Нередко случалось, что главные герои повествования списывались со счетов. Такова была неумолимая реальность. При сотне играбельных персонажей в одном мире их количество было попросту непомерным. Разумеется, ключевые фигуры доживали до финала. Но тех, кому удача не улыбнулась, чаще всего ждала иная судьба: одни рождались болезненными и угасали, не получив своевременного лечения; другие упускали свой шанс из-за пресловутого эффекта бабочки, порождённого выборами игрока; а некоторые находили свою смерть в схватках с враждебными фракциями.
Этот безжалостный отсев был лишь вопросом времени.
***
Мы неслись вслед за дымом, клубившимся над низиной. Белман, поравнявшись со мной на бегу, окликнул.
— Херсель, мы — Адель-Холлу.
Вскоре наши пути разошлись. Отряд Белмана явно намеревался проверить свое имущество, оставленное на базе. Я же направился прямиком к лагерю Шлафен. За этим налетом стояла Бродячая Банда. Студенты Шлафен представлялись им легкой добычей из-за своей мнимой слабости.
Лимбертон, покосившись на рюкзак за моей спиной, хмыкнул.
— Зачем ты потащил целый рюкзак? Мы же не спасаемся бегством.
— На всякий случай. — Бросил я в ответ.
Добравшись до лагеря Шлафен, мы увидели, как они отчаянно борются с огнем. Рикс, взмокший от пота, руководил тушением. Лицо его лоснилось от пота и было перепачкано сажей.
— Маги, группами по четверо, гасите по одной крепости! Рыцари, тащите воду из ручья, живее! Остальные, проверьте, не остался ли кто внутри!
Рикс метался из стороны в сторону, магией обрушивая на пламя потоки воды. Мы тут же присоединились к ним, помогая разбирать тлеющие обломки.
— Херсель?
— Увидел дым и решил помочь.
Рикс спросил с настороженностью.
— Где ты пропадал всё это время?
— Это испытание. Даже тебе не дозволено знать, где наша база.
Рикс досадливо крякнул, но, похоже, смирился и согласно кивнул. Несмотря на взаимодействие в пылу событий, испытание есть испытание. Видимо, он не был настолько наивен, чтобы отрицать очевидное.
Когда с огнем почти справились…
— Рикс! О? Херсель, и вы здесь. Когда вы подоспели?
Появился друг Рикса, Хадал, волоча за собой связанного мальчишку.
Тут я понял, что пора, и тихо высвободил меч из ножен.
Рикс нахмурился.
— Кто это? Откуда здесь ребенок?..
Лицо Хадала омрачилось. Левой рукой он извлек футляр, полный острых предметов.
— Этот мелкий поджег лагерь. Поймал его, когда пытался удрать, и вот что нашёл.
Рикс шагнул к мальчику. В глазах ребенка плескался ужас, он весь дрожал.
Я резко крикнул.
— Назад! Хадал!!
И толкнул паренька лезвием меча.
Не успел изумленный Рикс повернуть голову, как нас оглушил взрыв.
~БУМ!—
Кровь брызнула на лицо и одежду Хадала.
От мальчика не осталось ничего, кроме кровавых ошметков.
Лимбертон, которого била дрожь, прошептал.
— Так вот зачем ты спрашивал тогда…
Он, видимо, вспомнил мой недавний вопрос.
— Вот именно. Теперь узнаешь, Лимбертон, чего стоили твои слова на самом деле.
С Бродячей Бандой можно было поступить двояко: либо мешкать и ждать взрыва, либо прикончить их быстро и безболезненно. И то, и другое было по-своему жестоко.
***
Я попросил Рикса созвать старост лагеря Шлафен. Поскольку и другие дети успели взорваться, остальные уже всё поняли. К тому же пожар был еще слишком свеж в памяти, поэтому они собрались без лишних возражений.
Местом встречи стала одна из обгоревших крепостей. Я поделился тем, что знал о будущем, объяснив суть Бродячей Банды.
— Отец рассказывал мне, что Королевство Беллам создало организацию под названием «Бродячая Банда», взяв за образец Следопытов.
Никто не усомнился в моих словах. Мой отец — известный выпускник, который ради развлечения исходил зачарованные леса вдоль и поперек.
— Неудивительно, что появляются конкуренты. Богатства зачарованных лесов давно перестали быть тайной.
Я рассказал о существовании Бродячей Банды, их целях и проклятиях, превращающих детей в живые бомбы.
— Для них это — испытание. Они сироты, их смерти никого не волнуют. С ними обращаются как с расходным материалом.
Рикс от ярости стиснул зубы и кулаки.
— Ублюдки… использовать детей…
Остальные старосты согласно зашумели.
— Я всегда знал, что Ледяное Сердце — место ненормальное, но это превосходит всё.
Большинство трезво оценивало ситуацию.
Первыми слово взяли представители дивизиона Леты.
— Ну и что теперь? Хотят нас убить — убьем их первыми. Они ведь спалили все наши запасы.
— Поддерживаю. Даже если это дети, на поле боя убить врага — дело обычное.
Прочие лидеры согласно кивнули.
По правде говоря, я был с ними солидарен. Даже мое современное сознание успело адаптироваться к реалиям этого мира. Дети-солдаты, погибающие в бою, здесь никого не удивляли. Взяв в руки оружие, они становились врагами, вне зависимости от возраста и пола. Было бы странно оспаривать их мнение.
Но соглашаться мне претило. Не только из моральных терзаний, но и потому, что среди Бродячей Банды были играбельные персонажи — те, кто, повзрослев, могли стать ценными союзниками в будущем.
— Хм-м.
Это было логично. Раз кто-то начинал свой путь в Ледяном Сердце, то почему бы другим не стартовать в Бродячей Банде? Это ведь тоже была своего рода академия, готовящая кадры для зачарованных лесов, и среди них было немало потенциальных главных героев.
— Значит, просто убьем их? Но у рыцарей есть кодекс чести! — Возразил Рикс. — Если вы стремитесь ими стать, есть черта, которую нельзя переступать. А маги несут ответственность перед другими.
Его слова, хотя и звучали несколько идеалистично, но возымели действие на некоторых старост.
Доводы Рикса были разумны, пусть даже истоки рыцарства и этики магов крылись в распущенности их древних предшественников. Со временем, не без влияния религии, эти понятия прочно вошли в общественное сознание. Как бы там ни было, существующие нормы предписывали относиться к детям-солдатам как к пленникам, а не преступникам. Убийство допускалось лишь в крайних случаях; неписаные правила рыцарей и магов требовали искать иные пути. Проще говоря, мы должны были хотя бы сделать вид, что ищем альтернативу. Хотя многие пренебрегали этими правилами, обрекая себя на посмертный позор.
Но Рикс упускал главное.
— А что, если есть способ их спасти?
Начал я с предложения альтернативы.
— Убить их, зная, что можно было спасти — это совсем другое дело, не так ли?
Затем я воззвал к остаткам их совести.
— То, что случится этой ночью, запомнится на века. К добру или к худу. — И, наконец, перешел к угрозе. — В мемуарах какого-нибудь прославленного деятеля будущего может появиться строка о том, как некий благородный господин убил дитя, хотя имел выбор. Такой позор потомкам захочется вычеркнуть из семейной хроники.
Старосты дрогнули.
— Ты что же, собираешься потом всех заложить, когда добьешься успеха?
— Ледяное Сердце — закрытая академия, даже по имперским меркам. Думаешь, они позволят такому просочиться наружу?
Я смерил презрительным взглядом лидеров Леты и цыкнул языком.
— Думаете, эта тайна не раскроется? Уже появляются подражатели Следопытов. Правда всплывет — может, через год, может, через два. Закон вас, возможно, и не настигнет, но ваша честь будет запятнана. Подумайте.
Напористые лидеры умолкли. Рикс криво усмехнулся.
— Твой подход в таких ситуациях всегда бьет точно в цель.
Иметь дело с наивными аристократическими отпрысками было нетрудно.
И все же я медлил…
— Хотя я и сказал, что способ есть, я не могу гарантировать успех. Это совершенно непроверенная стратегия.
Метод, пришедший мне в голову, не был предусмотрен даже в игре. Это была хитрость, возможная лишь в реальности, и потому уверенности у меня не было.
Услышав мой мрачный ответ, Рикс помрачнел.
— Нам потребуется содействие всех общежитий: Адель, Бюргера и Шлафен. Одно это уже почти невыполнимо.
Я был всего лишь один. Чтобы спасти детей, жаждущих нашей смерти, нужны были люди и готовность рискнуть.
— Более того, я считаю, что решение должно быть принято общим голосованием всех старост, с учетом возможных потерь. Если эти условия не будут выполнены, я сочту свой моральный долг исполненным и присоединюсь к вашему мнению.
Рикс подался вперед.
— Так в чем же заключается твой метод?
— Это долгий разговор. Я изложу все детали, когда соберутся старосты всех общежитий.
Я поднялся и вышел из крепости.
Снаружи меня ждали Аслей и Лимбертон.
— Ну что? Какое решение? — Спросил Лимбертон.
Я ответил уклончиво.
— Ты как-то спрашивал, смогу ли я убить ребенка, который попытается убить меня...
— …
Видя полуиспуганное лицо Лимбертона, я закинул рюкзак на плечо.
— ...мы пока решили попытаться их спасти.
Лимбертон шумно выдохнул.
— Уф-ф.
— Поэтому мне нужна ваша помощь.
Я дал им четкие указания.
— Студенты Адель и Бюргера наверняка столкнулись с той же проблемой. Передайте им, что у нас есть хорошее решение. Если будут сомневаться, напомните: лучше держаться вместе, чем быть перебитыми поодиночке.
Аслей и Лимбертон кивнули и тут же сорвались с места.
Я же шел и думал об играбельном персонаже из Бродячей Банды.
Сможет ли кто-то из Ледяного Сердца, вроде меня, спасти жизнь Мелин?
Впрочем, пустые вопросы. Ответ я узнаю совсем скоро.
***
В Адель кипело обсуждение. Из-за малочисленности фракции присутствовали все, а не только старосты. После того как они стали свидетелями взрывающихся детей и разведка донесла, что противник передвигается целыми отрядами, нервы у всех были на пределе.
— Следов множество, самых разных размеров. А судя по сломанным веткам, некоторые шли по деревьям.
Когда разведчик закончил доклад, разгорелся спор о дальнейших действиях. Мнения разделились.
Риамон сидел, вонзив свой огромный двуручный меч в землю.
— Значит, убиваем? Наш отряд — за.
— Риамон, сколько раз повторять, здесь командую я! — Вспылил формальный лидер.
— Но ты же со мной согласился, разве нет?
— Ну… да, но…
— Так чего теперь мямлить? Ты был готов прикончить пацана, пока думал, что на то есть причины.
— То было… другое дело. Если бы не мой старший брат…
— Тц, одни слова. — Фыркнул Риамон.
Хотя некоторые и колебались, большинство, включая Сициллу, склонялось к решительным действиям.
— Вы все видели взрывы. Обезглавить их — это проявить милосердие.
— Но, Сицилла, нужно быть осмотрительнее.
— Ты сама чуть не пострадала! Не успей ты вовремя окутать себя аурой, и все могло бы кончиться фатально.
Пока Сицилла спорила с Лианой, Белман, хранивший молчание, наконец подал голос.
— Спор идет лишь о том, убивать или нет. Но нужно взглянуть на проблему шире.
К словам Белмана в Адель прислушивались. Риамон, хоть и был лучшим студентом, отличался взрывным характером и сложной натурой. А Белман, второй по успеваемости, уже давно считался негласным лидером.
Все взгляды обратились к нему.
— У нас слишком мало сведений об этих детях. Мы не знаем даже, почему они хотят нас убить. Взрывы похожи на тёмную магию. Кто-нибудь разбирается в ней? Поднимите руку. Нам нужно понять, можно ли разрушить эти чары.
Такая информация помогла бы собрать больше данных и успокоить сомневающихся.
Студенты переглядывались, и тут одна рука поднялась.
— Далум? Ты же из рыцарского факультета, но, кажется, сведущ в магии? — Удивлённо произнес Белман. Далум смущенно потер затылок.
— Да нет, не особо. Просто помню, был факультатив по темной магии.
— …по нестандартной магии, ты хочешь сказать?
— Ну да. Я случайно видел списки поступивших студентов. И на этот курс записался только один человек.
Глаза Белмана сверкнули.
— Кто же он?
— Херсель.
По рядам студентов прошел шёпот. Эруцель неверяще уставился на Далума.
— Мой брат?
— Чего? Твой брат? — Рявкнул на него Риамон, а потом снова повернулся к Далуму. — Ты точно уверен?
— Абсолютно. Такую скандальную личность трудно не запомнить.
— …но зачем ему это?
Какой бы дурной славой ни пользовался Херсель, его ума отрицать не могли.
— Херсель разделил первое место на письменном экзамене. — Напомнил Белман. — Пусть темная магия и не основной предмет, уверен, он в ней кое-что понимает.
Все вспомнили, как Херсель справился со сложнейшими руническими задачами. Да и его хладнокровие во время нападения волков явно не было случайностью.
— Возможно, у него уже есть решение. — Задумчиво проговорил Белман, поднимая свой посох. — Стоит с ним поговорить. Я отправляюсь в лагерь Шлафен немедленно.
— Стой.
Риамон, до этого лишь отпускавший едкие замечания, поднялся и выдернул меч из земли.
— Я с тобой. Не возражаешь?
Студенты удивленно переглянулись. Даже Белман был поражен. Активность Риамона была в новинку.
— Поступай как знаешь.
Едва они двинулись в путь, как увидели бегущих к ним Аслея и Лимбертона.
Риамон узнал одного из них.
— А это не Лимбертон случаем? Вот придурок…
— Ты его знаешь?
— Еще бы. Рассказать как познакомились? — Риамон посмотрел в небо. — На третьем экзамене этот болван умолял меня помочь Херселю. Отдал мне за это все свои монеты. Если бы не он, Херсель стал бы лучшим студентом, поступившим в Адель.
Студенты ахнули.
— Что? Он был бы лучшим?
Риамон скривился.
— Ага. Только он почему-то сам уступил первое место. Хотя мог бы забрать все мои монеты, если бы захотел.
Белман хотел расспросить подробнее, но время поджимало.
— Об этом поговорим позже.
Запыхавшийся Лимбертон подбежал к ним.
— Фух… фух… Херсель велел собрать все силы… в лагере Шлафен.
— Собрать все силы? Хм-м... — Белман кивнул. — Хорошо. Все согласны?
Он обвел взглядом старост, и те растерянно закивали.
Лимбертон опешил.
— Стоп, вы что, пойдете, даже не спросив, зачем?
— В этом нет нужды. Вы ведь столкнулись с тем же, что и мы. А у Херселя есть решение проблемы. Я прав?
Лимбертон тупо моргнул.
— …да, Белман, ты прав. Но как убедить ребят из Бюргера?
Белман пожал плечами.
— Просто. Если Адель уйдет в лагерь Шлафен, Бюргер останется один на один с врагом. Передай им это.
Передвижение Адель – лучший аргумент. Раз лучшие студенты уходят, значит, на то есть веская причина.
Как и предполагал Белман, убедить Бюргер не составило труда.
Вскоре фракции двинулись к лагерю Шлафен.
***
Активность в лагере Шлафен казалась Бродячей Банде странной.
Противники собрались все вместе и разбирали обгоревшие «мульти-крепости», чтобы тут же возвести их заново.
Мелин спросила командира, наблюдавшего рядом с ней.
— Неужели их можно починить?
— Не стоит недооценивать имперские технологии. Мы сожгли лишь внешнюю оболочку, когда ядро осталось нетронутым. А значит, достаточно наполнить его маной, и оно снова заработает.
Крепости действительно отстраивались. Планировка лагеря выглядела необычно: внешние укрепления образовывали кольцо вокруг центральных, скрывая то, что находилось внутри.
Командир тихо выругался.
— …что они задумали?
— Кто знает.
Теряя терпение, он повернулся к Мелин.
— Нужно атаковать сейчас.
— Сейчас? Но налет был запланирован на послезавтра. Мы ведь для того и сожгли их припасы, так?
Изначальный план состоял в том, чтобы напасть, когда враг ослабнет от голода и потеряет бдительность под конец испытания.
Командир раздраженно пояснил.
— Подумай сама. Чем дольше мы тянем, тем хуже для нас. Они явно готовятся к чему-то масштабному, раз собрались все вместе, не оставив брешей в обороне.
— Это я понимаю.
Несмотря на численное превосходство Бродячей Банды, в открытом бою силы были несравнимы. Их единственная тактика — заманивать и уничтожать мелкие группы врага превосходящим числом.
— Но…
Противник оказался сильнее, чем они ожидали. Даже командир признавал, что никто не рассчитывал на столь быструю расправу с волками.
— …нас же почти всех перебьют.
Командир вздохнул.
— Думаешь, время на нашей стороне? Они уйдут через два дня, а мы останемся. И наше положение куда хуже.
Мелин умолкла. Отрицать его правоту было бессмысленно. У них оставалось всего два дня, чтобы принести головы врагов — или погибнуть самим.
— Так что сейчас — лучший момент. Их рыцари вымотаны стройкой, маги перезаряжают камни маны, а кто-то и вовсе без сил. К тому же запасы сожжены. Они наверняка голодны. Завтра наши шансы будут только таять.
Доводы звучали убедительно, и Мелин неохотно кивнула.
— Я знаю, чего ты боишься. Но мы всегда так жили. Отставшие — погибают. Посмотри на нас, выживших. Тех, кто погиб, было вдесятеро больше.
— Я понимаю.
Выживание сильнейших — закон Бродячей Банды. Эту истину Мелин усвоила давно.
— Тогда готовься. Я оповещу остальных командиров.
Пока он отдавал распоряжения, Мелин подошла к инструктору.
Тот одобрительно улыбнулся.
— Решили действовать сейчас? Мудро.
— Решение не моё, но да. Инструктор, мне нужно заклинание.
— Разумеется.
Инструктор начертал в воздухе искрящуюся руну и наполнил ее маной.
Мелин глубоко вдохнула ее силу.
— Х-х-ха-а.
— Поразительный дар, как всегда. Помни, Мелин, ты стала командиром именно благодаря ему. Теперь иди и используй его.
Приготовления были закончены.
В небе сияла полная луна.
Большинство студентов Ледяного Сердца спали, лишь редкие часовые несли вахту.
Идеальная ночь для внезапного нападения.
http://tl.rulate.ru/book/123773/6264909
Готово:
