Готовый перевод I’m a phantom thief but I faked a marriage with an investigator / Я неуловимая воровка, но заключила фальшивый брак со следователем: 059

Глава 59

— Ой, погоди. Я же, получается, только что рассказала своим надзирателям о своём слабом месте. Если я сбегу и меня поймают, то вы будете угрожать мне огурцами?

— Кого ты сейчас обвиняешь в насилии?

Мне было неловко из-за того, что настроение испортилось, поэтому я попыталась разбавить атмосферу шуткой, однако Рэйвен не засмеялся.

— Но сказать, что у неё довольно скверный характер — слишком щедрая оценка для той, что обижала детей. Ты помнишь, как звали ту воспитательницу?

Мне показалось, словно он собирался найти её, чтобы заставить платить за свои грехи.

— Она не в этом мире.

Я имела в виду, что та женщина не из этой игры, однако Рэйвен подумал, что она мертва.

— Вскоре её уволили, потому что директор обнаружил, что она издевалась над учениками.

— Похоже, тот директор — правильный человек.

— Да, хороший был человек. Вопреки предрассудкам, хороших людей в детских домах больше, чем плохих. Так оно и есть на свете. Мы живём в том же мире, что и дети со своими родителями.

Интересно, как приют можно сравнивать с домом? Мне смешно от того, что я притворяюсь, будто бы ни в чём не нуждаюсь, я должна быть честна с собой.

— Вот только нет никого, кто бы подарил мне безусловную любовь...

Я горько улыбнулась, а в ответ прозвучали слова утешения:

— Ты просто должна встретить того, кто подарит тебе любовь.

— Мы встретились и расстались.

Рэйвен посмотрел на меня и спросил:

— Разве не ты говорила, что у тебя никогда не было отношений?

Наверное, он думает, что я о мужчине. Иначе получается какая-то бессмыслица, если сначала сказать, что опыта в отношениях нет, а потом заявить, что уже встретился и расстался с человеком, который дарил любовь.

— Моя первая кошка.

Конечно, был такой «человек», но я не хотела поднимать эту тему.

— А...

— Разумеется, мы расстались не навсегда, я верю, что когда-нибудь встречу её снова.

Руби так обещала. Когда и где мы сможем встретиться снова? По привычке я дотронулась до того места, где когда-то висело потерянное ожерелье, но замерла, почувствовав пустоту в ладонях. Прошло почти 10 лет с пропажи, а я до сих пор так делаю.

Я тяжело вздохнула и встретилась глазами с Рэйвеном. В тот миг проскользнула неловкость. Когда я пьяна, кажется, личность Джеммы слабеет. Чем больше я говорила, тем хуже становилась атмосфера. Я улыбнулась через силу и сменила тему:

— Знаешь, Рэйвен, есть кое-кто, кто дарит тебе безусловную любовь.

Он приподнял одну бровь, будто не знал, о ком я говорю.

— Твоя бабушка.

— А.

— У тебя что, вылетело из головы? Вау, я настучу на тебя.

Рэйвен лишь неловко улыбнулся. Похоже, это не означает, что Дорис не тот человек, который дарит безусловную любовь.

— Джемма, пожалуйста, не говори Рэйвену о Чейзах. Я не хочу беспокоить ребёнка без необходимости.

По тому, что сказала Дорис, понятно, что она очень волнуется и заботится о своём внуке, и он, получатель этой заботы и привязанности, не может этого не знать.

— Постарайся немного сблизиться со своей бабушкой.

— Как подросшему внуку найти общий язык с бабушкой?

— Этого я не знаю.

Рэйвен пожал плечами, словно спрашивал, есть ли у меня какие-нибудь идеи. Не похоже, что его усыновила и вырастила обычная семья, а затем он вернулся. Однако тот факт, что они выглядят неловкими в глазах Фрэнка Чейза, хотя вроде как должны жить в своём нормальном темпе, говорит о том, что тут что-то не так.

— Почему тебе настолько неловко с бабушкой?

— Разве не будет неловко, если внук, которого помнят ещё детсадовцем, вернётся уже взрослым мужчиной?

— Нет, я спрашиваю, почему ты чувствуешь себя неловко рядом с Дорис.

— Неловко снова встретиться после двадцатилетней разлуки. Неужели ты думаешь, что я помню бабушку, которую видел в последний раз, когда мне было три года?

— Но разве уже не прошло 10 лет с тех пор, как ты вернулся? Вы могли сблизиться за это время.

— Близость не обязательно должна проявляться внешне.

Если подумать, Рэйвен — холодный, а Дорис — циничная. Они оба заметно далеки от дружелюбных отношений. Наверное, у таких людей есть свой способ показать, что они с кем-то близки.

Но разве это не похоже на оправдание?

Постоянная оборонительная позиция Рэйвена заставила меня задуматься, а нет ли здесь чего-то большего. Может, какой-то инцидент или дело?

Если подумать...

Казалось, Дорис втайне опасалась своего внука. Как для меня, так и для Рэйвена, эта женщина одинаково беспощадна¹, но временами я чувствую, что она наблюдает за своим внуком. Словно он ей что-то должен. Дорис любит играть в карты, часто со мной и горничными, но я никогда не видела, чтобы она играла с Рэйвеном. Как будто им некомфортно вдвоём.

¹ «촌철살인» (寸鐵殺人) буквально означает «убить кого-то дюймовой сталью», то есть «одним словом сразить наповал».

Дорис — это человек, которого втайне легко понять. Рэйвен был тем, кто совершенно невидим, словно спокойная, но глубокая вода. Вот почему я понятию не имею, что он думает о Дорис. Прощупывая почву, я спросила:

— Как думаешь, она не рада тому, что ты стал полицейским?

Рэйвен горько улыбнулся и поднял свой бокал. Утверждение, не оставляющее места для двусмысленной интерпретации.

— Тебя это огорчает?

— Нет, нисколько.

После сухого ответа, проводящего черту, не последовало других слов. Молчание затянулось, и теперь атмосфера становилась неловкой.

Вот дёрнуло меня лезть в чужие дела. Это не имеет ко мне никакого отношения. Я перестала расспрашивать о его отношениях с Дорис и заговорила о другом:

— Итак, Рэйвен, каково быть полицейским?

— Мне нравится.

— Вот и хорошо, потому что даже если не нравится, похоже, ты прирождённый коп.

— Думаешь?

Почему-то он выглядел польщённым.

— Так и есть. Ты словно родился не крича и плача, а со словами: «Не двигаться. Иначе буду стрелять».

— Такое говорят не только копы, — пробормотал про себя Рэйвен.

Да, грабитель сказал бы то же самое.

— Я шучу, если тебе присвоили звание инспектора до тридцати лет только за твои следственные расследования, то ты прирождённый полицейский.

Улыбка появилась на губах Рэйвена, когда он опустил взгляд на дно своего бокала и провёл кончиками пальцев по его краю. Кажется, даже такому мужчине нравится похвала, хотя по внешнему виду и не скажешь.

— Я всегда чувствую, что ты, Джемма, немного... — Рэйвен подпёр подбородок, посмотрел на меня с улыбкой на губах и продолжил говорить: — Отличаешься от тех преступников, которых я повидал.

— Чем же?

— Много чем, трудно всё перечислить, я в том смысле, что пойманный мною человек высокого обо мне мнения.

— Разве моя гордость не будет спасена, если меня поймает умный, а не глупый полицейский?

Наконец-то, он улыбается. Я рада. Не знаю, почему я продолжаю подмечать такие вещи... Нет, я это к тому, что, похоже, ему стало неприятно, когда я расспрашивала о его бабушке, словно вела допрос.

— Но я говорю искренне, ведь все же признают твои способности, разве нет? Даже газеты восхваляют тебя, недоумевая, что такой следователь появился внезапно из ниоткуда. А, прямо как злодеи.

Рэйвен приподнял одну бровь, словно впервые слышал нечто подобное.

— Например, Пёс из ада.

Гладкий лоб тут же покрылся глубокими морщинами.

— Предполагается, что это похвала. Чем известнее преступник, тем компетентнее следователь.

— Соглашусь.

Выражение лица Рэйвена снова смягчилось.

— Но чем же ты занимался до того, как стал полицейским, чтобы так хорошо разбираться в криминальной психологии?

Я попыталась рассказать ему, как жутко было услышать с первых уст свой профайлинг, но выражение его лица внезапно изменилось, и я не смогла вымолвить ни слова.

— Что-то не так?

— Почему ты сегодня продолжаешь допрашивать меня?

— Нет, ты же ведь делал то же самое. Как-то нелепо...

— Пойдём, — Рэйвен прервал меня и встал.

Мы как раз подплывали к причалу, но не к тому, на которое изначально собирались. Рэйвен знал это, но сошёл. Значит, он больше не хотел со мной разговаривать.

Неужели я совершила ошибку? Почему он вдруг снова стал грубым инспектором Хантом после того, как весь вечер смеялся и весело болтал?

Я не могла понять, в чём причина. Только когда я ехала в такси обратно в гостиницу, меня осенило, пока я украдкой поглядывала на незнакомый силуэт Ханта, который отражался в окне.

Подожди. Всё потому, что я спросила о прошлом? Да чем же он занимался?

http://tl.rulate.ru/book/95406/3371303