Му Цзяомань со своими людьми, красные от смущения, гнались за беглецами не дольше десяти дыханий. Осыпая проклятиями пустоту перед собой, они вскоре остановились и, продолжая бормотать ругательства, отступили восвояси.
Ли Тунъя даже позволил себе обернуться, провожая взглядом удаляющуюся фигуру Му Цзяоманя и его прихвостней. Легкая усмешка тронула его губы — достаточно было одного оборота духовной силы, чтобы избавиться от легкого дискомфорта, вызванного заклинанием. Поразмыслив над случившимся, он мог лишь заключить, что этот вождь горных юэ оказался жалким недоучкой, опозорившим себя.
Восстановив духовную силу через краткую медитацию, Ли Тунъя развернулся и бесшумно заскользил над землей. Чистая энергия речного потока, которую он поглотил в точке Даньтяня, непрерывно бурлила внутри, позволяя ему парить, не касаясь земли.
«Нужно вернуться и проверить, не осталось ли следов детей», — подумал он. — «Если не найду, придется снова прокрасться в их лагерь».
Тщательно осматривая местность, он медленно летел около получаса, пока наконец не ощутил облегчение — в пределах его духовного сознания показались перепачканные Ли Сюаньлин и его спутница. Мальчик нес на руках Ли Цзинтянь, его ноги светились белым сиянием от наложенного заклинания. Осторожно продвигаясь через лес и постоянно оглядываясь, он шел сквозь заросли кустарника, словно по ровной дороге, хотя спешка оставила свои следы — одежда была вся в грязи и воде.
Ли Сюаньлин намеренно не пошел прямо на восток к горе Лицзин, опасаясь столкнуться с Му Цзяоманем и его людьми, которые безуспешно преследовали Ли Тунъя. Он выбрал окольный путь, именно поэтому поиски заняли так много времени.
Мягко приземлившись перед сыном, Ли Тунъя с теплой улыбкой посмотрел на детей. Ли Сюаньлин застыл в оцепенении, его покрасневшие глаза наполнились слезами. За эти дни бегства и рабства, когда приходилось балансировать между жизнью и смертью, в его сердце накопилось столько горечи. Опустив на землю уже плачущую Ли Цзинтянь, он сдавленно выкрикнул:
— Отец!
Сердце Ли Тунъя сжалось. Крепко обняв сына, он мягко произнес:
— Все хорошо, все закончилось...
— Это мы, старшие, не справились и позволили вам страдать.
Тихо вздохнув, он взял обоих детей на руки и поднялся в воздух, мягко объясняя:
— Этот Цзянисы действительно незаурядная личность. Он загнал наш род в безвыходное положение, а твой дядя оказался отрезан и был вынужден отступить на запад. С тех пор от него нет никаких вестей.
Вспомнив холодные слова "пока что терпим" на нефритовой печати секты Цинчи, Ли Тунъя поднял взгляд к темнеющему ночному небу и тихо произнес:
— Нам нужно стать сильнее.
— Отец, я слышал, что глава семьи углубился в территорию горных юэ. Ты получал от него известия? — Ли Сюаньлин вытер слезы, но все же не смог сдержать тревожного вопроса о новостях, которые ему удалось узнать.
Ли Тунъя на мгновение замер, но постарался ответить успокаивающе:
— Не беспокойся, твой дядя непременно выберется из опасности.
Когда Ли Тунъя вернулся на гору Лицзин, Ли Сюаньфэн все еще находился в уединенной тренировке, а Ли Сюань уже успел навести порядок в делах всех деревень и организовал два отряда клановых воинов по триста человек для поддержания порядка.
Едва они приземлились, как Ли Сюаньлин, проявив сознательность, отправился во внутренний двор возвращать магическое зеркало. Измученная днями скитаний Ли Цзинтянь ушла в боковой двор, чтобы сообщить о своем благополучном возвращении матери, госпоже Тянь, а затем помыться и отдохнуть.
Ли Сюань, увидев их обоих живыми и невредимыми, тоже облегченно выдохнул, но тут же спросил о новостях о Ли Сянпине. Когда Ли Сюаньлин рассказал все, что ему удалось узнать, и Ли Тунъя, и Ли Сюань погрузились в тяжелое молчание.
Внезапно Ли Тунъя вспомнил о талисманной энергии Искусства продления жизни и уклонения от смерти, которую получил Ли Сянпин, и его сердце немного успокоилось. Он произнес низким голосом:
— Пока не стоит беспокоиться о Сянпине. Туманная Преграда разрушена — удалось ли найти флаги массива?
Ли Сюань поспешно достал три флага массива и почтительно доложил:
— Когда большой защитный массив был разрушен, шесть флагов массива проявились и рассеялись по горам. Я смог найти только три, остальные, должно быть, подобрали горные юэ. В этот раз пять духовных полей подверглись разграблению — мы потеряли более трехсот цзиней священного риса и десять духовных фруктов. На разграбленных духовных полях уже посадили новые семена. Если тщательно подсчитать, потери составляют около двадцати духовных камней.
Ли Тунъя кивнул, а затем заметил, как Ли Сюань с тревогой продолжил:
— Но теперь, когда Цзянисы разрушил Туманную Преграду, гора Лицзин лишилась защиты, а других защитных массивов у нашей семьи нет.
— Что говорит Вань Тяньчоу? — спросил Ли Тунъя тихим голосом, забирая три флага массива и помещая их в хранилище.
— Этот парень плохо обучен, — покачал головой Ли Сюань с явным разочарованием. — Из множества традиционных защитных массивов семьи Вань он освоил только два — массив сокрытия и защитный массив. Оба относятся к малым массивам стадии Дыхания Зародыша и не подходят для большого защитного массива горы.
Услышав это, Ли Тунъя погрузился в размышления на несколько дыханий и затем сказал низким голосом:
— В этот раз гора Лицзин пострадала во многом из-за недостатка защитных массивов. Сначала установи несколько малых массивов, чтобы простые люди не поднимались сюда. Через несколько лет я соберу еще одну порцию Чистой энергии речного потока. Если Сянпин к тому времени не вернется, продадим ее и попросим людей из клана Сяо в округе помочь. Посмотрим, смогут ли они установить массивы стадии Конденсации Ци.
— Но... — Ли Сюань с трудом подбирал слова. — Придется потратить время совершенствования второго дяди на сбор этой энергии...
— Ничего страшного, — покачал головой Ли Тунъя. — Вы еще не достигли пятой чакры стадии Дыхания Зародыша и не развили духовное сознание, поэтому не можете собирать эту энергию. Даже если бы у вас было духовное сознание, на стадии Дыхания Зародыша сбор этой энергии идет очень медленно — может затянуться на восемь-десять лет, что только потеря времени. Жаль, что духовная энергия Неба и Земли такая скудная — такие обширные заросли тростника за пять лет едва могут сконденсировать одну порцию.
Увидев, что Ли Сюань кивнул, Ли Тунъя продолжил:
— Более того, когда кто-то из нашей семьи Ли совершит прорыв к стадии Конденсации Ци, секта Цинчи, вероятно, выдаст семена духовных предметов более высокого уровня и изменит размер дани.
Ли Сюань помедлил и осторожно спросил:
— Значит, нашей семье Ли придется платить больше дани. Интересно, можно ли это скрыть...
— В этом нет необходимости, — покачал головой Ли Тунъя. — Это лишь отсрочит неизбежное на два-три года. Рано или поздно все раскроется в битвах с врагами и демонами. Мы только напрасно обидим секту Цинчи. Хотя секта Цинчи из года в год позволяет семьям действовать самостоятельно и выглядит незаинтересованной, лучше проявлять осторожность. Она действует загадочно, нужно быть начеку.
— Секта Цинчи просто разводит нас как скот! — раздался вдруг энергичный юношеский голос. В дверях появился воодушевленный Ли Сюаньфэн с улыбкой на лице. Ли Тунъя окинул его духовным сознанием и радостно спросил:
— Совершил прорыв?
Ли Сюаньфэн кивнул и с гордостью ответил:
— Я прорвался к пятой чакре стадии Дыхания Зародыша и достиг чакры Нефритовой Столицы! Духовное сознание действительно отличается, поистине удивительно.
Ли Сюань рассмеялся и с искренней завистью посмотрел на Ли Сюаньфэна, присоединяясь к поздравлениям.
Однако Ли Сюаньфэн лишь покачал головой. Беспокойство о Ли Сянпине не позволяло ему в полной мере радоваться достижению. Подняв свой длинный лук, он сказал низким голосом:
— Я пойду поохочусь на демонических существ в окрестностях, это поможет пополнить запасы семьи.
— Не заходи слишком далеко, — предупредил Ли Тунъя. Хотя сил Ли Сюаньфэна было достаточно, чтобы справиться с несколькими демоническими существами на окраинах гор Дали, отец все равно беспокоился о возможных опасностях.
Глядя, как Ли Сюаньфэн кивнул и удалился, Ли Тунъя перевел взгляд на Ли Сюаня и тихо произнес:
— И ты не отставай в совершенствовании. Когда достигнешь стадии Конденсации Ци, я смогу быть спокоен.
— Да! — энергично кивнул Ли Сюань, и в этот момент со двора раздался громкий голос:
— Молодой господин! Пришел человек из города, говорит, что прибыл с востока из семьи Лу из Тяоюнь!
(Конец главы)
http://tl.rulate.ru/book/116805/5205196
Готово:
