Готовый перевод Step Down, Let Me Come! / Прочь с дороги! Дело за мной!: Глава 1051. Это читерство, забаньте его аккаунт!

Глава 1051. Это читерство, забаньте его аккаунт!

— Что значит «использовать гражданских и военных наоборот»? — Цянь Юн всегда был в авангарде сплетен, никогда не позволяя себе оставаться в неведении.

Гунси Чоу серьёзно ответил:

— Я и сам не знаю.

Цянь Юн: «…»

Все: «…»

Если бы Гунси Чоу формально не числился дацзянцзюнем государства Кан, одним из высших по рангу военачальников, Цянь Юн уже бы на него набросился. Этого не знать и встревать с разговорами — что за чушь! Прочие военачальники были сдержаннее Цянь Юна, их реакция была не столь явной.

— Я лишь передаю слова моего старшего брата. Достаточно того, что он знает, не так ли? — Гунси Чоу произнёс это с полной уверенностью. — Если бы не то, что эта группа людей неспособна помочь матушке справиться с трудностями, я бы и не стал тратить силы на неблагодарное дело. Обращайтесь к нему, чего на меня смотрите?

Две фразы Гунси Чоу заставили Цянь Юна отступить. Он так разозлился, что готов был взорваться, но, помня, что Гунси Чоу сильнее его в бою, молча сдержался.

Гунси Чоу, скрестив руки на груди, стоял рядом с Шэнь Тан, и в его взгляде, обращённом на остальных, нет-нет да и проскальзывало презрение. Эти люди, будучи подчинёнными, не могли разделить заботы своего правителя — неужели они просто даром ели свой хлеб?

От его взгляда у Цянь Юна и прочих закипала кровь. Цянь Юн не удержался от язвительного замечания:

— Поднебесная так необъятна, а враг — военачальник столетней давности. Неудивительно, что наше поколение о нём не знает. А вот брат дацзянцзюня — откуда ему известны такие подробности?

Гунси Чоу покосился на Цянь Юна.

— Предки сталкивались.

Цянь Юн, любитель подлить масла в огонь, повернулся и нацелил свою «пушку» на Сюнь Дина, с усмешкой спросив:

— Генерал Сюнь, почему вы ранее об этом не упомянули?

Сюнь Дин, к которому обратились: «???»

Какое это имело к нему отношение?

После окончания кампании в Северной пустыне внешнее давление на государство Кан значительно ослабло. Дацзянцзюнь Сюнь Дин, командовавший стражей Яогуан и ранее охранявший столицу Фэнло, получил приказ о передислокации в округ Хэинь. Сюнь Дин с частью войск стражи Яогуан прибыл на полдня позже Шэнь Тан.

Весь в дорожной пыли, Сюнь Дин ещё даже не успел принять ванну, как его уже вызвали на совещание. Он не успел разобраться ни в причинах, ни в следствиях, а дядюшка Цянь уже на него ополчился?

Цянь Юн язвительно произнёс:

— Раз предки рода Гунси сталкивались с этим человеком, в клане должны быть записи, верно? Генерал Сюнь, будучи зятем рода Гунси, совсем ничего не знает? Все же свои, не может быть, правда?

Сюнь Дин: «…»

Он был уверен, что на нём просто сорвали злость. Цянь Юн получил отпор от Гунси Чоу и теперь отыгрывался на нём.

О паре из дяди и племянника из Учения Вечной Жизни Сюнь Дин действительно ничего не знал. Пусть он и просмотрел все архивы рода Гунси, но такого там точно не было.

Гунси Чоу пришёл на выручку:

— Соответствующие записи находятся в старых родовых землях. Даже я не имею права их знать, так что он, разумеется, тем более.

Цянь Юн многозначительно протянул:

— О-о-о.

Его ехидный вид так разозлил Сюнь Дина, что тот готов был его ударить.

Отношения между военачальниками государства Кан нельзя было назвать плохими, но и особо хорошими тоже — особенно когда все соперничали за воинские заслуги. Дядюшка Цянь кичился своим большим опытом и высоким положением, к тому же он принадлежал к страже Тяньшу, главной из Семи Стражей. Формально стражей Тяньшу руководил Чу Цзе, но тот был поглощён практикой, и делами стражи в основном занимались два генерала, то есть фактически главой стражи Тяньшу был Цянь Юн. Этот старый лис ради наживы был готов на всё. Сюнь Дин уже не раз тайно страдал от его козней.

Шэнь Тан вовремя вмешалась, потушив едва разгоравшуюся искру вражды.

— Где Верховный жрец Цзимо?

Цзимо Цю был не похож на Гунси Чоу. Гунси Чоу формально носил пустой титул дацзянцзюня, а Цзимо Цю оставался свободным человеком, не занимающим официальных постов. Приехать его не принуждали, но если бы он захотел уйти, никто бы не смог его остановить. Недавно он помогал в лазарете для раненых, а в эти дни неизвестно куда запропастился.

— Уже в пути, — последовал ответ.

Цзимо Цю никогда не уходил далеко. Когда армия шла, он шёл вместе с ней. Когда армия останавливалась, он отправлялся в ближайшие леса и горы собирать травы и искать насекомых, время от времени заглядывая в лазарет, чтобы обменяться опытом в медицине и искусстве гу с лекарями — перенять чужое и поделиться своим. Рядом с Шэнь Тан был Гунси Чоу для охраны, так что он был совершенно спокоен.

Когда Гунси Чоу передал ему сообщение, он вместе с Линь Фэн выслеживал гнездо совершенно белых, жирных червей, чьи яйца они целиком забрали.

Линь Фэн была той самой способной ученицей, которую ему порекомендовал Гунси Чоу. По словам Гунси Чоу, Линь Фэн, хоть и не принадлежала к роду Гунси, обладала выдающимся талантом к разведению гу. Полагаясь лишь на простые записи, она самостоятельно освоила азы, став молодым мастером гу-самоучкой. Цзимо Цю, поговорив с ней, обнаружил, что его младший брат на этот раз оказался прав.

Если она, будучи самоучкой, достигла таких высот, то, получив немного наставлений и изучив ортодоксальные методы, разве не совершит стремительный прорыв? Однако в последние несколько дней Цзимо Цю смотрел на Линь Фэн со сложным выражением лица, пребывая в нерешительности, словно не зная, как начать разговор. Линь Фэн догадывалась: Цзимо Цю, вероятно, не хотел продолжать её обучение, но не знал, как ей об этом сказать. Будучи чужачкой, она действительно изучила больше положенного. Цзимо Цю было неудобно поднимать эту тему, так что Линь Фэн могла сделать это сама.

В итоге на лице этого мягкого верховного жреца отразилось смятение, он медленно, но твёрдо покачал головой:

— Вовсе не то, о чём подумала госпожа Линь, а… Дело в том, что об этом трудно говорить, и я, право, не знаю, как начать.

Линь Фэн: «…»

Если не то, о чём она подумала, тогда что же?

Видя, как Цзимо Цю мнётся, она тоже немного забеспокоилась, опасаясь, как бы он не сказал чего-нибудь неподобающего. Дело было не в том, что Линь Фэн была слишком высокого мнения о себе, просто за последние два года ей действительно многие признавались в своих чувствах. Однако Линь Фэн была полностью поглощена карьерой и пока не помышляла о романтических отношениях.

— Верховный жрец Цзимо, говорите прямо. Если я, Линь, смогу чем-то помочь, то непременно помогу.

Цзимо Цю:

— Вас интересует пост верховного жреца?

Линь Фэн не совсем поняла:

— …Вы имеете в виду вас?

Цзимо Цю поспешно объяснил:

— Нет-нет, я хотел сказать — интересует ли госпожу Линь возможность стать верховным жрецом?

Линь Фэн:

— …Этим… можно интересоваться?

Кроме нескольких потомков рода Гунси, Линь Фэн, пожалуй, знала об этом клане больше всех. Она, естественно, понимала особое положение верховного жреца в роду Гунси — его статус был даже выше, чем у главы клана. Ей, как чужачке, это было совершенно невозможно ни с какой точки зрения.

— Я, Линь, не принадлежу к роду Гунси.

Цзимо Цю ответил:

— И не обязательно принадлежать.

Линь Фэн: «…»

И так тоже можно???

Хоть это и звучало невероятно, но это была правда.

В светских знатных родах основой служат кровное родство и фамилия — люди с одной кровью и одной фамилией считаются членами одного клана. Но у рода Гунси всё было иначе. Предки рода Гунси не происходили от одного прародителя, а общая фамилия появилась из-за исторических причин. Признание соплеменников у них основывалось больше на вере, фамилия же была вторична. Проще говоря, любой, кто признавал их божество-покровителя и был готов сменить фамилию для единообразия, теоретически мог присоединиться к роду Гунси. А если ещё и внешность была приятной — тем лучше.

Линь Фэн: «…»

Она остро подметила последний пункт.

— Приятная внешность?

— К последователям, которые приходятся по вкусу, Его Божественная Милость проявляет больше терпения и благосклонности, — Цзимо Цю посмотрел на Линь Фэн и серьёзно сказал. — Ваш талант весьма подходит для того, чтобы стать верховным жрецом.

Линь Фэн, естественно, не согласилась:

— Пусть так, но всё же чужаку нехорошо быть верховным жрецом. Разве госпожа Гунси Лай не родила? Её ребёнок — вот истинный потомок рода Гунси, он подходит больше, не так ли?

При упоминании об этом Цзимо Цю помрачнел.

— Я спрашивал божество об этом ребёнке.

— И каков результат?

— Божеству не по нраву, внешность не подходит.

Божество предпочитало яркую, эффектную внешность. За сотни лет в роду Гунси сложился определённый наследственный тип, и соплеменники были во многом похожи друг на друга. Но Гунси Лай и Сюнь Дин оба были из других родов. Их ребёнок, естественно, не мог соответствовать стилю рода Гунси.

Цзимо Цю, не веря, переспрашивал более тридцати раз — ответ был «нет». Этот ребёнок не подходил, и следующий, скорее всего, тоже не подойдёт. Внешность по наследству не может внезапно измениться.

Все последние дни Цзимо Цю был озабочен поиском преемника. Он подумал о Линь Фэн. Спросил божество о ней, и ответ, на удивление, был «сносно». Цзимо Цю недоверчиво протёр глаза несколько раз, снова, не веря, переспросил более тридцати раз, и ответы менялись от «сносно», «можно», «подойдёт» до «сколько ещё раз спрашивать будешь?».

Линь Фэн:

— …И это всё ответы божества?

Способ выбора верховного жреца у этого божества был уж слишком своевольным. Оказывается, оно смотрело только на лицо.

Цзимо Цю серьёзно кивнул.

Линь Фэн, поколебавшись, всё же вежливо отказалась, но не стала говорить категоричное «нет», лишь сказала, что подумает. Цзимо Цю не торопил. В конце концов, ему самому ещё жить долго. Если Линь Фэн не согласится, он будет ждать её потомков. Божеству нравилось её лицо, значит, и её ребёнок, наиболее похожий на неё, должен был бы снискать благосклонность божества. У него было много терпения. А если у Линь Фэн не будет потомков, тогда он подождёт кого-нибудь из рода Линь. Среди Линь наверняка найдутся дети, похожие внешностью на Линь Фэн.

Линь Фэн: «…»

В этот момент пришло сообщение от Гунси Чоу. Цзимо Цю быстро просмотрел его, и его брови плотно сошлись.

— Госпожа Линь, возвращаемся в лагерь.

Хотя Линь Фэн была достаточно сильна, чтобы постоять за себя, нельзя было просто бросить её здесь и уйти первым. Он ответил Гунси Чоу, и они вдвоём отправились обратно в лагерь. Прибыли они на час позже, чем ожидалось, почти одновременно с девушкой с белыми зрачками и её учителем.

Гунси Чоу, выбежавший их встречать, даже пожаловался:

— Старший брат, почему ты так поздно вернулся?

— Дорогой ошибся.

Взгляд Гунси Чоу упал на Линь Фэн. Она же была с ним, как он мог заблудиться???

Уголок рта Линь Фэн слегка дёрнулся. Могла ли она сказать, что они едва не наткнулись на вражеских передовых разведчиков? И чуть было не угодили прямиком в лагерь государства Гао. Она-то умела ориентироваться, но Цзимо Цю бежал так быстро, что даже используя «Погоню за ветром, шаг по тени», она от него отставала.

Гунси Чоу махнул рукой:

— Ладно, в любом случае, дело не срочное.

Пока Цзимо Цю не было, матушка и остальные пропустили обсуждение дяди с племянником из Учения Вечной Жизни и перешли к планам разделения войск: силы государства Гао были распределены между округами Ижу и Тяньхай, наступая двумя клиньями, чтобы взять Хэинь в клещи. Государство Кан готовилось нанести упреждающий удар. Войск у Кана было в достатке, продовольствия тоже всегда хватало, так что подготовка была основательной. Вот только неизвестно, на каком из направлений окажется та парочка из Учения Вечной Жизни…

Кто поведёт войска, сколько их будет, откуда наступать… У Гунси Чоу от одних этих разговоров голова шла кругом, и он под благовидным предлогом улизнул проветриться. Он думал, что старший брат вернётся через четверть часа, а тот задержался на целый час. Гунси Чоу наконец понял, почему в прошлом он никак не мог его найти. Кто ж отыщет такого бегуна, который ещё и умудряется заблудиться?

Линь Фэн, с гнездом червей в руках, откланялась. Гунси Чоу лишь мельком взглянул и тут же узнал, что это.

— Это же не ингредиенты для создания гу «Пожиратель Сердец»?

Цзимо Цю:

— Угу.

Гунси Чоу передёрнул плечами, словно у него осталась психологическая травма. В детстве ему немало доставалось от этих тварей.

— Старший брат, почему ты не идёшь? — Гунси Чоу собирался проводить Цзимо Цю в главный шатёр, но, сделав пару шагов, обнаружил, что тот не следует за ним. Подумав, что брат опять заблудился, он обернулся и увидел, что тот смотрит в определённом направлении. Проследив за его взглядом, Гунси Чоу понял, что брат смотрит на девушку с белыми зрачками, которая тоже повернулась в их сторону. — Что такого интересного в человеке, притворяющемся слепым?

Цзимо Цю отвёл взгляд:

— У этой особы необычная аура.

Тем временем девушку с белыми зрачками оттащил в сторону её учитель, ворча:

— Куда ты пялишься в таком месте?

Девушка с белыми зрачками оступилась. Понизив голос, она сказала:

— Предмет созидания.

— Какой ещё предмет созидания?

Девушка с белыми зрачками:

— Разве раньше не говорили, что рядом с правительницей Шэнь есть люди разрушения, и нужно найти предмет созидания? Он у него на поясе.

— На поясе?

— Тот странный деревянный посох.

Точнее, маленький красный цветок на его верхушке.

Учитель и ученица быстро замолчали. Они обнаружили, что тот, о ком они только что говорили, идёт с ними одной дорогой, и их пункт назначения — главный шатёр лагеря государства Кан. Телосложение воинов Удань намного превосходило обычных людей. Подойдя ближе, они осознали, насколько высоки братья Гунси — они даже заслоняли собой солнце.

Учитель и ученица шли молча, пока их не вызвали в главный шатёр.

Войдя в шатёр, девушка с белыми зрачками почувствовала, как волосы у неё на спине встают дыбом! Внутри сидели одни «люди разрушения», а подавляемая ими правительница Шэнь беззаботно улыбалась, словно ничего не происходило.

Будучи простыми людьми, учитель и ученица никогда не видели такого зрелища. Десятки любопытных или оценивающих взглядов были устремлены на них, вызывая не только жжение, но и острое чувство опасности, так что им хотелось провалиться сквозь землю. К счастью, кто-то помог отвлечь внимание.

— В общих чертах Фэнъэнь уже рассказал Верховному жрецу Цзимо, — Шэнь Тан не стала тратить лишних слов и сразу перешла к делу, спросив Цзимо Цю о подробностях касательно той парочки из дяди и племянника — их слабых местах и способах противодействия.

Любопытство охватило и остальных. Использовать гражданских и военных наоборот — как это?

Цзимо Цю ничего не утаил и рассказал всё, что знал. Самым опасным в этой паре был не тот чэхоу двадцатого ранга, а Вэньши. У этого Вэньши был Путь Вэньши, который, будучи применённым, мог полностью поменять местами гражданских и военных на поле боя. Вэньсинь Вэньши превращались в воинов Удань, а воины Удань — в Вэньсинь Вэньши.

Цянь Юн слушал, разинув рот.

— Так вот что значит… «использовать гражданских и военных наоборот»?

— Да.

Цянь Юн посмотрел на себя, представил, как он, облачённый в длинные одежды Вэньши, командует на поле боя, и тут же содрогнулся. Нет, так не пойдёт, он мало что знал о Яньлин Вэньши! Если он внезапно лишится силы воина и превратится в Вэньши, то вообще не сможет сражаться. Можно ли рассчитывать, что Вэньсинь Вэньши его уровня будет помогать армии? Цянь Юн затем посмотрел на своих товарищей-военачальников.

Они тоже переглядывались. Было очевидно, что все считали друг друга ненадёжными в таком качестве.

Лица Гу Чи, Ци Шаня и остальных выражали оцепенение.

Гу Чи, указывая на себя, потрясённо спросил:

— Верховный жрец Цзимо имеет в виду, что я, Гу, должен буду стать воином Удань… и идти в атаку?

Все Вэньши коллективно погрузились в молчание.

Цзимо Цю ещё раз кивнул:

— Да.

Чжао Фэн стиснул зубы:

— Чего бояться-то!

Цянь Юн воскликнул:

— Ещё как есть чего! Если с нами такое сделают, мы и ходить-то разучимся, не то что воевать! Чем мы будем сражаться против их элитных войск? Кстати говоря, откуда вообще взялся такой нелепый Путь Вэньши? Этот старый хрыч читерит! — Ему стало обидно!

Цзимо Цю:

— На них это тоже влияет.

Услышав это, Цянь Юн облегчённо вздохнул:

— Ну, тогда хорошо.

Гунси Чоу холодно окатил его ушатом ледяной воды:

— Хорошо тут только то, что это их способность. Даже если они не будут в последний момент судорожно готовиться, то уж точно заранее всё спланируют.

http://tl.rulate.ru/book/109723/6940940