10 июля 2004 года вице-президент Fuji Equipment вылетел напрямую из Японии в Шанхай, пересел в Жунчэн и лично явился в штаб-квартиру «Технологий Ханьтан». Там он глубоко поклонился Линь Сюаню и принёс извинения — но тот их не принял. Вместо этого Линь Сюань, уже заплативший более 90 миллионов за оборудование, заявил, что отныне между «Ханьтан» и Fuji Equipment не будет никакого сотрудничества.
Услышав это, вице-президент Fuji Equipment чуть не вырвал душу от досады. Менее чем за сутки таких высокопоставленных китайских менеджеров, как Миура Кава и другие, либо уволили, либо понизили в должности. Они стояли молча, глядя в небо, и сдерживали обиду, не зная, куда девать унижение.
С тех пор за Линь Сюанем прочно закрепилось прозвище «Король несчастий» — будто бы каждый, кто вставал у него на пути, неизбежно заканчивал плохо.
13 июля 2004 года, всего через несколько дней после этого инцидента, в Жунчэн вновь прибыла делегация — на этот раз из Китайской академии наук. Целью визита уже не была проверка подлинности чипа или его характеристик. Речь шла о переговорах: под эгидой Академии наук собралась команда из «Лунсин АН», «Академии наук АН» и трёх других исследовательских институтов с цифровыми индексами. Они хотели получить лицензию на набор инструкций «Ханьтан». Линь Сюань, естественно, не возражал.
Набор инструкций для чипов — не та вещь, которую можно развивать в одиночку. У Линь Сюаня, конечно, была система шаблонов, и он сам мог обеспечивать постоянное развитие архитектуры «Ханьтан», даже опережая всех остальных. Он мечтал, чтобы эти чипы проникли во все сферы жизни Китая — от промышленности до бытовой электроники, от офисов до каждого дома, — и внесли вклад в возрождение страны, улучшая жизнь обычных людей через умные устройства. Но упрямое удержание набора инструкций в одиночку не помогло бы быстро реализовать эту мечту.
Ведь в мире существует не только компьютерная и мобильная электроника — чипов множество видов. Некоторые специализированные модели приносят копейки, а то и вовсе убыточны, но при этом играют решающую роль в промышленности или в работе сложных механизмов. Линь Сюань, разумеется, не стал бы в первую очередь тратить силы на такие неприбыльные чипы. Но если бы он упрямо держал набор инструкций «Ханьтан» при себе, не позволяя другим его использовать, то предприятиям и НИИ, которым эти чипы жизненно необходимы, ничего не оставалось бы, кроме как закупать иностранную продукцию. В результате в узкоспециализированных областях возникли бы пробелы и технологическое отставание.
Поэтому Линь Сюань, не желая душить других ради собственной выгоды, ради интересов Китая фактически передал лицензию почти даром. Получив разрешение на использование архитектуры «Ханьтан», институты могли разрабатывать неприбыльные или малорентабельные специализированные чипы. Сомневаться в их готовности не приходилось: такие организации, как «Лунсин АН», Академия наук и институты с цифровыми индексами, изначально создавались именно для импортозамещения. Они, стиснув зубы, взялись бы за дело — и Линь Сюань это прекрасно понимал.
Учитывая, что у самих институтов денег, как говорится, «кот наплакал», Линь Сюань не стал брать с них плату. Зато он получил нечто гораздо ценнее — и несравнимо полезнее, чем сиюминутная выгода. Вместо того чтобы собрать кучу яблок, он предпочёл ежедневно собирать по одному — но стабильно и надолго. Поэтому он предложил следующее соглашение: лицензия на производство и модификацию набора инструкций «Ханьтан» предоставляется бесплатно, но все последующие улучшения и новые инструкции автоматически и безоговорочно передаются «Ханьтан» для свободного использования.
Это было всё равно что отдать семя — пусть другие выращивают дерево, а он будет собирать плоды.
Сделка не сулила огромных барышей, но и убытков не несла. В будущем эти институты, возможно, войдут в сферу мобильных чипов и станут конкурентами. Но Линь Сюаня это не пугало: с его системой шаблонов бояться их — всё равно что умудриться утонуть в собственной моче.
Кроме того, сразу после подписания лицензионного соглашения между «Ханьтан», Академией наук, «Лунсин АН» и другими НИИ по инициативе Линь Сюаня был объявлен о создании Альянса открытого исходного кода «Язык Дракона». Идея состояла в том, что участники объединят усилия и ресурсы, собрав 20 миллионов юаней на создание лаборатории по разработке компьютерных языков. Её задача — на основе набора инструкций «Ханьтан» создать специализированный язык программирования «Язык Дракона», призванный заменить такие устоявшиеся решения, как C или Java.
Если проект увенчается успехом, «Язык Дракона» — будучи разработанным непосредственно под архитектуру «Ханьтан» — обеспечит максимальную эффективность выполнения кода и снизит количество программных ошибок.
Работа над языком началась в середине июля 2004 года, а завершить её планировали примерно за полгода — то есть к январю–февралю 2005-го. С этого момента «Ханьтан» перестанет действовать в одиночку в области архитектуры и языков программирования. За этим сокращённым набором инструкций встанет весь Китай — поддерживая, развивая и обновляя его. Это значительно снизит научно-исследовательскую нагрузку на саму компанию.
Ведь компьютерный набор инструкций не застывает раз и навсегда — он постоянно эволюционирует. Устаревшие команды постепенно исключаются. Например, печально известная своей раздутостью и низкой эффективностью архитектура x86 с момента появления пережила несколько крупных обновлений, и многие инструкции, активно использовавшиеся десять или даже двадцать лет назад, давно канули в Лету.
Линь Сюань, предоставив другим право использовать, производить и модифицировать «Ханьтан», одновременно получил безвозмездный доступ ко всем их будущим разработкам. А учитывая исследовательский потенциал Академии наук, «Лунсин АН» и профильных институтов, кто знает — возможно, в итоге выиграет именно он.
После подписания соглашения и совместной пресс-конференции новость мгновенно разлетелась по СМИ — в статьях, репортажах, видеосюжетах. Это был уже третий выход Линь Сюаня в новости, хотя на этот раз его показали меньше чем на десять секунд. В интернете тут же загорелась дискуссия: когда же, наконец, Академия наук выпустит процессор для ПК? Смогут ли его использовать обычные пользователи?
Но их ждало разочарование. Институты с цифровыми индексами в ближайшее время, без сомнения, сосредоточатся на военных чипах — для наземной техники с пушками, боевых самолётов, спутников в космосе. Академия наук и «Лунсин АН» уже начали подготовку к разработке универсальных процессоров для ПК на базе «Ханьтан», но, судя по прежней практике, их появление стоит ожидать не раньше середины 2005 года, а то и конца 2006-го. Не у всех, в конце концов, есть система шаблонов — так что обычным пользователям сети оставалось только мечтать.
Время шло…
13 июля 2004 года вышестоящие инстанции официально утвердили производственную лицензию на новое поколение мобильных телефонов для рабочих — лично разработанных Линь Сюанем.
14 июля новый завод «Ханьтан» по производству телефонов перешёл в режим пробного запуска. На этот раз выпускали уже не «Ханьтан-2 Трудовая версия» — сотрудники шептались: это «Han-Tang Glory первого поколения»!
Если бы рядом оказался кто-то из будущего, он наверняка язвительно заметил бы, что Линь Сюань перенял стратегию Huawei: бюджетные модели под суббрендом Глори, флагманы — под основным именем Ханьтан. Разве это не копирование?
Но как бы то ни было, название «Глори» звучало куда лучше, чем «Ханьтан-2 Трудовая версия» — последнее и вовсе не тянуло на бренд. А «Ханьтан Глори первого поколения» сразу вызывало ощущение достойного, узнаваемого продукта. Так что, несмотря на подозрения в заимствовании у Huawei, Линь Сюаню это новое имя пришлось по душе.
17 июля 2004 года старый телефонный завод полностью прекратил выпуск «Ханьтан-2 Трудовая версия» и переключился на полную мощность производства «Ханьтан Глори первого поколения».
18 июля неожиданное исчезновение «Ханьтан» с прилавков вызвало бурное обсуждение в интернете — тема несколько дней не сходила с повестки. Среди комментаторов были и те, кто с надеждой ждал новинку, и скептики, усомнившиеся в её ценности. Но как бы ни развивалась дискуссия, никто не мог повлиять на ход событий: «Ханьтан» накапливала силы.
А тем временем, столкнувшись с активностью «Ханьтан», многие отечественные и даже зарубежные телефонные компании начали принимать ответные меры.
…
Пока «Ханьтан» занималась производством и наращиванием запасов новых телефонов, в тысячах километров от Жунчэна, на острове Тайвань, в Научном парке Синьчжу собрались люди, чьё решение могло изменить будущее всей мобильной индустрии Китая.
Хотя название «Научный парк Синьчжу» звучало скромно, на деле это было ядро чиповой промышленности всей Азии. Объёмы выпускаемых здесь чипов уже тогда превосходили показатели корейской Samsung и многих японских компаний. Никто ещё не знал, что в пиковые годы на этот парк придётся 64 % мировых поставок чипов — поистине ошеломляющая цифра! Пока же, в 2004 году, масштабы не достигли тех устрашающих высот, что ждали его через десяток лет, но парк уже набирал обороты.
http://tl.rulate.ru/book/91815/8146123
