Перевод: Astarmina
— Хватит нести чушь! Принеси деньги, деньги!
Хозяин бакалейной лавки, выплюнув жвачку табака, которую до этого нервно жевал, поднялся из-за прилавка. С каждым его тяжелым вздохом в воздухе распространялся настолько отвратительный запах изо рта, что Диссена едва не стошнило.
Герцог Диссен поморщился и отступил на шаг. Унизительно было умолять какого-то жалкого лавочника в этом нищем квартале, но выбора у него не оставалось.
С того самого дня, как он связался с теми проклятыми офицерами из Адмиралтейства, даже вход в подпольные игорные дома стал проблемой. Теперь единственная надежда — жалкие игры на окраинах, где собираются отбросы общества. Конечно, это не сравнить с крупными ставками, но если сорвать банк здесь, денег хватит на приличную съемную квартиру.
— Дайте мне еще один шанс, и я поделюсь с вами частью выигрыша.
— О-хо-хо! Уже все до последней монеты проиграл, в долгах по уши, а все мечтает о большом куше! — лавочник оскалил желтые зубы и захихикал.
Его смех подхватили и остальные — безразличные рожи, жующие табак.
— Вам бы не здесь время терять, а к дочери сходить. Говорят, у нее парень появился. Может, хоть немного денег на карманные расходы даст, — предложил цирюльник, явно издеваясь.
— У Одетты? Какая чушь!
— Да вы и не знали, что ваша дочь шлюхой работает? Вот убогий...
— Еще одно слово про мою дочь — и я тебя прикончу!
— А как еще объяснить, что она в последнее время так наряжается и по ночам шляется?
— Я сам видел, как ее высадили из кареты поздно ночью. Похоже, подцепила какого-то богача.
— Хорошо бы и нам такой шанс выпал...
— Эй, герцог-нищий! Если так хочешь в следующую игру — приведи дочку. Заплатим щедро.
Грязные намеки, похабные жесты — их лица расплывались в мерзких ухмылках.
Герцог Диссен, багровый от ярости, пнул деревянный ящик у входа. Грохот разбитых бутылок смешался с криками перепуганных мужчин.
— Как вы смеете трогать мою дочь?!
Он опрокинул остальные ящики и выбежал из лавки.
«Если бы в той шахте нашли золото, я бы уже вернул свои земли. Жена бы не умерла. Император не разгневался бы...»
Он скрипел зубами, проклиная мошенника, который продал ему эту дурацкую шахту. Но больше всего бесили холоднокровные королевские особы.
Разочарованный предательством дочери, прежний император публично отрекся от нее, лишив титула. Для Диссена, который надеялся восстановить род через брак с принцессой, это был смертный приговор.
Они бежали за границу, спасаясь от гнева императора, и смогли вернуться только после его смерти. Новый император простил сестру. Полного восстановления в правах не случилось, но им хотя бы выделили дом и небольшие деньги.
Когда Хелене стало известно, что все эти деньги они потеряли, она слегла и вскоре умерла. Хотя это была чистая случайность, император обвинил в ее смерти Диссена. Такой же бессердечный, как его отец.
«Но пока есть Одетта, все еще может измениться».
С этой мыслью он застегнул воротник пальто. И тут же, за поворотом, увидел Одетту.
Аккуратно одетая, она выходила из подъезда их дома. Он хотел окликнуть ее, но передумал и спрятался в узком проходе между домами.
«В последнее время она стала чаще уходить. И появились вещи, которых раньше не было... Подозрительно».
Нехорошее предчувствие сдавило грудь.
«Неужели... Не может быть...»
Пока он пытался отрицать очевидное, Одетта приблизилась.
Он прижался к стене, отвернувшись. К счастью, она не посмотрела в его сторону. Ее путь лежал к мосту через Пратер — в центр города.
Недолго думая, герцог, как тень, последовал за дочерью.
***
— Благодарю за приглашение, графиня Трие.
Одетта вежливо поклонилась.
Графиня Трие, отставив бокал, оценивающе осмотрела ее. Скромный наряд, будто у скучной гувернантки, но сойдет. Лучше так, чем выглядеть напыщенной. Мужчины обычно жалеют скромных красавиц.
— Я прошла?
Не дождавшись ответа, Одетта нарушила молчание. Ее лицо оставалось невозмутимым, но в уголках губ играла едва уловимая насмешка.
— На троечку, — графиня усмехнулась и указала на стул напротив.
Движения Одетты, садящейся за стол, дышали достоинством, словно она собрала в себе последние крупицы былого величия своих родителей.
Разговор завязался о капризах весенней погоды, невралгии и ужасной опере на прошлых выходных.
Подали аперитив. Графиня, отложив заказ, украдкой посмотрела в сторону входа. Пока его не было.
— Как там та заколка?
Неожиданно Одетта сама затронула ту ночь.
Графиня повернулась к ней. Видя искреннюю озабоченность на лице девушки, она невольно рассмеялась.
— После такого унижения ты переживаешь за украшение?
— Я чувствую ответственность за вещь, которую вы мне доверили.
— Я не люблю сладкое пустословие, дитя.
— Если вы хотите, я возмещу ущерб.
— Ты? Чем? — графиня холодно усмехнулась.
— Я расскажу императору.
Этот ответ застал ее врасплох.
— Дочь требует компенсации с отца?
— Нет. Это была вина принцессы.
— И ты думаешь, император тебя выслушает?
— Даже если он не станет считаться со мной, он обязан проявить уважение к вам, графиня.
Одетта сложила руки на коленях. Глядя на ее решимость, графиня громко рассмеялась.
— Ну конечно! Император не может позволить, чтобы его дочь не возместила ущерб. Как только ювелир пришлет счет за ремонт, я сама отправлю его во дворец.
— Его можно починить?
— Да. Говорят, ты собрала все осколки.
— Какое облегчение, графиня.
Одетта наконец улыбнулась. Ее розовые щеки с ямочками, мягкий изгиб глаз — все в ней сияло.
«Перед мужчинами — статуя, а здесь — цветок. Глупая девочка».
Но она промолчала. Если уж не выходит кокетка, пусть будет гордым лебедем. Возможно, это даже лучше для их плана.
— Изабель отправили в летний дворец. Она там, как в клетке, и больше не помешает вам с капитаном Клаузевицем.
Графиня небрежно сообщила новость о принцессе.
Одетта кивнула и посмотрела в окно. После теплых дней вдруг похолодало, и город снова казался зимним.
Золотистый автомобиль остановился у ресторана.
Одетта отвела взгляд. Этот момент — тоже часть игры.
«Если не отдавать сердце — не будет и боли».
Этот урок, подаренный жизнью, позволял ей оставаться невозмутимой. Даже тот позорный инцидент с принцессой не задел ее.
«Вежливость и притворство — мое оружие».
Она мысленно проверила себя, как перед выходом проверяет нож в кармане.
— Я уже проголодалась, — графиня снова посмотрела на вход и подозвала официанта.
В этот момент за соседним столиком появились гости.
Одетта невольно ахнула. Офицер, только что севший напротив, тоже нахмурился.
— Боже! Какая неожиданная встреча, графиня Трие!
Пожилой мужчина напротив офицера широко улыбался. Это был адмирал Демель, еще один свадебный посредник императора.
— Не ожидала увидеть вас здесь, адмирал.
Графиня тоже сделала удивленное лицо.
— Раз мы рядом, может, пообедаем вместе? Мы как раз собирались заказывать.
— Если дамы не против, для нас это будет честью. Вы согласны? — Демель посмотрел на офицера.
— Конечно.
Тот легко согласился. Казалось, вся эта сцена была заранее отрепетирована, и теперь ждали только последней реплики Одетты.
— Ты не против, Одетта? — графиня медленно повернулась к ней.
Одетта, сдерживая смятение, посмотрела на офицера.
«Эта ситуация абсурдна... Но Бастиан улыбается. Он действительно готов играть эту роль?»
— Да, графиня...
Одетта произнесла ожидаемый ответ, заплатив им за этот изысканный обед.
«Тепло его рук, забота... Все это я стерла из памяти».
Она знала: эта помолвка не сможет ранить ее.
«Потому что я никогда никому не отдам свое сердце».
http://tl.rulate.ru/book/103321/6543283
