Старейшина Секты Бессмертного Меча поспешно вывел своих учеников из палатки. Он больше не хотел оставаться рядом с Ли Моюнем, потому что не знал, не окажется ли он следующим в списке жертв.
Десять лет назад он участвовал в погоне за Бай Жоуюнь, поэтому теперь, видя Владыку Вечной Тени, постоянно испытывал страх. Но в этот раз, благодаря большому числу присутствующих, он чувствовал себя относительно безопасно.
Дворец Вечной Тени обычно специализировался на тайных убийствах. Они не оставляли никаких следов, чтобы никто не мог их обвинить. Но даже зная это, старейшина хотел уйти как можно скорее.
Бай Жоуюнь заметила страх в глазах старейшины, когда тот взглянул на Ли Моюня. То, как он ушёл, напоминало собаку, поджавшую хвост и убегающую прочь.
Она не удержалась, слегка хихикнула и покачала головой, но быстро перевела внимание на персонал внутри палатки.
Вскоре подошёл слуга, чтобы провести их во внутреннюю палатку, где их ждал управляющий.
Управляющий смотрел на Ли Моюня и Бай Жоуюнь с уважением, смешанным с некоторым недоверием. Он был довольно шокирован и немного смущён, вспоминая, как с ней обращались, когда она пришла выставить свою пилюлю на аукцион.
Если она затаила обиду, то их отделение не переживёт такую катастрофу. Главным образом потому, что за ней стоял Дворец Вечной Тени, и все знали, что их молодой господин сотрудничает с этой фракцией.
Их молодой господин никогда не заступится за них, если причиной их гибели будет Владыка Вечной Тени.
Бай Жоуюнь не знала, что у управляющего столько мыслей и что он внезапно испугался её. Она заметила, что он ведёт себя гораздо уважительнее, но подумала, что это просто потому, что рядом с ней Ли Моюнь. Она не учла, что его появление ясно указывало на связь между ними.
Ли Моюнь и Бай Роуюнь уселись на стулья, стоявшие во внутренней части шатра. Оба молчали, лишь наблюдали за управляющим, чья спина покрылась холодным потом.
– Вот камни эссенции, – дрожащим голосом произнес он, а его трясущиеся руки передали мешочек цюнькунь Бай Роуюнь. – Здесь тысяча пятьсот двадцать камней эссенции. Я вычел восемьдесят камней эссенции – это плата, которую наш Павильон Тысячи Сокровищ берет за проведение аукциона.
Управляющий опасался, что Бай Роуюнь будет недовольна тем, что он забрал восемьдесят ее камней, но она лишь кивнула. Она знала о пятипроцентной комиссии до того, как выставила пилюлю на аукцион, поэтому считала правильным, что они действуют согласно их предварительной договоренности.
Лицо Бай Роуюнь было скрыто под капюшоном плаща. Управляющий видел, как она кивнула, но не был уверен, недовольна ли она. Он не видел ее выражения лица; все, что он мог видеть – это ее жесты, слегка скрытые капюшоном.
– Спасибо. – Бай Роуюнь приняла мешочек цюнькунь и поблагодарила управляющего. Она не сказала ничего лишнего и не создавала проблем; просто взяла мешочек и снова поднялась на ноги.
Увидев, что она собирается уходить, Ли Моюнь также встал. Он выпрямился и кивнул управляющему.
Управляющий, увидев это, наконец расслабился, и давление на его выпрямленную спину ослабло. Они, похоже, не были недовольны. Хотя и были довольно немногословными и молчаливыми, они не выглядели несчастными или недовольными. Похоже, их филиал проживет еще один день.
Покинув шатер, Бай Роуюнь и Ли Моюнь планировали отправиться в чайный дом, где они могли бы вернуться к своему первоначальному облику. Однако они не успели пройти и нескольких шагов, как почувствовали, что за ними кто-то следит.
Человек, который за ними следил, прятался неумело. Что-то в нем показалось Бай Жоуюнь знакомым, но никак не могла вспомнить, где она его видела. То, что она его не помнила, говорило о том, что этот человек никак на нее не влиял и даже не остался в памяти.
Ли Моюнь не почувствовал ничего знакомого, но был сильно раздражен. Ограбления в мире совершенствования были нередким делом – ресурсы ведь в дефиците. Но грабить совершенствующегося на уровне Врожденного, Чернильной ступени – глупость несусветная.
Единственным объяснением могло быть то, что следящий не знал о высоком уровне Ли Моюня. Зависит от своего уровня: ауру совершенствующихся более высокого уровня очень трудно распознать. Пока следящий мог чувствовать подавляющую ауру Ли Моюня, он не мог ощутить его Ци, и поэтому мог решить, что он не высокоуровневый совершенствующийся. Но только по-настоящему тщеславный человек поступил бы так.
Глаза Бай Жоуюнь внезапно засияли. Ей пришел на ум один человек – тот самый алхимик, который раньше пытался заполучить ее древнюю формулу. Тот был ужасно высокого мнения о себе!
Подумав о нем, ее губы дрогнули от усмешки. Это он, что ли, задумал их ограбить? Да еще когда рядом ее муж?
Ли Моюнь помрачнел. Давно его так нагло не преследовали. Но увидев, как веселится Бай Жоуюнь, он удивленно поднял бровь. О чем она только думает?
http://tl.rulate.ru/book/92929/6515712
Готово:
