Готовый перевод Step Down, Let Me Come! / Прочь с дороги! Дело за мной!: Глава 1141. Сватовство (Часть 1)

Глава 1141. Сватовство (Часть 1)

Цуй Хуэй смотрела на своего бывшего мужа — казалось, он вот-вот разлетится на куски — и, помимо невольной жалости, ощущала тайное, сладостное злорадство. Что ни говори, этот мужчина вызывал у нее щемящую нежность, и даже в зрелые годы он не утратил своего былого очарования. Глава клана Цуй не упустил ускользнувшего от других, мимолетного восхищения в ее глазах.

Он решительно схватил Цуй Хуэй за запястье.

Сжал не так сильно, чтобы причинить боль, но и не так слабо, чтобы можно было легко вырваться.

Большая часть его лица была скрыта в полумраке, лишь отблески свечи рисовали размытый ореол вокруг его очертаний, еще больше подчеркивая глубину и чувственность его взгляда.

— Кэ У… — слегка вздернутый подбородок заставил Цуй Хуэй невольно вспомнить волчонка, которого она держала в юности — верный и дикий одновременно, необычайно умный, он каждый раз, когда совершал проступок, любил использовать этот жалкий вид, чтобы вымолить прощение и добиться ее расположения. Цуй Хуэй обычно сначала отчитывала его, а потом прощала.

— Ты согласился на развод, ты говорил, что Ци Юаньлян — лучший выход, ты ревновал Ци Юаньляна ко мне, и теперь ты же смотришь на меня так жалобно… Цуй Чжишань, чего ты, в конце концов, хочешь? — Цуй Хуэй не отрываясь смотрела в глаза главе клана Цуй. В отличие от его чувственного, мягкого взгляда, в ее глазах царила лишь пустынная, ледяная отчужденность. — Неужели ты думаешь, что раз мы были мужем и женой и родили троих детей, то даже после развода ты можешь, как и прежде, распоряжаться всей моей жизнью, словно я твоя жена?

— Жива — принадлежу тебе, Цуй Чжишаню?

— Умру — стану душой клана Цуй?

— Не говоря уже о каком-то там Ци Юаньляне, который тебе под стать, даже если я найду себе троих или пятерых мужчин, ты не вправе мне указывать.

Они уже бывшие супруги.

Неважно, с кем она сейчас флиртует или кого приводит к себе на ночь, Цуй Чжишань больше не имеет к этому никакого отношения. Досказав, Цуй Хуэй самоиронично усмехнулась: — Смотри, какая у меня дырявая память. Я забыла, что, покинув ваш клан Цуй и лишившись статуса супруги главы клана, я всего лишь стареющая, увядающая простолюдинка, у меня нет никаких средств на поиски развлечений… Впрочем, наши дети всегда были почтительны, они должны… — Глава клана Цуй побагровел от гнева.

— Цуй Кэ У, ты нарочно терзаешь мое сердце?

— Я должна радоваться, если ты делаешь мне больно? — Цуй Хуэй, встретив его полный мольбы взгляд, насмешливо ответила: — Я всего лишь слабая, беззащитная простолюдинка, перед лицом могущественного главы клана Цуй я не могу дать отпор, все, что я могу, — это упражняться в красноречии. Так что твои душевные муки — это максимум легкий дискомфорт. Если тебе плохо, тебе достаточно лишь пошевелить пальцем, чтобы легко меня уничтожить.

На это у главы клана Цуй не было ни малейшего ответа.

Хотя… не совсем.

На следующий день старший сын Цуй Хуэй привел на поклон юношу примерно одного с ним роста, а другой мальчик был еще более юным и нежным. Увидев, что Цуй Хуэй действительно здесь, он издалека подбежал к ней и чуть ли не повис у нее на шее:

— Мама! — одновременно с этим раздался возглас Цуй Хуэй: — Ой!

От этого звука маленький мальчик испугался:

— Мамочка?

Цуй Хуэй, заливаясь краской, ответила:

— Все в порядке, просто спину прострелило.

— Прострелило? Я тебе помассирую!

Цуй Хуэй погладила мягкие, непослушные волосы младшего сына и, глядя в его чистые, невинные, робкие глаза, почувствовала недовольство:

— Ладно, если твой отец привел твоего старшего брата, но зачем он и тебя сюда притащил? Какая нелепость.

У старшего сына талант был выдающимся, а младший был довольно посредственным. Что бы он ни делал — переворачивался, ползал, ходил или говорил — все давалось ему с большим трудом, чем другим, из-за чего многие беспокоились, что он с рождения глуп. Не говоря уже об учебе и самосовершенствовании. Цуй Хуэй боялась, что такому ребенку придется нелегко в клане Цуй, но отец был совершенно спокоен.

[Ему и не нужно наследовать клан.]

Все бремя наследования клана ложится на плечи старшего сына, а младшему достаточно хорошо есть, хорошо спать и поддерживать хорошие отношения со старшим братом, чтобы до конца жизни не знать нужды. Пусть ребенок будет немного глупым, зато в семье будет больше спокойствия. От таких безответственных слов Цуй Хуэй чуть не прибила мужа. Что это за отец такой?

Глаза младшего сына загорелись:

— Свататься.

Цуй Хуэй: — … — Она в шоке посмотрела на старшего сына: — Сюн, скажи что-нибудь!

Старший и младший должны сочетаться по порядку, разве не со старшего сына начинают сватовство?

Старший сын тихонько пробормотал:

— Мама, у меня теперь тоже есть имя, можно не звать меня Сюном? Мы с братом отличаемся всего на год, дедушка с бабушкой хотят, чтобы мы обручились вместе. У брата таланта поменьше, его в будущем могут невзлюбить, если он будет сватан отдельно.

Говоря простым языком, это оптовая сделка. Кандидатуры все ориентированы на старшего сына клана Цуй, их семьи и внешность не хуже других, так что лучше посватать обоих сыновей сразу.

Услышав это, лицо Цуй Хуэй потемнело. Если бы не присутствие сыновей, она бы хорошенько отчитала своих бывших свекров:

— Что значит «невзлюбить»? Твой отец что, умер?

Если над ее сыном будут издеваться, что он, Цуй, будет делать? Думая об этом, она еще больше разозлилась. Ей хотелось повернуть время вспять. Вернуться во вчерашний вечер, чтобы дать своему бывшему мужу три пинка и дать себе пощечину — ее старая привычка быть чувственной и соблазнительной была безнадежной, и он всегда легко соблазнял ее с помощью хитростей и обаяния! Но, подумав об этом, она передумала: она слишком сильно пинала бы его, и этому псу-мужчине это бы понравилось!

Старший сын сказал:

— Я не хочу, чтобы отец слишком уставал.

— С чего бы ему уставать?

Старший сын ответил:

— Браки сыновей дяди сорвались.

Цуй Хуэй: «…»

Когда она еще была в клане Цуй, ее свекровь не любила ее и ненавидела детей, которых она родила. Сначала она подавляла ее своим статусом свекрови, заставляя ее соблюдать правила, но несколько раз это пресекалось ее мужем. Поскольку ей не удавалось получить выгоду от Цуй Хуэй, она намеренно игнорировала Цуй Хуэй и ее детей, часто приводя детей братьев Цуй Чжишаня во двор, чтобы они услаждали ее слух.

Различие между близкими и далекими родственниками было совершенно ясным.

Спустя несколько лет свекровь расстраивала ее сыновей, а ее муж повернулся и усмирил детей из семей второго сына?

— Сколько раз сорвались?

Старая госпожа придавала большое значение семье и родословной, поэтому, естественно, хотела заключить брак со своим любимым внуком с семьей, соответствующей их статусу. Если бы семья жены была достаточно сильной, то после развития малой ветви было бы возможно обогнать главную. Жаль, что каждый раз, когда она смотрела на кого-то, ей отказывали.

Цуй Хуэй не могла в это поверить:

— Ни разу?

Она вошла в семью поздно, и ее первый ребенок был дочерью, поэтому внуки главной линии были на несколько лет младше ее сына. Неужели ни разу не получилось?

Старший сын ответил:

— Вероятно, потому что у отца широкие связи.

Цуй Хуэй согласилась с этим утверждением. Если две семьи обсуждают брак, они будут задействовать свои связи, чтобы узнать, что это за младшее поколение и какой у него характер. В кругу друзей мужа слишком много людей, только одно по фамилии Чжао насчитывается не менее пятидесяти человек, а других еще больше. Как ни спрашивай, все равно не обойти его.

Стоит намекнуть пару раз, и брак сорвется. Мелкие семьи не против, но старая госпожа на них не смотрит.

Услышав, что ее бывший муж все еще знает, как дать выход сыну, гнев в сердце Цуй Хуэй немного утих. Мать и трое сыновей редко собирались вместе, поэтому они вместе позавтракали. Цуй Хуэй косвенно спросила сыновей, какой тип им нравится — она не могла повлиять на брак сыновей, но как мать она надеялась, что они смогут найти удовлетворяющих их партнеров.

Младший сын не все понимал, а старший сын слегка покраснел.

— Разве то, что нравится, можно есть?

Цуй Хуэй ответила:

— Почему нельзя? Если бы твой отец был с запавшими глазами, смуглым лицом и клыками, я бы не смогла и кусочка проглотить!

Не только не смогла бы проглотить, но и выплюнула бы.

Не удалось пообщаться со старшим сыном, она пошла утешать младшего. Младшего сына было легко разговорить, только вот у него были странные мысли: он хотел, чтобы его будущая жена спустилась с небес, наступив на разноцветные облака, победила отца, старшего брата, бабушек и дедушек и своей властной манерой забрала его.

Звучит красиво — забрать, но если сказать прямо, то это побег.

Цуй Хуэй была ошеломлена.

— Нет, постойте, почему тебе такое нравится?

Лицо старшего сына помрачнело. Он, стиснув зубы, сказал:

— Хватит читать стихи о девичьей тоске!

Цуй Хуэй: «…»

Она решила, что нужно поговорить со своим бывшим мужем о проблемах воспитания сына. Как бы ни отпускали младшего сына на волю, не нужно же было позволять ему сбиться с пути из-за стихов о женской тоске. Она спросила, где ее бывший муж, и старший сын ответил:

— Рано утром люди из дворца пришли за отцом.

Цуй Хуэй могла только подавить свое недовольство.

— Разве твой отец не занимает номинальную должность? Зачем ему работать?

Старший сын усмехнулся:

— Говорят, во дворце кто-то умер.

— Кто-то покушался на правителя страны?

В голове Цуй Хуэй сразу же возникло лицо Шэнь Тан. Стреляй сначала в коня, поймай сначала главаря, если бы удалось воспользоваться возможностью и убить правителя страны, Ци непременно погрузилась бы в хаос, и эффект был бы намного лучше, чем первоначальный план. Жаль, что ответ старшего сына развеял ее мысли:

— Говорят, умер евнух.

— Евнух?

Цуй Хуэй провела так много лет в клане Цуй и много раз участвовала в дворцовых пирах, и хорошо знала, что дворцовые служанки и евнухи — дешевые расходные материалы, и для королевской семьи они не люди. Цуй Хуэй заподозрила, что ее бывший муж становится все хуже и хуже, неужели для смерти евнуха нужно беспокоить Цуй Чжишаня?

— Твой отец будет расследовать дело?

Старший сын усмехнулся:

— Может быть.

Цуй Хуэй не стала спрашивать, кто умер, она не знала, как звали евнухов, прислуживающих королевской семье, и спрашивать было бесполезно. Естественно, она не заметила, как младший сын украдкой посмотрел на своего брата.

Старший сын промолчал, взглядом приказывая ему не болтать лишнего. Разве отцу не естественно подтирать задницу сыну? Он не только послал кого-то убить этого евнуха, но и приказал повесить труп на солнечные часы, и в провокационных целях намеренно оставил следы.

Смерть евнуха не была большим делом, но этот евнух был человеком, который служил правителю страны, и с ним расправились, когда он был не при исполнении служебных обязанностей. Когда охранники обнаружили труп, они увидели во рту несколько речных камней, а языка не было.

Мэй Цзинхэ первым получил улики, найденные коронером.

— …Это сделал человек из клана Цуй.

Лицо правителя страны помрачнело:

— Цуй Чжишань меня предупреждает?

Нет, этот человек не настолько глуп.

Мэй Цзинхэ:

— Это сын Цуй Чжишаня. Вероятно, когда вчера Цуй Чжишаня позвали, он обидел этого маленького.

Услышав это, правитель страны успокоился.

— Разве не говорят, что эти двое отчуждены?

Мэй Цзинхэ ответил:

— Он заступается за свою мать.

Цуй Хуэй все еще была полезна правителю страны, и сотрудничество с кланом Цуй должно было быть продолжено, поэтому, естественно, она не могла воспользоваться смертью слуги. Цуй Чжишань не был старым главой семьи Цуй, и, начав борьбу, можно было пренебречь даже собственной плотью и кровью:

— Цзинхэ, сохрани все эти доказательства.

Это тоже пришло само собой. Убийство служителя при правителе страны, независимо от причины, если это станет известно, сыну клана Цуй придется умереть:

— Сейчас это не понадобится, но в будущем понадобится. Я только надеюсь, что этот день не наступит.

Если понадобится, то это произойдет после того, как она найдет замену. Подождет, пока Цзинхэ заменит его на посту главы юго-западного филиала. Список филиалов должен быть получен.

Мэй Цзинхэ кивнул в знак согласия:

— Слушаюсь.

http://tl.rulate.ru/book/109723/7245221