По мере того как сознание Луона затуманивалось, перед его взором начали возникать призрачные видения.
Небо заволоклось плотной пеленой облаков.
До слуха донеслись отдаленные голоса.
— Ах, юный господин Херсель. Молодой господин и юная леди, коих вы изволили ожидать, находятся в приемной, а не здесь.
Это был голос слуги, чье презрение обычно сквозило в каждом взгляде. Это означало, что настал тот самый день.
Лето, когда собственная семья отринула его, изгнав из дома лишь по причине визита старшего сына знатного аристократического рода.
Затерявшись в укромном уголке сада, предаваясь безделью, он смутно припомнил, как до него донесся низкий, властный голос.
— Меня не занимают отпрыски бродячих кошек.
Кажется, следом над ним нависла чья-то тень.
— Ты Луон аль Банас?
Мужчина взирал на него свысока, с явным оттенком благородства, его брови были сведены в презрительной складке.
— Какое жалкое зрелище для того, кого считают старшим сыном.
— ……
У него не возникло ни малейшего желания отвечать, да и слова словно застряли в горле. Он лишь подумал, что раз уж этот человек обратил на него внимание, то, вероятно, его снова побьют и он пропустит еще один прием пищи.
Вероятно, почувствовав себя проигнорированным, мужчина нанес ему удар ногой в живот.
Бам—!
Когда Луон по-прежнему никак не отреагировал, в глазах мужчины, казалось, промелькнуло мимолетное любопытство.
— Хм, ты словно кукла. Эй, этот недоумок что, немой?
— О, нет, господин, что вы. Эм, юный господин Луон, вам следует что-нибудь сказать.
Слуга, который долгое время пренебрегал им, наконец-то помог ему подняться.
Когда его мать была жива, она часто делала так, но Херсель повелел слуге принести еды.
— Какой он худой. Ступай за закусками и вином.
— С-слушаюсь, сию минуту.
После ухода слуги Херсель неподвижно уставился на лицо Луона.
Преисполненный благодарности за мысль о предстоящей еде, Луон пробормотал слова признательности.
— Спасибо.
Но Херсель, склонив голову набок, произнес.
— Глупец. Разве я говорил, что это для тебя? Я все это съем сам, прямо у тебя на глазах. У тебя такое безжизненное выражение лица. Почему? Ты тоже хочешь есть?
Было очевидно, что над ним насмехаются, как и всегда.
И все же, если он кивнет, возможно, забрезжит слабая надежда.
— Я хочу есть.
Ответ оказался вполне предсказуемым.
— Я просто пошутил.
Но затем последовала неожиданная реплика.
— Впрочем, если ты что-нибудь для меня сделаешь, я, пожалуй, поделюсь. Хочешь послушать?
— …да.
Ухмыляясь, словно находя это забавным, Херсель наклонился и прошептал Луону на ухо.
— Ударь свою младшую сестру по лицу. Тогда ты сможешь наесться досыта.
— Это правда можно?
— в А почему бы и нет? Тебя всего лишь немного накажут. Если не готов, забудь.
Как раз в этот момент с лестницы спустилась его сводная сестра, по-видимому, обеспокоенная тем, что Херсель находится на улице.
Луон, подгоняемый голодом, поднялся и приблизился к сестре.
Как обычно, она сморщила нос и процедила сквозь зубы ругательства.
— Фу, от тебя воняет, ты кусок ничтожества. Уйди с дороги!
Он ударил ее по лицу.
БАМ—!
Не раз испытав на себе отцовские побои, Луон хорошо знал, какой удар причиняет боль, а какой нет. Хотя это и не было его намерением, казалось, его рука обрела некоторую силу, и удар получился болезненным.
Из разбитого носа ошеломленной сестры закапала кровь.
Пфф—!
Услышав за спиной приглушенный смех, Луон обернулся.
Херсель прикрывал рот рукой, сдерживая хихиканье.
Затем он отбросил всякое подобие достоинства и озорно ухмыльнулся.
— Ахаха, я не думал, что ты и правда это сделаешь. Ха-ха, ты забавный малый.
Луон безучастно уставился на него.
Но тут он почувствовал легкое подергивание в уголке рта.
Прикоснувшись к нему рукой, он осознал, что его губы действительно слегка приподнялись в едва заметной улыбке.
Он не понимал почему.
Но по какой-то неведомой причине в тот день он пожелал, чтобы этот человек остался хотя бы еще на одни сутки.
Даже когда отец обрушивал на него удары, эта мысль оставалась единственной в его сознании…
Лишь проведя некоторое время с тем человеком, Луон осознал, что испытал тогда — нечто, смутно напоминающее ликование.
Отмахнувшись от воспоминаний, Луон усмехнулся, вспомнив слова Фелии.
[— Ты не способен ощутить ни горечь душевных ран, ни волнение трепещущего сердца, даже если бы захотел. Причина кроется в изъяне структуры твоего мозга.]
Фелия ошибалась.
"Я способен чувствовать волнение. Я могу испытывать наслаждение."
Причина, по которой те моменты с Херселем доставляли ему такое странное удовольствие, была проста.
Эти действия были словно сладкая роса, утолявшая жажду его иссохшей души.
"…ах, это было поистине забавно."
Чтобы вновь испытать это чувство, ему необходимо было прорваться сквозь толстую стену.
Луон ощутил, как чья-то рука сжимает его шею.
Хватка Аркандрика слегка ослабла, словно он не имел намерения его убивать.
Если бы он хотел лишить его жизни, кости Луона давно бы уже были раздроблены.
— Если ты пытаешься меня задушить, тебе следует сжать сильнее.
— …ты стал сильнее с нашей последней встречи, Луон.
Луон поднял сломанное запястье и коснулся лица Аркандрика.
Он провел рукой вверх по переносице Аркандрика, закрывая ему глаза, и одновременно свободной рукой быстро шарил в кармане.
Он извлек склянку с лекарством.
Пока он выливал содержимое в рот, Аркандрик усилил хватку и спросил.
— Что ты пытаешься сделать?
— Хех, оно уже у меня в глотке, старый дурак.
Луон почувствовал, как начинает действовать препарат.
Кровь забурлила, растекаясь по венам.
Это был эликсир Превращения в монстра, который Фелия собственноручно для него изготовила.
[— Это эликсир, созданный путем соединения генов Злого Саламандра. Побочный эффект — твоя кожа станет скользкой, но зато, даже если тебе оторвут конечности, они быстро регенерируют, так что это будет полезно.]
[— Зачем ты создала нечто подобное?]
[— А чего ты ожидаешь всего за два дня? Собирать материалы было очень сложно. Но я значительно уменьшила побочные эффекты, так что даже это уже впечатляет, понял?]
Луон резко дернул головой вниз, почти сломав себе шею.
Благодаря внезапно ставшей скользкой коже, он легко выскользнул из захвата Аркандрика, хотя и пришлось вытерпеть острую боль от едва не сломанных шейных позвонков.
— Л-Луон? — С тревогой позвал Аркандрик.
Луон покачал безвольно болтающейся головой, поднимаясь на ноги.
Теперь прямо сидящая голова Луона представляла собой гротескное зрелище, от которого у Аркандрика отвисла челюсть.
— О-отвратительно…
Луон оскалился, и в его глазах вспыхнула убийственная ярость.
— Старик, прими мой совет. Если твои руки не лишат меня жизни сейчас, ты никогда меня не остановишь.
Из кармана Луона появилась резная фигурка воробья.
Аркандрик молниеносно сократил дистанцию, обрушивая удар.
— Ты думаешь, я позволю тебе снова выкинуть что-то странное?
— Слишком поздно, старик. Дело уже сделано.
Как только пальцы Луона крепко сжали фигурку, вокруг него вспыхнул призрачный зеленый щит.
Кулак Аркандрика с глухим стуком врезался в барьер и отлетел.
Тук—!
Луон метнул быстрый взгляд на место, где валялась оброненная стальная шкатулка.
"Чтобы активировать ее, мне нужно нейтрализовать барьер. Схватить ее нужно быстро и создать дистанцию."
Аркандрик, казалось, постиг, что шкатулка — ключ ко всему.
Оба их взгляда скрестились на ней.
Свист—!
Луон сконцентрировал всю ауру скорости в ногах и рванулся вперед, словно стрела.
Аркандрик последовал его примеру, но из-за непрерывного истощения сил Камня Связывания его рывок был заметно медленнее.
Невидимый клинок Луона полоснул по спине Аркандрика.
Но осталась лишь тонкая, едва заметная царапина.
Не имея иного выбора, Луон направил удар на стальную шкатулку.
Взрыв—!
Ящик скользнул влево, ближе к Луону.
Звяк—!
Меч Луона взметнулся из ножен, озаряясь мерцающим лезвием маны.
Аркандрик сделал шаг влево, и Луон мгновенно оказался у него за спиной.
Расстояние для удара было идеальным.
Вытянув руку, он вонзил клинок в спину Аркандрика, но вместо плоти лезвие встретило глухой металлический звук.
Лязг—!
— Как бы легок ни был удар, такая непробиваемость абсурдна…
И все же это был удар, усиленный маной.
Поскольку Аркандрик сосредоточил большую часть своей ауры на защите, его скорость заметно упала на мгновение.
Воспользовавшись этой заминкой, Луон бросился вперед, схватил стальную шкатулку и кубарем покатился по земле.
Оба тяжело дышали, прожигая друг друга взглядами.
— Ху-ху… ты выглядитэшь измотанным, старик.
— Эта пиявка присосалась… что это, черт возьми? Такое чувство, будто вся сила покидает меня… ху-ху…
Оба ощущали это.
Конец был близок.
"Сила барьера не шутка. Для финального удара придется выложиться на полную… по крайней мере, он так подумает. Он не знает, что мне нужно деактивировать защиту."
Серьезная атака Аркандрика была бы смертельна.
Если Луон не успеет открыть стальную шкатулку в пределах досягаемости, он проиграет.
Пока эти мысли вихрились в голове Луона, Аркандрик стремительно бросился на него.
Свист—!
Когда Аркандрик приблизился вплотную, Луон рассеял барьер и попытался открыть стальную шкатулку.
Даже в этот миг кулак Аркандрика, окутанный тусклой аурой, несся к его лицу.
Но он замер.
Кулак Аркандрика остановился в дюйме от лба Луона.
Лукаво улыбнувшись, Луон до конца открыл стальную шкатулку.
— Я знал, что ты остановишься. Ведь ты с самого начала не собирался меня убивать.
Аркандрик горько усмехнулся.
— Ах ты, хитрый щенок.
[Узник Стали]
Загадочная шкатулка, обращающая любого в пределах досягаемости в дым и заточающая внутри.
Тело Аркандрика начало рассеиваться дымом, затягиваясь внутрь стальной шкатулки.
Луон спокойно улыбнулся, наблюдая за происходящим.
— Будь я на твоем месте, я бы не остановился, ни перед барьером, ни перед чем либо еще. Ты силен, но в то же время слаб. Нелепо проиграть из-за такой глупости, как сентиментальность.
Лязг—!
Дым полностью заполнил коробку, и крышка плотно захлопнулась.
В этот момент изнутри донеслась глухая вибрация.
Взрыв—!
Глаза Луона расширились от ужаса.
Взрыв—!
Словно нечто бушевало внутри, раздался оглушительный звук, и на стенках стальной коробки вздулись бугры от ударов изнутри.
Взрыв—!
Однако сила ударов постепенно ослабевала.
Бум—
Напряжение спало, и все начало стихать.
Понимая, что битва окончена, Луон без сил рухнул на землю.
— Вот ведь монстр…
Луон решил восстановить силы, прежде чем двигаться дальше.
Но не провалился ли он в краткий сон?
Когда он открыл глаза, над ним склонилась Фелия, пристально глядя вниз.
— …как давно ты здесь?
— Кто знает? Наблюдаю за тобой минут тридцать.
Луон поднялся.
Слизь и пот на его коже заледенели, сковывая движения.
— Фелия, не могла бы ты приготовить горячей воды? Я бы хотел умыться.
— Ах, как раз вовремя. Я принесла твой костюм. Можешь выбросить эту грязную тряпку и переодеться.
Фелия взмахнула посохом, растопив часть замерзшего льда.
Тепло окутало Луона, и он начал раздеваться.
Раздался лукавый смешок.
— Хех, похоже, у тебя от природы зашкаливает уровень мужских гормонов.
— Отвернись.
— Хочешь, чтобы я и мыло сделала?
— Было бы неплохо.
Закончив омовение, Луон облачился в костюм.
Фелия поправила воротник его рубашки, любуясь нарядом.
— Ты сказал, что старик подарил тебе ешо? У него хороший вкус.
— Я выбрал дизайн.
— Хм? Ты?
Луон спросил, заметив удивленное выражение лица Фелии.
— Это так удивительно?
— Это не совсем в твоем обычном стиле.
— Это ничего не значит. Просто захотелось надеть что-то похожее на то, что когда-то носил другой человек. В любом случае, пора двигаться к следующему заданию.
Беседуя, Луон и Фелия направились к крепости.
— Приглашения готовы. Как только начнется, они тут же явятся.
— Значит, ты сейчас направляешься в Запретную Библиотеку?
— Ага. Ах да. Луон, поскольку снаружи есть наблюдатели, отныне называй меня «профессор». Я профессор, посланный наблюдать за тобой.
Фелия гордо выпятила грудь и вскинула подбородок.
Луон бросил на нее холодный взгляд, и она обвила его плечо рукой.
— Тебе не помешало бы вести себя немного милее.
— …....
Когда они приблизились к крепости, к Фелии подошел мужчина.
— Реденик, что ты здесь делаешь? Все остальные в поте лица трудятся, а ты тут прохлаждаешься.
Фелия огляделась и легонько стукнула его по голове посохом.
— Ч-что ты делаешь? Ты… как ты смеешь поднимать руку на старшего…
Мгновение спустя его голова с влажным хлопком взорвалась.
Луон, полуприкрыв глаза, спросил Фелию.
— Разве ты не говорила, что есть наблюдатели?
— Какая разница? Здесь только мы вдвоем. К тому же, этот тип неоднократно докучал прежнего владельцв этого тела.
Фелия с помощью телекинеза зарыла тело в землю.
***
Когда пришло время, я облачился в приготовленный наряд.
Пока я ждал Лимбертона и Аслея в коридоре, прохожие то и дело бросали на меня любопытные взгляды.
Наверное, они находили странным мой выбор столь простой одежды.
Прошла примерно минута.
Дверь одновременно распахнулась, и появились Лимбертон и Аслей.
Благодаря советам многих, наряд Лимбертона выглядел весьма достойно.
Что касается Аслея, поскольку он полностью доверился дизайнеру, его костюм был довольно нейтральным.
Но и Лимбертон, казалось, был заворожен моим одеянием и уставился на меня с открытым ртом.
— Вау, я никогда раньше не видел такой одежды.
— Что, я тоже выгляжу странно?
— Нет, нет. Ты выглядишь очень хорошо. Тебе идет!
— Правда? Ну тогда пойдем. Я умираю с голоду; давайте наедимся до отвала.
Когда мы спускались по лестнице и шли через вестибюль, взгляды, словно мы были диковинными зверями в зоопарке, становились все более настойчивыми.
Казалось, я единственный, кто ошибся с дресс-кодом…
Оглядываясь назад, возможно, мне следовало выбрать что-то более броское, как и все остальные.
Мы покинули Шлафен-Холл и вошли в крепость.
Щелк-щелк—
Даже когда мы поднимались на этаж, где начинался прием, взгляды не ослабевали, и вскоре в поле зрения появился вход в зал.
Беспечно болтая с Лимбертоном на ходу, я повернул голову к двери.
В этот момент наши взгляды с Лианой встретились.
— Ах!
Глаза Лианы расширились, скользя по мне сверху вниз.
http://tl.rulate.ru/book/123773/6350383
Готово:
