Готовый перевод That year the flowers bloomed 1981. / В тот год расцвели цветы 1981.: Глава 529. Они меня достали

Том 1. Глава 529. Они меня достали

Когда Ли Е и Ли Чжунфа вернулись в Цзаоцзюньмяо, их, естественно, засыпали вопросами Ли Юэ, Вэнь Лэюй, Ян Юйминь и другие, ожидавшие их дома.

Утром приходили Цзинь Пэн, Цзян Хун и остальные. Они хотели поехать вместе с ними, но дедушка Ли Чжунфа решил, что это неуместно: такой толпой они произвели бы неправильное впечатление, как будто Ли Е в чём-то виноват.

Вэнь Лэюй тихонько дёрнула Ли Е за рукав и обменялась с ним взглядами. Её говорящие глаза словно спрашивали: «Всё серьёзно? Нужно ли сообщить моему отцу?»

Ли Е пересказал слова деда, немного смягчив их.

Конечно, это вызвало всеобщее негодование. Ван Цзяньцян и Ли Даюн, самые вспыльчивые, прямо потемнели от гнева. Если бы не особый статус обидчика, они бы, наверное, сразу побежали с ним разбираться.

— Ладно, всё в порядке, — сказал Ли Чжунфа, быстро распорядившись. — Сяо Юэ, найди какое-нибудь заведение и отведи всех пообедать. Сяо Е, после обеда отвези Сяо Юй домой, чтобы её семья не волновалась. Сяо Хун, задержись.

Все ушли, остался только Цзян Хун.

— Вчера по телефону всё было неясно. Что там со стариком Сун?

— Старик Сун связан с одним американским китайцем по фамилии Ай. Они вместе открыли курсы английского языка. Тринадцатого января этот господин Ай пришёл на курсы с японцами…

— Я не об этом спрашиваю, — перебил его Ли Чжунфа. — Я хочу знать, делал ли старик Сун что-нибудь незаконное в Пекине последние два года? Создавал ли он проблемы для Сяо Е?

Цзян Хун медленно покачал головой:

— Старик Сун любит повозиться со всяким старьём. Он много общается с разными людьми, но, кажется, ни в какие серьёзные истории не попадал. Разве что прошлой зимой он куда-то уехал на несколько месяцев. Но чтобы он создавал проблемы для Сяо Е… Возможно, только этот случай.

— …

Цзян Хун говорил осторожно, а Ли Чжунфа слушал внимательно. Выслушав, он покачал головой:

— Ладно, старик Сун — хитрый жук. Спрашивать у тебя — бессмысленно. Лучше спросить у него напрямую. Узнай, может ли он прийти, и пусть приходит ко мне.

Цзян Хун опешил:

— Старик Сун только что звонил. Сказал, что его отпустили, и спрашивал, когда ему удобно будет зайти к вам.

— Хм? Хе-хе…

***

Ли Е и Вэнь Лэюй пообедали вдвоём, затем он отвёз её домой. Вернувшись в Цзаоцзюньмяо, он столкнулся со стариком Сун.

— Эй, старик Сун, ты так быстро выбрался? — с улыбкой ругнулся Ли Е. — Как там, в камере, не сладко? Будешь ещё пакости делать?

— Нормально там, — ухмыльнулся старик Сун. — Не бьют, не ругают, кормят. Гораздо лучше, чем в японской тюрьме. Сегодня в обед, когда меня выпускали, я даже расстроился немного.

— …

Ли Е, готовый был его отчитать, глядя на эту наглую физиономию, вдруг передумал.

У старика Сун японцы сломали ногу, он чудом выжил, а потом ещё и кровная месть за семью Вэй Цзясяня… Просить его «не делать пакости» — это лицемерие.

— Расстроился? Отлично! Я тебя прямо сейчас туда отправлю. Будут тебя там холить и лелеять. Как тебе такая перспектива? — раздался из дома голос дедушки Ли Чжунфа, в котором слышались и насмешка, и угроза.

Шея старика Суна словно укоротилась вдвое. Он нервно хихикнул и, бросив на Ли Е вымученную улыбку, поспешил в дом.

— Господин Ли, я пришёл с извинениями! — затараторил он, увидев Ли Чжунфа. — Это я виноват, доставил столько хлопот… Больше такого не повторится!

Перед Ли Чжунфа он стоял с почтительным поклоном, как бандит перед командиром партизанского отряда.

Ли Чжунфа холодно на него посмотрел:

— И как же ты собираешься гарантировать, что такого не повторится? Я дал тебе рекомендацию для переезда в Пекин, думал, ты исправишься. Прошло всего два года… Что, господин Сун, старые привычки дают о себе знать? Захотелось вспомнить, острые ли у японцев штыки?

— Хе-хе-хе, господин Ли, не шутите так, — захихикал старик Сун, а потом внезапно посерьёзнел. — Я тут подумал… Раз у нас началась политика реформ и открытости, государство призывает нас развивать бизнес за рубежом… Я решил откликнуться на призыв родины и расширить свой бизнес за границу.

— …

Ли Чжунфа и Ли Е одновременно опешили.

Действительно, нынешние неприятности были косвенно связаны со стариком Сун, но они не собирались вынуждать его «бежать за границу». Ему уже столько лет, вдруг он умрёт на чужбине? Какой грех!

С другой стороны, если старик Сун уедет за границу, то никакие его проблемы не коснутся Ли Е. Даже если он станет международным преступником, Ли Е это не касается.

— Старик Сун, в какой стране ты хочешь развивать свой бизнес? — нахмурившись, спросил Ли Е.

— Я низкого роста, — полушутя-полусерьёзно ответил старик Сун, — поэтому если поеду на Запад, то буду видеть только затылки. Решил поехать в Японию.

— Бах! — Ли Чжунфа ударил по столу. — Старый ты хрыч! Говоришь, что дурью не маешься! Они тебя чуть не убили тогда, а ты что? Земля тебе уже по шею, а ты всё ещё хочешь с ними тягаться?!

Старый Сун причмокнул, сглотнул и заискивающе улыбнулся:

— Да где уж мне тягаться! Но они ж тогда на нашей земле бесчинствовали! Мы не смогли их штыки остановить… А теперь хоть пописать на их землю съездить можно?

— …

Ли Чжунфа и Ли Е ошарашенно смотрели на старика. Сказать было нечего.

Худой, как щепка, дед, наверняка, и писает-то тонкой струйкой. Но сейчас он казался им настоящим мужчиной с прямой спиной.

Ли Чжунфа, помолчав, сказал:

— Брат Сун, мы уже старые. Не стоит рыпаться. Ты в Японии ни языка не знаешь, ни местности. Помрёшь там — и похоронить некому будет.

— Да что ты такое говоришь! Я что, на самоубийцу похож? — Старый Сун гордо вскинул голову. — Я за последние пару лет не с одним человеком из Японии разговаривал. Они теперь не в штыки верят, а в деньги. И кто сказал, что я языка не знаю? Послушай: «саёнара», «одэнэсан», «китакунайка», «ямадэ»…

— …

«Ты, чёрт возьми, даже «ямадэ» выучил?!» — подумал Ли Е, снова уставившись на старика.

Сначала старый Сун говорил с трудом, но потом слова полились из него как из рога изобилия — не только отдельные слова, но и целые фразы, словно он действительно учил японский.

Ли Е вдруг вспомнил, что старый Сун рассказывал ему, как когда-то гнался за убийцами своей семьи. Может, он тогда был таким же хитрецом, как тот персонаж из сериала «Стрелок», который танцевал японские танцы с веером за поясом?

— Дзинь-дзинь-дзинь! — зазвонил телефон.

Ли Е поднял трубку. Звонила мать, Фу Гуйин.

Ли Чжунфа тут же вывел старого Суна из комнаты:

— Пойдём, старый ты осёл! Я тебя выпить приглашаю… Только не забудь вернуть мне этот долг, когда придёт твой час!

— Что ж ты такое говоришь, не к добру это… Да и ты мне ещё за лекарства должен, которые я тебе несколько лет назад дал. Всё как-то не получалось с тебя взыскать… А теперь я уеду — и кто знает, когда вернусь… Может, ты мне сейчас вернёшь…

— Ага, щас! Если бы не я, партизаны тебя давно бы казнили. Это были деньги за твою жизнь…

— …

Когда старики ушли, Ли Е начал разговаривать с Фу Гуйин.

В последнее время она была очень занята, мотаясь между Пэнчэном и Японией.

Обсудив с матерью инвестиционные планы, Ли Е достал из кармана визитку Накамуры Хироо.

— Мам, создай в своей команде отдельную группу и проследите за этой «Йокогама Накамура Корпорэйшн».

— Зачем они тебе?

— Они меня достали.

http://tl.rulate.ru/book/123784/5577256