверял не только «Цинци» и первый цех, но и «Чжучэнский автомобильный завод», Восьмой механический завод, а также дежурных на «Юго-западном заводе тяжёлых автомобилей».

— Алло, дежурный офис Группы «Цзиннань» на связи. Это филиал в Чжучэне? Мне нужен Ван Цзиньюй.

— Директор Ли, это Ван Цзиньюй… У нас всё в порядке. Я сформировал патрульную команду на праздники, на дежурстве и в патруле не менее двадцати человек…

…

— Алло, компания «Новая звезда»? Это Ли Е, мне нужен Кун Цзюэмин.

— Здравствуйте, директор Ли! Сегодня и завтра я дежурю на заводе… В этом году дела на заводе идут отлично, гораздо лучше, чем в прошлые годы. И все понимают, что это ваша заслуга…

…

В графике дежурств были указаны имена ответственных. Ли Е звонил, и если находил нужного человека на месте, то давал несколько указаний по пожарной безопасности и защите от краж, просил оставаться на связи, и на этом всё. В канун Нового года он не собирался придираться по мелочам.

Но когда он позвонил на «Юго-западный завод тяжёлых автомобилей», его ждал сюрприз.

Ли Е долго набирал номер, и только с четвёртого раза кто-то ответил.

Как только соединение установилось, Ли Е услышал на том конце провода шум и выкрики: «Восемь бамбуков!», «шесть символов!».

Да, игра в маджонг во время новогодних праздников — это своего рода традиция на юго-западе.

— Алло, — спокойно произнёс Ли Е. — Это дежурный офис Группы. Мне нужен Тао Шанпин.

На том конце явно замешкались, а затем крикнули кому-то:

— Директор Тао, тебя к телефону!

— Меня? Кто меня? Семь символов!

— Говорят, из дежурного офиса Группы.

— Дежурный офис? Так мы и есть дежурный офис Группы! Какой-то сукин сын решил пошутить? Четыре точки!

…

После нескольких секунд молчания Ли Е услышал в трубке вопрос:

— Ты кто такой? Решил побаловаться?

— Я Ли Е, — холодно ответил он. — Как думаешь, я балуюсь?

— Ли Е?

Человек на том конце снова замер, а затем повесил трубку.

Ли Е посмотрел на телефон и усмехнулся.

«Неужели моё имя теперь так пугает?»

Ли Е снова набрал номер. И снова, только после трёх или четырёх попыток, ему удалось дозвониться.

— Алло, это дежурный офис Группы «Цзиннань»…

— А-а-а, знаю, знаю, что ты Ли Е! — перебили его. — Связь плохая была, оборвалось. Зачем звонишь?

…

Ли Е на мгновение растерялся, не зная, что ответить.

Человек у телефона явно сменился. Голос, тон, манера — всё было другим, в них сквозили дерзость и нетерпение.

— Я звоню, чтобы найти Тао Шанпина, — ледяным тоном произнёс Ли Е. — Пусть он доложит Группе о текущей ситуации на вашем предприятии.

— Я и есть Тао Шанпин, — с напускной бравадой ответил собеседник. — И о чём же заместитель генерального директора Ли хочет, чтобы я ему доложил? О том, что после слияния с вами у нас зарплаты не выросли, а премии вообще исчезли? Заместитель генерального директора Ли хочет это услышать?

Ли Е рассмеялся от злости:

— Премии у тебя исчезли, а деньги на маджонг остались?

— Кто играет в маджонг? — повысил голос Тао Шанпин. — Заместитель генерального директора Ли, вы опять хотите несправедливо обвинить людей? Может, приедете прямо сейчас и посмотрите, играем мы в маджонг или нет?

…

Какая самоуверенность. Абсолютная самоуверенность.

От Пекина до юго-запада лететь на самолёте полдня. Даже если бы Ли Е помчался туда, он бы не застал их с поличным.

У Ли Е пропало всякое желание с ним препираться.

— Не нужно, — отрезал он. — Просто напоминаю, в праздничные дни следите за пожарной безопасностью, защитой от краж и общей безопасностью. Если что-то случится, вся ответственность ляжет на тебя.

— Об этом заместителю генерального директора Ли беспокоиться не стоит. За все десятилетия до слияния с вами на «Юго-западном заводе тяжёлых автомобилей» не было ни одного происшествия. А вот несколько дней назад полиция забрала нескольких наших братьев…

Тао Шанпин ещё долго что-то возмущённо бормотал, его слова были полны обиды. Очевидно, последствия недавнего инцидента с поножовщиной были ещё далеки от завершения.

— Это вам просто везло. Вы ещё не сталкивались со мной.

Бросив эту холодную фразу, Ли Е повесил трубку.

Затем он взял красную ручку и напротив имени Тао Шанпина в графике дежурств поставил большой жирный крест.

Не трогай усердных, не трогай ленивых, а бей тех, кто не видит берегов. Пока Ли Е остаётся в руководстве Группы «Цзиннань», этому Тао Шанпину в своей жизни больше не светит никакого продвижения.

Поднять человека непросто, а вот утопить — проще простого. Тебя поставили дежурить в Новый год, а ты играешь в маджонг? И ещё предлагаешь мне прилететь и посмотреть?

Какой же ты умник!

Поставив крест, Ли Е вдруг вспомнил нескольких «неудачников» из своей прошлой жизни. В чём же была их ошибка?

По идее, у них могли быть разные причины. Но в глазах руководства ценность сотрудника определяется ответом на вопрос: «Что ты можешь мне дать?»

Если ты приносишь крупные сделки — ты король продаж. Если поддерживаешь работу бизнеса — ты опора компании. Но если ты приносишь мне «негативные эмоции» и портишь мне настроение…

Ли Е не стал продолжать эту мысль, а снова взялся за график дежурств и продолжил обзвон.

У «Юго-западного завода тяжёлых автомобилей», в отличие от «Цинци», было больше филиалов и дочерних предприятий. Только ответственных за дежурство в праздники насчитывалось восемь человек.

Однако из этих восьми на звонок ответили только Тао Шанпин и ещё один человек по имени Шань Шэнвэнь.

В отличие от Тао Шанпина, Шань Шэнвэнь был очень спокоен. Он чётко и по делу доложил Ли Е обстановку. По крайней мере, внешне он соответствовал стандарту добросовестного работника.

Напротив имени Шань Шэнвэня Ли Е поставил галочку.

Кроме этих двоих, на остальных дежурных постах никто не брал трубку. Кто знает, играли ли они в маджонг или упивались вином.

Ли Е сделал пометки в графике дежурств. После праздников придётся сводить счёты.

— Хех, вот уж действительно, эпоха гонки на дно!

http://tl.rulate.ru/book/123784/8149040