Глава 347: Приглашение.
Увидеть настолько горькие слезы Цяньсюнь было большой редкостью.
Она закрыла лицо руками и из-под ее пальцев продолжали течь слезы, сопровождаемые ее тихим рыданием. Любой мужчина, увидев это, просто не смог бы удержаться от того, чтобы пожалеть ее.
Цзу Гань первым увидел в этом возможность утешить Цяньсюнь и он действительно знал, как это делать.
Все остальные мужики, как и из господин так же выразили свои соболезнования девушке.
Даже Сяо Щань, который все это время был в плохом настроении, не смог не выразить некоторое сочувствие Цяньсюнь.
Неожиданно Цяньсюнь оттолкнула "добрые" руки Цзу Ганя и, подняв голову, громко воскликнула:
- Нет, я не поверю в это, пока сама все не увижу!
Она схватила членов группы, которые спешили доставить сообщение о случившемся, и решительно заявила:
- Вы, отведите меня в деревню Шанао! Я хочу все увидеть своими глазами! Я отказываюсь верить, что это правда!
Эта группа стражей сначала была несколько раздражена таким поведением, но увидев внешность Цяньсюнь, они просто не удержались о того, чтобы подобреть. Кроме того, похоже, что Цяньсюнь стала подругой Цзу Ганя, перед которым они так же хотели выслужится.
- Господин, что нам делать?
Как им было выбрать между их долгом и Цяньсюнь?
Так, они быстро предоставили этот выбор Цзу Ганю
- Отведите нас в деревню, а я отправлю кого-нибудь с письмом, в котором расскажу о случившемся. - сказал Цзу Гань, - Старшая сестра, пойдем!
- Хорошо, спасибо. - искренне поблагодарила Цяньсюнь.
- Это пустяки... Это лишь час пути. - воодушевленно сказал Цзу Гань, - Эй, Сяо Лицзи, иди в город доложи городскому лорду о случившемся, понял?
- Понял, юный господин.
Итак, страж по имени Лицзи тут же отправился выполнять порученное задание.
Сяо Шань так же попытался утешить Цяньсюнь, однако его манера речи была несколько неуклюжей, так его утешения были куда-менее приятными, чем у Цзу Ганя.
Так, Цяньсюнь больше оценила утешение Цзу Ганя, что сделало последнего настолько счастливым, что он едва не потерял сознание от счатья.
Однако, при этом он все еще оставался весьма сдержанным и имел крайне серьезное лицо, когда говорил.
В конечном итоге, спустя некоторое время Сяо Шань покинул нас, сказав, что сначала должен похоронить своего брата. Он так же сказал, что если Цяньсюнь понадобится помощь, он может смело прийти к нему домой. Цзу Гань знал, где тот жил.
Когда мы прибыли в деревню Шанао, Цяньсюнь нашла тело какой-то 50-летней женщины, которая лежала поверх другого тела, и стала громко рыдать. Это действительно была невыносимо печальная сцена.
Ее крики еще долго эхом разносились по небольшой горе.
- Мама, я отомщу за тебя! Я обязательно убью этих людей из империи Вьюги!
- Верно, госпожа Цяньсюнь, не переживайте! Я ни за что не отпущу этих ублюдков из империи Вьюги!
Поддакнул Цзу Гань рядом.
- Ты? - Цяньсюнь покачала головой и сказала:
- Забудь об этом! Это мое дело, я не хочу вмешивать тебя, тем более, что ты слабоват для этого.
Столкнувшись с презрением Цяньсюнь, Цзу Гань тут же разозлился.
- Старшая сестра, тебе не стоит так говорить! Мой отец - это командир городской стражи! Я так же являюсь членом городской стражи! Наш долг - это защита местных жителей и их имущества. Это мой долг наказать этих ублюдков из империи Вьюги!
- Правда? Ты действительно собираешься помочь мне? - в глазах Цяньсюнь вспыхнул огонек надежды
Ее взгляд действительно изменился в адрес Цзу Ганя.
Ранее она полностью игнорировала его, но теперь в ее глазах читалась благодарность.
Цзу Гань явно почувствовал это, так как после этого он болтал больше всех. Думаю он был по настоящему возбужден.
Возбуждение не обязательно всегда проявляется на лице, оно так же может показываться в глазах или жестах, а также самом теле.
Цзу Гань явно не был мастером маскировки, так перед лицом Врожденного мастера, его маленькие уловки вообще не работали на нас.
- Конечно я помогу тебе.
Какой мужчина не любит показывать себя героем перед девушкой, которая ему нравится? Цзу Гань явно почувствовал, что отношение Цяньсюнь к нему изменилось в лучшую сторону, так что у него все еще была надежда завоевать ее расположение.
Родители Цяньсюнь были убиты людьми из империи Вьюги и "хрупкая" девушка была убита горем, как никогда ранее. И в этой трагической ситуации он, как настоящий мужчина, протянул ей руку помощи, предложив ей помочь с местью людям империи Вьюги. Он так же был готов сопровождать ее, чтобы помочь восстановить ее хрупкий дух, а так же, если повезет, то еще больше увеличить ее благосклонность в свой адрес. Разве не идеальный план?
Цяньсюнь ничего не ответила и принялась рыть огромную яму для двух неизвестных, которые были ее "родителями". Затем она похоронила их там и воздвигла над их могилой надгробие.
На надгробии было указано имя Цяньсюнь, как их "дочери".
Интересно, обрадовались ли эти люди на том свете, узнав об этом?
На самом деле меня больше интересовала не выдуманная личность Цяньсюнь, а то, являлась ли похороненная здесь пара вообще парой?
Я действительно надеюсь, что это были муж и жена.
Но даже если они не муж и жена, то будучи похороненными вместе, я думаю, они вполне могут пожениться на небесах.
Хотя... А не будет ли это двоеженством?
Когда Цяньсюнь хоронила своих "родителей", Цзу Гань был рядом, чтобы помочь. Он приказал своим подчиненным вырыть могилу. А когда похороны "родителей" Цяньсюнь были завершены, он так же с энтузиазмом принялся хоронить тела других жителей деревни.
Ну что за хороший парень, а?
Цяньсюнь опустилась на колени перед могилой своих "родителей" и не говоря ни слова, тупо уставилась на могилу. В таком положении она провела весь день.
Я поудобнее улегся на ее руках и тупо уснул... В любом случае, сценарий уже был написан и Цяньсюнь лишь оставалось продолжать играть свою роль.
Цзу Шань со своими людьми наблюдал за ней издали.
- Мисс Цяньсюнь, давайте возвращаться.
- Я хочу побыть со своими родителями.
- Уже поздно, давайте возвращаться. Если ты останешься здесь, то родители наверняка рассердятся, если узнают об этом.
- Ладно.
Наконец согласилась Цяньсюнь, что позволило Цзу Ганю явно вздохнуть с облегчением.
По пути назад никто не говорил. Мы просто молча вернулись в город.
Цзу Гань отправил гонца к своим родителям, чтобы предупредить, что сегодня он вернется поздно и будет с гостьей.
- Мисс Цяньсюнь, куда Вы собираетесь теперь?
- Я хочу выпить. Думаю, брат Сяо Шань так же должен быть уже в таверне.
Когда Цяньсюнь упомянула Сяо Шаня, лицо Цзу Ганя на мгновение замерло, но затем он быстро восстановил самообладание.
- Да, он должен быть там.
Когда мы пришли в таверну, Цяньсюнь сделала такой же заказ, как и вчера вечером. Так что счастливый хозяин таверны быстро отправился выполнят заказ.
Оглядевшись вокруг, мы обнаружили, что Сяо Шань действительно был здесь и все так же в одиночестве пил вино.
- Брат Сяо Шань. - Цяньсюнь села напротив Сяо Шаня.
Цзу Гань так же сел рядом.
- Ну, люди не могут быть воскрешены, так что не расстраивайся слишком сильно. - сказал Сяо Шань.
Он все так же был совершенно неуклюж в том, чтобы утешать других людей.
Людей нельзя воскресить, поэтому не стоит грустить? Люди потому и грустят, что людей нельзя воскрешать из мертвых!
Хотя, с другой стороны, было бы весьма неплохо, если бы каждый мог понять его мысли.
Он все еще пытался утешить Цяньсюнь.
- Спасибо. - отметила Цяньсюнь, а затем ее выражение лица стало крайне мрачным:
- Я не могу не грустить. Каждый раз, когда я думаю, что мои родители умерли вот так вот, а люди из империи Вьюги все еще здесь, хоть внешне я выгляжу хорошо, но в душе я просто умираю!
С этими словами, из ее глаз снова потекли слезы.
- А что мы можем сделать? - спросил Сяо Шань опустив свою голову и сделав глоток вина.
- Я собираюсь мстить! Я убью всех этих ублюдков из империи Вьюги! - сказав это, Цяньсюнь сделала паузу и выпустила мощную убийственную ауру, от которой вся таверна разом умолкла.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
http://tl.rulate.ru/book/96728/2366935
