Воздушный шар пролетел через границу между сном и иллюзией, и Мать Тысячи Змей, Сэрмос, увидела, как безграничная тьма поглощает всё.
Чёрный покров распространился, закрывая за спиной человеческий мир.
Высокие горы реальности, океан облаков — всё исчезло под покрывалом тьмы, превращаясь в отражение в гигантском зеркале.
А затем это зеркало...
По мере их продвижения и углубления становилось всё меньше, пока не исчезло вовсе.
Она была здесь впервые, и ей казалось, что всё вокруг становится иллюзорным и бесконечным.
Всё рождалось из духовности и снов, и всё неизбежно шло к воплощению в реальности.
Сэрмос стояла на воздушном шаре фей, глядя сквозь стеклянное окно наружу.
— Это... —
Она сделала паузу, а затем её голос поднялся.
— Божественное Царство.
Так оно называлось в прошлом веке, но в этот век его следовало называть Царством Создателя.
— Это всего лишь Мир Грёз, а Божественное Царство лежит в его глубинах.
Мать Жизни, Салли, сказала Сэрмос, что до Царства Создателя им ещё предстоит долгий путь.
Сэрмос охватила благоговейная дрожь. С самого рождения она мечтала обрести покой в Божественном Царстве после смерти, но не ожидала, что однажды сможет ступить сюда вместе с Богом.
Как только она произнесла эти слова, вдалеке внезапно вспыхнул золотой свет.
Сэрмос увидела, как издалека приближается огромный парусник.
Он излучал сияние настолько яркое, что невозможно было различить его цвет.
Возможно, он был изначально золотым.
А может, золотое свечение, отражаясь от его гладкого корпуса, окрасило его целиком.
— Что это? — только подумала Сэрмос, как Матерь Жизни уже ответила на её вопрос.
— Священный Ковчег. Корабль, что собирает и несёт сны всех людей.
Глядя на величественный корабль, Матерь Жизни почувствовала, что этот воздушный шар, каким бы сказочным он ни был, не сравнится с ним в грандиозности.
В следующий раз...
Она захочет плыть на этом корабле.
Когда Сэрмос была командиром рыцарского ордена, она, конечно, слышала о Священном Ковчеге. В главах «Священного Благословения» упоминалось его имя.
Но внезапное появление этого корабля всё же потрясло её, лишив способности среагировать.
Говорят...
Владыка Грёз даровал всем людям благословение, превращая их жизни в прекрасные сны, чтобы оставить вечный след в Царстве Создателя.
А этот корабль — судно, что бороздит путь между Царством Создателя и границей Грёз.
Матерь Жизни поведала Сэрмос историю Царства Создателя.
— Когда-то здесь не было этого корабля.
— Тогда люди сами сопровождали мечты друг друга.
Салли обернулась к Сэрмос и небрежно сказала:
— Это делал Ива.
Хотя её слова были простыми, Сэрмос знала, что речь идёт о божестве, которому поклонялись в Землях Восхода.
Бог Желания и Алхимии.
А слова Матери Жизни — «очень давно» и «люди сопровождали мечты» —
Сэрмос обдумала их и смутно поняла.
Этот человек не был змеем. Он был трехлистником из прошлого века.
«Очень давно» означало миллионы лет назад.
Сэрмос вдруг ощутила нечто странное.
Когда-то, в далёком будущем, и она сама станет «очень давно».
Станет частью древних легенд змеенародцев.
Они пересекли врата Царства Создателя и увидели бесконечное море звёздных грёз, струящееся над головами.
Салли подняла чью-то Жизненную Грёзу в ладонях, словно зажжённый фонарь, и выпустила её в небо.
Сэрмос вспомнила о Сюберне:
— Я... разве не погубила его?
Вражда между потомками Айвиля и потомками Панса.
Кто понёс большие потери?
В конце концов, с обеих сторон погибли десятки тысяч. Оба короля пали.
И если бы война продолжалась,
горы змеиных тел, море крови росли бы бесконечно.
Эта вражда...
Её нельзя было разрешить ни за сто, ни за тысячу лет.
Но Сэрмос вмешалась — и война принудительно закончилась.
С виду мир восстановился.
Но это также похоронило надежды Айвиля на возвышение.
Для Матери Змей Сэрмос это казалось приемлемым концом: меньше жертв, меньше смертей.
Но для Сюберна это было несправедливо.
Сэрмос не знала, был ли её выбор правильным.
Она всего лишь хотела сохранить жизнь своему народу.
Салли, глядя на разноцветные грёзы, ничего не ответила, лишь сказала:
— Посмотри на его сон.
В грёзах Сюберна —
он спас всех.
Все люди Айвиля были спасены и вернулись домой.
В его сне —
огромные корабли пересекали море.
А в дальнем краю его сна —
зелёный континент, где земля и небо соединялись в бесконечной линии, полный жизни.
Сэрмос смотрела, как Жизненная Грёза Сюберна медленно поднималась, сливаясь с необъятным звёздным океаном, пока не исчезла среди него.
Её голова медленно поднималась, а глаза наполнялись отражением бескрайнего звёздного моря.
И её прежняя грусть и сожаление теперь казались ничтожными.
Это был след всех разумных существ со дня рождения жизни.
Печать эпох. Дом для душ. Некрополь цивилизаций.
— Боже!
— Каждая из этих звёзд — это одна прожитая жизнь?
Сэрмос была потрясена.
Сколько же жизней здесь запечатлено?
Сколько существ прошло через этот мир, и сколько исчезло бесследно?
Но только здесь...
Только в этом море звёздных грёз...
Они останутся навечно.
Матерь Жизни покачала головой:
— В верхних слоях Грёз существуют и обычные сны.
— Они как самые крошечные, хрупкие пузырьки. Только собравшись вместе, они мерцают, словно звёзды.
Помимо вечных Жизненных Грёз, наверху было бесчисленное множество крошечных пузырей и мерцающих звёзд, которые рождались и исчезали.
Это были сны, которые видели люди каждую ночь.
Если человек спокойно досматривал сон, он оставался здесь.
А когда он просыпался — забывался.
Феи часто летали в звёздное море, чтобы тайком наблюдать эти прекрасные, причудливые сны.
Но если кто-то внезапно просыпался, или его сон прерывали...
Тогда этот временный сон разрушится, и после пробуждения человек по-прежнему будет ясно помнить сновиденные воспоминания.
Именно поэтому, подняв голову, они могли увидеть, как в глубинах звёздного моря мерцают и исчезают звёзды.
Воздушный шар фей продолжал свой путь, и они пролетели под Божественной Луной.
Луна была настолько велика и так близко к ним,
что они даже открыли окно, подняли руки и действительно коснулись этой звезды.
Однако только Салли осмелилась прикоснуться к Божественной Луне, а Сэрмос, хоть и протянула руку, так и не решилась её коснуться.
Постепенно...
На горизонте взошло солнце.
Солнце становилось всё ближе, но жара не ощущалось.
Когда свет поглотил всё вокруг, перед ними предстал гигантский золотой Божественный Кубок.
Сэрмос наконец увидела легендарную Землю Божьего Дара — остров, где обитал Создатель Инь Сай.
За пределами Божественного Кубка рассеивался бесконечный Свет Желаний, в котором можно было увидеть отражение всех вещей.
А один за другим, словно горы, из Кубка поднимались Законы-Сны, вращаясь вокруг острова.
И в этот момент тело Жизненной Владычицы, находившееся в воздушном шаре, полностью рассеялось, превращаясь в свет.
Она изначально была всего лишь сном.
Теперь, когда сон закончился, её оболочка тоже должна исчезнуть.
Жизненная Владычица сказала Сэрмос:
— Моя служительница.
— Я и Бог Инь Сай ждём тебя там, наверху.
Сэрмос не впервые слышала имя Инь Сай, но раньше она никогда не понимала его истинного значения и не знала, кем он является на самом деле.
Но в этот раз она смутно осознала нечто важное.
Вдруг ей вспомнились слова, которые сказал ей Сюберн, когда она ещё не восстановила память:
Матерь Жизни — не истинный Создатель.
И давно, очень давно, она уже слышала, как Матерь Жизни упоминала имя Инь Сай.
Инь Сай...
Возможно, он и есть истинный Создатель.
Он — начало всего, источник мифов.
Хотя в этом поколении никто уже не знает его имени, но всё по-прежнему существует благодаря нему, и он всё так же вечно возвышается на Троне Создателя.
Пока она была погружена в эти мысли, воздушный шар фей уже приземлился на Землю Божьего Дара.
Мать Тысячи Змей, Сэрмос, сошла на землю и в одиночестве направилась к пирамидальному храму.
Она прошла сквозь море подсолнечников и увидела среди цветов древние руины.
Это был древнейший город в мире — Город Божьего Дара, построенный Царём Мудрости Лейдерики.
Всё это давно должно было исчезнуть.
Но Создатель сохранил его.
Он не восстановил его, но и не позволил ему исчезнуть полностью.
Как будто даже руины хранили в себе красоту и память.
И потому Владычица Снов Хира сохранила всё это в неизменном виде, сделав часть вечности вместе с морем подсолнечников.
Сэрмос подняла кусочек камня и разглядела высеченные на нём знаки.
— Это... письмена прошлого века?
Она не знала, что они означают, но была поражена этим цветущим морем и чувствовала, что под ним скрыта древняя, неведомая история.
По обе стороны острова и вдалеке она увидела фей.
Маленькие феи весело порхали в воздухе и по своему волшебному краю, громко выкрикивая:
— Хи-хи-хи!
— Ла-ла-ла-ла-ла!
Некоторые держались за руки и пели красивые песни.
Феи, как в легендах, были одеты в золотые мантии и могли по желанию создавать всевозможные чудесные вещи.
Их Царство Грёз было пышным и исполненным детской чистоты: оно состояло из клубков нитей, хлопка, сладостей, керамики и множества других причудливых материалов, но все они сияли яркими красками.
Издалека оно напоминало страну радуги.
Сэрмос, вытянув изящную шею, смотрела вдаль, и в её сердце зародилось желание отправиться в этот мир, похожий на радугу.
Но она знала, что Жизненная Владычица ждёт её в храме пирамиды.
Чем выше она поднималась по длинной лестнице, тем сильнее становились её волнение и трепет.
В конце концов она достигла вершины лестницы.
Подняв голову, она заглянула внутрь храма.
И увидела эту картину.
На Божественном Троне восседал чей-то силуэт, по очертаниям напоминающий мужчину.
— Создатель!
В тот момент, когда она увидела его, она сразу поняла, кто перед ней.
Это было нечто, что превосходило время и пространство — вечность.
С её точки зрения, он был как нерушимая божественная статуя, но одновременно — как фигура, излучающая бесконечный свет.
Если вглядеться, можно было различить даже очертания огромной звезды.
Но...
Она не осмелилась смотреть дальше.
Стоило ей попытаться разглядеть его, как ей показалось, что время и свет застыли, а сам мир был поглощён и охвачен его присутствием.
Она почувствовала, что её тело вот-вот оторвётся от реальности и исчезнет в потоке времени.
Она знала...
То, что она видела, — лишь внешнее проявление Создателя. Настоящую его сущность она не могла ни увидеть, ни постичь.
Справа от Божественного Трона сидела богиня с золотыми волосами, глядя на Сэрмос тёплым, ободряющим взглядом.
Слева только что пробудилась Матерь Жизни Салли — в этот момент она потягивалась и зевала, словно пуская пузырьки.
Увидев Сэрмос, она радостно воскликнула:
— Смотри!
— Она пришла!
Вечный Бог на Божественном Троне произнёс имя Сэрмос, и его голос эхом разнёсся по всему храму.
— Сэрмос.
— Ты — апостол Салли. Отныне следуй за ней.
В сердце Сэрмос вспыхнуло безграничное волнение, и она невольно пала ниц.
Потому что её имя было названо этим великим существом.
— Благодарю!
— Всевышний Бог!
Создатель снял Мать-Раковину Всего Сущего с Салли и поднял руку.
Раковина вылетела из храма, покинув Землю Божьего Дара.
Она упала вниз, к основанию Божественного Царства.
Из неё хлынули бесконечные воды, заполнив всё пространство.
Так в Божественном Царстве появилось новое море.
Девять видов рунических лухов вспыхнули, превращаясь в сушу.
А город жизни в мире людей мгновенно исчез с вершины горы Истока Жизни и появился на поверхности океана этого божественного царства.
В морских водах отражалась вся жизнь этого мира.
Это место стало высшим божественным царством жизненной власти, а вода олицетворяла исток всего сущего.
Во сне небо освещали солнце и серебряная божественная луна, сменяя друг друга, и у моря появились день и ночь.
Но, несмотря на это, Салли больше нравилось бродить по пирамидальному храму, чем находиться в своём собственном царстве.
Она бегала по полям солнечных цветов, пугала фей в мире снов.
А ещё...
Носилась по храму, издавая гулкие звуки — "уууу".
http://tl.rulate.ru/book/96220/5656670
Готово:
