Готовый перевод You’re Fired! / Ты уволена! [Завершено✅]: Глава 31.3. Ты хочешь, чтобы я целый месяц готовил тебе завтрак?

Кафе было на самом деле довольно нишевым, здесь продавали кофе из кошачьего помёта*. Хотя Бай Дуаньдуань не считала, что есть какая-то разница между кофе из кошачьего и собачьего помёта, вопрос просто в цене. Чашечка кофе стоила двести юаней. Но ничего нельзя сделать, конкуренция на рынке недостаточна сильна, в офисном здании находилось лишь одно кафе. Бай Дуаньдуань не хотела в тот день пить быстрорастворимый кофе, поэтому она решила войти и заказать чашечку.

П.п.: Копи Лювак — кофе, содержащее в себе частично переваренные кофейные зерна, ранее съеденные и испражнённые азиатскими пальмовыми куницами (Мусанг). Зерна ферментируются, когда проходят через кишечник пальмовых куниц, после выходят с остальными фекалиями, и собираются. Азиатских мусангов всё чаще отлавливают в дикой природе и специально обучают для этой цели. Автор не называет этот сорт кофе «копи лювак», а «кофе из кошачьего помета», потому что она хочет пошутить, назвав нормальный кофе в зёрнах «кофе из собачьего помета».

Вот же совпадение, когда Бай Дуаньдуань открыла дверь и села за столик, заказав кофе, она столкнулась с Цзи Линем. Он сидел напротив неё, вероятно, у него только что закончилась встреча с клиентом, и когда мужчина заметил девушку, то с очень недобрым выражением лица посмотрел на неё.

Бай Дуаньдуань улыбнулась и подошла, чтобы сесть за его столик.

— Цзи Линь, какое совпадение!

Цзи Линь с улыбкой произнес:

— Да уж, совпадение. Ты только что заработала мои деньги и пришла, чтобы истратить их. Двести юаней за чашку кофе. Похоже, ты хорошо себя чувствуешь, заработав мои деньги, раз с лёгкостью их тратишь.

Бай Дуаньдуань: «…»

Цзи Линь, естественно, имел в виду плату за выполнение работы по дому, которая была выплачена заранее. Однако Бай Дуаньдуань только что подписала дело, поэтому она подсознательно выпрямилась и праведно сказала:

— Цзи Линь, не клевещи на меня, я сама заработала эти деньги. Помнишь, я говорила тебе об источнике дела, который передала мне знакомая? Клиентка уже пришла ко мне и подписала соглашения, после чего я получила своё первое дело в свой первый рабочий день.

Цзи Линь покачал чашкой кофе в руке и с интересом спросил:

— О, в чём предмет дела?

— Я представляю беременную женщину из компании Guifeng Communications. Компания хочет объявить недействительным её трудовой договор на основании того, что она скрывала свою беременность при приёме на работу...

Цзи Линю, очевидно, не хватило терпения выслушивать Бай Дуаньдуань, и он просто перебил её.

— Как долго она работает?

Бай Дуаньдуань была поражена и только осознала:

— Моя клиентка? Она находится в должности около месяца, у неё недавно закончился испытательный срок.

— Высшее руководство?

Бай Дуаньдуань покачала головой.

— Нет.

Цзи Линь холодно посмотрел на чашку кофе из кошачьего помета за двести юаней.

— Тогда зачем нужно браться за такое дело? Сколько таких чашек кофе ты сможешь купить с этого дела?

Бай Дуаньдуань замерла:

— Что?

— Она проработала месяц и не была руководителем, значит зарплата не очень высокая, даже если ты поможешь провести переговоры по урегулированию расторжения, то во сколько тебе это обойдётся? Какой будет целевая сумма дела? Сколько гонорара принесёт тебе такое дело? Ты пришла в спешке, поэтому я забыл тебе сказать о нашем принципе принятия дел в Шэн Линь. Мы не берём дела, которые не приносят дохода, а только лишают энергии. С точки зрения затрат нет никакой экономической эффектности. Мы не принимаем личное представление от работников, если только они не являются руководителями с очень высокими доходами. Мы занимаемся корпоративным бизнесом при условии наличия постоянства отношений, быстрого платежа и немаленькой суммы ставки.

— Тебе не кажется, что слишком однообразно брать только корпоративных клиентов? Более того, я — внештатный юрист. Если я хочу взять дело, то самостоятельно могу финансировать его!

Цзи Линь сделал глоток кофе.

— Нет ничего плохого в том, что ты будешь платить за свои прибыли и убытки, но не в ущерб репутации Шэн Линь. Ты только что упомянула компанию Guifeng Communications, которая недавно стала горячей темой из-за беременной работницы, так с этой работницей ты подписала соглашение?

Бай Дуаньдуань кивнула и пренебрежительно сказала:

— Но как это дело связано с репутацией Шэн Линь? Дело привлекло много внимания, но не могу согласиться с тобой, когда ты говоришь, что я точно проиграю.

— Я знаю, что ты сможешь выиграть. Трудовое законодательство, по своей сути, предвзято относится к беременным работницам, но если ты выиграешь дело, получится ли у тебя выиграть у мнения общественности? Теперь весь интернет не поддерживает таких «люблю лёгкость и удобство, но ненавижу работать» женщин-сотрудниц, которые считают компанию перевозчиком. Какой смысл брать такого рода дело? Шэн Линь, как агент, получит от него лишь презрение. — Цзи Линь усмехнулся. — Не говоря уже, что именно таких сотрудников больше всего я ненавижу. Эгоистичные и корыстные люди, которые хотят, чтобы им платили за то, что они обманывают компанию, после окончания испытательного срока. Относятся к компании, как к клубу для рождения детей, думая, что поскольку она женщина и беременная, мир должен поддерживать и кормить её? Человек, который обманул компанию своей беременностью, не имеет права на получение юридических услуг от моей юридической фирмы.

Цзи Линь взглянул на Бай Дуаньдуань и сказал с бесчувственным выражением лица.

— Ты считаешь, что, будучи женщиной-юристом, находишься на том же рынке труда, что и мужчины, усердно работаешь и делаешь всё возможное, просто чтобы защитить кого-то, кто совсем не хочет полагаться на свои усилия и врёт в силу того, что у неё скоро появится живот?

Бай Дуаньдуань нахмурилась, её выражение стало серьёзным, когда она посмотрела на Цзи Линя и повторила в слово в слово:

— Будучи женщиной-юристом, я усердно работаю и делаю всё возможное, чтобы конкурировать на одном уровне с мужчинами на рабочем месте. Поэтому в такие моменты, когда вы, мужчины, с высокомерием и предубеждением смотрите на женщин-работниц и не можете спокойно изучить видео, ведь там может быть представлена лишь точка зрения одной из сторон и оно может являются слишком поучительным, только я могу встать на её защиту, набраться смелости и пойти против общественного мнения. Стремлюсь встать на защиту девушки-работницы, иметь смелость столкнуться с общественностью, сделать свой собственный выбор, как внештатный юрист, следовать своему сердцу и сделать то, что хочу, не подвергаясь давлению со стороны начальника. Цзи Линь, в этом смысл моей борьбы и работы в профессии.

Цзи Линь всегда знал, что у Бай Дуаньдуань красивое лицо, но впервые он осознал, что её глаза даже более привлекательные, чем внешность девушки. Она смотрела этими круглыми, яркими и тёмными глазами настолько серьёзно, настойчиво и твёрдо. Даже когда Бай Дуаньдуань опровергала саму себя, её тон был не таким жестоким. Наоборот, девушка была спокойной, но собственная аура делала её совершенно ослепительной в толпе, заставляя людей не отводить от Бай Дуаньдуань взгляд и смотреть только на неё.

— За этим делом стоит другая история. Всё не так просто, как кажется.

Бай Дуаньдуань вообще не боялась взгляда Цзи Линя. Она посмотрела ему в глаза и спокойным голосом произнесла:

— В этом видео ситуация представлена лишь с одной стороны, с точки зрения владельца бизнеса. Это абсолютная съёмка по сценарию. Общественное мнение осадило эту сотрудницу. Компания считает, что Дай Цинь поступает неправильно, поэтому они хотят позвать её на встречу в надежде, что она уволиться по собственному желанию или напрямую пройти через судебный процесс. Поэтому компания выбрала этот метод использования общественного мнения для усиления давления на Дай Цинь. Учитывая, как продвинулся сегодня интернет, и сколько личной информации представлено о девушке в видео, нужно было предусмотреть, что пользователи определят её личность. Тогда с такой точки зрения, не получается ли, что компания, как сильная сторона, угнетает уязвимых работников? Отдельные работники не всегда имеют такой сильный голос и контроль над СМИ, каким обладают корпорации. Но ты даже не хочешь задумываться об этом. Тебе нужно быть рациональным, объективным и нейтральным при рассмотрении дел, но Цзи Линь, почему ты всегда испытываешь такую естественную дискриминацию и предубеждение в отношении сотрудников?

Бай Дуаньдуань смело и прямо посмотрела на своего нового начальника.

— Цзи Линь, с самого начала наших взаимоотношений с тобой, ты демонстрируешь естественную неприязнь к работникам? Почему?

Мужчина, на самом деле, очень хорошо скрывал свою неприязнь к ним. Цзи Линь вёл себя отчуждённо и обладал доминантным обаянием. При первой встречи с ним, можно подумать, что его естественное сопротивление к сотрудникам исходит от неразличимого высокомерия.

Однако при большем общении Бай Дуаньдуань убедилась в том факте, что Цзи Линь относился к таким спорным работникам с очень, очень сильной ненавистью. Он ненавидел работников с недостатками, например, Сюй Чжисинь, который обманывал с больничными, или Дай Цинь, которая забеременела сразу же после присоединения к компании, а также работников без недостатков, как Сун Ляньцзюнь.

Когда Цзи Линь занимался трудовыми спорами, у Бай Дуаньдуань возникало ощущение, что он естественным образом проводил черту между собой и этими сотрудниками. Было удивительно, что мужчина был адвокатом и выполнял обязанности адвоката. Цзи Линь выполнял их настолько хорошо, что она не могла ни к чему придраться. Но он всегда, казалось, подсознательно вставал на сторону владельца бизнеса, с лёгкой неприязнью относился к работникам, а также с ноткой обиды и злости.

Почему так?

Цзи Линь был озадачен. Он думал, что хорошо это скрывал, но не ожидал, что Бай Дуаньдуань так прямо укажет ему на это.

Однако было ясно, что мужчина не хотел больше продолжать этот разговор и просто отвёл взгляд.

— У работников, о которых ты говоришь, действительно могли случиться неустранимые внутренние обстоятельства, но то, что она забеременела, взяла отпуск после официального вступления в должность и потащила компанию вниз после этого является неоспоримым фактом. Если хочешь, то можешь представлять её, мне всё равно. Но я никогда в жизни не буду представлять такого клиента.

Бай Дуаньдуань засмеялась.

— Ты не можешь быть таким категоричным, Цзи Линь. Жизнь длинная, карьерные пути такие разнообразные, что если в будущем тебе попадётся такое дело?

Цзи Линь залпом допил кофе, скрывая своё чрезмерное внимание к Бай Дуаньдуань. Он совладал с эмоциями и вернулся к своему обычному холодному и неприступному состоянию.

— Если когда-нибудь я сойду с ума и буду представлять такого клиента, то покрою все твои будущие затраты на кофе и напишу своё имя вверх тормашками.

Цзи Линь лишь небрежно отметил, но Бай Дуаньдуань серьёзно к этому отнеслась.

— Забудь о кофе, я не пью его каждый день. Мы же соседи, так что если однажды ты будешь представлять такое дело, почему бы тебе не готовить мне завтрак целый месяц?

Цзи Линь вообще не воспринял эти слова всерьёз, поскольку был уверен, что у него никогда не появится время, чтобы тратить его на таких клиентов. Адвокату Цзи было лень спорить с Бай Дуаньдуань, поэтому он лишь кивнул и сказал:

— Как пожелаешь, я же не могу помешать тебе мечтать.

Мужчина хмыкнул:

— Бай Дуаньдуань, ты вполне амбициозная, знаешь же, сколько стоит одна минута моего времени? Как ты осмеливаешься хотеть, чтобы я целый месяц готовил тебе завтрак?

Бай Дуаньдуань: «…»

Чёрт возьми, думать об этом преступление, но и не думать об этом тоже невозможно.

http://tl.rulate.ru/book/103255/4520972