Мелдон, проявивший недюжинную активность с самого первого курса, снискал похвалу многообещающих старшекурсников и был отмечен профессорами за выдающиеся способности. Несмотря на то, что он был всего лишь второкурсником, его приняли в престижную группу «Десять Элиты», объединявшую лучших студентов третьего курса, и он занял в ней почетное седьмое место. Никто не сомневался в его талантах.
Однако в этот самый момент Мелдон пребывал в крайне скверном расположении духа.
— Ты что, оглох? Встань смирно, как положено!
Когда шестеро членов «Десятки», занимавших более высокие ранги, демонстративно зевнув, удалились, стало ясно, что разбираться с этим непокорным первокурсником ему предстоит в одиночку. Несмотря на все его попытки восстановить дисциплину грозными криками, белобрысый нарушитель спокойствия перед ним лишь угрюмо и безучастно смотрел в ответ.
— Не хочу.
— Что?
Мелдон потерял дар речи. Он никогда прежде не сталкивался с таким вопиющим непониманием субординации. Разве старшекурсников не принято было почитать едва ли не как богов? Особенно тех, кто принадлежал к Шлафен, всегда с благоговением взиравших на студентов Адель и отличавшихся особой остротой ума, словно лезвие бритвы.
— Да, я и раньше встречал таких упрямых олухов. Но знаешь что? От этого есть верное средство.
Разумеется, речь шла о старой доброй физической «терапии».
Профессора всегда благоволили членам «Десяти Элиты». В Ледяном Сердце одаренные студенты щедро поощрялись. Небольшая демонстрация силы даже приветствовалась как эффективный способ поддержания порядка среди младших курсов.
— Может, мне сначала заставить тебя прослезиться?
Как только Мелдон замахнулся, намереваясь со всей силы ударить Херселя в нос, острая боль внезапно пронзила его тело изнутри.
— Угх!
Мелдон задрожал всем телом, слезы невольно выступили у него на глазах. Он судорожно повернул голову и увидел неподалеку профессора Гомона, тяжело дышащего; тот держал посох, что угрожающе был направлен в его сторону.
— П… проклятие? За что?
Профессор Гомон поспешно подошел и, грубо схватив Мелдона за шиворот, потащил его прочь.
— Эй, если ты соизволил появиться, тебе следовало тихонько вернуться в свою комнату и отдохнуть. Зачем ты пристаешь к тому, кто усердно работает?
Усердно работает? — машинально подумал Мелдон, вспомнив Херселя, который все это время вальяжно сидел, безучастно наблюдая за происходящим.
— Простите?
— Ха-ха, я сам с ним разберусь.
С этими словами профессор Гомон поволок сопротивляющегося Мелдона прочь. Как только они скрылись из виду, Эмерик и Гармон, наблюдавшие за этой сценой издалека, разочарованно цокнули языками.
— Черт, так задирой оказался он.
— И что нам теперь делать, Эмерик?
Поскольку они только что вернулись из Пустоши Демонов, они, вероятно, еще не знали о том, что Херсель обезвредил Ядовитого Змея. Эта новость распространилась бы по академии молниеносно, но до глубин Пустоши Демонов она бы никак не могла дойти. К тому же, все это время они провели в тряской карете, лишенные возможности узнать какие-либо последние известия.
Но как только они услышат правду, их самоуверенности придет конец.
— Ах, как думаешь, профессор Гомон расскажет им все?
В этот момент Атера, словно возникшая из ниоткуда, небрежно достала свою неизменную записную книжку.
— Не волнуйтесь. Я предвидела подобный поворот событий, поэтому заранее подстраховалась. Они уже должны висеть на профессоре Гомоне, как пиявки, не давая ему и рта раскрыть.
— Это успокаивает.
— Что гораздо важнее, показать вам обновленный список ставок?
На этот раз ставки делались не на победу или поражение; предметом спора было, как долго кто-нибудь сможет продержаться против Херселя. Самый высокий коэффициент был установлен на три секунды, и чем больше предполагаемое время сопротивления, тем ниже становился коэффициент.
Атера спрятала свою записную книжку и повернулась спиной.
— Ну что ж, пойду раздам остальным необходимые лекарства.
Когда она ушла, Гармон задумчиво почесал затылок.
— Эта девчонка довольно проницательна, если вдуматься.
— Да уж, хотя ее боевые навыки оставляют желать лучшего, ее результаты тестов всегда находятся в самом верху списка. Если бы она немного потренировалась, она, возможно, едва ли смогла бы поступить в Адель. Но вот только… не будет ли это слишком?
На загадочное замечание Эмерика Гармон недоуменно спросил.
— Что именно?
Эмерик медленно закрыл глаза, а затем снова открыл их.
— Мне просто интересно, правильно ли мы поступаем, занимаясь всем этим прямо сейчас.
Даже профессора и студенты из обычно высокомерного Адель были мобилизованы на ремонтные работы, словно они участвовали в отчаянной гонке со временем.
— Ах, это потому, что штаб-квартира Следопытов кого-то присылает, верно? Они приезжают, чтобы лично вручить Херселю заслуженную медаль. Вот почему Рокфеллер так сильно обеспокоен, не так ли?
— …и все же, все это кажется немного… чрезмерным.
— Не волнуйся слишком сильно. Это всего лишь рядовые сотрудники. Они, вероятно, просто ненадолго заглянут, чтобы передать что-то, и сразу же уедут.
Эмерик задумчиво кивнул на слова Гармона. Крепость была так сильно повреждена впервые за всю историю академии, поэтому руководство, должно быть, прилагало колоссальные усилия, чтобы произвести на проверяющих хорошее впечатление. Даже если приедут и уедут всего лишь низкоранговые чиновники, они явно не хотели, чтобы какие-либо негативные слухи достигли штаб-квартиры. Вероятно, в этом и заключалась вся спешка.
И все же гнетущее чувство тревоги упорно не желало отступать.
— Что это за зловещее предчувствие…?
Эмерик решил довериться своим обострившимся инстинктам и благоразумно отступить.
— Я пас. Ты и Атера сами со всем справитесь, Гармон.
У них и так было более чем достаточно монет для ставок. Эмерик прекрасно знал, что неумеренная жадность рано или поздно приведет к беде.
***
Внутри кареты Арентал обратился к офицеру, сидевшей напротив него.
— Как я выгляжу? В этом наряде я кажусь достаточно… обычным?
Одежда, которую он выбрал, не имела ничего общего с традиционными торжественными мантиями Старейшины, а представляла собой стандартную форму, которую мог носить любой офицер низкого ранга.
— Вполне уместно, сэр. В этом вы совершенно не будете выделяться.
— Рад это слышать. Я бы не хотел, чтобы кто-то чувствовал себя неловко из-за моего высокого положения.
На его слова офицер сдержала готовый сорваться с губ вопрос: «Неужели вы маскируетесь для внезапной инспекции?»
Карета плавно подъезжала к величественной крепости Ледяного Сердца. Арентал с ностальгической улыбкой смотрел на проплывающие за окном пейзажи.
— Возвращение в альма-матер спустя столько лет… меня переполняет волнение. Это было такое безмятежное и радостное время.
Офицер с любопытством поинтересовалась: — Ах да, сэр. Ходят слухи, что герцог когда-то был вашим старшим товарищем. Это правда?
Лицо Арентала озарила широкая, теплая улыбка.
— Да, это чистая правда. Вдруг вспомнилось, как я, будучи юнцом, повсюду следовал за старшим Аолом, словно привязанный. Тогда я был полон неуемной страсти и жаждал впитать в себя все знания этого мира.
— Должно быть, для вас это очень волнительно — встретиться с его сыном.
Выражение лица офицера вдруг стало обеспокоенным, словно ее осенила какая-то тревожная мысль.
— Но… все ли действительно в порядке? Ходят не самые благоприятные слухи об этом Херселе бене Тенесте.
Внезапный взрыв беззаботного смеха вырвался из уст Арентала.
— Эм… сэр Арентал?
— О, прошу прощения. Просто вспомнились старые добрые времена. Старший Аол был таким… озорником, что даже профессора его побаивались.
Пока Арентал предавался приятным воспоминаниям, офицер в замешательстве наклонила голову. Аол был известен не только своей невероятной силой, но и как воплощение достоинства и истинный джентльмен. Представить такого человека, доставляющего кому-либо неприятности, казалось совершенно невозможным.
— Полагаю, яблоко от яблони недалеко падает. Этот Херсель бен Тенест, должно быть, унаследовал некоторые черты характера от самого герцога, не находите? Ха-ха!
Пока Арентал от души смеялся, карета наконец-то достигла внушительных ворот Ледяного Сердца.
***
Весть о прибытии кареты распространилась по академии с невероятной быстротой. Всем студентам было строго приказано оставаться в своих комнатах в общежитиях или крепости и вести себя образцово. Я, которому предстояло получить заслуженную награду, терпеливо ожидал в тихом зимнем саду, расположенном прямо под кабинетом директора. Как только высокопоставленный старейшина прибудет в кабинет директора, один из профессоров должен был позвать меня.
{Довольно аккуратно все восстановили, Херсель.}
Донатан одобрительно прокомментировал преобразившийся зимний сад. Еще совсем недавно это место напоминало поле ожесточенной битвы между Луоном и его приспешниками: затоптанные цветы, каменный пол, покрытый толстым слоем грязи. Стены тоже пострадали, хотя, к счастью, величественные статуи остались нетронутыми.
"Я вложил в это немало усилий, так что, разумеется."
Любуясь восстановленным до первозданной красоты садом, который выглядел так, словно его только что заново отстроили, я в то же время пытался угадать, какой именно из старейшин почтит нас своим визитом. Внезапно я услышал размеренные шаги, сопровождаемые бодрым, жизнерадостным голосом.
— Это место преобразилось до неузнаваемости.
Судя по тону и форме Следопыта, говоривший, по всей видимости, был одним из выпускников Ледяного Сердца, решившим навестить свою альма-матер. Такие визиты не были редкостью.
Однако, когда я увидел добродушное лицо мужчины средних лет, мои зрачки невольно расширились от изумления.
Арентал мэн Дрейон.
Один из самых влиятельных Старейшин штаб-квартиры.
Наши взгляды встретились.
— О, здесь уже кто-то есть. Я просто предался приятным воспоминаниям и не заметил, как начал разговаривать сам с собой. Надеюсь, я не помешал вам.
Неожиданная встреча застала меня врасплох, лишив дара речи. В голове настойчиво пульсировал лишь один вопрос:
Почему особа его ранга облачена в форму простого офицера?
Собравшись с мыслями, я поднялся со скамейки и учтиво поприветствовал его.
— Рад нашему знакомству, сэр Арентал.
Казалось, он намеревался сохранить инкогнито, но его истинная личность уже не вызывала сомнений. В этом не было ничего предосудительного, ведь он производил впечатление человека легкого и добродушного, которого вряд ли могла обидеть подобная проницательность.
Арентал неловко почесал затылок и криво усмехнулся.
— Ах, меня уже рассекретили, да? Любопытно — как вы догадались?
— Я видел ваш портрет, висящий в главном зале. Сначала я не был уверен, но решил упомянуть об этом, и, как оказалось, не ошибся.
Арентал подошел ко мне и одобрительно кивнул.
— Ах, этот портрет… хотя это и странно — в юности я выглядел совсем иначе. Кожа была более гладкой, да и вес был несколько больше.
— Как я уже говорил, сэр, я не был абсолютно уверен. Но ваши черты лица настолько характерны, что догадаться было несложно.
Скромно ответил я. Арентал, казалось, заинтригованный моим ответом, жестом пригласил меня присесть, а сам расположился на скамейке рядом.
— Как вам живется в академии?
— Мне здесь очень нравится, сэр.
Арентал добродушно усмехнулся моему ответу.
— Ах, мне это по душе. Очень позитивно. Итак, не происходило ли в последнее время чего-нибудь необычного? Например, не появлялись ли призраки, не пробуждались ли странные монстры или не возникали ли из ниоткуда таинственные проходы?
Я снова уверенно ответил.
— О, такие вещи были обычным явлением в прошлом? Удивительно. Мне никогда не доводилось сталкиваться ни с чем подобным. Полагаю, профессора прекрасно справляются со своими обязанностями.
По правде говоря, профессора были последними людьми, которых я хотел бы защищать. Но для того, чтобы выбить для академии дополнительное финансирование, мне необходимо было создать впечатление благополучной и бесперебойно функционирующей организации. Больше средств означало больше возможностей для моих собственных… нужд.
— Неужели? Мне придется предложить выдать им премию. О, кстати, нет ли каких-нибудь объектов или материалов, в которых вы остро нуждаетесь? В академии много устаревшего оборудования, и давно пора провести модернизацию.
— Ну, кое-что есть, сэр. Хотя мы вполне справлялись с тем, что имеем, многие вещи естественным образом износились от времени.
Арентал достал из кармана небольшой блокнот и начал внимательно слушать. Я начал с перечисления устаревшего оборудования в арсенале и недостатков, которые бросились мне в глаза во время надзора за ремонтными работами. Он тщательно записывал каждое мое слово, а затем слегка смущенно улыбнулся.
— Ха-ха, в библиотеке действительно скопилось немало старых книг. Может быть, не помешает завезти немного легких романов, чтобы люди могли время от времени отвлечься и расслабиться.
— Хотя моя цель — стать доблестным Следопытом, будучи человеком, я не могу полностью избежать подобных мыслей. Лишь изредка, конечно, сэр.
Сделав еще несколько быстрых пометок, Арентал аккуратно убрал свой блокнот.
— Это было весьма полезно. Возможно, штаб-квартире тоже стоит взять на вооружение некоторые из упомянутых вами предложений.
Он достал из кармана изящные карманные часы и затем поднялся со скамейки.
— Ох, боюсь, я слишком долго вас задерживал.
— Вовсе нет, сэр. Мне доставило большое удовольствие наше общение.
— Благодарю вас за эти слова. А теперь мне пора заняться своими делами. По правде говоря, я приехал сюда не только для того, чтобы предаться воспоминаниям, но и чтобы кое-что проверить.
Арентал бросил мимолетный взгляд на статую, стоявшую в углу сада. Хотя он и не произнес ни слова, я прекрасно понимал, что именно привлекло его внимание. Там была скрытая «пасхалка» — тайная гравировка имени его возлюбленной со студенческих времен.
Понимая, что это дело может затянуться, я отвернулся и устремил взгляд на открывавшийся за окном пейзаж.
***
Семеро элит, триумфально вернувшиеся с полевых работ, должны были представить свои подробные отчеты Аркандрику и получить от него напутственные слова. Однако, едва переступив порог академии, они получили приказ оставаться на месте, узнав о неожиданном визите высокопоставленного гостя.
— Я все еще чувствую себя совершенно разбитым. Пожалуй, еще немного отдохну в общежитии.
— Да, я тоже еле стою на ногах. Мелдон, ты же знаешь, что делать, если профессор нас позовет, верно?
— Да, старшие. Отдыхайте спокойно.
Четверо из семерки, двое мужчин и две женщины, сладко потянулись и тут же скрылись из виду.
Мелдон, тяжело дыша, продолжал с негодованием изливать душу старшим членам «Десятки», занимавшим шестое и пятое места.
— Это просто возмутительно! Этот белобрысый нахал был таким грубым и высокомерным! Я уже собирался преподать ему урок хороших манер, но тут откуда ни возьмись появился профессор Гомон и просто оттащил меня от него!
Старшая из женщин и пятый член элиты синхронно скривились.
— Гомон это сделал? Этот старик стал совсем мягкотелым.
Старший из мужчин и шестой член элиты поддержали ее негодование.
— Это же абсурд какой-то! Уверен, когда он сам был студентом, он был таким же фанатиком дисциплины, как и мы. А теперь строит из себя добродушного дядюшку.
Старшая из женщин задумчиво нахмурила брови.
— Кстати, этот белобрысый парень — тот самый, о котором упоминала Атера? Может, это и есть этот… Херсель или как там звали этого крепыша?
— Херсель? Да быть не может.
Старший из мужчин скептически покачал головой, но старшая из женщин не унималась: — Погодите-ка, он что, какая-то знаменитость?
— О, ты бы не знала, приехав из западной глуши. Он знаменит, еще как, но слава у него, мягко говоря, дурная. Ты же слышала о семье Тенест, верно? Он их старший сын.
— Ах, эти Тенесты…
Молча слушавший их перебранку Мелдон задумчиво почесал затылок. Херсель… этот печально известный хулиган. Хотя он не был до конца уверен, что тот белобрысый нахал и впрямь был старшим сыном влиятельной семьи Тенест, это не имело для него особого значения.
"И что с того, что он из знатного рода? Только потому, что его семья имеет вес в обществе, это еще не дает ему права вести себя высокомерно здесь, в Ледяном Сердце. Ему придется встать в строй."
Вспомнив ехидные слова Атеры, Мелдон самодовольно усмехнулся. Она упоминала, что, несмотря на свою поразительную физическую слабость, Херсель обладал несгибаемым духом и никогда не отступал, как бы сильно его ни колотили. Все дело в том, что они, члены «Десятки Элиты», попросту не были профессионалами в обращении с такими упрямыми типами.
"Если он откажется подчиниться по-хорошему, мне просто придется преподать ему урок пожестче."
Вооружившись этими «ценными» знаниями еще до поступления в академию, Мелдон гордо расправил плечи и уверенной походкой направился к лестнице. Приблизившись к ней, он заметил неподвижно стоявшую женщину, повернутую к нему спиной. На ее плечах красовалась мантия с отчетливой эмблемой компаса — знаком принадлежности к ордену Следопытов.
Старшая из женщин в панике схватила Мелдона за рукав.
— Пойдем другой дорогой.
— А? Что случилось?
— Этот наряд… она офицер. Мой брат говорил, что она очень высокопоставленная. Нам ни к чему привлекать ее внимание.
Старший из мужчин тихо добавил, понизив голос до шепота: — Неудивительно, что вокруг академии такая суматоха. Кажется, профессора глаз с нее не сводят, так что нам лучше держаться подальше. Если мы напортачим, это может стать нашим концом.
— В таком случае, старшие, давайте пока подождем в саду. Если мы услышим шаги профессоров в коридоре, я пойду проверю, не звали ли они нас.
Неохотно они решили войти в тихий зимний сад. Мелдон, широко улыбаясь от пьянящего аромата распустившихся цветов, самодовольно шагал впереди.
— Кажется, я целую вечность здесь не был. Ух ты, похоже, они тут немного обновили интерьер. Стало так чисто и уютно.
Мелдон с показным восхищением оглядывал слегка изменившееся убранство сада, наслаждаясь умиротворяющей атмосферой. Затем его глаза внезапно расширились, когда он заметил мужчину, спокойно сидевшего на скамейке в тени экзотических растений.
Эта белокурая макушка… никаких сомнений.
— Ну-ну! Посмотрите-ка, кто здесь! Как же этому ничтожеству из Шлафен удалось сюда проскользнуть?!
С угрожающим видом надвигаясь на сидящего, Мелдон с презрением ухмыльнулся. Херсель вздрогнул и удивленно распахнул глаза.
Увидев замешательство на лице Херселя, Мелдон самодовольно усмехнулся про себя.
"Идиот. Неужели он испугался, раз рядом нет этого трусливого профессора Гомона, чтобы его защитить?"
Мелдон грубо схватил Херселя за воротник и рывком поднял его на ноги. Однако, даже повиснув в воздухе, Херсель продолжал смотреть куда-то в сторону, словно не замечая происходящего.
"Постойте-ка, с этим парнем что-то не так. Почему он такой… отрешенный?"
Ощущая какое-то странное беспокойство от того, что Херсель казался совершенно безучастным даже в тот момент, когда ему вот-вот должны были врезать, Мелдон невольно проследил за его взглядом и слегка повернул голову.
— На что ты так пялишься…
Глаза Херселя были прикованы к мужчине средних лет, стоявшему перед древней статуей, облаченному в простую форму низкорангового офицера из штаб-квартиры Следопытов. Взгляд Мелдона невольно встретился с пронзительным взглядом этого человека, и тот медленно моргнул, словно удивленный увиденным зрелищем.
http://tl.rulate.ru/book/123773/6456877
Готово:
