— Сестрица и Субару-кун… вы, я гляжу, весьма сблизились.
Едва они встретились в условленном месте, как Рем первым же делом одарила их этой фразой. Ее взор вперился аккурат в то место, где Рам крепко ухватила Субару за рукав. Сам виновник торжества невольно подумал, что если вырвать эту сцену из контекста, она вполне могла бы сойти за нечто романтическое.
Рассмеявшись над столь поспешными выводами, Субару указал на причину недоразумения.
— Да брось, никаких задних мыслей. Просто я слишком медленно плелся, и Рам-чи потеряла всякое терпение. Простите, что заставил ждать.
Он слегка тряхнул рукой, высвобождаясь, и принес Рем свои извинения. Взгляд девушки оставался леденящим, однако, стоило Рам плавно скользнуть и встать рядом с ней, как лед на ее лице начал подтаивать.
«Надо же, стоит только немного успокоиться, и сразу замечаешь, насколько хрупко душевное равновесие Рем, при всей ее внешней невозмутимости. Особенно когда дело касается ее сестры – этот пугающий сестринский комплекс так и так лезет наружу».
— Сестрица…
— Барус дело говорит, Рем. Никаких задних мыслей. Ведь так?
Рам с самым невозмутимым видом отсекла полный надежды голос младшей сестры. Рем, пристально разглядывая лицо-близнец, внезапно прищурилась, словно догадавшись о чем-то.
— Сестрица, неужели вы использовали взор?
— Именно.
— …Я ведь просила вас этого не делать.
— Если это необходимо, я это сделаю. Дальнейшие слова излишни, Рем.
— Эй-эй, если вы продолжите общаться в своем мире на двоих, брошенный мной Субару просто расплачется! Давайте-ка смешаем наши мнения и устроим веселую беседу!
Серьезная Рем, ускользающая Рам и вклинившийся в их разговор с шутливым тоном Субару. Обе, но особенно Рем, одарили его весьма колючими взглядами. Причины оставались туманными, но, похоже, он умудрился вызвать у Рем нешуточную настороженность. С другой стороны, казалось, что Рам прониклась к нему капелькой симпатии. В который раз Субару убеждался, насколько же эти близняшки сложны в обращении.
«Если так пойдет и дальше, я прямиком влечу в плохую концовку. Нужно как-то поднять уровень симпатии Рем, но ума не приложу, как это провернуть».
Пока же он решил ограничиться малым.
— Так, ладно, давайте без этого кровожадного настроя. Мы же здесь ради дела. Я готов таскать сумки, ящики и вообще все, что прикажете.
Он размял плечи и поясницу, демонстрируя полную готовность к труду. Мелкие покупки уже наверняка покоились в свертках у сестер. Если верить словам Рам, доля Субару – тяжести, требующие мужской силы. С этой мыслью он заглянул за спины близнецов и тут же горько пожалел об этом.
Там величественно возвышалось нечто вроде бочонка, размером в добрый обхват.
— …А границы у вашей совести вообще имеются?
— Семь раз.
— А?
На вопрос Субару, чей голос упал до трагического шепота, Рем ответила загадочным числом. Пока он в недоумении склонял голову, она окинула его испытующим взглядом.
— По пути я планировала делать перерывы, подстраиваясь под нужды Субару-куна. Семь – это мое предсказание.
Она отвесила ему поклон с той самой старой доброй вежливой грубостью. Субару прикинул расстояние до поместья. Примерно двадцать минут пешком. По прямой – меньше трех километров, но он прекрасно осознавал плачевность своей выносливости. Подойдя к бочонку, он осторожно проверил его вес. Была слабая надежда, что это лишь бутафория, но тяжесть, мгновенно отозвавшаяся в пояснице, безжалостно ее раздавила.
Тащить это три километра… Семь остановок, значит…
Он покрутил бедрами, сделал пару приседаний, хорошенько потянулся и выдал.
— Постараюсь уложиться в десять.
«Вместо того чтобы взбунтоваться против ее провокации про семь остановок, я сам себе выторговал еще больше шансов на позор. Обожаю себя за это».
— К слову, Рам ставит на то, что ты сделаешь привал тринадцать раз.
— В плане того, насколько сурово или мягко меня оценивать, вы обе проявляете поразительное единодушие в своей беспристрастности.
Несмотря на мизерную разницу в отношении, казалось, что Рем все же оценивает его чуть выше. Хотя ситуация все равно заставляла его лишь чесать затылок.
※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※
Когда троица наконец добралась до поместья, солнце уже почти скрылось за горизонтом, окрасив небо в закатные тона.
Субару, раздавленный весом ноши, предлагал сделать привал ровно двенадцать раз. Его предплечья истошно вопили от избытка молочной кислоты, а голени мелко дрожали, не подавая признаков того, что это скоро прекратится. Он с треском проиграл прогнозу Рем, и лишь хрупкое мужское достоинство – желание не поддаться злобному пророчеству Рам – заставило его преодолеть этот путь до конца.
— Дошли… мы дошли… Отличная работа, Субару, ты просто лучший! Горжусь собой!
— Сестрица, сестрица, поглядите, Субару-кун так счастлив, что ползает на карачках по земле.
— Рем, Рем, посмотри на Баруса, он так растроган, что припал к земле прямо как пес.
— Да замолчите вы! Вместо того чтобы язвить, лучше бы похвалили за свершение подвига. Моя нежная и чувствительная натура может сломаться под градом ваших кнутов. Я же дитя эпохи мягкого образования, у меня почти нет опыта преодоления трудностей!
«С тех пор как я попал в этот мир, кнутов на мою долю выпадает чересчур много. Конечно, пряники мне тоже перепадают, и весьма сладкие, но даже с учетом этого, не слишком ли больно бьют ваши плети?»
Впрочем…
— Да-да, великое достижение.
— Да-да, молодец.
Отмахнувшись от его жалоб дежурными фразами, Рем с легкостью подняла стоящую на земле бочку. Субару, который когда-то жал от груди восемьдесят килограммов, сомневался, что смог бы поднять ее выше плеча, приложив все силы. Рем же прижала ее к себе одной рукой, удерживая в другой мелкие свертки.
Глядя на эту абсурдную и даже в чем-то величественную картину, Субару невольно ухмыльнулся.
— А я вообще был нужен?
— Вовсе нет. До твоего появления Рам и Рем всегда справлялись вдвоем… ну, сам видишь.
Рам явно не собиралась щадить мужское самолюбие Субару. Провожая взглядом Рем, которая удалялась с такой походкой, будто за ней должны были раздаваться громовые звуковые эффекты, Субару окончательно осознал тщетность своих физических потуг.
— Тогда зачем было заставлять меня это тащить? Чистой воды издевательство. Эй, полегче, госпожа наставница, нельзя так третировать новичка.
— Неужели не понимаешь, Барус? Это была чистейшая забота.
— Какой еще смысл вы вкладываете в это слово?
Рам презрительно хмыкнула и, картинно пожав плечами, изобразила крайнюю степень разочарования.
— И как бы ты себя чувствовал, если бы госпожа Эмилия увидела, как ты гордо возвращаешься с крохотным пакетиком специй в руках, в то время как за твоей спиной Рем тащит огромную бочку с вином?
— О великая наставница, у меня просто нет слов, чтобы выразить благодарность за вашу безграничную доброту!
Субару пал на колени, выражая почтение лику Рам. Он, здоровый парень, идет налегке и с довольной рожей, пока хрупкая девушка надрывается с грузом – да уж, та еще адская картина. Прежде чем показаться на глаза Эмилии, он бы просто сгорел от стыда, глянув на себя в зеркало. По сравнению с таким позором, боль в мышцах – сущие пустяки.
И тут…
— Сестрица, господин Розвааль здесь.
К ним вернулась Рем, уже успевшая занести вещи в дом. При упоминании имени хозяина Рам среагировала мгновенно. Словно по волшебству, ее привычная вялость испарилась, она деловито встала рядом с сестрой, на ходу поправляя форму. А затем бросила через плечо.
— Чего застыл, Барус? Собираешься заставить господина Розвааля ждать?
— Ваша телепатическая связь на двоих до меня не доходит! Так что, у нас общий сбор прислуги?
Получив в ответ взгляд как на бестолкового ребенка, Субару поспешил за ними, на ходу приглаживая одежду. Когда они распахнули двери поместья…
— О-хо-хо, а вот и вы все вместе. Как удачно, не придется искать вас по отдельности.
Хозяин поместья, Розвааль, ждал их, широко раскинув руки. Синие длинные волосы, разноцветные глаза и эта его вечная, расслабленная улыбка щеголя – однако сегодня от него веяло иным настроем.
— Какой-то непривычный наряд. Собираетесь на выход?
— В точку! Эх, сам я не большой любитель подобных строгостей, но, видишь ли, мой обычный стиль порой вызывает зависть и пересуды у некоторых личностей. Приходится, скрепя сердце, облачаться в официальные одежды.
Тот, кто предпочитал в качестве повседневной одежды нечто с гигантскими воротниками, геометрическими узорами и цветами, способными ослепить, сейчас предстал в строгом костюме – совсем как при их первой встрече. У Субару возникли две догадки.
— Ждем гостей?
— Уезжаете по делам?
Близняшки озвучили его мысли одновременно. Розвааль лишь горько усмехнулся на вопросы слуг.
— Рам угадала, я уезжаю. Получил одно весьма… хлопотное известие. Нужно заглянуть к Гарфиэлю и проверить, в чем там дело. Не думаю, что задержусь надолго.
Субару впервые слышал это имя и не понимал, идет ли речь о человеке или о месте. Однако близняшки кивнули так, словно им все стало ясно без лишних слов. Субару последовал их примеру, не желая лишний раз спорить. Розвааль удовлетворенно кивнул.
— Так что я на время покидаю поместье. В любом случае, сегодня до ночи не вернусь. Рам, Рем – оставляю всё на вас.
— Да, господин, мы исполним волю вашу.
— Да, клянусь своей жизнью.
Получив мгновенные ответы от сестер, Розвааль перевел взгляд своих ослепительных глаз на Субару. Тот почувствовал легкое давление и невольно заерзал.
— Только не ждите, что я буду клясться жизнью ради вас, у меня пока нет столько преданности в запасе.
Похлопав его по плечу, Розвааль заговорщицки подмигнул, поймав отражение Субару в своем желтом глазу.
— Я чую запах гари в воздухе. За меня не волнуйтесь… но вот госпожу Эмилию – берегите ее хорошенько, договорились?
— Ага, это я уж точно беру на себя.
Ему даже не нужно было напоминать об этом. Субару не знал, насколько сильно Розвааль подозревает неладное, но ответил твердо. Это был первый раз, когда сюжет пошел по иному пути. Его действия начали менять мир.
Удовлетворенный ответом, маркграф перебросился парой слов со своими верными помощницами и направился к выходу.
Прозвучало это как-то зловеще низко, прежде чем его спина исчезла за дверью. Субару проводил его поклоном и вдруг спохватился.
— Погодите-ка, я только сейчас понял – вы двое с ним не едете? К тому же, снаружи нет ни кареты, ни лошадей… Он что, пешком пойдет?
Близняшки посмотрели на него с одинаковым выражением немого укора.
— От нашего присутствия не было бы прока. Мы лишь стали бы обузой.
Для Субару эти двое были грозной силой, способной тягаться с самой Эльзой, но они сами четко сознавали границы своих возможностей. А если верить Рам…
Он распахнул дверь, убедившись, что хозяина на пороге уже нет. Задрав голову к небу, он какое-то время всматривался в горизонт, пока не заметил вдалеке, на фоне заката, крошечную точку с развевающимся плащом. Сомнений не было – Розвааль совершал одиночный перелет.
После этого заявления Рам Субару лишь закрыл лицо руками, осознав, насколько далек от этого. Придворный маг и Дух (Сэйрэй) уже выдали ему справку о полной профнепригодности. Когда еще настанет тот день, когда он сможет свободно парить в облаках…
Впрочем, сейчас не до сантиментов.
Соглашаясь с распоряжениями Рем, Субару лихорадочно соображал. Ситуация снова изменилась, и это изменение явно предвещало нападение. Близняшки, вероятно, усилят охрану поместья, но Субару, знающий наверняка, что беда придет, места себе не находил.
«Личность проклинателя – мне нужно вычислить гада как можно скорее. То, что враг активизировался, наверняка связано с моим сегодняшним визитом в деревню. Значит, я был прав: убийца прячется среди тех людей».
※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※
Он бесцеремонно распахнул дверь и ввалился в Запретную библиотеку. Беатрис, сидевшая на стремянке с книгой в руках, тяжело вздохнула от такого наглого вторжения.
Закрыв за собой дверь, Субару направился к ней. Беатрис смотрела на него с нескрываемым отвращением, но, заметив серьезность в его глазах, внезапно прищурилась.
Обычному человеку трудно поспеть за вечно меняющимися обстоятельствами. Пытаясь схватиться за всё сразу, легко оказаться в тупике. Однако сейчас Субару чувствовал, что хотя его и прижали к стенке, он сам начинает загонять противника в угол.
Чистка огромной купальни была изнурительным трудом. Даже привыкнув, он каждый раз чувствовал себя выжатым как лимон. Но еще страшнее была реакция Рем, вздумай он отлынивать. В этой итерации ее отношение к нему и без того оставляло желать лучшего из-за его фамильярности с сестрой.
«Даже если я найду проклинателя, но словлю плохую концовку из-за недоверия Рем – это будет фиаско. Я словно парень, пытающийся усидеть на двух стульях, только вместо расставания меня ждет могила. Хотя вряд ли в обычных любовных интригах ошибки приводят к немедленной смерти».
Субару на мгновение замолчал под выжидающим взглядом Беатрис. Он обдумывал, как лучше подать информацию, затем решительно кивнул.
Решив, что это очередная порция паранойи, Беатрис захлопнула книгу и подошла к нему. Однако на полпути ее пыл угас, а на милом личике появилось сомнение, быстро сменившееся уверенностью. Замерев, она подозрительно уставилась на Субару снизу вверх.
Несмотря на то, что он был готов к такому повороту, слова эксперта стали ударом. Это означало, что его догадка верна: среди тех добродушных деревенских жителей затаился убийца.
Она произнесла это буднично, без тени угрозы, просто констатируя факт. Субару молча кивнул. Он уже на своем горьком опыте знал, как работает эта магия. Беатрис, пораженная его невозмутимостью, широко распахнула глаза.
Это была единственная истина, которую Субару усвоил в этом мире и за которую держался мертвой хваткой. Смерть абсолютна. К ней нельзя относиться легкомысленно. А сравнения со смертью – лишь глупая бравада тех, кто не заглядывал за черту.
Именно потому, что он прошел через это не раз, именно потому, что он не хотел снова испытывать этот ужас, он и вернулся, чтобы переписать историю.
Субару ткнул пальцем в потолок, объявляя войну неким высшим силам, которые могли за ним наблюдать. Затем снова повернулся к Беатрис.
Ему нужно было вычислить преступника и нанести удар первым, пока тот не перешел к активным действиям. Пьянящий шанс перехватить инициативу заставлял его сердце биться чаще. Беатрис лишь склонила голову набок.
Беатрис в гневе топнула ножкой, но, видимо, не нашла достойного ответа. Выдохнув всё раздражение, она жестом приказала ему подойти ближе.
Субару победно выставил большой палец, сверкнув зубами, а Беатрис лишь обреченно покачала головой. Затем она коснулась его тела ладонью, излучающей белый свет.
Наблюдая за сиянием ее руки, Субару мысленно восстанавливал события дня. Он специально подставлял разным подозреваемым разные части тела. Только та молодящаяся старуха вопреки его планам ущипнула его за задницу. Если рука Беатрис потянется туда – так тому и быть. Заодно и старуху в виновные запишем, и Беатрис в домогательствах обвиним.
Однако его расчеты…
Место, которого коснулась Беатрис, оказалось настолько неожиданным, что все его теории рассыпались в прах.
Теплый свет просочился под кожу, принося с собой приятный жар. Внезапно возник легкий зуд, он нарастал где-то глубоко внутри, пока наконец не вырвался наружу.
Беатрис буквально вытянула из него сгусток тьмы, зажав его в своей сияющей ладони. Зуд мгновенно прошел, оставив после себя лишь облегчение. Беатрис брезгливо поморщилась.
Она сжала кулак, и черная мгла бесследно исчезла. Смахнув остатки магии с рук, она посмотрела на застывшего Субару.
Субару шумно выдохнул. Он и не заметил, как задержал дыхание от напряжения. Сейчас было не время смеяться над собственной трусостью – нужно было уточнить одну деталь.
Беатрис молча кивнула. И этот кивок стал для Субару последним фрагментом мозаики. Теперь он знал врага в лицо.
Изначально он планировал дождаться завтрашнего дня, договориться с близняшками и Розваалем, а затем уже выкурить крысу из деревни. Но теперь…
Он бросился к выходу, даже не успев поблагодарить свою спасительницу. Все планы и стратегии вылетели из головы. Его сердце переполняла лишь ярость, направленная на издевательски жестокую судьбу.
Выплескивая гнев в беззвучном крике, Субару бежал вперед. Только вперед.
http://tl.rulate.ru/book/982/12083532
Готово:
