На северных склонах гор Дали постепенно восстанавливались духовные жилы, а вместе с ними всё чаще стали появляться демонические существа. Не прошло и двух месяцев с отъезда Ли Тунъя, как у заставы Лидао объявился демонический медведь. К счастью, тот был лишь на уровне чакры Таинственного Пейзажа. Ли Сянпину, которому оставался всего шаг до прорыва к чакре Лазурной Сущности, удалось быстро организовать деревенских стражников — несколько выпущенных из лука золотых лучей решили судьбу демона. Теперь предстояло не только организовать людей, чтобы оттащить тушу к семье Вань для перепродажи, но и спланировать восстановление разрушенных демоном улиц. Ли Сянпин был настолько занят, что уже несколько дней не мог вернуться на гору Лицзин.
В главном дворе матушка из рода Лю вместе с Тянь Юнь и госпожой Жэнь заботились о маленьких Сюаньфэне и Цзинтянь. Ли Сюань, достигнув уровня чакры Таинственного Пейзажа, несколько дней назад с радостью спустился с горы помогать третьему дяде в борьбе с демонами. Во внутреннем дворе вновь остался один лишь Ли Мутянь.
Старик не мог сидеть без дела — своими руками сделал комплект мебели и расставил её снаружи комнаты с каменным постаментом. Теперь целыми днями сидел у входа, наблюдая, как пронизывающий весенний ветер кружит по двору. В свои почти семьдесят лет он всё острее чувствовал раны, полученные в молодости. Как водится у крестьян — быстро растут, быстро стареют — его волосы и борода полностью поседели, да и сил было уже не то что раньше. Сидя во дворе, он продолжал беспокоиться о двух детях, покинувших дом, размышляя о семейных делах.
«Сянпин и Тунъя — оба надёжные, способны возвысить нашу семью Ли. Вот только Цзин за десять тысяч ли от дома, в этой секте бессмертных неизвестно что творится, и помочь некому — не знаю, как он там сейчас».
Старик задумчиво погладил свою совершенно белую бороду, повернул голову к зеркалу на каменном постаменте и тихо произнёс:
— Вместе возвысимся, вместе падём.
На пике Гуаньюнь клана Сяо клубились облака и туман. Бледно-белая дымка настолько плотно окутывала маленькие дворы, что, говорят, даже духовное сознание не могло сквозь неё пробиться. Ли Тунъя и Вань Юанькай некоторое время следовали за слугой клана Сяо, пока не вышли на ровную площадку на вершине горы.
«Судя по пройденному пути, этот пик Гуаньюнь не намного выше горы Лицзин», — размышлял про себя Ли Тунъя, разглядывая большой двор на вершине. Там собралось около восьмидесяти человек в роскошных, богато вышитых одеждах. Они тихо переговаривались группами по четыре-шесть человек. Все стояли, и только один старец невозмутимо сидел во главе, углубившись в чтение книги.
— Этот старец — мастер-основатель клана Сяо, Сяо Чутин, настоящий почтенный культиватор стадии Заложения Основ! — тихо произнёс Вань Юанькай.
Ли Тунъя поспешно отвёл взгляд, опасаясь случайно проявить неуважение.
— Этот почтенный поистине легендарная личность, — продолжал тихо объяснять Вань Юанькай, оглядывая собравшихся. — Более ста лет назад клан Сяо едва держался в округе. Как назло, их глава рода, находившийся на пике стадии Конденсации Ци, погиб от рук демонического существа во время выезда. Почтенный Сяо принял бразды правления в критический момент, спас положение в последний миг. Опираясь на своё выдающееся искусство алхимии, он буквально удержал клан Сяо на плаву. Вскоре он достиг прорыва и поднял клан Сяо до статуса великого рода.
Внезапно его глаза загорелись, он сделал несколько шагов вперёд и почтительно произнёс:
— Брат Лу! Давно не виделись, как поживаете?
Мужчина в темно-зелёном шёлковом плаще с вышивкой обернулся. Несмотря на широкий лоб, который должен был придавать ему честный вид, лицо его выражало лишь высокомерие. Он нахмурился и холодно произнёс:
— А, это брат Юанькай.
Вань Юанькай замер, неловко усмехнувшись. Заметив серый парчовый мешочек на поясе собеседника, он сильно удивился: «Неужели семья Лу теперь настолько богата? Дать ему хранилище, может быть...»
Внезапно изменившись в лице, он воскликнул:
— Почтенный даос уже прорвался на стадию Конденсации Ци?
— Верно, в семье ещё оставалась малая чистая духовная энергия, — мужчина слегка кивнул и, заметив устремлённые на них взгляды, гордо вскинул подбородок.
— Поздравляю почтенного даоса, — тихо произнёс Вань Юанькай с побледневшим лицом. — Теперь в вашем благородном роду два культиватора Конденсации Ци.
После ещё нескольких натянутых фраз с надменным культиватором по фамилии Лу, Вань Юанькай с недовольным видом вернулся к Ли Тунъя. Тот знал об этой семье Лу — их владения начинались сразу за территорией семьи Вань. Вань Юанькай как-то упоминал, что у семьи Лу есть культиватор стадии Конденсации Ци, и в его голосе тогда явно слышалась зависть.
— Как же в семье Лу появился ещё один культиватор стадии Конденсации Ци! — пожаловался Вань Юанькай и с горькой усмешкой добавил: — Этот Лу Пинъюань когда-то навещал нашу семью Вань, выделил ресурсы, чтобы помочь нам противостоять семье Цзи. Тогда он был лишь на уровне чакры Нефритовой Столицы, а теперь уже достиг Конденсации Ци!
— Эта малая чистая духовная энергия...
— Красиво говорит! — перебил Вань Юанькай. — Всего лишь использовал обычную духовную энергию с гор для дыхательных упражнений. Усердно практикуйся шестнадцать лет — и готово. Самый обычный путь — из десяти культиваторов восемь используют малую чистую духовную энергию!
В его словах сквозило презрение, словно он пытался выплеснуть всю обиду, хотя в душе явно завидовал.
Пока они тихо беседовали, с востока медленно поднялось яркое сияние зари. Окружающие культиваторы подняли головы, обсуждая увиденное.
— Какой размах.
— Это и есть тот корабль облаков зари?
Сияние медленно приближалось, являя свой истинный облик — величественный корабль, окутанный золотым светом зари, по бокам которого распростёрлись крылья, подобные облакам. Он величественно рассекал слой за слоем туманов и через несколько мгновений пришвартовался на вершине горы.
— Приветствуем посланника секты! — культиваторы на вершине горы склонились в поклоне, даже Сяо Чутин поднялся навстречу.
С корабля облаков зари слетело несколько потоков бирюзового света, опустившихся на вершину горы. Появилась женщина в длинном нефритово-зелёном платье и тёмно-синем плаще. Лицо её скрывала вуаль, делая черты неразличимыми. За ней следовало несколько служителей секты в простых синих одеждах.
Сяо Чутин шагнул вперёд с улыбкой:
— Приветствую посланницу.
— Почтенный, не нужно церемоний! — голос небожительницы звучал чисто и мелодично, источая природное благородство.
— Тогда старик не будет задерживать. Вот дань клана Сяо за этот год, — Сяо Чутин тихо рассмеялся и взмахнул рукой.
Люди клана Сяо поспешно начали выносить во двор мешки священного риса — на вид не менее десяти тысяч цзиней, а также более десяти ящиков с различными духовными предметами, которые тут же открыли для демонстрации.
— Здесь десять тысяч цзиней фиолетово-нефритового священного риса, все виды духовных предметов округа собраны в соответствии с ежегодной нормой. Небожительница может всё проверить.
— Не нужно, я доверяю репутации клана Сяо, — покачав головой, мягко ответила Нин Вань.
Сяо Чутин сложил руки в поклоне, и люди внизу тут же начали перетаскивать духовные предметы и священный рис на корабль. Обычное хранилище, конечно, не могло вместить двенадцать тысяч цзиней духовных предметов, поэтому и был отправлен этот корабль облаков зари.
Представители разных семей поспешили следом, передавая свою дань служителям школы бессмертных и называя имена.
— Клан У с юга округа.
— Семья Лу из Тяоюнь.
И так далее...
— Семья Вань из Хуацянь.
— Семья Ли из Лицзин.
Вань Юанькай и Ли Тунъя вместе поднялись и отдали дань служителю. В этом году семья Ли преподнесла десять плодов байюань и четыреста цзиней священного риса. Глядя на оставшиеся сто восемьдесят цзиней священного риса и пять плодов байюань, Ли Тунъя ощутил острую боль, как вдруг услышал чистый, мелодичный голос рядом:
— Так ты из семьи Ли из Лицзин?
(Конец главы)
http://tl.rulate.ru/book/116805/5205100
Готово:
