Готовый перевод That year the flowers bloomed 1981. / В тот год расцвели цветы 1981.: Глава 1417. Сам ест мясо, а другим и бульона не даёт

Глава 1417. Сам ест мясо, а другим и бульона не даёт

В 1993 году китайский Новый год выпал на январь, немного раньше обычного. Не успели отпраздновать обычный Новый год, как в мгновение ока наступил Сяонянь.

В прошлые годы в это время Ли Е уже был по уши в делах. Предстояли визиты во множество смежных организаций, и они с Лу Чжичжаном разделялись, чтобы за несколько дней успеть объехать и поздравить всех «нужных людей».

Но в этом году Ли Е был на удивление свободен.

Теперь он был «руководителем группы», и все визиты можно было организовать парой слов, не утруждая себя поездками.

Ли Е позвонил Лу Чжичжану:

— Старина Лу, в этом году с визитами нужна моя помощь?

Лу Чжичжан весело рассмеялся в трубку:

— Помочь-то ты можешь, только боюсь, что больше одного визита в день у тебя не получится. Куда бы ты ни приехал, тебя обязательно напоят допьяна, иначе просто не отпустят.

— Что ж, тогда ладно, — тут же ответил Ли Е. — Придётся тебе одному потрудиться.

— Да какие это трудности? Не волнуйся, я обязательно передам им самые тёплые пожелания от заместителя генерального директора Ли.

…

Лу Чжичжан объедет все дружественные предприятия в окрестностях первого цеха и при каждом визите непременно добавит: «Это вам от чистого сердца от заместителя генерального директора Ли».

А визиты к начальству более высокого ранга за Ли Е организует Чжоу Цзыцин. В конце концов, с его нынешним статусом, если он лично приедет на какое-то предприятие, там обязательно устроят пышный приём. Зачем доставлять людям лишние хлопоты?

В любом случае, Ли Е терпеть не мог всю эту суету с приёмами и проводами, поэтому был только рад своему спокойствию.

Ранним утром в день Сяоняня Ли Е спросил Чжоу Цзыцин:

— Сестра Чжоу, остались ещё предприятия, которые нужно посетить?

— Есть несколько, — мягко ответила Чжоу Цзыцин. — Я составила список, посмотрите, подходит ли он.

Ли Е махнул рукой:

— Ой, да я тебе полностью доверяю. Если понадоблюсь, зови.

Чжоу Цзыцин кивнула и сказала:

— Вообще-то, есть одно дело, где нужно ваше решение. Директор Ван с городского предприятия, директор Хань из «Новой звезды» и директор Ли с «Миюньского кузнечного завода» вчера приезжали с визитом. Вас не было, и я попросила их оставить подарки в кабинете. А сегодня многие заходят в гости, и Сяхоу Сяоин говорит, что у них глаза от зависти покраснели.

Сяхоу Сяоин — это сестра того самого раненого Сяхоу Сяосюя. Хотя её перевели сюда всего несколько дней назад, девушка говорила резко, прямо и безжалостно.

Ли Е нахмурился:

— Почему они приехали с визитом сюда? Скажи им, чтобы впредь всё отвозили на первый цех. А то другие увидят и подумают, что это мне лично подарки несут, решат, что я взяточник!

Чжоу Цзыцин улыбнулась:

— Хорошо, я сейчас же распоряжусь, чтобы всё отвезли на первый цех.

На самом деле, и Ли Е, и Чжоу Цзыцин понимали, что эти директора привезли два комплекта подарков: один для первого цеха, а второй, отдельный, для Ли Е. Но Ли Е видел в этом не отдельный «знак почтения», а скорее проблему.

Ведь в группу «Цзиннань» до сих пор почти никто не приезжал с визитами и подарками, а тут он, Ли Е, демонстративно получает целую гору подношений. Разве это не вызовет ещё большую зависть у некоторых?

Времена были не те, что позже. Благодаря связям с Ли Е дела у этих директоров пошли в гору, их предприятия процветали и были при деньгах. Новогодние подарки от них наверняка были очень щедрыми. По сравнению с «предводителем нищих» вроде Шан Биня разница была колоссальной.

Не успела Чжоу Цзыцин отдать распоряжение, как в дверь ввалилась Цун Цзиньхун. С порога она громко и наигранно затараторила:

— Заместитель генерального директора Ли, я слышала, вы вчера получили много интересных вещиц! Что же вы их с самого утра пораньше домой тащите?

— Не домой, а на первый цех, — ровным тоном ответил Ли Е. — Это подарки для первого цеха. Они не для меня лично, а для всего коллектива. Просто раньше эти связи были моими, вот и привезли сюда.

Цун Цзиньхун изобразила преувеличенное удивление:

— А? Не вам лично? Вот так конфуз!

Ли Е искоса взглянул на неё и с усмешкой спросил:

— Конфуз? Какой ещё конфуз? Думаете, я взяточник?

— Нет-нет, что вы, не поймите меня неправильно! — заспешила с объяснениями Цун Цзиньхун. — Дело вот в чём. Мы ведь получили участок земли в Саньлихэ? И с этим нам очень помог господин Ван. Скоро Новый год, нужно же нанести визит вежливости, верно? Но я не знала, как лучше это сделать, и пошла за советом к секретарю Шану. А секретарь Шан сказал, чтобы мы ориентировались на стандарт подарков, которые вы, заместитель генерального директора Ли, получили вчера. Вот поэтому…

— Какой господин? Ван Бинсянь? То есть, вы хотите сказать, что мы должны его навестить?

— Конечно! Без его помощи мы бы не получили этот участок так гладко. А ведь это лучшее место!

— Ц-ц-ц… и какой же стандарт вы установили, сестра Цун?

— Ну, как минимум вот столько, — Цун Цзиньхун показала раскрытую ладонь — «пять».

— Ц-ц-ц… Сестра Цун, и с чего вы взяли, что мои подарки стоят пятьдесят тысяч?

— Разве меньше? Я слышала, они говорили, что там на все семьдесят-восемьдесят тысяч!

— О, так это же прекрасно! Пусть тот человек прямо сейчас купит всё это за семьдесят-восемьдесят тысяч.

Ли Е с улыбкой сел и с улыбкой посмотрел на Цун Цзиньхун, но в душе холодно усмехался.

Ван Бинсянь действительно участвовал в процессе получения земли в Саньлихэ для офисного здания группы «Цзиннань», но он не занимал никакой государственной должности. Тем не менее Цун Цзиньхун утверждала, что без него было не обойтись. Несколько дней назад, когда Ли Е ездил с ней оформлять документы на землю, он с ним встречался.

Ли Е понял, что это был обычный «цянькэ»  — посредник.

Но во время той встречи Ли Е отчётливо почувствовал, что Ван Бинсянь чем-то недоволен группой «Цзиннань». Однако, похоже, у него были какие-то личные связи с Шан Бинем, поэтому он не стал ничего предпринимать.

А чем может быть недоволен посредник… хе-хе.

Ранее Цун Цзиньхун неоднократно требовала, чтобы заём в тридцать миллионов юаней находился под прямым контролем группы «Цзиннань». Но Ли Е стоял намертво: деньги должны быть под надзором банка «Чжунсинь» и использоваться строго по целевому назначению. Каждая копейка должна быть потрачена прозрачно.

Потому что в конечном счёте этот долг, скорее всего, придётся возвращать Ли Е. Это были его деньги.

Поэтому, есть ли там какие-то махинации, Ли Е не волновало. Главное, чтобы его деньги не разворовали.

Так что сейчас Цун Цзиньхун, предлагая сделать «щедрый» подарок, определённо хотела наладить отношения. Вот только финансовый отдел был укомплектован людьми из компании «Цинци», и все расходы по проекту офисного здания требовали подписи Ли Е как «заместителя руководителя группы». Иначе она бы не пришла к нему с этими пустыми разговорами.

Но в 1993 году сумма в пятьдесят тысяч была запредельной не то что для подарка одному человеку, но даже для целой организации.

Ли Е хоть и получил немало подарков, но это было от трёх предприятий вместе, и их общая стоимость и близко не дотягивала до пятидесяти тысяч! Цун Цзиньхун просто занималась очковтирательством, используя Ли Е как прикрытие.

— Заместитель генерального директора Ли, но мы же в долгу перед этим человеком. Не можем же мы под Новый год не навестить его?

— Разумеется, не можем, — великодушно согласился Ли Е. — Давайте сделаем так. Я договорюсь с первым цехом, мы оставим у себя половину этих подарков, а вторую половину, так сказать, позаимствуем, чтобы преподнести Будде, и отправим их в Управление по переселению.

Цун Цзиньхун нахмурилась и с холодной улыбкой сказала:

— Но я уже получила разрешение от секретаря Шаня и даже подготовила план закупок с учётом предпочтений принимающей стороны. Жду только вашей подписи, а вы…

— Наша группа только что создана, каждую копейку нужно делить надвое, — взмахом руки прервал её Ли Е. — Зачем покупать что-то, если есть готовые подарки? У меня как раз сегодня есть время, чем раньше отправим, тем быстрее с этим покончим.

Ли Е встал и приказал своим подчинённым разделить подарки и грузить их в машину, чем до смерти разозлил Цун Цзиньхун.

Она-то думала, что должность ответственного за строительство офиса — тёплое местечко. А в итоге, после всех мытарств, она не могла решить даже такой пустяковый вопрос, как отправка подарка.

Ты, Ли Е, сам получил целую гору подарков, и ладно бы не делился, но ты и нам не даёшь найти свои пути?

«Сам ешь мясо, а другим даже бульона отхлебнуть не даёшь?»

Но мысли Ли Е были куда сложнее.

Подарки — это целая наука. Если он подпишет распоряжение на пятьдесят тысяч, то станет «соучастником» Цун Цзиньхун, и в случае проблем его тоже привлекут к ответственности.

А если использовать чужие подарки, чтобы сделать свой, то на него самого в итоге ничего не повесят.

Пояснения:

Сяонянь — «Малый Новый год», традиционный китайский праздник, отмечаемый за неделю до китайского Нового года (Праздника Весны). Считается днём начала новогодних празднеств.

Хунъяньбин — дословно «болезнь красных глаз». Это распространённое в Китае сленговое выражение, означающее сильную зависть или ревность.

Цянькэ — посредник, брокер, лоббист. В данном контексте это человек, который использует свои связи (гуаньси) в правительственных кругах для решения вопросов за вознаграждение, часто действуя в «серой» правовой зоне.

http://tl.rulate.ru/book/123784/8042510