Глава 122
«Этот клуб действительно подозрительный».
Пока мои подозрения росли, я стояла вместе с Рэйвеном перед десятком мужчин и женщин, положив руку на толстую книгу, и произносила клятву:
— Я торжественно клянусь соблюдать устав клуба и хранить его тайны.
Неужели мое предчувствие, что у этого клуба есть какие-то иные цели, кроме общения, оказалось верным? Только после этой подозрительной церемонии с клятвой о неразглашении секретов вступление в клуб завершилось.
— Что ж, теперь перейдем к приветственной части.
Серьезная атмосфера, царившая все это время, мгновенно исчезла, и началась вечеринка, наконец-то похожая на обычный светский клуб.
— Ой, у вас шестеро детей?
— Хо-хо, да, у нас с мужем здесь самая большая семья.
Я пила шампанское и болтала с одной дамой, похожей на кролика, когда ко мне подошла Химена и прошептала:
— Джемма, сними этот шарф.
Она указала на шарф на моей шее.
— А что, нельзя его носить?
Другие тоже были в шарфах.
— У тебя такой же шарф, как у госпожи Феллер.
— Ой, правда. Что же делать?
Дама, похожая на кролика, взглянула на Мону, которая разговаривала с другой группой людей, и нервно затопала ногами.
— Госпожа Феллер не любит, когда кто-то надевает такую же одежду или аксессуары, как у нее.
— У госпожи Феллер отличная память.
Намек на то, что если кому-то не повезет попасть в ее немилость, она надолго запомнит.
— Ох, госпожа Феллер идет сюда!
— Джемма, быстрее снимай!
— Наверняка она уже заметила, но лучше поздно, чем никогда. Снимай скорее.
Я не сняла шарф, и обе женщины выглядели обеспокоенными. Когда подошла Мона, их лица сменились выражением ужаса. Взгляд Моны сразу упал на мой шарф.
— О боже, этот шарф!
Мона протянула руку и сама развязала шарф на моей шее. Две дамы напротив меня побледнели так, словно увидели, как кто-то выбегает прямо на скоростную трассу.
— Джемма, где ты купила такую прелесть?
Когда Мона снова завязывала шарф на моей шее, женщины напротив выглядели так, будто вот-вот потеряют сознание от страха, что она меня задушит.
— Интересно, кто же его выбрал?
— Да, действительно, у этого человека отличный вкус.
На самом деле этот шарф вчера купила мне сама Мона, когда мы вместе ходили по магазинам. После того как я нашла Монику, она стала относиться ко мне особенно тепло.
«Эх, мое обаяние не знает границ».
Лишь когда я объяснила, что мы специально выбрали одинаковые шарфы, обе дамы наконец-то вернули себе нормальный цвет лица.
Мона завязала мой шарф так же, как у себя, и спросила:
— Правда, мы похожи на сестер?
Позавчера, когда вместе ходили в спа, мы договорились обращаться друг к другу как сестры. Хотя по возрасту мы, скорее, как младшая тетя и племянница.
— Ой, а ведь правда, вы очень похожи.
— Только кто из вас старшая?
— Ну что ты, Химена!
Когда ей польстили, сказав, что мы похожи на сестер, Мона улыбнулась до ушей.
— Простите, но я ненадолго украду Джемму.
Оставив позади двух дам, смотревших на меня с удивлением и завистью, я вышла с Моной с вечеринки. Она привела меня в пентхаус семьи Феллер на верхнем этаже.
«Зачем мы здесь?»
Мое замешательство длилось недолго. Вскоре я забыла, что нахожусь на работе, и, словно под воздействием наркотика, доступного всем кошатникам этого мира, погрузилась в блаженство.
«Ах, вот оно, настоящее райское наслаждение!»
Это был тот самый сладкий аромат кошачьих лапок. И не одной кошки, а целых шести! Целых 24 лапки, которые я могла нюхать и целовать! Оказалось, Мона привела меня домой, чтобы показать пятерых котят, которых осенью прошлого года родила ее кошка. Вечеринка только началась, но лучший момент сегодняшнего вечера уже определен.
— Все эти котята — потомки Моники.
— Невероятно! Значит, вы поддерживали ее род почти сорок лет?
— Именно так.
— Боже, потрясающе! Тогда получается, это пра-пра… праправнучки Моники? — Как далеко надо считать, чтобы охватить сорок лет? Считать родство оказалось сложно. — В любом случае, значит, вы всегда заботились о потомках Моники.
— Конечно, всех котят я не могла оставить себе. Обычно я оставляла одного-двух из каждого поколения, а остальных отдавала родственникам или друзьям, которые хотели их взять.
Мона нежно гладила котенка, который пытался взобраться ей на колени, и с грустью сказала:
— Теперь пришло время и этих малышей отправить в новые дома.
Она выглядела грустной, словно уже успела привязаться к ним.
— Расставаться всегда тяжело.
— Да, это печально.
— Верно. Но самое трудное — найти им хорошую семью.
Мона рассказала, что каждый раз сильно переживает, подбирая котятам новый дом.
— Конечно, финансовое положение важно, но не только оно. Я ищу семью, которая будет любить их до конца жизни.
— Вы абсолютно правы.
До сих пор, когда мы встречались вдвоем, почти все время уходило на восхваление кошек. Но постепенно я поняла, что Мона относится к кошкам не как к украшению или игрушке, чтобы похвалиться перед другими, а действительно искренне их любит и дорожит ими.
Честно говоря, из-за ужасного первого впечатления я изначально плохо к ней относилась, но, увидев ее заботу о кошках, мое мнение начало меняться. Было странно осознавать, что у меня возникла тесная эмоциональная связь с человеком, с которым, казалось, у нас совершенно нет ничего общего. Однако это не значит, что мне когда-нибудь понравится Мона.
— Мя-я-яу!
— Бетти!
— П-простите, пожалуйста…
Шлеп!
«Ох… Совсем с ума сошла, что ли?»
Мона грубо ударила по щеке служанку, случайно наступившую на хвост кошке-матери. Судя по реакции служанок и самой Моны, такое происходило явно не впервые. Те, кто мучает животных, всегда плохие люди, но это не значит, что все, кто любит животных, хорошие. Даже Гитлер любил собак.
Теперь впечатление о Моне стало даже хуже, чем в первый раз. Я искренне не хотела иметь с ней ничего общего, но до тех пор, пока не верну Сердце Алой Королевы, придется терпеть ее общество. «Где украденный рубин? Немедленно отдавай!» — хотелось закричать мне и украсть его прямо сейчас, как я делала раньше. Но вместо того, чтобы вернуть мне драгоценность, Мона неожиданно предложила нечто совершенно другое.
— Почему бы тебе не взять одного котенка?
— Мне?
— Да. Я могу доверить тебе малыша.
Что ж, в людях она разбирается.
— Ты вернула мне кошку, и я хочу отблагодарить тебя кошкой.
Кошка за кошку. Мне нравилась такая арифметика, но почему-то я не смогла сразу согласиться. Буквально недавно я ведь говорила, что впустить в свою жизнь кого-то дорогого — это серьезный шаг, и что я даже не готова отпустить тех котят, которых уже воспитываю.
«Но теперь со мной Рэйвен, и он обещал быть рядом, так что, может, стоит набраться смелости…»
Неужели у меня появилась аллергия на кошек, которой раньше не было? Я почесала внезапно зачесавшуюся щеку и внимательно посмотрела на пятерых котят, игравших на ковре.
«Рэйвену ведь тоже понравится, правда?»
Когда я шла за призраком Моники, Рэйвен не только не расстроился, предположив, что я могу спасти котенка, но даже предложил добавить в брачный контракт пункт «5 кошек». Дорис тоже любит кошек, среди слуг никого с аллергией нет. Хотя Коко будет яростно возражать, я уверена, что мои фирменные печенья с арахисовым маслом и семечками помогут прийти к мирному соглашению.
— Это лучший подарок. Тогда я возьму одного котенка.
— Времени у нас много. Выбирай, пока не почувствуешь особую связь.
К сожалению, я уже знала, что среди этих котят нет того, с кем я ждала особой судьбы. Я по привычке проверила их глаза, но ни у кого не оказалось белого пятнышка в виде сердечка.
«Кого же выбрать?»
Этот милый, и тот милый. Все такие милые, что выбрать одного оказалось сложнее, чем угадать ответ в математической задаче наугад. Однако слова Моны о том, что я почувствую связь, оказались правдой. Приглядевшись внимательнее, я заметила одного котенка. Среди всех пятерых он чаще всего подвергался нападкам братьев и сестер и был самым маленьким.
«Кстати, ведь и Руби я подобрала с улицы именно потому, что ее так обижали».
Я посмотрела в аквамариновые глаза котенка с пушистым хвостом и шерстью, смешанной из белого и серого цветов, и спросила:
— С этого дня хочешь стать моей кошкой?
— Мяу-у-у.
— Ого, сразу согласился, посмотри-ка!
Когда я выбрала котенка, Мона приказала служанке:
— Бетти, принеси шарф госпожи Хант.
Мона аккуратно сложила шарф, в который я заворачивала останки Моники, и повязала его на шее котенка красивым бантом. Затем она передала котенка мне на руки.
— Возвращаю тебе то, что получила.
Впервые в жизни мне так понравилось выражение «око за око».
http://tl.rulate.ru/book/95406/5221167
Готово:
