37
Услышав о возможности получения Иммунитета ко всем ядам, Берсерк весь извелся от возбуждения.
— Иммунитет ко всем ядам? Если я заполучу его, наша с тобой схватка станет еще жарче...
Он ухмылялся, глядя на меня лицом, полным безумия. Не успел я оглянуться, как его глаза загорелись соревновательным духом.
Он что, предлагал схлестнуться прямо сейчас?
Я уже собирался сказать, что с радостью подыграю, если он бросится на меня. Иммунитет ко всем ядам — это искушало.
Но он пришел в себя быстрее, чем я успел ответить.
— ...Нет, не то. У меня пока нет причин кончать с собой.
...Какой проницательный ублюдок.
В любом случае, когда расчет был завершен, Берсерк собрал вещи и попрощался.
— Если понадоблюсь, свяжись снова. Талант этой овечки впечатляет — я с радостью помогу ей узреть «Момент Звезд». И в отличие от некоторых, мне кажется, у меня настоящий дар к обучению. Хе-хе-хе!
Если я подумаю, что он оказался тем, кто извлек наибольшую выгоду из сегодняшней встречи, будет ли это странно?
Я отбросил мысли и обратился к Чон Да Хён, которая растерянно смотрела вслед уезжающему фургону Берсерка.
— Поехали.
— Да.
Мы направились в Сеул.
— ...
Всю дорогу мы почти не разговаривали. Чон Да Хён казалась погруженной в свои мысли.
Что до меня, я провел время в размышлениях об Иммунитете ко всем ядам.
Мои слова о желании украсть его были шуткой, но меня удивило то, что его эксцентричные выходки за эти годы действительно выгравировали такой потенциал для разблокировки Дара в его крови.
Было бы неплохо, если бы я тоже выгравировал что-то подобное в своей.
Но Дары, скрытые в моей крови, прочесть было невозможно. Почему?
У меня вырвался смешок.
Я владел десятью Дарами и все равно жадничал.
Когда мы въехали в Сеул, Чон Да Хён вынырнула из задумчивости и заговорила.
— Берсерк оказался куда интереснее, чем я ожидала.
— Да?
Для меня он выглядел просто как безумец.
— Это заставило меня переосмыслить взгляд на злодеев. Если отбросить предубеждения, он показался просто веселым парнем.
— Быть злодеем не значит автоматически быть злом.
Пути становления злодеем были разными: обстоятельства, случайное вовлечение, семейное окружение, мимолетная ошибка и так далее.
Но даже если они не были злыми поначалу, в момент становления злодеем они пачкались злом. Пока мир их не принимал, я, Владыка Крови, и Берсерк — все мы были злом.
Я вернулся во время, когда еще не стал злом, но раз окунув ногу в эту реку, вытащить её было непросто.
— Иногда мне кажется, что справедливость внутри меня размывается. Трудно отличить, что справедливость, а что зло, и я начинаю сомневаться, правильно ли это вообще.
— Верь тому, что видишь и чувствуешь. Твои стандарты не пошатнулись.
— Да. И...
Казалось, Чон Да Хён хотела сказать что-то еще.
— Что такое?
— Как вообще возможен Двойной Дар?
Двойной Дар — это феномен Пробужденных, владеющих двумя способностями. Вероятность его проявления была крайне мала.
— Это трудно, в общем-то. Пробужденные по своей природе специализированы под один Дар. Пробуждение второго снижает эффективность.
Вот почему очень немногие обладатели Двойного Дара достигали высоких уровней.
— Тогда у тебя, оппа... Нет, извини, мне не следовало спрашивать. Моя ошибка.
— Мой случай иной.
У меня было десять Даров, но все они были «специализированы» для меня кем-то другим.
В хорошем свете это было копирование, в плохом — воровство.
— Пока сосредоточься на том, чтобы сделать чувства уровня 7 своими собственными. Как только поймаешь ощущение, ты сразу поднимешься в уровне.
— Да, спасибо.
Чон Да Хён кивнула, её глаза блеснули решимостью.
***
Глядя на Юн Хи, я не мог отделаться от мысли, что у неё есть четкий переключатель «Вкл/Выкл».
В Священной Гильдии она выкладывалась на полную, но дома становилась единым целым с диваном, лениво раскинувшись на нем.
Я был противоположностью Юн Хи. Мне всегда казалось, что мой переключатель включен, а теперь, когда меня признали 8-м уровнем, отношение людей изменилось, усилив это ощущение.
Моя нынешняя ситуация была вполне удовлетворительной. Но это всё еще был «медовый месяц», когда я наслаждался статусом Сверхчеловека. Скоро постучатся обязанности, которые я должен выполнять.
Страна вложила огромные средства, чтобы использовать мою силу, и я согласился на это.
Я не собирался навязывать им односторонние убытки в нашей сделке, даже если и было некоторое перетягивание каната.
Как мне вообще отодрать это создание от дивана?
Пока я размышлял, как отлепить приросшую к мебели девчонку, она заметила меня, как призрак, и закричала:
— Стой где стоишь! Ты ведь собирался пилить меня, да?
— Ты что, мысли читаешь?
Может, у неё Дар не Несгибаемость, а чтение мыслей?
— Кто тренируется усерднее меня? Эта чертова Несгибаемость! Несгибаемость! Почему бы просто не назвать Дар «Нерушимой Волей» или чем-то подобным?
Она где-то нахваталась понятий вроде «Трёх Устоев и Пяти Связей» и теперь притворялась, что разбирается в вопросе.
Но при всём при этом сопротивление Юн Хи оказалось яростнее ожидаемого.
Она выглядела готовой взорваться, если её сейчас ткнуть. Мне было любопытно, как это будет выглядеть, но, заметив убийственный блеск в её глазах, я отбросил эту идею.
— Нашла какие-нибудь хорошие дома?
— Ага, я сказала в офисе, они попросили заполнить условия и сразу порекомендовали несколько вариантов. Осталось только подготовить деньги.
— Скоро будут.
— Некоторые с трудом охотятся после тщательной подготовки, а другие просто выходят на прогулку и берут добычу. Мир так несправедлив.
— Если хочешь быть как я, просто тренируйся усерднее.
Хотя в обмен тебе придется прожить довольно динамичную жизнь.
Но когда Юн Хи отбросила игривость, она спросила осторожно:
— Кстати, ты охотился на того монстра в одиночку?
— Да, а что?
— Просто... интересно, никто ничего не говорит вокруг тебя?
— Не особо.
— Правда? Тогда это облегчение.
Говоря это, Юн Хи ерзала, словно ей было что мне рассказать, но в итоге так и не раскрыла рта.
Что она пыталась сказать?
Её реакция означала, что она очень хотела, чтобы я знал, но не решалась сказать прямо.
Кажется, это связано с монстром; придется позже создать подходящую атмосферу и спросить.
— Я ухожу.
— Ладно.
Отложив вопросы, я проверил время и вышел из дома. У меня были планы с Ли Се Хи на сегодня.
Для мероприятия Группы Сонджин Ли Се Хи оделась гламурнее обычного.
Так как мы встретились по делу, то сразу перешли к нему.
— Ценность сердца монстра, которое ты предоставил, по эффективности превосходит аналоги того же уровня. В прошлый раз было в три раза, но с учетом наценки может дойти до пятикратного увеличения.
— Хорошая тенденция.
— Да. С учетом этого, как насчет партнерства в бизнесе? Даже краткосрочная монополия на этот метод обработки может принести состояние.
По словам Ли Се Хи, техника обработки, которую я освоил, была передовой, но мы не могли монополизировать её вечно. Цель заключалась в том, чтобы укрепить бренд за это время и занять первое место в индустрии переработки сердец монстров.
— Не каждый сможет это сделать.
— Да, но все мастера нашей группы — высшего класса.
Даже так, это требовало врожденной интуиции. У меня её не было, так что я брал грубой силой и огромным объемом активации.
В конце концов, исходный источник был необходим.
— Я познакомлю тебя с тем, кто справится с этой техникой лучше меня.
— Такой человек существует? Почему я никогда не знала?
— Он в тени.
— А, тень, черный рынок...
Я сказал Ли Се Хи, что скоро приведу «Ювелира Сердец» из моей прошлой жизни.
Раз он научил меня этой технике, пришло время закрыть кармический долг в этой жизни. Он был жаден до денег, но учитывая масштабы, которые она описала, мы легко сможем удовлетворить эту жадность.
Она кивнула, выглядя немного разочарованной, когда я сказал, что продолжим деловой разговор позже.
— А как насчет охоты на монстров?
— Что ты имеешь в виду?
— Просто интересно, не сталкиваешься ли ты с трудностями.
— Нет.
— Тогда это хорошо.
— Есть какая-то проблема?
Это была сфера, о которой я даже не задумывался, поэтому я почувствовал недоумение.
— Нет, ничего. Облегчение, что нет проблем. Пойдем?
Ли Се Хи отвернулась, делая вид, что торопится. Как и в случае с Юн Хи ранее, её поведение казалось подозрительным.
Сегодня в универмаге «Священный» открывалась премиум-галерея для Пробужденных.
Я был приглашен на мероприятие и сопровождал Ли Се Хи.
— Но...
— Что-то не так?
— Ты хочешь, чтобы я был за рулем? Хм, не проблема, но...
С драгоценностями на сотни миллионов на ней — нормально ли ехать на малолитражке?
Подол этого струящегося платья может зацепиться.
Ли Се Хи посмотрела на меня с недоумением.
— Конечно, мы поедем на моей машине.
***
Галерея Пробужденных в универмаге «Священный», идею которой продвигала Ли Се Хи, предлагала всё, что могло понадобиться Пробужденному.
От защитного снаряжения для встречи с монстрами до разнообразного оружия, зелий восстановления, использующих Силу, противоядий и прочих средств, плюс одноразовые товары и предметы выживания — всё было выставлено на витринах.
У них даже был магазин, скупающий сердца монстров и субпродукты, что позволяло Пробужденным решать все вопросы в одном месте.
Гвоздем программы стала коллаборация защитного снаряжения с дизайнерами мировых люксовых брендов. Оно сочетало практичность и красоту, пленяя женщин-Пробужденных.
Наступила эра, когда на модных показах демонстрировали броню.
Замещая председателя Ли Ён Муна, который ограничил публичные появления из-за проблем со здоровьем, Ли Се Хи была центром события.
Я стоял рядом с ней, наблюдая, как она купается в лучах прожекторов, льющихся со всех сторон, словно они принадлежали ей по праву.
— Что думаешь?
— Любой, у кого партнер — Пробужденный, сбежится сюда.
— В точку. Такова цель. Характеристики сейчас стандартизированы. Так что конкурентоспособность сводится к тому, насколько это красиво.
По крайней мере, на женщин-Пробужденных это точно работало.
И подобно тому, как красиво поданный рисовый пирог вкуснее, мужчины-Пробужденные предпочитали стильные вещи, даже если они дороже.
В эпоху, когда десять миллионов человек стремились стать охотниками, правительство хотело, чтобы публика боготворила Пробужденных с запредельной силой как героев, а не как угрозу. Больше охотников означало более сильную нацию.
Таким образом, умелые, красивые и привлекательные охотники пользовались большей популярностью, чем большинство знаменитостей, делая дизайн снаряжения всё более важным.
Лично я бы возненавидел такое внимание... Нет. Это мышление беглого злодея. Как Сверхчеловек 8-го уровня под софитами, я должен принять эту яркость.
Приглядевшись, должен признать, выглядело и правда красиво.
Ли Се Хи ловко справлялась с интервью, остроумно объясняя направление Священной Гильдии и видение Группы Сонджин.
— Хм?
Вдруг с одной стороны поднялся шум, и к нам подошел аккуратно одетый высокий молодой человек. Ему было ближе к тридцати, он был с ног до головы в люксовых брендах, а на лице играла дружелюбная улыбка, скрывающая хитрость.
— Давно не виделись, Се Хи. Как поживаешь?
— ...Что привело тебя сюда, оппа?
Небрежно поздоровавшийся мужчина был братом Ли Се Хи и старшим сыном Группы Сонджин — Ли Се Чаном. Они были соперниками за контроль над группой.
— Я должен был прийти и увидеть, как моя сестра достигла чего-то столь впечатляющего.
— Спасибо, что пришел.
Обмен репликами между братом и сестрой казался натянутым. Бросив взгляд на Ли Се Хи, Ли Се Чан повернулся ко мне и представился.
— Приятно познакомиться. Я брат Се Хи, Ли Се Чан.
— Я Чхве Джун Хо.
— Я знаю, кто вы, конечно. Притча во языцех, самый молодой Сверхчеловек.
В его голосе звучала насмешка.
Я пожал протянутую руку. Вены на его кисти вздулись, когда он попытался раздавить мою ладонь. Это было сравнимо с силой нежного почесывания мизинцем. Заинтересовавшись его намерением, я посмотрел на его лицо — оно было гротескно перекошено.
— Нашей Се Хи не хватает опыта с мужчинами, поэтому её суждения ошибочны. Льстецы, пытающиеся впечатлить её, повсюду, но все они пустышки. Она не может их различить. Если бы она больше слушала брата, ситуация бы улучшилась.
Значит, это был камень в мой огород.
Честно говоря, я быстро соображал.
— Тим-лидер Ли — самый компетентный человек из всех, кого я встречал. Люди видят лишь столько, сколько могут, поэтому те, у кого узкий кругозор, не способны понять тех, у кого великие амбиции. Это явная разница в калибре.
Лицо Ли Се Чана исказилось.
— Это в мой адрес?
— Слушающему судить.
— Ты, недопеченный...
Недопеченный? Что это значило?
Вряд ли это новое прозвище. Мне уже не нравились «Головолом» и «Стиратель». Что за «недопеченный»? От того, что меня можно сложить пополам или как?
Я решил не забивать этим голову.
— И.
Я ослабил хватку на его дрожащей руке, которую сжал слишком сильно, затем применил легкое давление.
— Урк!
— Люди на высоких постах часто впадают в заблуждение, думая, что они неприкасаемы. Всякий раз, когда я вижу таких глупцов, мое хроническое состояние обостряется, заставляя хотеть раздавить их, пока они не узнают свое место.
Еще немного силы, и кисть Ли Се Чана раздробится. Видя, что она едва держит форму, я почувствовал, что мой контроль улучшился.
— Хотите увидеть?
— Хнг! Ха!
Ли Се Чан едва заметно покачал головой. Когда я отпустил руку, он пошатнулся, едва не рухнув, так как ноги его подкосились.
— Исполнительный директор!
— В-возвращаемся.
Люди окружили Ли Се Чана, закрывая его паническое состояние, и увели прочь.
Недопеченный, хм.
Заметив странную атмосферу, подошла Ли Се Хи.
— Джун Хо, что случилось?
— Ничего особенного.
Почему люди учатся только после удара? Монстры хотя бы оставляли сердца и субпродукты после смерти, а у людей даже этого нет.
Я кивнул на камеры ради Ли Се Хи.
— Репортеры щелкают затворами. Звезда дня должна сиять ярче.
— Да.
При моих словах Ли Се Хи естественно приняла позу.
***
После мероприятия я встретился с Чон Мён Гуком, чтобы отчитаться о зачистке злодеев.
В первый день он выглядел бледным, заставляя беспокоиться о здоровье, но быстро оправился и был активен как никогда.
— От операции по зачистке злодеев до всех этих мероприятий — вы отлично потрудились.
— Это был мой долг.
— Но иностранные злодеи...
Он замолчал, и я почувствовал недоумение.
— Разве вопрос не решен?
— Это может вызвать различные головные боли.
— Если мы упустили шанс устранить их, почему бы не выдать удостоверения личности и не зарегистрировать их как резидентов?
— Удостоверения и регистрация?
— Тогда они будут нашими гражданами. (прим.: речь о посмертной регистрации для отчетности)
— ...Это заманчиво.
Чон Мён Гук пробормотал с восхищенным выражением лица. Я не мог понять, почему он мучился над чем-то столь простым.
— Как прошли эти дни в качестве Сверхчеловека?
— Удовлетворительно.
— У нас готов вертолет на случай, если вам нужно будет выбраться из людного города.
— Это облегчит переброску в зоны операций.
— Мы просто стараемся удовлетворить нужды Сверхчеловека. А взамен, как Сверхчеловек, аффилированный с Республикой Корея, вы выполните свою роль.
Чон Мён Гук сделал паузу, тихо наблюдая за мной. Его лицо говорило, что он ждет моего ответа.
— Конечно, я исполню отведенную мне роль.
— Спасибо.
— Это взаимный обмен.
— Но...
Видя его колебания и озабоченный вид, я сказал:
— Говорите прямо.
— На самом деле, в последнее время из некоторых кругов доносится обеспокоенность по поводу Сверхчеловека Чхве Джун Хо.
Беспокойство обо мне? Неужели след Стирателя раскрыт?
Единственными, кто мог подозревать, были Ли Се Хи и Берсерк.
Неужели этот Берсерк начал болтать, потому что я раззадорил его аппетит?
— Аффилированные Сверхлюди защищают национальную мощь от внешних и внутренних угроз и ограждают граждан от опасности злодеев.
— Я знаю.
— И наконец, аффилированные Сверхлюди должны защищать граждан от угрозы монстров.
— ...
Чон Мён Гук наблюдал за мной, пока говорил, но я не видел проблемы.
Охота на монстров была очевидным делом.
— Зачистка групп злодеев — это хорошо, защита национальной мощи — тоже. Но национальный Сверхчеловек по-настоящему сияет, когда охотится на монстров.
Он сказал, что причина, по которой крупные гильдии выросли до соперничества с государственной властью — это охота на монстров.
Деньги, в конечном счете. Субпродукты монстров превращались в наличные.
С их помощью они инвестировали, создавали снаряжение, расширяя свое влияние.
Но зачем говорить мне об этом?
— Некоторые говорят о способностях Сверхчеловека Чхве Джун Хо в охоте на монстров.
— Что они говорят?
— Что он «недопеченный» Сверхчеловек, который не может охотиться на монстров...
Так вот почему Ли Се Чан назвал меня «недопеченным». (Прим. пер.: Half-baked / Seol-ik-eun — сырой, недоделанный, незрелый).
Это даже хорошо. Я-то думал, это очередное странное прозвище вроде «Головолома» или «Стирателя».
Это объясняло и отношение Юн Хи ко мне.
Теперь всё встало на свои места.
— Расскажите подробнее.
— ...Это просто слухи. Пожалуйста, не принимайте близко к сердцу.
— Да.
Последовавшее было полным абсурдом.
Я стал Сверхчеловеком 8-го уровня, но мой опыт сводился только к поимке низкоуровневых злодеев, а главным достижением было устранение Марионеточника — но Марионеточник славился бессмертием, а не боевой мощью, которая была низкой.
В частности, моё неучастие в охоте на монстров объясняли «монстрофобией», и правительство якобы заключило фиктивный контракт, чтобы удержать Сверхчеловека, который даже не может охотиться на чудовищ.
Доказательство? Я не хожу ни на какие рейды.
Официально я не присоединился ни к одной охоте.
Чон Мён Гук осторожно оценивал мою реакцию.
— Если есть тайная причина, по которой вы не можете охотиться на монстров, я был бы признателен, если бы узнал. Мы поможем чем сможем.
Он тоже думал, что я что-то скрываю.
Это было смехотворно.
Когда я был Владыкой Крови, они преувеличивали, говоря, что я уничтожу мир, а теперь считали меня «недопеченным», неспособным справиться с одним монстром.
Мне оставалось только усмехнуться.
— Скоро я докажу это.
Прожив прошлую жизнь, я помнил.
Через месяц в Сеуле появится Монстр №8, «Нури». Тогда всё и раскроется.
Лицо Чон Мён Гука немного просветлело от моих слов.
— И, Директор.
— Да.
— Начните составлять список тех, кто распространяет эти разговоры, и когда я поймаю монстра, можете передать его мне?
— ...
— Просто любопытно. Правда, просто посмотреть.
— ...
Он ни на грош не поверил.
Теперь мне казалось, что я просто обязан оправдать ожидания, не так ли?
— Пожалуйста, просто...
Лицо Чон Мён Гука стало пепельно-серым, и он схватился за живот.
http://tl.rulate.ru/book/95381/10892193
Готово:
