— Твои опасения приняты к сведению, мой верный Дензел, — мягко, но твердо сказал он. — И, должен признать, они отнюдь не лишены здравого смысла. Мы всегда должны готовиться к самому худшему из возможных сценариев, но при этом никогда не терять надежды на лучшее. Такова нелегкая ноша любого истинного лидера.
Он вновь обратился ко всем присутствующим:
— А теперь о наших дальнейших планах. Империум Человечества огромен и практически безграничен, но, как вы знаете, все еще существуют отдаленные и темные уголки нашей галактики, куда свет Священной Терры и Имперской Истины еще не успел добраться. Поэтому, следующий этап нашего Великого Крестового Похода я предлагаю направить на галактический запад, в доселе малоизученный Сегментум Пацификус. По данным нашей разведки, именно там все еще могут существовать многочисленные изолированные человеческие колонии, забытые и затерянные со времен страшной Эпохи Раздора. Наш долг – найти их и вернуть в лоно единой человеческой цивилизации.
Когда совещание уже подходило к своему логическому завершению, и офицеры начали собирать свои инфопланшеты, Франклин неожиданно поднял руку, призывая всех к тишине и вниманию.
— И еще одно, самое последнее дело на сегодня, господа. — Он медленно повернул голову к массивной входной двери. — Можешь входить, Армстронг.
В широком дверном проеме тут же возникла исполинская, почти десятифутовая фигура Стивена Армстронга, облаченного в сверкающую силовую броню. Его неожиданное появление вызвало у большинства присутствующих членов Высшего Командования плохо скрываемую смесь любопытства и настороженности.
Франклин представил им новоприбывшего с легкой, едва заметной улыбкой на губах.
— Позвольте представить вам, господа, Стивена Армстронга. Отныне он назначается новым Вторым Капитаном Легиона Орлов Свободы, а также главой нашего элитного подразделения специальных операций, более известного как "Космические Тюлени". В настоящее время он находится на испытательном сроке для возможного вступления в состав этого самого Высшего Командования. Прошу любить и жаловать. Или не жаловать – это уж как получится.
Армстронг медленно обвел взглядом просторный зал совещаний, и на его суровом лице мелькнуло плохо скрываемое удивление, особенно когда его взгляд задержался на смертных – не Астартес – членах Высшего Командования. «Хм, а это определенно не то, чего он ожидал увидеть в ближайшем кругу своего легендарного генетического отца», — с легкой усмешкой отметил про себя Франклин, наблюдая за реакцией новичка.
— Да, Стивен, мой мальчик, — произнес он вслух, его голос наполнил зал спокойной уверенностью. — Наша истинная сила заключается не только и не столько в несокрушимой мощи Легионов Астартес, сколько в единстве и многообразии всего человечества. В каждом его сыне и дочери. Запомни это хорошенько, это один из главных уроков, который ты должен усвоить.
Затем он вновь обратился ко всем присутствующим в зале:
— Брат-капитан Армстронг, несмотря на свою молодость, уже успел проявить недюжинный талант, целеустремленность и здоровые амбиции. В нашем следующем походе у него будет прекрасная возможность доказать всем нам, и в первую очередь самому себе, что он действительно достоин занять почетное место среди нас, в этом самом узком кругу.
Когда Армстронг, стараясь двигаться как можно незаметнее, занял предложенное ему место в самом дальнем конце огромного стола, каждый из присутствующих командующих оценивал его по-своему, сквозь призму собственного опыта и характера.
Дензел Вашингтон, которого Франклин в шутку прозвал «Голубем Мира» за его неизменный гуманизм и стремление к дипломатии, смотрел на новичка со свойственным ему спокойствием, но в глубине его глаз читалась плохо скрываемая опаска. Слегка наклонившись к Примарху, он тихо, почти шепотом, произнес:
— Он похож на тяжелый боевой молот, сэр. Невероятно полезный инструмент в умелых руках, но чертовски опасный без должного и постоянного контроля. Одно неверное движение – и он может разрушить все вокруг.
Франклин едва заметно, почти незаметно для остальных, кивнул. «Именно поэтому он и здесь, мой верный Дензел. Чтобы научиться этому самому равновесию. Чтобы стать чем-то большим, чем просто оружием».
Джон Эзра, прозванный «Вороном» за свою скрытность, прагматизм и умение видеть то, что скрыто от других, сохранял на лице свою обычную непроницаемую маску, но в его остром, аналитическом уме уже вовсю шло холодное взвешивание всех «за» и «против»: «Фанатик такого калибра среди нас – это, безусловно, и огромное тактическое преимущество, и одновременно колоссальный, непредсказуемый риск. Необходимо будет присмотреться к нему повнимательнее. И, возможно, приставить пару своих людей».
Елена Кошка, суровый и решительный адмирал флота, женщина, не знающая страха, сразу разглядела в Армстронге огромный, еще не раскрытый до конца потенциал.
— Капитан Армстронг, — обратилась она к нему своим четким, командным голосом, в котором не было и тени снисхождения, — с нетерпением буду ожидать возможности увидеть, как ваши хваленые «Космические Тюлени» проявят себя в реальных боевых действиях в открытом космосе. Надеюсь, вы не разочаруете нас.
Армстронг мгновенно выпрямился в кресле, словно аршин проглотил, и в его голосе зазвучали нотки плохо скрываемой гордости и самоуверенности:
— Адмирал, мэм, смею вас заверить, мы не просто оправдаем, мы превзойдем все ваши самые смелые ожидания! Мои парни – лучшие из лучших!
Маркус Грейвс, старый, покрытый шрамами боевой генерал, командующий сухопутными силами, одобрительно хмыкнул себе под нос. «Вот это настоящий воин, которого я понимаю и уважаю. Без лишних сантиментов и рефлексии», — с удовлетворением подумал он.
— Искренне рад видеть в наших рядах еще одного человека с реальным опытом полевых сражений, а не кабинетного стратега, — пробурчал он своим обычным грубоватым тоном.
Ямато Накадзима, гениальный тактик и начальник штаба ВВС, известный своей немногословностью и любовью к точным расчетам, предпочел промолчать. Но его острый, как бритва, разум уже лихорадочно просчитывал различные варианты того, как наилучшим образом встроить агрессивные, прямолинейные тактики Армстронга и его подразделения в общую, более сложную и многоуровневую стратегию предстоящей кампании.
Франклин с нескрываемым интересом наблюдал за этой молчаливой сценой. Он прекрасно знал, что неожиданное появление Армстронга в их устоявшемся кругу неизбежно встряхнет их всех, заставит пересмотреть некоторые привычные взгляды и подходы. Но именно этого он, в глубине души, и добивался. Застой и самоуспокоенность – вот главные враги любого прогресса и развития.
— Стивен, — вновь заговорил он, мгновенно привлекая к себе всеобщее внимание. — Ты, без сомнения, уже успел продемонстрировать нам свои выдающиеся способности и недюжинный потенциал. Но, вместе с тем, ты проявил и некоторые, скажем так, довольно тревожные черты своего характера. Этот испытательный срок, который я тебе предоставляю – это твой уникальный шанс научиться чему-то новому и важному у каждого из присутствующих за этим столом. Ибо истинная свобода, сын мой, заключается не только в обладании несокрушимой силой, но и в мудрости, необходимой для ее правильного и своевременного применения.
Армстронг медленно кивнул, и в его голосе на этот раз смешались противоречивые нотки – гордость за оказанное доверие и смирение перед авторитетом своего генетического отца.
— Я все понимаю, отец. Я не подведу вас. Я сделаю все, что в моих силах, и даже больше.
Когда официальная часть собрания наконец завершилась, и командующие начали расходиться, Франклин жестом задержал Армстронга.
— Помни, сын мой, — сказал он ему уже более тихим, почти отеческим тоном, когда они остались одни. — Путь фанатика, слепо верящего в свою правоту, всегда прост, прямолинеен и соблазнителен. Но он же и невероятно опасен, как для самого идущего по нему, так и для всех окружающих. Истинная, несокрушимая сила заключается не в слепой ярости или бездумном подчинении, а в гармонии и балансе. Учись искусству дипломатии и сострадания у Дензела. Перенимай хитрость, предусмотрительность и умение видеть скрытое у Джона. Впитывай стратегическое мышление и тактическую гибкость у Елены. Цени боевой опыт и стойкость Маркуса. И учись точности, расчетливости и вниманию к деталям у Ямато. Стань чем-то большим, чем просто идеальный воин. Стань лидером.
Армстронг выпрямился во весь свой исполинский рост, и в его глазах, еще недавно горевших фанатичным огнем, вспыхнул новый, доселе невиданный свет – свет понимания и осознания.
— Теперь… теперь я, кажется, начинаю понимать, отец. Спасибо вам за этот бесценный шанс. Я не упущу его.
Когда Армстронг, отдав честь, покинул зал совещаний, Франклин медленно обернулся и увидел Дензела, терпеливо ожидавшего его у выхода.
— Это весьма рискованный шаг, сэр, — тихо, почти неслышно произнес Первый Капитан, в его голосе сквозила затаенная тревога. — Вы уверены, что он справится?
Франклин устало, но тепло улыбнулся своему верному другу и соратнику.
— Величайшие победы, мой дорогой Дензел, всегда рождаются из величайших рисков. Таков непреложный закон вселенной. Армстронг… он может стать либо нашим главным, несокрушимым козырем в грядущих битвах, либо нашей самой роковой и непростительной ошибкой. И наша с тобой главная задача – сделать все возможное, чтобы направить его энергию и таланты именно к первому, благому исходу.
— Увидимся через стандартный месяц, господа, — бросил он на прощание остальным членам командования, уже направляясь к выходу. — Отдыхайте, набирайтесь сил. Они нам очень скоро понадобятся.
http://tl.rulate.ru/book/115458/6563932
Готово:
