Благодаря тому, что Билл поручился за всех, вместо того чтобы садиться в тележку по одному, они смогли сесть в нее все вместе. Они заранее решили, что хранилище Ханны будет последним, чтобы не вызывать лишних подозрений. И так, по очереди, они зашли в каждое из своих хранилищ. Поскольку у Рона и Джинни не было ни одного хранилища, а у их матерей не было разрешения на вход в семейное хранилище, их пропустили. Гарри быстро сделал свою остановку, но собрал несколько галлеонов, решив, что они ему понадобятся, если банк будет закрыт. Сьюзен зашла в хранилище последней перед Ханной и была удивлена богатством, доставшимся ее тете. Быть последним отпрыском знатного рода явно было финансовым преимуществом. Сьюзен уже собиралась уходить, когда вспомнила, что по списку, полученному от Билла, где-то здесь хранятся ее воспоминания. Потратив лишнее время на то, чтобы осмотреться, она нашла их прямо под плащом, где, по словам Билла, они находились. Увидев маленькую простую коробочку с надписью «Флаконы памяти», она взяла ее и положила в свой ранец, который носила с собой. Оглядевшись по сторонам, она нигде не увидела ни одного Пенсива, но не удивилась. Они были довольно редкими и жутко дорогими. У авроров в Министерстве их было всего две штуки. Гермиона в недоумении подумала, откуда у Дамблдора такое, и вернулась к тележке, чтобы пойти посмотреть на Крестраж.
Гермиона была в ярости... снова. Её волосы, лицо и одежда - то, что от неё осталось, - промокли до костей. Когда она вошла в класс Снейпа, он сказал ей, что она найдёт несколько аквариумов, полных каппа, которым он обучает третий курс. В ее обязанности входило проследить за тем, чтобы каждому каппе вымыли рот с мылом без помощи ее Волшебной палочки. Снейп сказал, что будет оставаться в комнате, исправляя бумаги и готовя уроки, если она окажется в какой-нибудь... опасности. Гермиона не терялась в догадках, ведь именно ее собственный рот привел ее сюда. Прошло больше часа, прежде чем Снейп разрешил ей перейти к следующему. В комнате было девять капп, и как только остальные каппы увидели, что она делает с первым, они бросились на защиту своего друга, вопя, крича, кусаясь, хватаясь, нанося удары и брызги. Она понимала, что ей понадобится время до окончания комендантского часа, и надежда на то, что она успеет закончить до возвращения остальных и начала танцев, была быстро забыта. Она также знала, что в каком бы состоянии она ни оказалась, когда закончит, Снейп заставит ее вернуться в свою комнату именно в таком состоянии, чтобы смутить и сделать примером префекта Гриффиндора.
Пока она работала, до нее доносились крики и рев с поля для квиддича. Игра продолжалась, но ей было все равно, поскольку Гарри не играл. Ну, и Рон с Джинни тоже, подумала она. Вместо этого она продолжала гадать, как идут дела у Гарри. МакГонагалл зашла через несколько часов, чтобы спросить что-то у Снейпа, и сообщила, что пока никаких новостей нет. Она также сказала, что Гриффиндор очень сильно проиграл игру. Гермиона догадалась об этом, когда услышала, как Пуффендуй проходит мимо класса с криками и улюлюканьем. За работой Гермиона потеряла счет времени и, когда зажглись лампы, заметила, что уже близится вечер, и стала слышать негромкие звуки музыки и возбужденные голоса учеников, медленно пробирающихся в большой зал на танцы. Пытаясь поднять себе настроение, она подумала, не согласится ли кто-нибудь из Каппы на танец, или, может быть, Снейп согласится «расстелить ковер», как она слышала от Дамблдора на Святочном балу на четвертом курсе. Она быстро прогнала последнюю мысль, решив, что предпочитает Каппу. Лишь однажды Снейп ненадолго отлучился, когда мадам Помфри прилетела на Летучем порохе и попросила его помочь профессору Дамблдору. Нахождение в Дисциплинарном наказании и мучительная музыка, звучавшая весь вечер, уже порядком надоели ей. Она ненавидела то, что напоминало ей о том, чего она лишилась. В конце концов Снейп вернулся и, глядя на ее взмокшие зелено-серебристые волосы и разорванную одежду, которая больше походила на лохмотья, извинился. Она заметила, что уже почти полночь. Гермиона наколдовала зеркало, чтобы осмотреть все повреждения, и почувствовала себя почти плохо, осознав, что Снейп видит ее такой... такой... как бы это сказать... «алой женщиной». На юбке было два больших разрыва и множество мелких: один на боку, идущий от нижнего подола вверх по бедру, другой - горизонтальный, вдоль другой стороны. Галстук она сняла после того, как парочка каппа пыталась задушить ее им, а рубашка была разорвана, и только одна пуговица посередине каким-то образом уцелела. По всей рубашке были другие разрывы, и она даже лишилась всего левого рукава. Ее руки, кисти и лицо были покрыты царапинами и следами укусов. Она была поражена тем, что лифчик остался целым и невредимым, так как при ближайшем рассмотрении правая лямка была сломана.
Волшебной палочкой Гермиона высушила волосы и одежду, а затем безуспешно попыталась починить свою одежду, но та была слишком сильно испорчена. Тогда она наколдовала одеяло, чтобы укрыться им, и начала возвращаться в общую комнату. Проходя мимо большого зала, она заглянула внутрь, а затем остановилась и уставилась на него. В центре зала под медленную песню танцевали Рон и Луна, Невилл и Джинни, Ханна и Джастин, Тонкс и Чарли, Гарри и Сьюзен. Они выглядели почти так же плохо, как и она. У них были царапины, ожоги и порванная одежда, как будто они участвовали в битве. Элегантно одетые пары, которые все это время были на танцах, проводили их странными взглядами, когда они уходили, а потом еще больше уставились на Гермиону, но она и их не замечала. Наконец Гермиона услышала, как Джинни выкрикнула ее имя, и все повернулись к ней с мрачными улыбками.
http://tl.rulate.ru/book/122713/5174173
Готово:
