После визита Академии Робенс в Имперской Академии произошли значительные изменения.
Прежде всего, соотношение студентов, занимающих тренировочные площадки, резко сместилось в сторону факультета фехтования. Конечно, я уже рассекал небо мечом до приезда Академии Робенс, но тогда студенты видели лишь результат — расколотое небо, а не сам процесс взмаха меча.
Теперь же, услышав слухи, студенты сбежались и стали свидетелями всего — от начала до конца. И именно это укрепило в них веру: человек действительно рассёк небо.
В результате студенты, охваченные духом соперничества, буквально поселились на тренировочных площадках. А студенты магического факультета, вытесненные безумной активностью фехтовальщиков, были вынуждены отступить в библиотеку, ворча и проклиная всё на своём пути.
— Добрый день, Исполнительный Инспектор.
— А… да.
— Доброе утро, Исполнительный Инспектор!
— Ах, да, доброе утро.
Вместе с амбициями росли и уважение, и восхищение: количество студентов, приветствующих меня, резко увеличилось. Разумеется, более 90% из них были с факультета фехтования.
Для меня всё это было внове. Раньше студенты, даже если проявляли интерес, наблюдали за мной издалека или старались наладить контакт через Эриха. А теперь они всплывали, как случайные встречи в игре, и просто подходили поговорить.
К счастью, зрительный контакт не сразу приводил к дуэлям, но для человека, который всегда избегал лишнего взаимодействия со студентами, это внимание было довольно изматывающим. Когда гражданские проявляют чрезмерную активность — страдают госслужащие, измотанные до нервного истощения.
Я ведь не могу их просто оттолкнуть.
Если бы это были недоброжелатели, можно было бы просто их игнорировать, но эти студенты были искренни, полны восхищения, и подходили ко мне с чистым уважением. Даже помимо соображений репутации, совесть не позволила бы мне отвергнуть их.
— Разве не хорошо быть популярным? Думаю, вы вдохновите больше студентов вступить в Инспекцию, Исполнительный Инспектор.
— Ты что, гений?
Я услышал совершенно неожиданный ответ, когда пожаловался на это Первой начальнице.
Если задуматься… она была права. Если я стану объектом восхищения, новички будут стекаться в ведомство сами собой. Посмотрите хотя бы на Магическую Башню — она переполнена магами, очарованными Маг-герцогиней. Инспекция вполне может пойти по тому же пути.
Автоматический набор кадров.
Хотелось заплакать от счастья. Люди, которые сами приходят, без того, чтобы я бегал и раздавал рекомендательные письма — это было нечто, о чём я и мечтать не смел.
— Теперь будет легче. Обычно в Инспекцию шли либо очень амбициозные, либо просто сумасшедшие.
— Обязательно было говорить это вслух?
— Но ведь это правда. Что поделаешь?
Первая начальница надула губы, будто спрашивая, за что я её отчитываю. Хотелось ущипнуть её за щёку — и тем не менее, она была права.
Хотя роль и полномочия Инспекции были внушительными, объём работы и уровень ответственности делали это место труднодоступным — туда шли только одержимые жаждой продвижения или просто безумцы. Особенно после того, как я стал Исполнительным Инспектором и вызвал настоящий переполох.
Некоторые приходили в Инспекцию просто «на посмотреть», чтобы приукрасить своё резюме, но оставались лишь единицы — те, кто действительно хотел оставить след. Стоило кому-то проявить талант — и вот он уже перебегал в другое, более перспективное ведомство.
Эти ублюдки.
Точно как ниндзя из Деревни Листа — исчезали, как только мы вкладывались в их обучение. Чтобы хоть как-то сдержать этот исход, мы и внедрили систему рекомендательных писем.
Конечно, изначально письма были созданы, чтобы находить таланты, которых могли упустить другие, но, по сути, они также стали чем-то вроде знака. Если кто-то поступал в Инспекцию по моей рекомендации, а потом пытался перебежать в другое место — ему нужно было обладать немалой выдержкой, чтобы жить с этим позором.
— Кстати, Исполнительный Инспектор...
— Да?
Как раз в тот момент, когда я мечтал о прекрасном будущем, где сотрудники будут оставаться в отделе по собственной воле, без писем, Первая начальница осторожно заговорила.
— С вами... всё в порядке, да?
На её редкий, деликатный вопрос я не смог сдержать улыбку. Она знала ситуацию хотя бы частично — и, видимо, волновалась.
— Со мной всё хорошо. Думаешь, Беатрис промолчала бы, если бы что-то пошло не так?
— Хм, ну... верно.
Убедившись в этом, тревожные нотки мгновенно исчезли с её лица.
Высшее руководство, включая Первую начальницу, знали, что на моём теле остался след от ранения, нанесённого Каганом. Конечно, я не размахивал этим фактом, не показывал им рану напрямую, но с тех пор, как стал Исполнительным Инспектором, несколько раз проходил лечение.
Если человек, будучи в гуще внутренних конфликтов и противостояния с фракцией Второго принца, при этом регулярно наведывается в лечебницу — даже самый наивный поймёт, что у него не простая царапина.
Так что когда этот человек вдруг начинает разрывать небо, тревога — вполне естественна.
— Ну, а чего бояться, когда рядом будущий святой и величайший маг континента?
— Честно говоря, здесь и правда безопаснее, чем в столице.
— Вот именно.
Там, где защиту обеспечивают высшие представители святой магии и магии вообще, получить диагноз «необратимо» можно только одним способом — моментальной смертью. А раз Каган уже отправился на тот свет, то кто бы теперь мог отправить меня туда вслед? Даже Доргон вряд ли бы справился.
— Но всё же... в следующий раз предупредите заранее. Когда мы узнали, что вы рассекли небо, это был шок.
Я молча взглянул на Первую начальницу. Несмотря на попытку выглядеть бодро, под её словами скрывались обида и горечь.
И это было понятно. Со стороны Первой начальницы — её чувства абсолютно оправданы. Услышать о возможной ране своего любимого через слухи, а не лично — кому угодно станет больно.
Это была моя ошибка. С финальным боссом, сидящим рядом — таким, что мог перевернуть весь мир одним заклинанием, — я даже не подумал о ней, оставшейся в столице.
— Прости. С этого момента я буду сообщать тебе сразу.
— Главное, что понял.
Я мягко улыбнулся, услышав её преувеличенный фыркающий выдох.
— Больше никаких «А, так вот кто это был...» — ладно?
— Нет! Почему ты так хорошо помнишь эти вещи?!
А кто бы их забыл? Если кто-то и забыл — странно уже с ним.
В любом случае, я закончил разговор, попросив передать привет Четвёртой начальнице, если она выйдет на связь. Судя по всему, она уже отправилась на север — я не мог до неё дозвониться. Вот бы Доргон уже сдох, тогда и она смогла бы наконец отдохнуть.
Как и сказал наследный принц, директор Академии сам занялся приёмом гостей. Моя роль закончилась на рассечении неба, и, честно говоря, должностному лицу вроде меня совсем не подобает участвовать в мероприятиях для гостей.
Тем временем Академия Робенс, похоже, проводила разные учебные мероприятия, но ими управлял заведующий отделением фехтования. Так как заместитель директора Академии Робенс принадлежал к враждующей фракции, он брался за дело с особым рвением. Похоже, получал от этого искреннее удовольствие — я решил не мешать.
— Мар, я пришёл.
Пока директор и заведующий выполняли свои обязанности, я, можно сказать, пустил корни в зале студенческого совета.
По слухам, среди студентов Академии Робенс распространилось мнение, что меня можно часто найти в клубной комнате. Некоторые особо смелые даже начали туда наведываться. Чтобы защитить свои редкие минуты покоя, нужно было найти новое надёжное укрытие. Беспокоить чиновника в нерабочее время — почти преступление.
— Добро пожаловать. Опять убегаешь?
— Убегаю? Да я пришёл, потому что хотел увидеть тебя, Мар.
— Хоть за намерение спасибо.
Я почувствовал себя немного неловко, увидев, как улыбается Маргарита. Конечно, я и раньше навещал её каждый день, ещё до того, как студенты начали гоняться за мной, но теперь задерживался гораздо дольше. Наверняка она сразу поняла, что я просто прячусь.
— Слышала, студенты Академии Робенс скоро возвращаются домой. В Академии снова станет пусто.
И в её глазах сверкнул тонкий отблеск намёка: она точно хотела сказать, что будет скучать по мне, когда я перестану приходить так часто. Это было мягкое, но вполне определённое давление.
— Как она может опустеть, если те, кто тут не был изначально, просто уезжают? Те, кто остаются, — уже достаточно.
— Фуфу, пожалуй, так и есть.
После таких прозрачных намёков выбора у меня не оставалось — я пообещал, что продолжу приходить. Похоже, кабинет президента студсовета скоро станет моей второй клубной комнатой...
К тому же, хоть для Маргариты это был последний год, мне предстояло провести в Академии ещё один. Раз уж впереди разлука — надо быть вместе как можно больше сейчас.
...Нам что, правда придётся жить раздельно после свадьбы?
Впервые это чувство стало отчётливо беспокоить. Мы ведь собирались пожениться, когда Маргарита окончит Академию. Но жених — я — всё ещё должен буду здесь оставаться... Что-то тут не складывается.
Придётся либо нанимать мага телепортации и ездить каждый день,
либо придумать способ оставить Маргариту в Академии.
Начинать супружескую жизнь с роли «гуся-отца» мне совсем не улыбается.
Если совсем не найдётся хорошего решения — придётся подписать годовой контракт.
А если уж и это не сработает... что ж, у меня ведь и так почти нет времени тратить золото, лежащее в хранилище. Пора бы дать деньгам поработать.
Неприятности всегда приходят без предупреждения — именно поэтому они и называются неприятностями.
— О, Карл? Можешь взглянуть на это, если свободен?
— А?..
Вице-президент бесшумно вошёл в комнату студенческого совета, передал Маргарите пачку документов — и тут же исчез. Маргарита с обречённым выражением уставилась на внезапно свалившуюся на неё стопку бумаг, а затем начала их листать. Спустя несколько мгновений она позвала меня неуверенным, каким-то неловким голосом.
Это было странно. В прошлом году она частенько просила меня помочь с делами совета, но по сути это был лишь предлог, чтобы провести со мной время. Сейчас же, когда мы официально встречаемся, в подобных уловках уже не было никакой необходимости.
И всё же она меня позвала? Значит, произошло нечто настолько странное или утомительное, что иначе и не объяснишь.
— Что-то случилось?
Сдерживая нарастающее беспокойство, я подошёл к Маргарите. Она молча протянула мне документ, который держала в руках —
— Карл. С закрытыми глазами ты его не прочтёшь.
— Дай... дай мне просто немного побыть так.
Как только мой взгляд зацепился за знакомые слова, напечатанные на странице, я среагировал инстинктивно — крепко зажмурился.
Чёрт побери.
Я всё увидел. Всё понял.
Фраза, которую я надеялся больше никогда не видеть, снова появилась передо мной. Слова настолько абсурдные, что я не мог понять, как они вообще могли оказаться в Академии — и особенно сейчас.
— Это документы, касающиеся школьной экскурсии в этом году.
Увидев, что я закрыл глаза, Маргарита ласково начала объяснять суть.
Нет... тебе не нужно. Я пока не готов слышать это.
— Мы, как и в прошлом году, собирались отправиться в герцогство Бояр, но, похоже, планы придётся пересмотреть.
— Да... понятно...
Но как бы я ни закрывал глаза и уши — произошедшее уже не изменить.
— Из герцогства Бояр — в герцогство Ченесс. Интересно, может, в следующем году это будет Вулкен?
Даже когда Маргарита позволила себе пошутить, я не смог вымолвить ни слова.
Герцогство Ченесс — западный регион Империи, находящийся под управлением рода Салон.
А нынешний глава рода Салон и герцогиня Ченесс — это...
— Каааааарллл!!! Сколько лет, сколько зим!!
Пьяная герцогиня… нет, то есть Мудрая герцогиня.
Это просто сводит с ума. Я ещё даже не видел её, но уже ясно представляю, как она размахивает бутылкой вина и орёт моё имя с таким энтузиазмом, будто мы друзья с детства.
Вон из моей головы, пьянчуга.
http://tl.rulate.ru/book/90306/6448694
Готово:
