— Быть не может, — пробормотал он прежде, чем спросить громче, — Не может же быть, чтобы это были?..
— Ч-что?
— Человек, устроивший пожар. Это же не вы, да?..
— Конечно!..
Я собиралась сказать, что, конечно, это была не я, но не смогла подавить колющую вину внутри. Надо мной раздался звонкий хохот Адеуса.
— Хах!
Он провел рукой по волосам и кое-как смог подавить злость в своем голосе.
— Что бы вы делали, если бы я не вытащил вас оттуда? Вы ничего не усвоили из прошлого инцидента?
— В отличие от того раза, сейчас был способ спастись и рядом были люди, способные помочь. И я просто притворялась, пожар не был таким уж большим. Огонь начался в местах, где бы его точно заметили, и мы планировали его потушить, когда все спасутся.
Я указала на вершину пальцем.
— Видите, огонь уже под контролем.
Адеус закусил губу и схватился руками за голову.
— Вы думаете, что стихийные бедствия можно подчинить человеческой воле?
— Нет, но…
— Все потому, что вы не в состоянии о себе позаботится, поэтому я всегда вынужден отклоняться от плана!..
Адеус замолчал и отвернулся. Я понимала, что его злость исходит из беспокойства за меня.
— Простите, что заставила вас беспокоиться, Адеус.
— Беспокоиться? Кто беспокоится?.. Я? За кого? За вас, ваша светлость?
— Вы расстроены, потому что я почти пострадала!
— Кто?!..
Кажется, я попала точно в цель. Адеус не смог ничего ответить. Он нахмурился, сильно отличаясь от привычного себя.
«Это кажется несправедливым».
Я осмотрела Адеуса и фыркнула.
— Кто бы говорил. Вы сами даже не полностью восстановились.
Адеус вздрогнул.
— Вам стоит сначала позаботиться о себе прежде, чем отчитывать меня.
— О себе?..
— Да. Теперь, если так подумать, вы не очень-то о себе заботитесь. Даже сейчас. У вас же бинты на теле, да? И бандаж на запястье.
Адеус ничего не отвечал, хотя совсем недавно сам не мог перестать говорить. Он прочистил горло и отвернул голову.
— Вы хотите умереть? И я четко помню, как в прошлый раз вы повредили лодыжку. Не переусердствуйте.
— Вы и правда… волнуетесь обо мне?
Адеус широко распахнул глаза и смотрел на меня, как на дурочку.
Я все еще считала его подозрительным и так и не получила ответ на вопрос, почему он намеренно сблизился со мной.
Однако он дважды спас меня. Во время пожара и сегодня.
И, если так подумать, он первый попытался меня остановить, когда я собиралась проглотить пилюлю с кровью Айлетт.
— Разумеется, я волнуюсь. Вы пострадали из-за меня. Вы хотите, чтобы я радовалась?
Я могла оставить свои подозрения на потом, когда мы уже окончательно спустимся с горы.
Адеус, вздрогнув, медленно заговорил:
— Я не думал, что вы беспокоитесь обо мне… То есть, прошло много времени с тех пор, как за меня кто-то волновался…
— В любом случае, когда мы будем спускаться, я хочу идти сама. Если спуск крутой, мы можем положиться друг на друга.
— Положиться друг на друга?..
— Да. Если вам станет больно во время ходьбы, вы можете опереться на меня. Я помогу вам.
Я улыбнулась, принимая такую позу, как будто уже поддерживала его во время ходьбы. Адеус уставился на меня пустым взглядом. Он не улыбался и в принципе не принимал какое-то определенное выражение лица, как будто он впервые слышал такие слова.
— Ч-что такое? У меня что-то на лице?
— Вы не подозреваете меня?..
— А?
— Вы спросили, почему я намеренно сблизился с вами. Это означает, что вы с подозрением относились ко мне с самого начала.
Он не забыл о моем вопросе.
— Это верно… Вы были подозрительны с самого начала. Мое мнение о вас не изменилось. И сегодня тоже. То, как вы возникли из ниоткуда и спасли меня, подозрительно.
— Но как вы можете полагаться на кого-то, кого вы подозреваете?
— Ну… В обычной ситуации это было бы невозможно, но вы дважды спасли меня. Если бы вы планировали убить меня, то не стали бы меня спасать. Вы бы оставили меня одну. И вы только что сказали, что все, о чем вы думали — это том, чтобы меня спасти. Пока вы не опасны, мы можем полагаться друг на друга, по крайней мере до того, как спустимся с горы.
Адеус опустил глаза, как будто ему было сложно понять меня.
— И когда мы спустимся, вы ответите на мой вопрос?
— Да…
Обычно казалось, что он никогда не снимал своей улыбающейся маски, но сейчас я видела его более настоящую сторону.
— Но Адеус.
— Да?
— Где вы были до этого?
Тогда в церкви были только я, принцесса Далия, моя мачеха, Рейна и графиня.
— Где вы были, что у вас получилось так внезапно появиться и спасти меня?
Адеус поморщился. Он попытался улыбнуться, как обычно, но, кажется, не мог этого сделать. Его лицо странным образом исказилось.
— Конечно, я был внутри. Именно поэтому я смог вас спасти.
— Но я не видела вас там…
Его лицо исказилось еще сильнее.
— Вообще, я прятался. Когда я услышал о пожаре, я испугался и вспомнил недавний инцидент с пожаром в ресторане. Вот почему я спрятался в углу.
— Правда?..
— По всей видимости, это симптом травмы.
Я не могла в это поверить.
Мои глаза пристально изучили Адеуса. Затем, все еще морщась, он спросил:
— У меня тоже есть, что спросить у вас. Ваш диалог тогда…
— Тогда? Какой диалог?
— О несчастье семьи Лапилеонов.
Першати: «!»
Он слышал весь мой разговор с Далией! Мое сердце ухнуло.
«Я использовала слово «проклятье?»»
У меня закружилась голова.
Нет, не использовала. И, к счастью, Далия тоже не использовала это слово. Проклятье должно было быть сокрыто любой ценой, потому что это могло поставить семью Лапилеонов под удар.
— Я просто спрошу напрямую.
Взгляд Адеуса был острым, как будто он уже все знал. В горной тишине раздался только звук моего нервного сглатывания.
http://tl.rulate.ru/book/96885/3605922
Готово:
