Готовый перевод Douluo Dalu / Континент Доуло: Глава 282: «Тайна происхождения и Титулованный Хаотянь (Часть вторая)»

— Я очень высоко ценю этого мальчика, Тан Саня, — произнес Нин Фэнчжи. — И верю, что с его талантами он совсем скоро заставит мир мастеров духа заговорить о себе. Видно, что он не терпит оков и ограничений, но при этом равнодушен к славе и богатству. Иначе он не стал бы так просто раздавать друзьям столь драгоценные травы. С таким ребенком, который в будущем непременно станет великим мастером, нам нужно просто поддерживать добрые отношения, и тогда он станет нашей опорой. Я даже думаю, что, если представится возможность, привязать его сердце к нашему клану Семи Сокровищ через брачные узы было бы прекрасным выбором.

— Брак? — С сомнением отозвался Гу Жун. — Но Ронрон ведь говорила, что у него уже есть дама сердца?

Нин Фэнчжи лишь спокойно улыбнулся:

— Каким бы выдающимся он ни был, сейчас он всего лишь ребенок. А раз он ребенок, его чувства еще не окрепли. Кто знает, что изменится в будущем? Да и неужели моя дочь ему не пара? Впрочем, это разговор на будущее. Многое зависит от того, как он проявит себя в ближайшие годы. Если он продолжит расти так же стремительно, я найду способ. Дядя Кость, когда вернемся, не говори об этом никому. Особенно о том, что Тан Сань может быть из клана Хаотянь. Я не хочу, чтобы люди оттуда вышли на него. Хотя Тан Хао и покинул клан, там его корни. Даже сейчас никто не посмеет отрицать, что он – один из двух Титулованных Хаотянь. Если Тан Сань вернется в клан Хаотянь, для нас это будет не лучшим исходом.

Гу Жун кивнул:

— Я понял.

Он видел, что Нин Фэнчжи не договорил чего-то важного, но для него это не имело значения. Достаточно было и того, что лидер клана Семи Сокровищ ясно понимает ситуацию.

Когда Тан Сань вернулся в общежитие, он обнаружил, что Оскар, Чжу Чжуцин, Ма Хунцзюнь и Сяо Ву ждут его. Едва он переступил порог, как следом за ним в комнату влетела Нин Ронрон.

— Вы ведь хотите о чем-то меня спросить? — Тан Сань окинул взглядом друзей, и на его лице промелькнула горькая усмешка.

Оскар первым покачал головой:

— Мне не о чем спрашивать. Свои дела ты уладишь сам. Я знаю только одно: ты – Третий из Семерки Монстров Шрека.

Ма Хунцзюнь озадаченно почесал в затылке:

— А я до сих пор так и не понял, что вообще произошло, так что и спрашивать не о чем.

Чжу Чжуцин, стоявшая в стороне, добавила:

— Ты тоже никогда не расспрашивал о нашем прошлом. У каждого есть право на тайну, на свой личный мир.

— Нас волнуешь только ты сам, а остальное неважно, — подхватила Сяо Ву. — Ты вернулся в целости и сохранности, и нам этого достаточно.

Нин Ронрон возмущенно фыркнула:

— Сяо Ву, ты что же, думаешь, мой папа мог навредить Сяо Саню? А вообще, открою вам секрет: Сяо Сань теперь богач! Он продал папе пятьсот комплектов скрытого оружия общей стоимостью в пять миллионов золотых монет духа.

— Что?! — Оскар пулей подскочил с кровати и с горящими глазами уставился на Ронрон. — Ронрон, а какое место в Тяньдоу самое дорогое?

Она растерялась:

— А тебе зачем?

Оскар указал пальцем на Тан Саня:

— Как зачем? Будем раскулачивать этого богатея и делить добычу!

Ронрон прыснула со смеху:

— Если и раскулачивать, то через пару дней. Не видишь, как Сань-гэ устал? Попробовал бы ты сам продержаться столько времени под давлением Духовного Доуло.

Оскар бросил на Тан Саня хитрый взгляд:

— Никуда он не денется, мы ведь в одной комнате живем. Ладно, раз Сяо Сань вымотался, всем пора уходить. Дайте ему отдохнуть.

Друзья согласно закивали. Сяо Ву посмотрела на Тан Саня с особой тревогой, но тот, погруженный в хаос собственных мыслей, даже не заметил её взгляда.

Вскоре даже Оскар покинул комнату вместе с остальными, оставив Тан Саня в одиночестве.

Он сидел на кровати, чувствуя, как тепло солнечных лучей падает на его плечи, но на душе у него было неспокойно.

«Отец, где же ты на самом деле? Кто-нибудь, ответьте мне, что происходит?», – Тан Сань терялся в догадках. Слова окружающих были туманны и двусмысленны. «Если отец действительно из клана Хаотянь и даже один из двух Титулованных Хаотянь, то почему он опустился до жизни простого пьяницы? С самого детства он не учил меня ничему, что касалось бы боевых духов. Всё, что он мне оставил – это простое кузнечное ремесло и Метод Молота Беспорядочного Ветра».

«Отец исчез восемь лет назад. Чем он занимался всё это время? Почему до сих пор не пришел за мной?»

Тайтань и его клан Силы покинули клан Хаотянь ради его отца. Одно это говорило о том, что уход Тан Хао из ордена был вызван серьезным конфликтом. Именно в этом столкновении и крылась главная разгадка. Но что стало причиной? И как погибла его мать? Возможно, все нити этой тайны тянулись именно к ней.

Оставшись один, Тан Сань постепенно начал приводить в порядок всё услышанное за день, и в его голове стали проступать очертания истины. Но даже так всё казалось слишком запутанным, и он всё еще не мог ухватить суть происходящего.

Пока Тан Сань предавался раздумьям, Оскар готовился совершить, пожалуй, самый важный поступок в своей жизни.

Выйдя из общежития, Сяо Ву с тяжелым сердцем отправилась к себе, Чжу Чжуцин привычно ушла на тренировку, а Толстяк, повинуясь знаку Оскара, тоже поспешил скрыться. В итоге Оскар остался наедине с Нин Ронрон.

— Ронрон, не ожидал, что ты так быстро вернешься. Чем теперь планируешь заняться? — С улыбкой спросил он.

Нин Ронрон растерянно пожала плечами:

— Сама не знаю. Хотела пойти тренироваться, да мысли в кучу не собрать. Папа меня выставил за дверь, не знаю, о чем они там с дедушкой Костью шепчутся. Наверное, еще с учителем Чжао поговорят. Разве плохо, что я поскорее вернулась?

— Хорошо, конечно, хорошо! — Без тени сомнения выпалил Оскар. — Ты даже не представляешь… пока тебя не было, я только и боялся, что отец не позволит тебе вернуться. Тогда бы…

— Что? — Ронрон остановилась и с недоумением посмотрела на него.

До её возвращения Оскар был полон решимости, но сейчас, глядя в её нежное девичье лицо, он вдруг почувствовал, как вся смелость куда-то испаряется.

— Ну, говори же! — Нин Ронрон нетерпеливо притопнула ножкой и легонько пнула его по голени. — Ведешь себя как девчонка, не мямли.

Набрав в груди побольше воздуха, Оскар наконец выдавил:

— Ронрон, ты можешь дать мне ответ?

— Ответ? — Сердце девушки пропустило удар. Она уже начала догадываться, к чему всё идет. Девушки по природе своей проницательны и взрослеют раньше мальчиков; глядя в глаза Оскара, полные странного, лихорадочного блеска, она почувствовала, как её собственный пульс участился.

— Да, дай мне ответ. И если это будет «нет», я просто выкину это из головы. Когда мы были вместе каждый день, я ничего такого не чувствовал. Но стоило тебе уехать всего на день, как я потерял покой. Ты не выходила у меня из головы. Если однажды ты действительно исчезнешь из моей жизни, я даже не знаю, во что превращусь. Говорят, лучше один раз отсечь, чем мучиться вечно. Если я тебе не мил, то, прошу, откажи мне прямо сейчас. Обруби эту надежду. Да, мне будет больно какое-то время, но это лучше, чем страдать всю жизнь.

Слушая Оскара, Нин Ронрон широко раскрыла глаза. Она только сейчас заметила, что он сегодня не просто надел чистую и опрятную одежду, но и гладко выбрил лицо. В его глазах с поволокой читалась небывалая серьезность, от которой кружилась голова, а его красивое лицо невольно заставляло её сердце трепетать.

— Ты… к чему ты это завел? Мы ведь еще совсем дети, — Ронрон в смятении опустила голову, не смея встретиться с ним взглядом. В груди у неё всё кувыркалось, и она совершенно не знала, что делать.

Оскар протянул руки и крепко взял её за хрупкие плечи:

— Ронрон, посмотри на меня. Мне нужен лишь твой ответ. Каким бы он ни был, сейчас я смогу его принять. Но если мы дождемся, пока повзрослеем, боюсь, тогда я уже не выдержу отказа.

Его выбор казался простым: либо скажи «да», либо «нет».

— Но… — мысли Нин Ронрон спутались окончательно, даже сильнее, чем у Тан Саня. Ощущая его близость, она просто не могла заставить себя произнести слова отказа, но и согласиться тоже была не в силах. Она знала: как бы сильно отец ни любил её, как бы ни баловали её дедушки, когда дело коснется правил клана, пощады не будет.

— Я ведь тебе тоже дорог, правда? — Не удержался Оскар, видя её нерешительность.

— Я… — она хотела возразить. Рассудок твердил ей, что между ними почти нет будущего, но стоило ей поймать горящий взгляд Оскара, как её душа словно опалилась этим огнем, и слово «нет» застряло в горле.

— Ронрон, я ведь в твоем сердце, так? Молчание – знак согласия. Если бы это было не так, ты бы сразу мне отказала. Хорошо, я не стану на тебя давить, не стану. Мы еще молоды. Мне достаточно знать, что у меня есть шанс. Обещаю тебе, я буду стараться изо всех сил. У меня нет знатного рода за спиной, но я добьюсь признания твоего отца своим трудом, и он сам согласится отдать тебя за меня.

http://tl.rulate.ru/book/96709/13523852