Готовый перевод That year the flowers bloomed 1981. / В тот год расцвели цветы 1981.: Глава 1082. Я сегодня даже рта не открою

Том 1.Глава 1082. Я сегодня даже рта не открою

Ли Е вернулся в Пекин тринадцатого мая. Четырнадцатого провёл дома с женой и детьми, а пятнадцатого, наконец, нехотя отправился на работу.

В этот день в министерстве должно было состояться согласительное совещание, поэтому Ли Е поехал не на первый завод, а сразу на главный. У входа в офис он столкнулся с начальником отдела продаж Пак.

— Ли Е, почему ты только сегодня вернулся? Люди с Фэньтяньского автозавода все эти дни чуть ли не до драки спорили с директором Лу, требуют, чтобы ваш первый завод поднял цены.

— А вы что, не помогли Лао Лу поспорить с ними? Мы же одна семья, как-то нехорошо позволять чужакам важничать на нашей территории.

— … Ну… это… главным образом, секретарь Ню тоже считает, что мы продаём микроавтобусы слишком дёшево. Иначе мы бы, конечно, поддержали тебя и директора Лу, но сейчас…

Ли Е, взглянув на вдруг начавшего заикаться начальника Пака, потерял всякий интерес к разговору.

«Если хочешь подлизаться, — подумал он, — нужно предлагать что-то существенное. А ты во время спора с Лу Чжичжаном не помогаешь, а как только я вернулся, сразу же «донеси мне» пару ничего не значащих фраз. Думаешь, это укрепит наши отношения?»

Ли Е приехал немного раньше. Люди из министерства и Фэньтяня ещё не прибыли, но все представители «Цинци», которые должны были участвовать в совещании, уже были на месте.

Пока все ждали, Ню Хунчжан дал Ли Е наставление:

— Директор Ли, министерство придаёт большое значение этому совещанию. Пожалуйста, не будь слишком нетерпеливым и импульсивным. Принимай критику руководства со смирением.

Ли Е закатил глаза:

— А за что меня критиковать? Я что, где-то ошибся?

Ню Хунчжан строго произнёс:

— Из-за твоей серьёзной ошибки в ценообразовании Фэньтяньский автозавод понёс большие убытки от выпуска новой модели. Если ситуацию не исправить, завод с тысячами сотрудников может обанкротиться.

— А что такое «подчинение общим интересам»? — возразил Ли Е. — Эти общие интересы нам выгодны? Меня должно волновать, выживут они или нет? Или это тебя должно волновать? Когда «Цинци» не могла выплатить зарплату, они о нас переживали?

— … — в глазах Ню Хунчжана сверкнули гневные искры. — Какие «они» и «мы»? Мы все — государственные предприятия, должны поддерживать друг друга. Руководство министерства видит дальше тебя, ты должен подчиняться общей стратегии.

Ли Е уже хотел было ответить Ню Хунчжану, но вдруг почувствовал что-то неладное. Ню Хунчжан знал его характер, и всё же затеял спор при всех. Неужели только для того, чтобы почесать язык? Нет, тут что-то не так.

Ли Е уловил едва заметные изменения в выражении лица и взгляде Ню Хунчжана и понял, что тот действует намеренно.

Что произойдёт, если он продолжит спорить? Ли Е задумался, но так и не успел найти ответ — Лу Чжичжан потянул его за рукав.

Они отошли в сторону, и Лу Чжичжан сказал:

— Старик Ню нарочно провоцирует тебя, чтобы ты на совещании выступил против «общих интересов». Если ты пойдёшь против министерства — попадёшься в его ловушку.

— С чего он взял, что я пойду против министерства? — усмехнулся Ли Е.

Лу Чжичжан посмотрел на него и вздохнул:

— Не только он. Я… тоже боюсь, что ты будешь спорить с людьми из министерства. Ню Хунчжан несколько дней назад уже спорил со мной и генеральным директором Ма. Он считает, что ты установил совершенно неправильные цены на нашу новую продукцию. Но мы с генеральным директором Ма тебя поддерживаем. Поэтому на совещании он, скорее всего, лицемерно заявит, что и мы тоже виноваты. Но признаешь ли «ты» свою вину? Конечно, будешь стоять на своём! Ты думаешь, что защищаешь интересы нашего предприятия, но на самом деле легко можешь вызвать недовольство наверху.

Ли Е замер, а потом произнёс:

— Ты хочешь сказать, что старик Ню хочет чужими руками жар загребать?

— Да, именно, — тихо ответил Лу Чжичжан. — Ню Хунчжан пробился наверх с самых низов, он не сдаётся до последнего. Даже понимая, что с тобой сложно справиться, он всё равно будет искать способы с тобой бороться. Он, кажется, понял, что для того, чтобы получить контроль над предприятием… нужно убрать тебя.

— …

Лу Чжичжан впервые говорил с Ли Е так откровенно. Конечно, сейчас Ли Е был всего лишь руководителем небольшого отдела, еле-еле попадал на совещания среднего звена «Цинци». В глазах посторонних он был практически незаметен.

Вероятно, Ню Хунчжан тоже так думал, когда только пришёл в «Цинци».

Но очень скоро он обнаружил, что «Цинци» фактически разделена на две части. Главный завод погряз в проблемах, одни только проценты по кредитам съедали большую часть прибыли. Добиться здесь каких-либо успехов было невероятно сложно.

А вот первый завод процветал: молодые сотрудники, небольшая нагрузка на предприятие, высокая производительность и, самое главное, здоровый денежный поток, который вызывал зависть.

Можно сказать, что, получив контроль над финансами первого завода, можно было бы мгновенно оживить главный. Тогда можно было бы стать героем, вывести предприятие из кризиса, добиться впечатляющих результатов и завоевать признание руководства.

Но проблема в том, что финансами первого завода управлял Ли Е. Иностранные инвесторы, банки, поставщики комплектующих — все слушались только его. Если Ли Е не захочет сотрудничать, он в любой момент может парализовать работу.

Почему и бывший директор, и нынешний Ню Хунчжан так упорно боролись с Ли Е? Они боролись за власть, хотели поставить на его место послушного человека и взять всё в свои руки.

В будущем подобное поведение — перерезать главную артерию — считалось бы идиотским. Но в условиях, когда «ты хорош, потому что мы так сказали», Ню Хунчжан был одержим этой идеей.

Ли Е тихо вздохнул:

— А он не думал, что, если бы не боролся со мной, а, как директор Ма, максимально сотрудничал и поддерживал нас, то главный завод тоже постепенно пошёл бы на поправку?

Лу Чжичжан медленно покачал головой:

— Если бы старик Ню был таким, как ты говоришь, он бы не добрался до своего нынешнего положения. Если бы он хоть раз не воспользовался шансом, не стал бы бороться, то не смог бы в пятьдесят лет достичь такого уровня… Честно говоря, если бы я не встретил тебя, я бы тоже, как старик Ню, цеплялся за любую возможность. Не смог бы добиться своего честно — пошёл бы напролом.

— …

Откровенность Лу Чжичжана помогла Ли Е понять мотивы Ню Хунчжана. Мир власти очень похож на мир шоу-бизнеса. Пробиться наверх невероятно трудно, а вот уйти, отказаться от участия в этой жестокой игре — проще простого.

Неважно, сколько лет ты провёл в этой сфере. Стоит лишь сделать шаг назад, всего один шаг, и ты окажешься вдали от тьмы, под лучами яркого солнца.

Взять, к примеру, Корейский полуостров. Там артисты то и дело кончают жизнь самоубийством: вешаются, травятся, угорают, топят себя… И оставляют предсмертные записки, полные крови и слёз, рассказывая, как ужасен мир шоу-бизнеса, как их эксплуатируют, как они вынуждены оказывать услуги и всё равно остаются никем… Просто бесчеловечная, дьявольская индустрия.

Но почему, как только агентства объявляют набор стажёров, толпы юношей и девушек со всего мира устремляются на прослушивания, сами оплачивая дорогу? Китайцы, японцы, белые, чёрные… Почему? Они что, неграмотные? Не читают новости? Или у них есть какое-то особое пристрастие к страданиям?

Нет. Все дороги ведут в Рим, но для обычного человека доступны лишь немногие. И ступив на этот путь, ты должен идти вперёд, переступая через головы соперников, чтобы победить.

То же самое и с Ню Хунчжаном. Если он отступит или даже просто остановится, если упустит подходящий момент для продвижения по службе, его карьера на этом закончится.

Старику Ню уже за пятьдесят, ему осталось не так много времени. Как он может мирно сосуществовать с конкурентами? Неужели он хочет досрочно выйти на пенсию?

Поэтому он должен был бороться — за своё и за чужое.

Выиграет — сделает шаг вперёд, проиграет — голову не потеряет. Почему бы не рискнуть?

— Би-бип! — семь-восемь автомобилей въехали на территорию завода лёгких автомобилей и направились к офисному зданию.

Ню Хунчжан посмотрел на Ли Е и многозначительно произнёс:

— Прошу всех быть внимательными. Сегодня встреча по урегулированию конфликта, а не перебранка. Каждый должен понимать своё место и не говорить лишнего. Товарищ Ли Е, вы меня слышите?

Лу Чжичжан поспешно толкнул Ли Е в бок, напоминая о своих предостережениях. Ли Е ни в коем случае не должен был поддаваться на провокацию Ню Хунчжана. Если он сейчас вступит с ним в спор, то будет настоящее представление!

Ли Е бросил на Ню Хунчжана быстрый взгляд и загадочно улыбнулся.

«А вы не думали, что, возможно, мне сегодня вообще не придётся открывать рот?»

…

Гостей сегодня было немало. Из министерства приехали заместитель начальника управления и начальник отдела. От Шэньянского автомобильного завода прибыли два заместителя директора. Но появление других гостей стало неожиданностью для Ню Хунчжана и его сторонников.

Это были главные поставщики Первого цеха: производители электродвигателей, специалисты по контрольно-измерительным приборам, поставщики деталей шасси, а также хорошо известные «Чанбэй механикел» и Дуншаньский дизельный завод «Лайдун».

Ню Хунчжан был удивлён. Он считал, что эти предприятия не имеют отношения к сегодняшнему урегулированию. Почему же они приехали вместе с представителями министерства?

Он не знал, что большинство из этих предприятий контролировались компанией «Чжунсинь», в которой работала Вэнь Лэюй. Министерство не могло игнорировать «Чжунсинь».

Лу Чжичжан тоже был удивлён, но, увидев спокойствие Ли Е и Ма Чжаосяня, сразу расслабился.

Хорошо быть под чьим-то крылом: не нужно бороться, не нужно рвать жилы. Небо падает — высокие его подержат, приходит время повышения — кто-то расчистит путь. Совсем не то, что у Ню Хунчжана, который всего добивался сам.

Встреча началась с выступления Ню Хунчжана.

— В последние дни мы провели строгий самоанализ и самокритику, осознали свои ошибки. Поэтому мы готовы к дружественным переговорам с братским предприятием и к выработке взаимовыгодного решения…

Ню Хунчжан долго говорил, довольный собой. Раз уж сверху прислали посредников, значит, хотят, чтобы обе стороны пошли на уступки, а затем «замяли» конфликт. Поэтому он сразу продемонстрировал готовность к сотрудничеству, чтобы расположить к себе вышестоящее начальство.

Однако заместитель начальника управления Нин посмотрел на Ню Хунчжана и слегка улыбнулся.

Начальник отдела Лян, сопровождавший Нин, сказал:

— Мы тоже всё это время тщательно изучали ситуацию, искали причины конфликта. Но мы исходили не из того, кто сколько потерял или заработал, а из того, какие автомобили хотят покупать наши граждане.

Лица Ню Хунчжана и представителей Шэньянского завода помрачнели.

Какие автомобили хотят покупать граждане? Конечно, хорошие и дешёвые! А ещё лучше — бесплатные! Судя по словам Ляна, он на стороне Первого цеха?

— Мы подробно изучили ситуацию с микроавтобусами «Цзинчэн» и «Хайши». Выяснилось, что высокая стоимость «Хайши» обусловлена использованием оригинальных японских комплектующих. Цель импорта зарубежных технологий — постепенная локализация производства и развитие собственных производственных мощностей. Поэтому локализация производства «Хайши» — неотложная задача. Сегодня мы связались с несколькими ведущими отечественными производителями автокомпонентов. Они готовы внести свой вклад в локализацию «Хайши» и уверены, что в короткие сроки смогут значительно снизить себестоимость производства.

Лу Чжичжан восхитился.

Зачем заставлять Первый цех поднимать цены? Помочь Шэньянскому заводу снизить цены — гораздо лучше! К тому же это соответствует первоначальной цели импорта технологий.

Но лица представителей Шэньянского завода стали ещё мрачнее.

У них был собственный план локализации, затрагивающий интересы многих сторон. Им предложили готовое решение, но проглотить его оказалось непросто.

http://tl.rulate.ru/book/123784/6575410