Риамон уставился на дрожащую кисть руки, когда по его лицу выступил холодный пот.
"Меч, покрытый аурой, переломился пополам…?"
Не ослабь он хватку в последний момент, запястье бы раздробило. С такой силой даже скользящий удар отсекал конечности. Осознание смертельной угрозы обострило восприятие, от чего Риамон отпрыгнул назад, разрывая дистанцию.
~Ш-ш-ш-ш!—
Наблюдатель наполнил пасть сизым пламенем.
— Черт, огненное дыхание…
Уйти от атаки по площади невозможно. Теперь двуручный меч был размером с пол руки и совершенно не подходил для защиты от пламени. Пока Риамон лихорадочно искал выход из ситуации, голова существа окуталась голубоватым пламенем.
~Вжжж!—
Наблюдатель забился в безумии, пытаясь потушить огонь. Риамон в замешательстве расширил глаза.
— Что за…
Ответ пришёл мгновенно. Херсель, до этого сидевший поодаль, нацелил ладонь в сторону противника.
— Пламя беру на себя. Остальное — твоя забота.
Риамон сглотнул и уставился на него.
"Кто он такой?..."
Сначала — игра с водяными струями. Потом — удар Наблюдателя, сломавший меч, но не оставивший на нем и царапины. Многое оставалось загадкой, но одно было ясно.
"Он силён. Я даже не могу оценить уровень его ауры... что ему мешало убить его сразу?"
Как ни крути, он должен был справиться в одиночку.
В тот миг Херсель метнул длинный меч, и Риамон поймал его, удивленный.
— Держи.
— ...
Глаза Риамона расширились от шока. Херсель жевал вяленое мясо, неторопливо наблюдая за происходящим с видом, будто он зритель в театре.
"Так вот оно что… теперь я начинаю понимать."
Для Херселя это было развлечением. Прежние действия напоминали игру сытого кота с мышью перед трапезой. Теперь стало понятно, откуда у команды 7 столько монет.
…кто тут кому помогает?
Риамон подумал, что Лимбертон был глупцом, отдав все свои монеты ему.
***
Меня слегка штормило.
Риамон ринулся на Наблюдателя, забыв о своей главной особенности, уникальной черте… и каков результат? Сломанный меч и взгляд, полный немого требования: «Одолжи оружие».
— Держи.
Скепсис остался, но я кинул ему меч. Раз умеет насыщать меч аурой, на этот раз он должен справится.
— ...
Когда пальцы Риамона сомкнулись на рукояти меча, я устроился поудобнее, жуя мясо словно попкорн.
Внезапно он закивал сам себе, с закруглёнными глазами.
Я не понимал, о чём он думал, но размышлять было некогда.
Наблюдатель погасил пламя на своей голове, и теперь его ледяные глаза наблюдали за мной, пылая синевой.
Несмотря на то, что его двуручный меч, предназначенный для блокирования атаки дыханием, был непригоден для использования, с моей небольшой помощью справиться с Наблюдателем будет…
…будет несложно, верно?
~Шу-у-ух!—
Существо поползло к Риамону. Тот поднял длинный меч наизготовку.
~Свист!—
Хвост рассёк воздух.
Риамон увернулся, подпрыгнув, и слегка коснулся хвоста длинным мечом, когда тот пролетал мимо. Наблюдатель в ответ взмахнул острыми когтями.
Риамон снова взмыл вверх, застыв горизонтально, словно прыгун с шестом.
~Стук!—
Он проскользнул меж рёбер Наблюдателя, словно дельфин сквозь обруч. Сочетание навыков — «Баланс Ласточки» и «Гуттаперчевость» — давало ему абсолютный контроль в полёте и гибкость моллюска.
С такими особенностями Риамон уворачивался от любых атак, кроме атак по площади.
~Щёлк—
Клинок снова звонко стукнул по костям. Когда Наблюдатель начал готовить дыхание, я поджёг его голову заклинанием облегчения.
~Вжжж!—
Это был идеальный момент для Риамона, чтобы достичь требуемых условий.
Риамон бил мечом по скелету всё быстрее, пока не прозвучал девятый удар. Теперь его клинок светился благословением «Павшего Мечника-Отшельника», гарантирующим критическим ударом на десятом взмахе.
Пока аура вихрем обвивала сталь, я отряхнулся и встал.
Намечался финал.
Наблюдатель занёс лапу, чтобы раздавить Риамона. Тот, ловко петляя, вонзил меч между его рёбер.
~Хлюп!—
Клинок пронзил чёрное сердце, взорвавшись брызгами мутной жидкости.
~Грохот—
Существо рухнуло. Риамон выбрался из под костей, стряхивая с себя вязкую слизь.
Я ждал на полуразрушенном мосту, соединённого веревками и бросил приближающемуся Риамону.
— Неси меня.
— …что?
— Ждёшь, что я сам перейду? Тебе заплатили — считай это частью работы.
Он посмотрел сначала на верёвку, потом на меня, а затем усмехнулся, будто что-то понял, и присел.
— Хочешь выглядеть обычным человеком, да?
— Обычным?
— Решил встать на один уровень со смертными ради забавы?
Ну... он не ошибался.
Если бы я смог опуститься до обычного человека, то стал бы полноценным частью общества. Это действительно было бы весело и приятно.
Но уместно ли обсуждать это сейчас?
С непроницаемым видом я кивнул.
— Допустим.
Риамон, держа меня на спине, ступил на канат. На полпути он задал еще один странный вопрос.
— Каково наблюдать за всем с высоты?
Просто тёмная бездна. Это был еще один странный вопрос, учитывая, что мы пересекали путь вместе.
Всё же я ответил, вцепившись в его плечи.
— Голова кружится. Пока не спустишься — ничего не разглядеть.
Он замедлил шаг, слегка повернув голову.
— Должно быть, находится одному на такой высоте было скучно. Теперь понимаю, что тебе хотелось посмотреть, что там внизу.
Что за чушь. Кому захочется туда спускаться?
Он планирует сбросить меня?
Я зажёг «Огонь Благородной крови» и холодно предупредила.
— Не строй догадок, если жизнь дорога...
Если упаду, то потяну тебя за собой.
Он вздрогнул и ответил слегка взволнованным тоном.
— Кхм… понял. Будешь жить в академии так, как того пожелаешь.
— Вот именно.
После этого он замолчал, и мы пересекли разрушенный мост без дальнейших происшествий, добравшись до выхода.
Я прищурился, глядя на Лимбертона, который махал мне издалека.
— Херсель!
Когда я подошёл к нему, я расслабился и перестал хмуриться. Хоть он и потратил монеты, которые должен был стеречь, но спас мне жизнь. Какая никакая заслуга.
— Ну что, нашёл выход номер 7?
— Ещё бы! — Лимбертон ткнул пальцем в другую сторону, и сказал Риамону. — А 44 — вон там. Можешь идти.
— …Лимбертон, ты идиот.
— Чего опять цепляешься?
Риамон что-то пробормотал и пополз к выходу 44. Я вставил ключ в скважину выхода номер 7. Прозвучал щелчок, и она открылась.
Перед нами расстилалась заснеженная пустошь. В конце её находилась великолепная белая цитадель Ледяного Сердца, шпили которого впивались в свинцовое небо. На широких ступенях, словно вороны на обрыве, замерли профессора в чёрных мантиях. Их взгляды, холодные как февральский ветер, скользили по тем, кто прошёл третий экзамен.
Нас осталось около полутора сотен. Опаздывающих не ждали — башенные часы вот-вот пробьют полночь, и колокол возвестит конец.
~Бдзынь!—
Рокфеллер, словно жрец, возглашающий приговор, развернул пергамент.
— Третий экзамен завершен. Монеты подсчитаны.
Его палец скользнул по списку.
— Команда 44. Единственный выживший — Риамон сел Ребектура. Первое место.
Внезапно меня охватило беспокойство. Если он сбежал примерно в то же время, что и мы, значит, он набрал кучу очков с помощью монет...
Я резко повернулся к Лимбертону.
— Ты же не отдал ему все монеты?..
— Ну... отдал?
...идиот. Безнадёжный идиот.
— Жизнь дороже монет. Не дуйся.
Верно, но отдать ВСЁ?! Представив голодные будни в обшарпанной мантии, я едва не заскрипел зубами. Больше всего меня раздражало то, что он сделал это, чтобы спасти мне жизнь, и у меня не было причин злиться.
Рокфеллер тем временем продолжал, пока я внутренне сокрушался.
— Топ-10 команд заселятся в Адель-Холл.
— ...команда 39. Следующие тридцать — в Бюргер-Холл...
Нас, команду 7, не назвали.
— Остальные... — Рокфеллер ткнул тростью в сторону зловещего строения за стенами. — Шлафен-Холл ждёт вас.
Худшее из общежитий. Проседающие полы, призрачные огни в окнах, десятки самоубийств за последний век.
Рокфеллер посмотрел на меня с кривой улыбкой.
— Последнее место — команда 7. Поздравляю вас.
Если подумать, мой гнев должен быть направлен на него.
Я впился ногтями в ладони, не отрываясь от ухмыляющегося лица Рокфеллера. Тот фыркнул и отвернулся.
Профессора начали уводить студентов в цитадель.
— Церемония посвящения начнётся в зале. Следуйте за нами.
Когда студенты разошлись, Лимбертон спросил с побледневшим лицом.
— Мы в заднице. В Шлафен-Холл с ума сходят за неделю.
Я встряхнул головой, выпрямив спину.
— Всё в порядке, Лимбертон. Неважно, что нас будет ждать впереди, но мы обязательно пробьёмся в Адель-Холл. Не смотря ни на что.
Я поклялся, что это произойдет, и вошел в цитадель, чувствуя на себе взгляды. У входа толпились выжившие после второго экзамена, среди них пятеро «по блату» в обледеневших от крови рубахах.
— За мной.
Профессор привёл нас в зал на три сотни человек. На возвышении стоял старик с шрамом через глаз. Его губы дрогнули в усмешке.
— В этом году появилось много талантливых новичков.
Сейчас заговорит сам директор Ледяного Сердца, он же Мастер Ледяного Клинка. И мы узнаем, зачем нас сюда привели — и во что превратят.
http://tl.rulate.ru/book/123773/5701149
Готово:
