Сяо Ян продолжал теребить челку, горделиво провозглашая:
— Ну как? Мой ответ просто гениален, не правда ли? Не скажу, что он заслуживает первого места, но в тройке лучших точно должен быть...
— ВОН ОТСЮДА!
Он не успел договорить, как пронзительный вопль разорвал тишину, оглушив всех до единого и потрясая саму Гору Загадок. Никто, однако, не пострадал так сильно, как Сяо Ян. Из него лилась кровь, он безвольно смотрел в небо, пустые глаза будто спрашивали: «Где я? Что я делаю? Что случилось?»
— Бедняга! Зачем он мучает себя? — покачал головой Е Цин. Он просто не понимал, откуда у Сяо Яна столько уверенности. Может, мозг у него был настолько мал, что он не мог даже взвесить «за» и «против», как нормальный человек.
— Ладно, представление закончилось, пора и честь знать. Давай, закончим с этим! — пробормотал Е Цин себе под нос и надел свою Бронзовую Тигриную Голову. Не то чтобы ему хотелось использовать Странный Артефакт, просто он хотел скрыть свое лицо. Подготовившись, он прокричал: — Разрешите!
Как только его образ появился в небе, он произнес:
— Расти в длину, расти в длину, расти всё дальше; стой гордо, стой гордо, стой неподвижно и не падай!
Чернильные иероглифы тут же материализовались в воздухе и взмыли вверх, до второго места в рейтинге. Как и ожидалось, им не удалось превзойти нынешнего лидера, «Расти вечно, расти вечно, расти неустанно». Е Цин, однако, был вполне доволен результатом. Даже если бы он и не был, ему стоило лишь бросить пару строк, наподобие «Стань твердым, стань твердым, стань чертовски твердым» или «Громко какай, какай часто, не прекращай какать», в самое низу рейтинга, и чувство несправедливости было бы мгновенно заменено сладкой местью. Он был ужасен подобным образом, и ему это даже нравилось!
Чайная церемония прошла в мгновение ока. Когда пришло время, чернильная печать объявила: «Время вышло!» Список рейтинга в небе, а вместе с ним и сотни двустиший, заискрились всеми цветами, как будто ожили. Затем двустишия внезапно превратились в числа: первая строка стала «10», вторая — «8» и так далее.
Двустишие, которые оказались на самом последнем месте, были исключением. Они не просто слились в пару огромных нулей, но были настолько черными, что казались фиолетовыми издалека. Очевидно, это означало, что грубому мужчине и Сяо Яну не досталось абсолютно ничего. Такое бывает в жизни.
Считать, что цифра «8» означает восемь шагов вперед? — предположил Е Цин, глядя на свой номер.
Он ожидал, что все придет в норму, но чернильная печать по-прежнему парила в небе. Внезапно Е Цина охватило нехорошее предчувствие, которое подтвердилось уже через секунду.
— Все, кто не ответил на загадку вовремя, умрут!
— Умрут?! — глаза Е Цина округлились от непередаваемого изумления. — Что за чертовщина! Вы же не говорили об этом в правилах!
Чернильная печать, естественно, не слышала его. Она просто взмахнула крыльями, и на землю посыпался чернильный дождь. Когда чернила коснулись радужной мглы, она растаяла, обнажая множество людей, застывших от страха. Некоторые из них были из Успокоительного Бюро, а некоторых Е Цин видел впервые. Все они не успели ответить на загадку вовремя.
Жертвы делали все возможное, чтобы уклониться от падающих чернил. Некоторые даже достали Странные Артефакты, чтобы выиграть себе время. Однако это было бесполезно. Чернила проходили сквозь их Странные Артефакты, словно их не было, и поражали цели. Как чернила, добавленные в стакан с чистой водой, мгновенно превращали их тела в угольно-черные. Они тут же застывали на месте, словно их заморозили магическим заклинанием.
Жертвы, однако, еще не были мертвы. Их блуждающие взгляды и ужас, застывший на лицах, ясно говорили, что они еще живы. Но они были бессильны и могли только ждать своей участи.
Пхлюп! Пхлюп!
Жертвы постепенно таяли, словно куски льда под жарким солнцем. То, во что они превращались, было не водой или кровью, а чернильными лужами. Чернила поднимались в воздух и собирались в большой чернильный бассейн. Наконец, из бассейна вылетели крылатые печати и растворились в тумане. Так продолжалось до тех пор, пока в небе не осталось ни капли чернил.
Небеса! Так вот как создаются древние печати? Неужели каждая печать в этом месте — это душа умершего человека? — почесал нос Е Цин, покрытый холодом. Наказание оказалось еще страшнее, чем он себе представлял!
После окончания казни чернильная печать вернулась на вершину, и радужная мгла снова скрыла тропу. Все наконец-то вернулось в норму, но у Е Цин пропало всякое желание неспешно подниматься на гору. Конечно же, это из-за погибших людей.
Смерть редко когда была приятной вещью, особенно когда речь шла о людях, с которыми ты был знаком. Этот случай напомнил Е Цину, что Странный Мир действительно был Странным Миром. Он, возможно, не был таким опасным, как большинство Странных Миров, но все же достаточно опасным, чтобы смерть была реальной угрозой.
Е Цин сменил настроение и с предельной скоростью бросился в гору. Благодаря Ва-Ва, он не испытывал трудностей, какие бы загадки или двустишия ни подбрасывала ему Гора Загадок. Путь, однако, не был мирным. Он видел человека, полностью потерявшего себя во время наказания и погибшего в результате. Он видел женщину, сошедшую с ума и бросившуюся в радужную мглу после того, как стала свидетелем этой ужасной сцены.
Он даже видел отца и сына, которые поссорились, потому что отец отказался помочь сыну, и сын в итоге убил отца собственными руками. Затем сын покончил с собой после того, как вынес наказание, которое его окончательно сломало. И это далеко не первая и не последняя такая история. Небеса ведают, сколько еще трагедий разыгралось на этой горной тропе, и сказать, что сердце Е Цина было отягощено увиденным, — это ничего не сказать.
Когда Е Цин, наконец, добрался до вершины, радужная мгла внезапно исчезла, словно ее и не было. Зеленая лужайка, пышные деревья, прекрасные цветы, прохладные ручьи и идеально чистое небо приветствовали его радушно. Словно он попал в рай.
Старик сидел на краю обрыва. Он был одет в коническую шляпу, повернувшись к Е Цину спиной. Когда Е Цин подошел ближе, он увидел, что старик держал удочку, а леска уходила в море облаков, раскинувшееся внизу. Лицо его было сосредоточено и полно решимости.
Впервые вижу, как кто-то ловит рыбу в океане облаков. Выглядит, конечно, круто, хотя, наверное, ничего не поймает, — подумал Е Цин, почесывая подбородок. Он не обращался к старику не только потому, что не хотел нарушать его сосредоточение, но и из любопытства: сможет ли он действительно выловить что-нибудь из облаков?
Спустя дюжину вдохов старик нарушил молчание:
— Тебе не интересно, что я ловлю, молодой человек?
— Здравствуй, Загадчик! — отвечал Е Цин уважительным тоном. Он не сомневался, что старик перед ним и есть «Загадчик», которого упоминала чернильная печать. — Раз у тебя удочка, я понимаю, что ты пытаешься поймать рыбу!
Загадчик улыбнулся:
— То, что удочку называют удочкой, еще не значит, что ее можно использовать только для ловли рыбы. Например, ее можно использовать, чтобы поймать ценное лекарство...
Загадчик забросил удочку, и из облаков вылетел круглый шарик. На миг он засиял, как золотистое солнце, а затем исчез из виду.
— Руководство веков!
Загадчик снова забросил удочку и вытащил необычную книгу с золотым переплетом и угрожающей аурой.
— Странный Артефакт!
Из облаков раздался драконий рев, и благородный пятипалый золотой дракон взорвался в небо, всколыхнув облака, пока они не стали похожи на прилив. В конце концов, дракон превратился в золотой копье, выглядевший и внушительно, и могущественно.
— Или даже горы золота, серебра и драгоценностей!
Загадчик не шутил, когда говорил «горы». Он продолжил вытаскивать из воды буквально горы золота, серебра и драгоценных камней, все — с помощью удочки.
Загадчик еще не закончил. Он продолжал вытаскивать все возможные соблазнительные сокровища, такие как мощный Странник, которого можно было использовать в качестве слуги, карты сокровищ, отмечающие местоположение невообразимых сокровищ, ценные травы, которые могли излечить или укрепить тело так, как он никогда не видел раней, и многое другое. Черт, старик даже вытащил однажды прекрасную женщину!
Е Цин мог только подумать: «Старик, ты действительно умеешь наслаждаться жизнью!»
— Хочешь их, молодой человек? — наконец спросил Загадчик, закончив свою демонстрацию.
Е Цин удивленно указал пальцем на себя и спросил:
— Если я скажу "да", ты дашь их мне?
Загадчик улыбнулся:
— Конечно нет!
— ... — Выражение лица Е Цин поникло. Зачем ты вообще делаешь предложение тогда!?
Словно слыша мысли Е Цин, Загадчик исправил его недоразумение с дружелюбной улыбкой:
— Ты не можешь иметь всего, но ты можешь выбрать один из них в качестве награды. Конечно, ты также можешь попросить о чем-то, что я тебе не показал, но будь предупрежден: у тебя только одно желание!
— Теперь говорим. — Могу ли я загадать любое желание?
Загадчик бросил на него взгляд и ответил:
— Как ты думаешь?
— Ха-ха. Это просто шутка, — ответил Е Цин, пожав плечами. Чернильная печать указала в самом начале, что желание должно быть разумным.
— Ха-ха. Я вижу, что ты умный парень. Ты знаешь, когда надо давить, а когда уступать! — похвалил Загадчик, но его следующие слова пронзили Е Цин до кости. — В отличие от некоторых дураков, которые мечтают так велико, что не способны увидеть даже реальность перед собой. Однажды был парень, который попросил меня сделать его самым сильным человеком в мире!
— ... Что с ним стало?
— Он умер!
— ...
Какая простая, но странная история.
— Заметь, я исполнил его желание, но он был просто обычным человеком с обычным телом. В тот момент, как моя сила вошла в его тело, он сразу лопнул, как арбуз. Ни одного кусочка от него не осталось, когда все закончилось!
— Напоминает меня о другом парне, который захотел стать императором. Опять же, я исполнил его желание, но он превратился в идиота, потому что был слишком слаб, чтобы нести бремя Воли Империи: тяжкое бремя, которое должны нести все императоры.
— Также был один дурак, который...
На какое-то время Загадчик не мог перестать болтать, как настоящий старик.
Короче говоря, все, кто загадывал «неразумное» желание, умирали так или иначе! Е Цин мысленно покачал головой. Были ли желания действительно неразумными, оставалось только гадать — он ведь слышал только одну сторону истории — но одно было точно: Загадчик — не такой человек, с которым можно шутить.
Тогда что считается разумным желанием? По стандартам Е Цина, это было то, что удовлетворяло его потребности и могло быть реализовано с помощью его собственных способностей при достаточном времени и усилий. Это точно не было чем-то нереалистичным, например: «Сделай меня самым сильным воином в мире в эту же секунду!»
Когда Загадчик, наконец, закончил свои рассуждения, он снова спросил:
— Итак, чего же ты хочешь, молодой человек?
Е Цин тщательно обдумал свои слова, прежде чем ответить:
— Я хотел бы получить тех
http://tl.rulate.ru/book/96370/4158840
Готово:
