Хоть Ли Моюнь и заставил Сяо Чу пригрозить Императору, его главной целью было привлечь внимание всех к Дворцу Вечной Тени.
Сейчас все знали, что существует такая сила, как Дворец Вечной Тени, но большего о них никто не ведал. Те, кто посылал своих людей на разведку, часто теряли с ними связь. А если кто-то и возвращался, то не приносил с собой ничего стоящего.
Известно было лишь одно: Владыка Вечной Тени – властный и деспотичный лидер. Он молод, но невероятно талантлив и достиг уровня Врожденного Царства, Фиолетовой ступени.
Пока Сяо Чу возвращался во Дворец Вечной Тени и готовился к громкому появлению в мире культивации, Император без сил рухнул в кресло. Его лицо было серым, глаза потухшими. Он понимал, что потерял, и знал, что ничего не изменить.
Он осознавал: хоть Ли Моюнь и останется его сыном, и от этого может быть какая-то выгода, но даже малейшее недовольство Ли Моюня, или его желание отомстить за мать, могли в любой момент привести Империю к краху, а его – к потере трона.
Он становился всё более параноиком, обдумывая возможные варианты. Чем дольше он размышлял об этом, тем сильнее паниковал.
Он сделал всё возможное, чтобы стать Императором, когда был молодым принцем. Отец никогда не благоволил ему. Поэтому ему пришлось прибегнуть к крайним мерам, чтобы ни один другой принц не унаследовал трон.
У него было много братьев, но они умирали один за другим в кажущихся невинными несчастных случаях. Однако только сам он знал, что именно он был причиной этих смертей.
Когда он наконец избавился ото всех своих братьев, его отец задумал передать трон дочери и сделать женщину Императрицей. Но прежде чем он успел сообщить кому-либо о своих мыслях, его тоже постигло несчастье.
Когда отец нынешнего императора внезапно умер от болезни – или, по крайней мере, так он объявил народу – императору было всего шестнадцать лет.
Именно поэтому он так боялся Ли Моюня. Во-первых, он ужасно ему завидовал. Ну почему сын его так выделялся? Когда сам император был молод, он и в подмётки не годился Ли Моюнь. Если бы у него была хоть половина этой выдающейся манеры держаться, он бы, естественно, стал наследным принцем, не прибегая к таким низким интригам.
Но раз Ли Моюнь был настолько выдающимся, он, скорее всего, получил бы поддержку двора. С тех пор как император занял трон, он постоянно жил в страхе, что кто-то попытается его свергнуть. Поэтому, узнав о выдающихся способностях Ли Моюнь, он тут же насторожился.
Он понимал, что Ли Моюнь подходил на роль наследного принца, но никогда бы не дал ему этот титул, опасаясь, что повышение может сделать его властолюбивым и привести к попытке переворота.
Только сейчас, осознав, насколько неприкосновенен Ли Моюнь, император понял, как глупо он себя вёл. Раньше император каждый раз видел в глазах Ли Моюнь презрение и отвращение, когда тот смотрел на него, но лишь сейчас понял почему.
Для Ли Моюнь трон Империи Жизненного Солнца был скорее обузой, чем чем-либо ещё. Ни одна фракция из мира совершенствующихся никогда не стала бы править империей из мира смертных; это было связано со слишком большим риском и ответственностью.
Пока император предавался своим мыслям, во Дворце Вечной Тени царило праздничное настроение. Ворота, обычно закрытые и охраняемые солдатами, теперь были распахнуты настежь.
Слуги и горничные сновали взад и вперёд, на лицах у всех сияли улыбки. Все светились предвкушением и счастьем, но когда кто-то спрашивал о причине, им лишь качали головами и отвечали с извиняющимся видом.
Никто из них не хотел объяснять причину своего внезапно улучшившегося настроения. Они видели, как Ли Моюн готовится к выходу на широкую публику, и не могли помешать его планам.
Однако, пока весь Павильон Вечной Тени ликовал, в чайной напротив большого дворца сидели две фигуры.
Это были две женщины, обе в широкополых соломенных шляпах-конусах. От краев шляп свисала тонкая ткань вуали, полностью скрывая лица.
Они сидели у окна, но молчали, даже не притрагиваясь к чаю на столе.
Их странное поведение привлекало много взглядов, но они оставались неподвижны, продолжая наблюдать за Павильоном Вечной Тени. Они пришли утром и, хотя время от времени заказывали закуски и чай, никогда не ели и не пили их. Было очевидно, что они здесь только для того, чтобы наблюдать за празднеством в дворце напротив.
Владелец чайной был несколько озадачен, но ничего не сказал женщинам. Они потратили немалую сумму в его скромном заведении, так что для него не было проблемой позволить им наблюдать за дворцом.
Этими двумя женщинами были близнецы Цин. Прошло довольно много времени с тех пор, как они сбежали от старейшины Суня, но им так и не удалось покинуть Имперскую Столицу. Даже сейчас, спустя столь долгий срок, старейшина Сунь все еще искал их, и каждый входящий или выходящий из столицы проверялся людьми Павильона Вечной Тени.
http://tl.rulate.ru/book/92929/6509727
Готово:
