Однажды, в безмятежных просторах родового сада, явилась женщина. Она возникла, словно сотканная из воздуха, и с поразительной уверенностью заявила: «Я — твоё будущее «я»».
Доросиан, едва взглянув на её родинку-слезинку под глазом и ощутив необъяснимое, интуитивное узнавание, тут же поняла: вот так она будет выглядеть спустя десятилетия.
Однако разум Доросиан отчаянно сопротивлялся этой абсурдной мысли.
Где-то в глубине души таилось подозрение, что поразительное сходство — лишь хитрая уловка мошенницы. И действительно, незнакомка вела себя крайне странно. Стоило кому-либо из взрослых приблизиться к ней, как она без следа исчезала, растворяясь в воздухе.
"Из-за неё меня с самого детства считали чудачкой." — С горечью думала Доросиан.
Даже сейчас эта женщина вызывала у неё неприязнь, доводящую до зубной боли, но Доросиан не могла отрицать: это, несомненно, её будущая ипостась. В этом убеждали её пророчества о грядущих событиях, которые с пугающей точностью сбывались — будь то разрушительные землетрясения в далёких землях, внезапное открытие древних подземелий или безвременная кончина влиятельного аристократа.
Но, казалось, на этот раз её безупречное предвидение дало осечку.
[— Этот парень? Лучше держись от него подальше. Ему суждено погибнуть от руки своей мачехи через десять лет.]
В тот день, когда старший сын семейства Тенест, юный Херсель, нанёс визит в поместье Грайс для светской беседы, это мимолётное пророчество будущей Доросиан должно было сбыться… но не сбылось.
Первая мысль, пронзившая сознание Доросиан, была об «эффекте бабочки».
Это предположение казалось наиболее логичным объяснением произошедшего. Ведь когда-то существовала предначертанная судьбой связь между дворецким и горничной, но стоило лишь незамедлительно уволить одного, как другой находил себе иного спутника жизни. Таким образом, будущее, казавшееся незыблемым в её видениях, оказалось податливым к изменениям.
"Течение причинно-следственных связей порождает множество вероятных исходов." — Размышляла она. Вполне возможно, что одно-единственное решение повлияло и на судьбу того юноши. Ничто иное не могло объяснить его чудесное спасение.
Вероятно, её будущая версия была почти наверняка уверена в обратном. В конце концов, пути будущей Доросиан и её нынешнего «я» разошлись в самой отправной точке их существования.
"Что ж, даже так, избежать неминуемой гибели кажется невозможным…"
***
Доросиан одарила Херселя лёгкой приветственной улыбкой и непринуждённо пожала плечами.
— Уже одиннадцать лет прошло? Как поживаешь?
Херсель едва заметно приоткрыл глаза, сохранив на лице выражение некоторой отстранённости.
— …мы знакомы?
Неожиданный ответ застал Доросиан врасплох, и она удивлённо моргнула.
— Не может быть, даже если прошло столько времени, ты меня совсем не помнишь?
— Ну, полагаю, что нет.
Его тон и выражение лица не оставляли сомнений: он действительно её не помнил, что показалось Доросиан весьма странным.
"Неужели он в самом деле забыл после всего, что ему тогда пришлось пережить?"
Среди знатных особ не было никого, кто бы не ощутил на себе последствий встречи с Доросиан. Степень «наказания» варьировалась, но Херселю определённо был преподан весьма суровый урок. Это было вполне объяснимо, учитывая, каким безрассудным и самонадеянным юнцом он был, полагаясь лишь на своё знатное происхождение. Естественно, с их самой первой встречи его слова отличались крайней грубостью.
[— Личико смазливое, но ты, должно быть, не в своём уме? Какая жалость, что такая красотка пропадает зря.]
В ответ Доросиан превратила ближайшую стену в податливое желе и заточила его внутри. Она оставила снаружи лишь его лицо, чтобы он мог дышать, а затем вновь затвердила желеобразную массу.
[— Ч-что ты творишь? Ты хочешь, чтобы мой отец тебя убил?]
[— Замолчи, ты невыносим.]
В конце концов, миру всё равно оставалось существовать не более десяти лет. Она без стеснения оттягивала его губы и попирала его спесь, с которой он кичился, словно ему принадлежал весь мир.
Но, по всей видимости, он начисто это забыл.
"Неужели он притворяется?"
Это было неприятно по-своему.
Доросиан сузила глаза и протянула руку, намереваясь коснуться губ Херселя.
— Какая досадная реакция. Может, это освежит твою память?
В этот самый миг её запястье внезапно оказалось крепко сжато. Глаза Доросиан расширились от неожиданности, когда она взглянула на лицо Херселя. Он сжимал её руку с едва ощутимой, но властной силой, испепеляя холодным взглядом.
Леденящим душу голосом он спросил: — Почему ты пытаешься прикоснуться к моему лицу?
— …что?
Это было лишь мимолётное замешательство перед его неожиданным сопротивлением. Вновь обретя самообладание, Доросиан полуприкрыла глаза и едва заметно повела свободной рукой.
За долгое время их разлуки она размышляла, какую магию использовать для его «наказания», когда недовольное ворчание профессора Ноха нарушило её мысли.
— Все давно уже разошлись; что вы двое делаете? Отправляться не собираетесь?
Лишь тогда Херсель разжал её запястье. Он отвернулся, бросив через плечо: — Нам пора.
Доросиан на мгновение почувствовала нелепость ситуации. Он только что едва не угрожал ей, а теперь так непринуждённо поворачивается спиной. Словно ожидал, что она проигнорирует его…
"Неужели он правда меня забыл?"
Это оставалось единственным разумным объяснением. Глубоко укоренившийся страх неизбежно должен был бы дать о себе знать, пусть даже на подсознательном уровне. Однако его поведение излучало полное спокойствие. Доросиан на мгновение погрузилась в раздумья, глядя на удаляющуюся спину Херселя.
— Хм.
За время их разлуки он превратился в весьма любопытное создание. Живой и дерзкий, тот, кто когда-то был настолько робок, что избегал взгляда, теперь казался полным энергии, что открывало неожиданную перспективу.
"Возможно, всё не так уж и плохо."
В конце концов, наличие хотя бы одного собеседника казалось куда предпочтительнее скуки. Совсем недавно, когда она рассеяла чары невидимости, многие бежали от неё с лицами, искажёнными ужасом. Доросиан завершила свои размышления тихим смешком, следуя за Херселем.
"Пока что, думаю, просто понаблюдаю за ним."
Для Доросиан его присутствие начинало представляться весьма интригующим.
***
Когда Доросиан попыталась коснуться моего лица, во мне вспыхнул «Огонь Благородной крови». Была ли это борьба воли? Если бы я отступил, моё дальнейшее пребывание в академии стало бы мучительным.
Доросиан была женщиной, которая не позволяла себе трогать тех, кто вызывал её мимолётный интерес. Зная свою силу, она, будучи обычным человеком, понесла бы суровое наказание за подобную дерзость.
Идя вперёд, я старался поддерживать непринуждённую беседу, чтобы отвлечь её внимание. Конечно, за этим скрывался и тайный мотив — сбор информации.
— Поступление на магический факультет Шлафен было твоим собственным решением?
— Мне просто отдали приказ профессора. — Последовал её лаконичный ответ.
Причины, побудившие профессоров принять такое решение, имели второстепенное значение, но я задумался, насколько это вписывается в общую картину.
Неоспоримым фактом оставалось то, что Доросиан никогда прежде не была распределена на магический факультет Шлафен. Поэтому существовала высокая вероятность, что это создаст определённые несостыковки в повествовании, но был и луч надежды.
Заключался он в том, что её роль в «Ледяном Сердце» не была особенно значительной.
"Хм, это не слишком утешает."
Я никогда не стремился к частым встречам с опасными индивидуумами.
— Правда? Ах да, кстати… ты сказала, что мы встречались раньше?
На мой вопрос Доросиан бросила на меня проницательный взгляд. Затем она легонько потёрла губы, улыбнулась и вернула мне вопрос.
— Похоже, ты действительно ничего не помнишь. Ты пережил амнезию или что-то в этом роде?
Неохотно я решил принять предложенную ею удобную версию событий. Я использовал это уже много раз, так что в этом не было ничего нового.
— Ну, подобное случилось.
Ответил я ровно, а Доросиан тихо пробормотала со странным огоньком в глазах.
"Почему-то…"
Этот взгляд показался мне зловещим предзнаменованием. Едва я начал жалеть, не совершил ли я ошибку, как Доросиан протянула ко мне ладонь.
— Постой.
— Хм?
— Мы часто держались за руки и бродили повсюду, когда были детьми. Вдруг это тебе что-нибудь напомнит.
…похоже, я неосторожно наступил на минное поле. Глядя на протянутую руку Доросиан, я лихорадочно начал размышлятт.
Доросиан — опасная женщина.
Херсель — опасный мужчина.
Возможно, между этими опасными элементами существует какая-то связь. Нет, это, пожалуй, преувеличение. Я даже не мог представить себе ситуации, в которой высокомерный Херсель относился бы к Доросиан с добротой.
Основываясь на имеющихся данных, я был уверен, что он был бы сурово наказан за своё неуместное поведение раньше. Именно поэтому я сомневался в её утверждении.
— Мои руки скованы тяжёлыми цепями. Лучше возьми меня за руку поскорее.
Подтолкнутый словами Доросиан, я нашёл, как мне казалось, мудрый ответ. Это не было чем-то вроде раздражающего её вопроса: «С чего мне верить, что мы были близки?»
— Разве ты не слышала, что сказал профессор? Сейчас сезон пробуждения монстров после спячки. Лучше держать руки свободными.
Доросиан, казалось, надулась, попутно опустив взгляд и скользнув по моей талии.
— Кстати, почему ты носишь меч, будучи на магическом факультете? И разве семья Тенест не славится своим искусством владения мечом?
Нет смысла обнажать перед этой женщиной свои уязвимые стороны. Решив завершить этот обмен репликами, я вновь перевёл разговор в иное русло.
— Мои прихоти, останутся моим личным делом, разве нет? К тому же, мы на занятии. Предлагаю сосредоточиться на предмете урока.
Это место располагалось на некотором отдалении от крепостных стен. Теперь, когда снежный покров растаял, оно ничем не отличалось от дикого леса, и я не мог предсказать, когда из чащи могут явиться монстры.
К томужже, искать мана-камни, полагаясь лишь на вкус, в подобной глуши… краем глаза я скользнул взглядом по Доросиан. Её личико с лисьими чертами расплылось в хитрой улыбке.
— Что такое? Хочешь, чтобы я отыскала камень для тебя?
— …нет. Просто подумал, что если твои пять чувств пробуждены в полной мере, у тебя могут быть какие-нибудь зацепки.
Доросиан прикрыла ладонью рот, сдерживая игривый смешок.
— Ах, вот оно что. Твоё чувство вкуса пробудилось первым, да? Впервые встречаю подобное явление.
— Если ты не желаешь отвечать, это твоё право.
Сделав вид, будто меня это совершенно не занимает, я отвернул голову, но Доросиан лишь издала тихий смешок. Казалось, она на мгновение погрузилась в серьёзные размышления.
— Хм, ты подразумеваешь ощущение маны через вкус?
Доросиан чувственно облизала воздух языком, издав при этом томный стон. Она явно делала это нарочно, стремясь выглядеть соблазнительно. По её брошенным в мою сторону взглядам я понял, что она желает насладиться моей реакцией. Подобные игры могут быть опасны. Если она решит, что я лёгкая добыча для её забав, последствия могут быть весьма неприятными.
Я терпеливо ждал слов Доросиан, сохраняя невозмутимое выражение лица, словно происходящее не имело для меня никакого значения.
— Попробуй периодически облизывать воздух. Если вкус начнёт становиться всё более похожим на какой-то диковинный фрукт, значит, ты, вероятно, движешься в верном направлении.
— Благодарю за совет.
Я тоже мимолётно коснулся воздуха языком. Ощущался едва уловимый фруктовый привкус. Используя это как отправную точку, Доросиан последовала за мной, звеня оковывающими её цепями. Некоторое время мы шли в тишине. Казалось, Доросиан не собиралась нарушать моё сосредоточенное изучение окружающей местности.
Всякий раз, когда моё внимание привлекала подозрительная чаща, я чертил заклинание телекинеза посохом, отнятым у убийцы. Посох Фелии покоился в моём инвентаре. Я опасался, что его использование на уроке, где невидимость являлась пассивной способностью, может вызвать нежелательный переполох.
Шелест—
Мана-камней там не оказалось. Доросиан, видимо, находила мои неудачи забавными, тихонько хихикая.
— Ничего нет.
— …ты знала и промолчала.
— Разве ты не пытался отыскать его самостоятельно?
— Ну, это справедливо.
Изначально я не питал особых надежд на её помощь. Я возобновил поиски, но мои усилия по-прежнему не приносили плодов. К тому моменту, как я потерпел шестую неудачу, Доросиан поинтересовалась.
— Кстати, почему ты всё проверяешь с помощью магии телекинеза?
— Потому что там могут скрываться ядовитые растения, прикосновение к которым опасно, или затаившиеся поблизости монстры.
— Неужели?
— Обычно поиск — это сильная сторона мага. Это общеизвестная истина среди искателей приключений.
В моём случае у меня были Лимбертон с его острым зрением и Аслей, обладавший обширными знаниями о дикой природе, поэтому я не принимал активного участия в подобных мероприятиях. Однако, если требовалась тщательная проверка, подобная этой, я предпочитал использовать магию телекинеза в целях безопасности.
Доросиан, казалось, не находила эти сведения скучными, внимательно кивая во время моего объяснения.
— Я думала, подобным занимаются лишь солдаты. Неужели всё обстоит именно так?
Она вновь погрузилась в молчание. После нескольких повторных неудач прошло значительное количество времени. В зарослях больше не наблюдалось признаков жизни. Казалось, остальные участники занятия уже отыскали свои мана-камни.
Зевок—
Доросиан опустила руку, которой прикрывала зевок, и обратилась ко мне.
— Найти на вкус — самое сложное испытание, верно? Из всех пяти чувств ощущение маны — самое притупленное.
— Мне не с чем сравнивать. Следовало бы попытаться пробудить и другие чувства, чтобы составить более полное представление.
— Всё же это странно, не находишь? Мы должны были уже что-нибудь обнаружить.
Доросиан снова облизала воздух. На этот раз она не издала никаких томных звуков.
— Действительно, вкус насыщенный. Но если я всё ещё не могу его найти, возможно, даже это единственное пробуждённое чувство развито ниже среднего уровня?
Точная и горькая оценка заставила меня невольно поморщиться. Доросиан, казалось, наслаждалась произведённым эффектом и продолжила с прежней резкостью.
— Ты весьма искусно начертил круг телекинеза только что, так что, похоже, ты правда приложил немало усилий. Но ты родился, не имея даже намёка на талант. Разве я не права?
Похоже, гении способны считывать подобные вещи. В любом случае, это не первая подобная оценка в мой адрес, так что я уже утратил чувствительность к подобным словам.
— Да, у меня нет таланта. И что с того?
Пока я непринуждённо отвечал, Доросиан начала приближаться ко мне. Затем она наклонилась к моему уху и прошептала.
— Хочешь совет? Как бы ты ни старался, всё это в конечном итоге бессмысленно. Я не знаю, каких вершин ты надеешься достичь, но ты, вероятно, умрёшь раньше, чем достигнешь своей цели.
В её голосе, когда она произносила эти слова, чувствовалась какая-то опустошённость. Её слова, вероятно, основывались на неизбежности грядущей катастрофы. Как и следовало ожидать, всё было именно так, как я и предполагал.
— Почему бы просто не сдаться и не жить в своё удовольствие? Жизнь гораздо короче, чем ты думаешь.
Если попытаться расшифровать скрытый смысл её слов, то он, несомненно, сводился к следующему: «Вы все умрёте, не дожив и до двадцати лет, так что живите так, как вам заблагорассудится».
— Так как насчёт этого?
Доросиан отстранилась и, словно предлагая соблазнительную сделку, вновь протянула ко мне ладонь.
— Возьми мою руку. Тогда я найду его для тебя. Разве это не справедливая плата?
Пять мана-камней закружились вокруг её руки, покачиваясь в воздухе. Несомненно, она призвала их с помощью телекинеза, определив их местоположение исключительно своим чувством. Если бы я только мог заполучить хотя бы один из них, я бы успешно завершил это задание. Однако в моих ушах не звучал призыв стать послушной собачкой.
— Я отказываюсь.
Мой ответ прозвучал без малейшего колебания, заставив Доросиан резко сжать свою только что распустившуюся ладонь.
Хруст—!
Раздался жуткий звук ломающихся костей и разрывающейся плоти, и багряные капли крови брызнули мне в лицо. Вокруг нас с глухим стуком рухнуло что-то тяжёлое, и по земле потекли алые ручьи. Взгляд Доросиан по-прежнему был прикован к моим глазам. С соблазнительной улыбкой она вновь раскрыла ладонь.
— Я убила всех ближайших монстров. Теперь использовать одну руку для меня будет вполне безопасно, не так ли?
Ощущая её странное упрямство, я окинул взглядом окрестности. С кустов и деревьев в округе сочилась кровь. В атмосфере, где отказ, казалось, грозил неблагоприятными последствиями, во мне не возникло какого-то грандиозного решения вроде: «Лучше я сожгу остатки Огня Благородной крови. Я предпочту умереть человеком, чем жить как пёс этой женщины».
Как сторонний наблюдатель, я понимал, что она достигла своего предела. Сколь бы мощной ни была её способность «Мана Великого Моря», при трёх цепей, что подавляли ману всё равно существовали границы. Однако в данный момент она использовала магию, достаточно сильную, чтобы истребить всех ближайших монстров. Было вполне закономерно, что её запас маны истощился.
Хотя Доросиан улыбалась с видимой беззаботностью, её внутреннее состояние характеризовалось полным истощением магической энергии. Это был тот самый момент, когда я мог безопасно затронуть самые чувствительные струны её души.
— Хи-хи-хи.
Я презрительно усмехнулся, словно находя происходящее нелепым. Затем пристально посмотрел ей в глаза и произнёс то, что довольно давно зрело внутри меня.
— Доросиан, запомни то, что я скажу тебе сейчас.
Это было то, что я искренне хотел донести до её сознания.
— Я не из тех, кто сдаётся после первой же неудачи, как какой-нибудь обыватель. Пока всё окончательно не решится, я буду пробовать снова и снова.
Это было заявление, которое должно было прозвучать для неё значимо.
Неужели я затронул ту самую скрытую глубоко внутри струну? Доросиан недовольно сузила глаза и тихо произнесла.
— Так легко об этом говоришь? Ты словно ничего не понимаешь…
Тем не менее, она должна была это осознать. Что отличало меня от Доросиан, будущего Великого Мага, заключалось не только в характере.
— О? Я сталкивался с десятками, сотнями неудач и всегда бросал вызов снова.
Эта женщина видела конец лишь единожды. В отличие от неё, я наблюдал подобную картину бесчисленное количество раз, до такой степени, что перестал вести счёт. В плане опыта, полученного из поражений, я никогда не проиграю.
— Конечно, тебе, должно быть, смешно слышать это от меня, ведь я всего лишь ищу один-единственный мана-камень. Я также понимаю, мои слова, вероятно, не найдут в тебе отклика. Ты, возможно, даже подумаешь, что я съел что-то не то. Тем не менее, я говорю это просто для того…
Я отвёл взгляд от Доросиан и повернулся спиной, вновь принимаясь за поиски мана-камня.
— Что я надеюсь, ты когда-нибудь вспомнишь мои сегодняшние слова.
После этого я ничего не сказал и просто лизнул воздух. На этот раз вкус маны ощущался чуть более насыщенно. Пробираясь сквозь кусты и пройдя ещё несколько минут, я применил телекинез. Среди раздвинувшейся травы мерцал блестящий камень. Я поднял его и посмотрел на Доросиан.
Хотя её взгляд оставался холодным, на мгновение в нём промелькнула искра интереса.
Я улыбнулся, приподняв уголки губ.
— Видишь? Я нашёл его.
Я надеялся, что это послужит доказательством того, что должен существовать хотя бы один способ спасти этот мир.
http://tl.rulate.ru/book/123773/6712207
Готово:
