Готовый перевод Step Down, Let Me Come! / Прочь с дороги! Дело за мной!: Том 2. 327. Истинная братская любовь

Том 2. 327. Истинная братская любовь

— Это естественно.

Шэнь Тан оказалась довольно простой в общении.

Она надеялась наладить деловые отношения с Сюй Цзе, но не хотела, чтобы это привело к разладу между ней и У Сянем, а также между Сюй Цзе и У Сянем. Нежелательные недоразумения лучше избегать, и доброжелательность Шэнь Тан застала Сюй Цзе врасплох.

Он хотел использовать это как козырь в переговорах.

В конце концов, всего лишь «дистрибьютор», риск хоть и снизился в разы, но прибыль была далеко не такой большой, как при монополии.

Теперь нужно было обсудить распределение прибыли, но честность Шэнь Тан, ее безразличие к материальному благополучию поставили его в тупик.

Шэнь Тан переменила тон, с улыбкой сказала:

— Однако, учитывая наши отношения с братом Чжаодэ, с этим проблем не возникнет.

Сюй Цзе: «...»

Глядя на улыбку Шэнь Тан, Сюй Цзе очень хотел задать неуместный вопрос: «Братская любовь», о которой говорил Гу Чи, «отношения с братом Чжаодэ», о которых говорил господин Шэнь, отношения у них просто медовые, а сам У Гун об этом знает?

Сюй Цзе не мог ответить, только неловко усмехнулся.

Чтобы не услышать больше слов, которые вызывали у него множество вопросов, Сюй Цзе решил взять инициативу в свои руки, перевести разговор на обсуждение прибыли, но Шэнь Тан прервала его:

— Это не важно.

— Не важно?

Сюй Цзе нахмурился.

Как можно вести бизнес, не обсуждая это?

Он сомневался в искренности Шэнь Тан в отношении заключения сделки.

Шэнь Тан легкомысленно улыбнулась:

— Ван Чао последние два дня не уставал рассказывать, как хорош Вэньчжу, в пределах Тяньхая его слава очень высока. В деловых вопросах я, профан, ничего не понимаю. Торговые дела, конечно же, нужно доверить тому, кто в них разбирается. Пусть Вэньчжу сам решает, а потом сообщает мне. Меня больше интересует, сколько сортов семян у Вэньчжу, сколько раз в год он их сажает, какая почва им нужна, как ухаживать за ними, чтобы повысить урожайность...

Сюй Цзе внешне не выказал никакой реакции.

Внутри же он уже был в шоке.

Как можно было позволить ему самому решать такие вопросы?

Она вообще не считает его чужим!

В сердце Сюй Цзе закрались сомнения.

Неужели все его предыдущие предположения были результатом его подозрительности? Неужели он ошибался? Может, господин Шэнь и все его подчиненные, Вэньсинь и Вэньши, — это чистые душой люди, бескорыстные патриоты? Не интересуются прибылью, а только благополучием народа?

Но это тоже не имеет смысла.

Шэнь Тан, не дав ему привести мысли в порядок, снова спросила:

— Сколько комплектов сельскохозяйственных орудий может предоставить Вэньчжу? У меня, чем больше, тем лучше. Если есть свободные волы, даже старые, нам нужны. Вэньчжу сам видел, насколько бедна Фугу, у нас почти нет волов. Сейчас землю пашут несколько воинов Удань, но это временная мера, так долго продолжаться не может...

Сюй Цзе был в недоумении.

В числе этих «нескольких воинов Удань» точно был Чжао Даи! — ...Эти вопросы я не могу решить сам, запишу их, вернусь и обсужу с господином. — Поскольку Шэнь Тан совсем не играла по правилам, Сюй Цзе даже не мог вести переговоры, ведь она позволила ему самому решать, о чем же тогда говорить?

Он был полностью выбит из колеи.

Шэнь Тан полностью разрушила его ритм.

Затем она выдвинула просьбы о сельскохозяйственных орудиях, волах и т. д.

Она не давала Сюй Цзе ни минуты на реакцию.

Когда Сюй Цзе уходил, он все еще был в полубессознательном состоянии.

Шэнь Тан наблюдала за тем, как Сюй Цзе уходит, слегка улыбнулась, взяла чашку с кипящим чаем, аккуратно дунула на него, сделала небольшой глоток. Горячий чай, попадая в рот, скользил по горлу, тепло распространялось изнутри наружу, даже нос прочистился.

В этот момент из-за спины вышел Гу Чи.

Он сказал:

— Почему госпожа так добра к нему?

Даже с родным братом нужно считать деньги.

Любой здравомыслящий человек понимает, что вино «бесценно», стоит его доставить в Тяньхай, как его тут же раскупят, особенно Вэньсинь и Удань, насколько же велика прибыль! Госпожа своими словами просто отдала его, это слишком большая потеря.

Гу Чи несколько раз хотел выйти.

Шэнь Тан ответила:

— Добра к нему? Как можно считать убийство добротой?

Ее дешевые товары так просто не достать.

На юном, ярко-красивом лице заиграла насмешка, в глазах читалось хищное любопытство.

Она усмехнулась:

— Это просто беспроигрышная сделка. Неважно, сколько вина мы отдадим, главное, сколько сельскохозяйственных орудий, семян, волов мы сможем получить! Я снова и снова говорю о «братской любви» с У Чжаодэ, эта информация обязательно дойдет до него, а Сюй Вэньчжу посмеет ли взять себе слишком много? Не волнуйся, он не станет делать ничего предосудительного.

Шэнь Тан продолжила:

— Это во-первых.

Гу Чи приподнял бровь:

— У лидера есть и другие планы?

Шэнь Тан рассмеялась, как хитрая лиса, которая украла у соседа копчёную колбасу:

— Конечно. У Чжаодэ и Сюй Вэньчжу не такие уж крепкие отношения, их связь больше напоминает сотрудничество, чем отношения господина и слуги. Сюй Вэньчжу вкладывает все свои деньги, а У Чжаодэ предоставляет власть и признание, но насколько устойчива такая связь?

Гу Чи понял, что задумала Шэнь Тан.

— Разъединить их? — Гу Чи не был уверен в успехе этого плана: — Даже если меча удастся добиться своего, по характеру Сюй Вэньчжу он все равно примкнет к другой силе, не уступающей У Чжаодэ, например, к нашему старому знакомому Гу Женю, он точно не поможет нам.

Он не хотел умалять собственное значение.

Их основа слишком слаба.

Как могут они стать защитой для Сюй?

Шэнь Тан ответила:

— Кто знает, что будет в будущем? Я просто хочу посмотреть, насколько большой бизнес сможет построить Сюй Вэньчжу, сколько денег он заработает! Чем больше он заработает, тем больше У Сянь будет его бояться, если только Сюй Вэньчжу не захочет отдать У Сяню семь-восемь десятых своей прибыли. Но почему он должен это делать? Достаточно того, что У Сянь будет его опасаться.

В решающий момент Сюй Вэньчжу может стать важной пешкой.

А сейчас...

Он просто «великий благодетель», который обеспечивает ее всем необходимым.

Благодетель — это звучит, а пишется «дурак».

— Это во-вторых, — не спеша сделав глоток чая, Шэнь Тан с улыбкой сказала: — А в-третьих, нужно привлечь Сюй Вэньчжу к инвестированию в нас, думаю, за эти дни он уже увидел, как изменилась Фугу. Даже если он не верит в ее будущее, но из благодарности, он все равно немного вложит... Торговцы, они ведь такие, ставят на разные лошади, ничего страшного. Вложенные деньги — это мелочи, если их потеряют, то потеряют, пусть это будет знаком дружбы.

Гу Чи: «…»

Шэнь Тан заметила его взгляд и спросила:

— Что случилось?

Гу Чи покачал головой:

— Ничего.

Он просто хотел высказаться.

Госпожа, наверное, точно из лотоса?

Она вся из себя хитрая.

Мастерски играет в открытую, а Сюй Вэньчжу, будучи Вэньсинь, скорее всего, даже не понял, что происходит, ну, а он, находясь в самой гуще событий, тоже не понял бы. В конце концов, господин Шэнь — такой редкий чистый человек, как у него могут быть злые мысли?

Даже если такие мысли и есть, то они у его Вэньсинь.

Эту черную метку он, Гу Чи, возьмет на себя.

Шэнь Тан взглядом спросила:

— Ты мне веришь?

Гу Чи взглядом ответил:

— Сюй Вэньчжу поверит.

Шэнь Тан: «…»

Заранее сочувствует Сюй Вэньчжу.

Когда Сюй Цзе покидал Фугу, он забрал с собой двести кувшинов вина и оставил солидный задаток. Он сказал, что как можно скорее обсудит все с господином У Сянем и постарается дать окончательный ответ в течение месяца. Шэнь Тан лично проводила его за город.

Чжао Фэн не хотел отпускать Сюй Цзе.

Он просил его обязательно передать письмо своим родным.

Оказав услугу, он вернулся.

Сюй Цзе: «...»

Он чувствовал, что его рука вот-вот раздавится!

Эти грубияны!

— Господин Шэнь, до свидания!

Сюй Цзе с двумястами кувшинами вина и подарками для У Сяна, его свита, состоящая из множества людей, двинулась в путь, скрывшись за горизонтом.

Шэнь Тан зевнула.

Она махнула рукой:

— Пойдемте, продолжим строить землянки. Ван Чао, постараемся в этом году обеспечить каждую семью землянкой!

Гу Чи видел, что Шэнь Тан в хорошем настроении.

Он сказал:

— Хорошо! Тогда никто больше не замерзнет.

Услышав это, Шэнь Тан улыбнулась, ее глаза блестели, будто она уже видела эту картину.

— Хорошо, пошли! — Мото под ней тоже весело побежал, колокольчики на шее зазвенели.

По сельской дороге разносилась приятная мелодия.

— Госпожа, подождите Чи.

Гу Чи поспешил догнать ее.

Чжао Фэн, «человек, далекий от всего этого», почесал нос: «...»

Тяньхай и Хэинь — соседи.

От административного центра Хэиня до административного центра Тяньхая недалеко, Сюй Цзе и его свита двигались быстро, а еще у них были знаки отличия У Сяна, так что на пути никто не посмел их остановить или ограбить. Они благополучно добрались до места назначения, немного отдохнули и отправились к владетелю.

У Сян в это время обсуждал дела с подчиненными.

Услышав доклад, он удивился:

— Вэньчжу так быстро вернулся?

Узнав, что это Сюй Цзе, Цинь Ли, который собирался уйти, остановился и незаметно сделал шаг вперед, он хотел услышать новости из первых рук. Как же изменился Хэинь под управлением Шэнь Тан и ее людей, хитрый советник не мог не обратить на это внимания.

У Сяну все еще очень нравился Сюй Цзе.

Хотя Сюй Цзе редко давал ему советы, он был щедрым, помогал ему решать множество проблем с помощью денег.

— Господин, Цзе вернулся.

— Вэньчжу, садись, садись! — Радость на лице У Сяна была почти невообразимой: — Когда ты вернулся? Посмотри, ты так похудел, наверняка по дороге немало мучился?

Сюй Цзе, естественно, ответил, что для него в порядке вещей разделить с господином его заботы, и что его поездка прошла очень гладко, никаких проблем не возникло.

У Сян спросил:

— Как мой брат Шэнь?

Сюй Цзе слегка дернулся.

Ему показалось, что у господина похожий стиль общения с каким-то человеком.

Он постоянно повторял «братская любовь», «брат Чжаодэ», «брат У».

Неужели эти чувства взаимны?

Это слово он узнал от господина Шэнь.

В этом контексте оно подходит как нельзя лучше.

По дороге Сюй Цзе уже подготовил речь, он ответил без колебаний. Он рассказал о том, что видел и слышал в Фугу, а также упомянул о том, что больше всего интересовало У Сяна, о состоянии Чжао Даи, — естественно, он умолчал о том, что Чжао Фэн пашет по двести му в день.

Если бы он рассказал, господин бы точно расплакался.

Это не преувеличение, а констатация факта, у него есть прецедент.

У Сяна было шесть храбрых воинов, один из них в молодости защищал У Сяна и едва не погиб, когда он восстанавливался после ранения, его жадные брат и невестка отбирали у него целебные средства, У Сян, увидев его жалкое состояние, расплакался от жалости.

Он сказал, что брат и невестка — нелюди.

Как они могли так жестоко обращаться с его любимцем.

В конце концов, Чжао Фэн сам не жаловался, он даже хвалил господина Шэнь, который заставил его пахать, так что он не стал подливать масла в огонь.

У Сян внимательно слушал.

Он время от времени восклицал:

«Шэньди так благороден!», «Шэньди так добр!», «Тяньхай счастлив, что у него есть такой брат Шэнь».

Сюй Цзе: «...»

Слово «Шэньди» прозвучало у него в ушах.

В голове у него только «Шэньди, Шэньди, Шэньди».

Сюй Цзе начал сомневаться, неужели «братская любовь» — это правда?

В конце концов, самое главное — это рецепт вина Шэнь Тан.

Конечно, Сюй Цзе не стал рассказывать все без утайки, он использовал немного литературных приемов, чтобы преуменьшить угрозу со стороны Шэнь Тан, в его словах сквозила нейтральная позиция, которая постепенно перешла на сторону одного из участников. У Сян и все остальные были очарованы волшебными свойствами вина.

Только один человек оставался бдительным и трезвым.

— Вэньчжу заблуждается, — холодно сказал Цинь Ли.

Сюй Цзе посмотрел на Цинь Ли:

— Гунсу, что ты имеешь в виду?

Цинь Ли ответил:

— Со временем Шэнь Тан станет большой угрозой!

Изменения в Хэине превзошли все его ожидания. По описанию Сюй Цзе, судя по всем этим мерам по восстановлению, можно было судить о том, что как человек, отдающий приказы, так и тот, кто их выполняет, — это не простые люди. А ведь они их соседи!

Скорость развития, скорость роста слишком высоки!

Цинь Ли даже представить себе не мог, насколько это страшно.

Сюй Вэньчжу хочет поймать тигра за хвост?

Тигр?

Ха-ха, многие не разделяли его опасений.

Это всего лишь безобидная кошка.

Хотя она похожа на тигра, но по сути они совершенно разные.

Хэинь быстро развивается?

Этот регион был просто запущенным, стоит только отправить туда кого-нибудь, и любые изменения будут заметны.

Цинь Гунсу, видимо, слишком высоко оценивает Шэнь Тан.

Сюй Цзе уже выразил свою позицию, и многие из его близких друзей, чтобы сделать ему одолжение, поддержали его — втайне же они были очень любопытны к этому вину, им не терпелось попробовать его.

Цинь Ли все-таки не был уроженцем Тяньхая.

Раньше ему помогал Чжао Фэн, а сейчас он был один, видя, что дело решено, Цинь Ли не выдержал и, саркастически усмехнувшись, сказал:

— Вэньчжу, ты же хорошо разбираешься в торговле, неужели не понимаешь, что истинная сила — это монополия? Раз у тебя есть рецепт вина, то забери его себе. Зачем отдавать часть Шэнь Юйли? Тебе не жалко?

Услышав такие слова от Цинь Ли, Сюй Цзе тоже разозлился.

Он ответил:

— Как ты смеешь говорить такие вещи, Гунсу? Наш господин и господин Шэнь с первого взгляда стали друзьями, их отношения очень близки, об этом знает вся армия союзников. Они как братья, а ты сидишь тут и советуешь им грабить, если об этом узнает весь мир, то неправильно поймет нашего владыку. Тебе следует быть осторожнее со словами!

Хорошо бы он еще «осторожно поступал».

У Сян чувствовал себя неловко.

Когда он успел с Шэнь Тан «с первого взгляда стать другом, их отношения очень близки»?

Цинь Ли — его мозг, а Сюй Цзе — его кошелек.

Поддерживать кого-то из них было бы неправильно.

У Сян собирался сгладить ситуацию, но увидел, что Цинь Ли фыркнул, с холодным взглядом посмотрел на Сюй Цзе и сказал:

— Глава семьи Сюй, будучи образованным человеком, ведешь себя как жадный и недальновидный купец? Ха, я с тобой не спорю. Господин, я внезапно почувствовал себя плохо, я ухожу...

У Сян: «...»

Все, провал.

Как и следовало ожидать, Сюй Цзе разозлился.

У Сяну пришлось быстро исправить ситуацию, разлучив их, он разрешил Цинь Ли взять «больничный» и с заботой попросил его хорошо отдохнуть.

http://tl.rulate.ru/book/109723/5011086