Готовый перевод That year the flowers bloomed 1981. / В тот год расцвели цветы 1981.: Глава 549. У меня есть для тебя подарок.

Том 1. Глава 549. У меня есть для тебя подарок.

— Ли Е, все знают, что ты богач, и мы всегда рады, когда ты угощаешь, но сегодня другой случай…

— Хорошо, я не подумал. Пять юаней с человека, да? Вот.

Ли Е достал из кармана пять юаней и положил их на прилавок ресторанчика «Лаочжао», к кучке мелочи.

Был конец июня, экзамены на третьем курсе наконец закончились.

Для Чжэнь Жунжун и Сунь Сяньцзиня из их группы пришло время прощаться.

Одногруппники скинулись и заказали четыре стола в ресторанчике «Лаочжао» у ворот университета, чтобы проводить уезжающих на учёбу за границу.

Изначально Ли Е, Сунь Сяньцзинь и Чжэнь Жунжун хотели заплатить за всех, но многие студенты были против, и Ли Е согласился внести только свою долю.

Прожив две жизни, Ли Е знал, что многие люди не любят пользоваться чужой щедростью. Для них «скинуться» — это вопрос уважения и достоинства. Если он будет настаивать на том, чтобы оплатить всё сам, это может вызвать неприязнь.

Вскоре после начала застолья все начали волноваться, ведь неизвестно, когда они увидятся снова. Кто-то даже расплакался после нескольких рюмок.

Многие подходили к Чжэнь Жунжун и Сунь Сяньцзиню с тостами, желая им «попутного ветра и счастливого возвращения». Звучало банально, но искренне.

Ли Е, наблюдая за происходящим, заметил, что двое парней, которые тайно вздыхали по Чжэнь Жунжун, покраснели.

Но они не стали признаваться в своих чувствах в последний момент, а просто молча пили, заливая горе алкоголем.

Сунь Сяньцзинь, будучи уроженцем Хэйлунцзяна, неплохо держал удар, но и он не выдержал натиска одногруппников. Тогда Бянь Цзинцзин встала и благородно приняла часть тостов на себя, вызвав добродушные шутки окружающих.

— Видали? С такой женой, как Бянь Цзинцзин, никакие Наташи и Катюши ему не нужны! Ха-ха-ха!

— …

— Эх, посмотрите на них: и любовь, и учёба за границей… А на нашу жизнь… с ними и сравнивать нечего! Ха-ха-ха!

Несмотря на искренние поздравления, в сердцах одногруппников затаилась зависть. Они считали себя не хуже Сунь Сяньцзиня.

Хэ Дачжуан украдкой посмотрел на Ли Е.

С самого поступления Сунь Сяньцзинь был не разлей вода с Ли Е. Сначала он вступил в литературный клуб, написал сценку «Возвращение блудного сына» и стал известен среди первокурсников 1982 года. Затем, в течение двух лет, он регулярно публиковал статьи в экономических журналах, и во всем этом ему помогал Ли Е.

И девушка Бянь Цзинцзин, и возможность уехать за границу — всё это было так или иначе связано с Ли Е. Именно он изменил судьбу Сунь Сяньцзиня!

«Эх, зачем я тогда поссорился с Ли Е? Ну ладно, лучше поздно, чем никогда», — подумал Хэ Дачжуан.

В начале учёбы у него был конфликт с Ли Е. Хотя потом он пытался наладить отношения, они так и остались прохладными. Правда, стремясь к примирению, он опубликовал две статьи, но это было ничто по сравнению с десятками публикаций Сунь Сяньцзиня.

Поэтому Хэ Дачжуан решил по дороге домой найти возможность серьёзно поговорить с Ли Е.

Однако, после застолья, как он ни старался, шанса не представилось.

Чжэнь Жунжун сразу же увела Ли Е с собой, причём они пошли не по освещённой улице, а свернули на тёмную тропинку. Хэ Дачжуан не решился следовать за ними — не хотелось снова портить отношения с Ли Е.

— Когда я уеду, ты будешь самым авторитетным в группе. Тебе нужно взять на себя заботу о всех. Я уже порекомендовала тебя куратору, и в следующем семестре ты будешь старостой.

— А? О… хорошо…

— Что значит «а»? Я знаю, что ты не любишь возиться с этим, но должность старосты, хоть и отнимает время, развивает организаторские способности. Это как ранний контакт с обществом, возможность получить знания, которых не дают на лекциях. Ты меня слушаешь?

— А? Угу…

Ли Е только мычал в ответ на наставления Чжэнь Жунжун.

Она была гораздо болтливее, чем обычно, её красивое лицо пылало, она жестикулировала — явно перебрала.

Разговаривать с пьяной девушкой — себе дороже, поэтому Ли Е решил просто соглашаться. Какая разница, что он ей обещает?

Чжэнь Жунжун продолжала что-то бормотать, а Ли Е отвечал: «Угу, хорошо».

Когда она внезапно замолчала, Ли Е удивлённо поднял голову и посмотрел на неё.

Чжэнь Жунжун неотрывно смотрела на него, целую минуту не произнося ни слова.

У Ли Е неожиданно ёкнуло сердце.

— Что, госпожа староста? Хочешь что-то сказать? — спросил он с улыбкой.

— О… да…

Чжэнь Жунжун засуетилась и резко пошла вперёд, оставив Ли Е позади.

Пройдя несколько шагов, она оглянулась и серьёзно сказала:

— Когда я буду в Америке, мне будет сложно с вами связываться. Поэтому, когда вы закончите университет в следующем году, обязательно запиши, куда все распределились, и их контактные данные, и пришли мне.

— Не волнуйся, никого не забуду, — с улыбкой кивнул Ли Е. — Когда вернёшься, госпожа староста, организуем встречу выпускников. Вот тогда и повеселимся!

— Хорошо, встречу организуешь ты, а всё остальное я беру на себя, — заявила Чжэнь Жунжун. — Я приглашу всех в лучший ресторан, закажем самые вкусные блюда и лучшие напитки…

— …

Ли Е молча смотрел на Чжэнь Жунжун, не смеясь над её щедрыми обещаниями, данными ещё до того, как она начала зарабатывать. Такой уж она была.

За три года она так много сделала для группы! И пусть Ли Е считал многие её усилия ненужными, нельзя было отрицать, что она была очень ответственным старостой, к которому невозможно было придраться.

«Интересно, останется ли она такой же через много лет? Вернётся ли она вообще?» — задумался Ли Е.

Он был очень наблюдательным и сразу заметил смятение Чжэнь Жунжун.

Но у него была Вэнь Лэюй, и места для другой девушки в его сердце не было.

Подавив лёгкую грусть, Ли Е улыбнулся:

— Ты ошибаешься, староста. Когда мы встретимся через много лет, самым подходящим местом будет ресторан «Чжао».

Чжэнь Жунжун сначала опешила, а потом поняла его мысль и кивнула:

— Да, конечно! К тому времени у всех будет зарплата, и никому не придётся экономить полмесяца, чтобы встретиться с друзьями.

— …

Когда они скидывались на сегодняшний ужин, никто не жаловался, но четыре-пять юаней с каждого — это всё-таки заметная сумма для студента.

Цены росли, а стипендия оставалась прежней — двадцать два с половиной юаня в месяц. Поэтому перед каждым походом в ресторан приходилось хорошенько подумать.

Чжэнь Жунжун чувствовала себя обязанной угостить всех, когда вернётся.

— Ладно, не будем об этом, — махнула она рукой, меняя тему. — Знаешь, Ли Е, Сюй Вэньли из выпуска 79-го года вернулась из Америки с тремя тысячами долларов! Купила семье цветной телевизор и отцу мотоцикл. Вот и я, когда вернусь…

— Когда вернёшься, лучше привези с собой багаж знаний, а не шуршащие бумажки, — перебил её Ли Е.

— …

Чжэнь Жунжун замолчала. Ли Е никогда раньше не был с ней так резк.

С самого знакомства он всегда был с ней вежлив и мягок. Даже если они расходились во мнениях, он терпеливо объяснял свою позицию или просто не спорил.

Он никогда её не перебивал.

— Возможно, мои слова прозвучат неприятно, но ты должна их запомнить, — сказал Ли Е, вздохнув. — Наша система образования — это не только обучение, но и отбор. Ты поступила в Пекинский университет и тебя отправили на стажировку за границу. Это значит, что ты одна из лучших среди сотен тысяч абитуриентов. У тебя высокий интеллект, сильный характер, самодисциплина и способность добиваться целей. Разве государство выбрало тебя из этой огромной массы людей, чтобы ты мыла посуду в Америке?

— …

— Я не…

— Не перебивай! — снова оборвал её Ли Е. — Когда ты приедешь в Америку, у тебя будет небольшой выбор работ. Думаешь, это легко? Ты дома часто посуду моешь? Представляешь, каково это — мыть посуду десять часов подряд? Да ещё и конкурировать за эту работу с мексиканцами…

Видя, что староста побледнела, Ли Е смягчил тон:

— Я не говорю, что мыть посуду — это плохо. Зарабатывать своим трудом не стыдно нигде. Но если из-за этого пострадает твоя учёба, стоит ли оно того? Если перед тобой два варианта: мыть посуду и зарабатывать несколько сотен долларов в месяц или работать над научным проектом с однокурсниками бесплатно, что ты выберешь? Спроси Сюй Вэньли, каким трудом ей дались эти три тысячи долларов и сколько времени и возможностей для учёбы она потеряла ради них.

— …

Чжэнь Жунжун не нашла, что ответить. Этот выбор был слишком жесток.

Если бы не нужда в деньгах, стал бы студент по обмену бороться за место мойщика посуды с нелегалами?

Кто же не хочет учиться в комфорте? Многие студенты, работавшие мойщиками посуды, скрывали свои трудности и лишения, выходя из кухни с улыбкой навстречу светлому будущему. Но никто не готов был признать, что выбрал бы мытьё посуды вместо учёбы.

— Ли Е, если бы у меня был выбор, я бы, конечно, сосредоточилась на учёбе, чтобы не тратить впустую эту драгоценную возможность, которую мне предоставила страна, — сказала Чжэнь Жунжун.

Ли Е довольно улыбнулся:

— Вот и правильно, староста. А чтобы наша замечательная Чжэнь Жунжун могла полностью посвятить себя учёбе и вернуться на родину с багажом знаний, прими, пожалуйста, от меня небольшой подарок.

— …

Услышав о подарке, Чжэнь Жунжун невольно напряглась и нервно сжала в руках край своей одежды.

Но когда Ли Е достал из кармана толстый конверт, она вспыхнула:

«Так вот оно что! Все эти длинные речи — только для того, чтобы незаметно сунуть мне деньги!»

http://tl.rulate.ru/book/123784/5585018