Готовый перевод Step Down, Let Me Come! / Прочь с дороги! Дело за мной!: Глава 1404. Боевая разведка (Часть 3)

Глава 1404. Боевая разведка (Часть 3)

— Уже развернули, но… — У Сянь на мгновение замялся и продолжил, — если враг окажется таким же, как Гунсу, то такого боевого построения будет недостаточно, чтобы сбить его с толку. Слишком мало сведений.

Умение Цинь Ли [Облачные Небеса, Туманные Земли] позволяло вести разведку с высоты птичьего полета. И хотя обычные элитные разведчики Удань могли подняться на ту же высоту, они не обладали той свободой и лёгкостью, что была у Цинь Ли.

Чем сложнее становилась ситуация, тем ценнее и надёжнее казался Цинь Ли.

Бай Су так и не смогла расслабить нахмуренные брови.

С прибытием основных сил боевой дух солдат значительно вырос.

Ещё до наступления ночи далёкие горы уже скрылись в облаках и тумане.

Бай Су заметила, что местность несколько отличается от той, что была ей известна. У Сянь развернул карту и, указав в сторону гор, сказал:

— …Более тридцати лет назад эти земли находились под властью одного небольшого государства. Позже между братьями-правителями разразилась междоусобица, вассальные князья подняли мятеж, и в итоге они разделили земли по реке, и каждый стал править своей частью. Место, где мы стоим, изначально было пустошью, но потом горный хребет сдвинули на восток на двадцать-тридцать ли.

Сдвинув горы, они создали естественную преграду. Эта преграда намертво перекрыла ключевой проход. Чтобы пробиться дальше, необходимо было найти путь через эти горы.

Местность, где находился лагерь У Сяня, была низинной, а горы — высокими. Огромный перепад высот был одной из главных причин, затруднявших разведку. Их географическое положение было крайне невыгодным — враг имел врождённое преимущество, наблюдая за ними сверху. Бай Су слегка приподняла голову, вглядываясь в горы.

— Сдвинули на восток на двадцать-тридцать ли? — И не одну гору, а целый хребет? Подобное по масштабу искусственное укрепление, застава Чаоли, тоже было создано руками Чэ-хоу двадцатого ранга, но это существовало лишь в легендах. В реальности провернуть такое одному Чэ-хоу было бы не под силу. Откуда же это «небольшое государство», о котором говорил У Сянь, взяло столько рабочей силы?

У Сянь произнёс:

— Есть и другая версия.

— Какая?

— Говорят, эти горы сами ходят, — ответил У Сянь.

Выражаясь более пугающе, эти горы были живыми и за несколько десятков лет сами сместились на восток на двадцать-тридцать ли, благодаря собственным усилиям. Бай Су чуть было не подумала, что У Сянь её разыгрывает:

— Горы, которые сами ходят? Князь имеет в виду, что эта гряда практиковала и превратилась в нечисть?

— А почему бы и нет? — поддразнил её У Сянь.

В этом мире хватало всяких диковин, так что удивляться было нечему. Не говоря о прочем, одни только воины Удань, достигшие определённого уровня практики, могли превращаться в свои тотемы Удань — из людей становиться животными или растениями. Это само по себе было довольно жутко и в каком-то смысле тоже считалось превращением в нечисть.

У Сянь продолжил шутить:

— Раньше нечисть практиковала, чтобы стать людьми, а теперь воины Удань практикуют, чтобы стать животными или растениями. Порядок обратный, но суть та же. Может, в горах и вправду зародился горный дух, который сбежал, пока никто не видел.

Бай Су:

— …

Перед лицом грозного врага было не до шуток.

У Сянь, видя её холодное лицо и полное отсутствие улыбки, мысленно обозвал её «каменной красавицей» и пояснил:

— Эту легенду мы узнали от одного дровосека. Его предки жили у подножия гор и из поколения в поколение рубили лес. Постепенно они стали замечать, что путь в горы занимает всё меньше и меньше времени, а расстояние сокращается. Тут они и заподозрили неладное.

Особенно после того, как однажды утром проснулись и увидели, что горы, которые раньше были далеко, внезапно оказались вплотную к их деревне.

Жители в панике разбежались, побросав дома и перебравшись в другие места, боясь, что если останутся ещё на год-другой, горы их просто сожрут.

Конечно, это лишь одна из многих страшилок.

Одно было несомненно — место это было и вправду странное. Тридцать процентов разведчиков, отправленных У Сянем, затерялись в горах, не подав даже сигнала. А те семьдесят, что вернулись, принесли противоречивые сведения.

Бай Су прикрыла глаза:

— Чертовщина и обман. — В военном деле часто прибегают к подобным уловкам, чтобы сбить врага с толку. — Прикажите моим войскам отдохнуть. Действовать будем ночью.

У Сянь не ожидал от Бай Су такой спешки. Он забеспокоился, что она слишком рвётся в бой, и деликатно возразил:

— Враг пока не проявляет активности. Великий полководец и ваши люди устали после стремительного марша. Не лучше ли сначала отдохнуть день-другой, набраться сил, а потом уже действовать?

Дело было не в трусости У Сяня. Просто враг казался ему слишком скрытным, и без должной осторожности можно было легко угодить в ловушку. Ему было всё равно, выживет Бай Су или нет, но он не мог игнорировать то, как высоко ценит её Шэнь Юли, и не мог закрывать глаза на то, что у Бай Су, по слухам, были тайные отношения с Гу Чи. Если с ней что-то случится, его ждут нелёгкие времена.

— Что думает полководец?

Бай Су отрезала:

— Ничего.

У Сянь:

— …

Такое пренебрежение У Сянь стерпел, но его помощник уже не мог сдержаться. Он подумал, что Бай Су, как и гласили слухи, высокомерна и бесчеловечна. Какой бы великой она ни была, неужели от неё убудет, если она выслушает чужой совет? К чему эти холодные, резкие слова?

Помощник уже начал закипать от обиды, но, поймав предостерегающий взгляд У Сяня, ему пришлось подавить недовольство. Командующим этой армией был не У Сянь, а для военачальника главное — подчиняться приказам. Если битва будет выиграна — это заслуга командующего, если проиграна — вина тоже ляжет на него. Помня об этом, нужно было сохранять спокойствие.

Бай Су заметила эту безмолвную перепалку. Она специально пояснила:

— В последнее время звёзд, должно быть, не было видно?

У Сянь, поразмыслив, ответил:

— Почти не было.

— Горы под ногами можно изменить, но звёзды над головой человеческой силе неподвластны. Если врагу нужно было лишь собрать сведения о наших передвижениях, нескольких дней было бы достаточно. Зачем прилагать столько усилий и делать это каждый день? Значит, они пытаются скрыть нечто важное.

Навигация по земле ненадёжна, а вот по звёздам — совсем другое дело. Что это — простая иллюзия, чтобы сбить с толку, или же горы действительно движутся? Если первое, достаточно разрушить построение. Если второе — необходимо найти виновника.

Бай Су не была уверена в своей правоте, поэтому ей нужно было лично всё разведать. У Сянь, выслушав её, не стал возражать и приказал приготовить лучшее вино и яства, чтобы она могла поесть и набраться сил. Вскоре ущербная луна скрылась за плотными облаками. Бай Су тоже была готова. Она приказала трём небольшим элитным отрядам одновременно войти в горы, привязав у входа пеньковые верёвки. При малейшей опасности они должны были немедленно отступать.

У Сянь также отправил своих людей во главе одного из отрядов.

— С каким отрядом пойдёт полководец?

Бай Су указала наверх:

— Пусть наши люди на земле отвлекают внимание. Князь останется во главе, а я поднимусь в небо для разведки.

У Сянь взглянул на густые облака. Если он правильно помнил…

— Тотем Удань полководца, кажется, не слишком приспособлен для полёта?

Без помощи тотема Удань воин мог держаться в воздухе лишь за счёт собственной энергии Уци, поддерживая температуру тела и дыхание. Это требовало огромных затрат энергии. В большинстве случаев для воинов, чей тотем не был птицей, воздушный бой был лишь показухой, как говорится, для пускания пыли в глаза.

Но Бай Су лишь бросила на ходу:

— Море облаков — это тоже море.

Лишь когда она ускакала прочь, до У Сяня дошёл смысл её слов. Спустя мгновение он выдавил:

— Почему бы ей тогда не сказать, что Млечный Путь — это тоже река? — Это же было чистой воды жульничество!

Из-за особенностей местности скрыть свои действия от врага было практически невозможно, поэтому У Сянь решил не таиться. Он приказал солдатам зажечь факелы и демонстративно войти в горы. Один конец верёвки привязали к огромному валуну у подножия, а остальные, войдя в горы, ставили метки через каждые сто шагов.

Помощник, организовав оборону на случай внезапной атаки врага, вернулся с докладом:

— Князь, всё готово. Только вот, не знаю, стоит ли говорить…

— Говори!

— Не слишком ли самонадеянна эта великий полководец Бай?

У Сянь ответил:

— А тебе какое до этого дело?

На душе у помощника всё ещё было неспокойно:

— Раньше ведь…

— Ты сам сказал «раньше». Разве раньше на войне было столько уловок? — У Сянь намеренно исказил слова помощника. Он понимал, чем тот недоволен: ему казалось, что Бай Су, будучи столь юной, не проявляет должного уважения к старым военачальникам. Но на поле боя всё решает победа, а не выслуга лет. К тому же, быть правителем и быть военачальником под чьим-то командованием — разве это одно и то же?

Пока Бай Су одерживает победы, она может делать всё, что захочет.

Помощник взглянул на густые, нерассеивающиеся тучи над головой и высказал свои опасения:

— Князь, я беспокоюсь, что если с великим полководцем что-то случится, то вся вина незаслуженно падёт на вас…

Если делить людей по степени близости к правительнице, то Бай Су, несомненно, была её ближайшей соратницей, и У Сянь, бывший «побеждённый враг, ставший подчинённым», не мог с ней сравниться. При любых разногласиях следовало уступать и не идти напролом.

У Сянь предостерёг его:

— Ты сегодня слишком много говоришь.

Помощник уловил недовольство в голосе У Сяня и пристыженно замолчал.

Время от времени солдаты дёргали за верёвку. Если с другого конца отвечали тем же, значит, всё было в порядке. Если ответа не было, или верёвка обрывалась, это означало, что в горах случилась беда.

У Сянь на мгновение затаил дыхание.

Внезапно ночной ветер пронёсся мимо, донеся до его ушей странный звук.

Он резко открыл глаза:

— Вы что-нибудь слышали?

Помощник растерянно посмотрел на него и, прислушавшись, покачал головой.

В этот момент прискакал гонец. Верёвка одного из трёх отрядов оборвалась.

К счастью, солдаты отреагировали достаточно быстро и успели отступить. Когда их спросили, что они видели в горах, показания разошлись: кто-то видел подозрительные человеческие тени, кто-то — странных зверей, а кто-то утверждал, что видел горных духов… У Сянь потёр руку, покрывшуюся гусиной кожей:

— Странно, неужели и вправду столкнулись с нечистью?

Через четверть часа вернулись и два других отряда:

— Князь, плохи дела, некоторые из наших внезапно обезумели.

У обезумевших зрачки были абсолютно белыми, а в центре лба темнело пятно. От ключиц к макушке расползались багровые трещины. Они рычали, как дикие звери, а их руки превратились в когти, способные резать железо, как глину. Будучи окружёнными и не имея возможности навредить другим, они начали рвать собственную плоть.

В суматохе уже тринадцать человек получили ранения. Такого ещё не случалось за всё время противостояния с врагом.

Веко У Сяня нервно дёрнулось:

— Связать их.

Солдаты поспешили связать обезумевших по рукам и ногам. Остальных раненых отправили в лазарет.

Примчался военный лекарь. Он внимательно осмотрел обезумевших солдат и спустя долгое время со странным выражением лица произнёс:

— Похоже на отравление Гу.

Гу… От этого слова у У Сяня волосы на голове зашевелились. Он был человеком начитанным и по разным причинам усердно изучал историю бедствия Гу в государстве У. Он знал, что нынешнее государство Кан находилось в схожем положении. Насколько ему было известно, в государстве Кан было всего два человека, умеющих обращаться с Гу-червями: таинственный Цзимо Цю и Линь Фэн. Первый был готов пойти на всё ради Шэнь Юли, вторая тоже беспрекословно ей подчинялась. Ни один из них не мог предать. Поразмыслив, он пришёл к выводу, что либо эти Гу-черви были природного происхождения, либо враг тоже владел этим искусством.

— Есть способ излечить?

— Попробую, что в моих силах, — ответил лекарь.

Он вспомнил о Бай Су:

— Как давно ушла великий полководец Бай?

Бай Су была талантлива, все эти годы у неё не было недостатка в удаче для практики, и сама она была усердна. Но она начала поздно, и как бы быстро ни продвигалась, в её возрасте было невозможно долго парить в воздухе, тем более на высоте в несколько тысяч метров. Чем выше, тем больше расход энергии Уци.

У Сянь нахмурился, глядя на высокие горы вдалеке. Окутанные тьмой, они походили на стаю свирепых зверей, оскаливших клыки.

— В этих горах и вправду творится что-то неладное. Подождём ещё немного. Если великий полководец Бай не вернётся, выпустим сигнальную стрелу.

— Слушаюсь.

Густой туман под покровом ночи, словно серо-чёрный питон, обвивал горы, и всё вокруг дышало зловещим предчувствием. Бай Су стояла на спине своего тотема Удань. Огромный тотем лениво покачивал хвостом, плывя над морем облаков. Он двигался не быстро, но встречный ветер больно бил по лицу, а от низкой температуры даже боевые доспехи покрылись инеем.

— Плыви медленнее, — спокойно предупредила его Бай Су.

Тотем Удань был в возбуждении. Он совершил пируэт на триста шестьдесят градусов, весело вращаясь и подпрыгивая, и непрестанно хлопал плавниками.

Бай Су:

— …

Иногда у неё возникало непреодолимое желание приладить к своему тотему седло. Этот зверь был просто «китом-экстравертом», возбуждаясь в любой момент. До трансформации он ещё слушался команд Бай Су, но с тех пор как научился плавать в небе, превратился в необузданного жеребца.

Возможно, почувствовав желание Бай Су приготовить суп из акульих плавников, тотем Удань издал невинный клёкот и нехотя повёз свою хозяйку ниже. Бай Су достала из-за пазухи компас — в этом месте стрелка бесполезно крутилась. Тогда она подняла голову к звёздам. По их расположению она определила направление горного хребта. Зажав в зубах угольный карандаш, она развернула лист бумаги.

Бумага шелестела на ночном ветру. Не успела Бай Су провести и первой черты, как внезапно влила Уци в карандаш и метнула его, словно дротик. Сверкнула чёрная вспышка, и в воздухе остались лишь несколько капель крови.

— Цок, наконец-то показался кто-то живой.

В горах под ногами не ощущалось присутствия живых существ. Тотем Удань дважды проплыл над ними, но не обнаружил ничего живого. Если бы У Сянь не сказал, что разведчики видели в горах следы активного передвижения врага, Бай Су уже усомнилась бы, что он вообще здесь.

Дзинь!

Раздался оглушительный лязг металла.

Бай Су отбросило мощным ударом, и она взмыла в воздух. Её боевые сапоги, прочертив две огненные полосы по спине тотема, помогли ей удержаться. Ухватившись за плавник, она вернулась на прежнее место и одновременно разглядела того, кто на неё напал. Одного взгляда было достаточно, чтобы её зрачки резко сузились.

Как бы это сказать… это существо нельзя было назвать человеком. Но и животным тоже.

Тело было человекоподобным, но из-под рёбер росли два огромных крыла, похожих на крылья летучей мыши. Глаза горели зловещим зелёным огнём. Увидев, что не смог убить Бай Су с одного удара, он свирепо ухмыльнулся и, взмахнув крыльями, приземлился на спину кита.

— Военачальник государства Кан, Бай Шаосюань.

— Не меняю имени, садясь в паланкин, и не меняю фамилии, вступая в дом. Это я.

Голос у него был крайне странным, похожим на скрежет длинных ногтей по стеклу, от которого волосы вставали дыбом:

— Я вижу, полководец — юный талант. Почему бы не покинуть тьму и не перейти на сторону света ради блестящего будущего?

Бай Су мысленно холодно закатила глаза.

Только послушайте, разве это человеческая речь?

Противник всё ещё ждал ответа, но она, протянув руки в пустоту, материализовала в них два сверкающих меча и без лишних слов ринулась в бой.

Вспыхнул свет клинков, серебряная змея рассекла воздух, и леденящая жажда убийства пронзила облака. Бай Су произнесла:

— Сегодня я разделаю тебя, летучая мышь.

http://tl.rulate.ru/book/109723/10279213