Глава 343: Титул (4)
Император объявил о формировании экспедиционного корпуса за счет сил трех групп армий, а дворяне, подстегиваемые общественным мнением, буквально взорвались лояльностью, добровольно жертвуя солдат и средства. Таким образом, этот приказ о мобилизации завершился полным триумфом монарха. Даже если имперская армия понесет потери, это погубит не только силы Императора, но и войска лордов.
После того как Император одержал свою сокрушительную победу и удалился, обведенные вокруг пальца дворяне должны были лишь проворчать «жизнь — дерьмо» и разъехаться по домам, но монарх не позволил им даже этой мизерной доли недовольства.
Ибо в финале приказа о мобилизации прогремело событие, мгновенно вытеснившее мысли об императорской афере.
— Директор Департамента инспекции достоин похвалы, но кто бы мог подумать, что он разом получит графский титул.
— И это наследственный титул с земельным наделом. Конечно, Виридия — это северная окраина, но если поход завершится успехом...
— Невероятно. Просто сын дворянской семьи, не имевший собственного титула, доказал свою профпригодность и получил графство.
Аристократы в большом конференц-зале даже не разошлись, возбужденно обсуждая неожиданное назначение военного инспектора и пожалование титула.
Будь это скромный титул барона или виконта, они бы приняли это спокойно. Даже пожизненный статус без права передачи был бы понятен. Но монарх даровал графство — неоспоримо высокий ранг — в наследственное владение, да еще и с землей. Это было дело огромной важности.
«Сука...»
В губах пересохло. Пожаловать мне графский титул сейчас, хотя я и так со временем должен был стать Имперским графом? Такое случается, либо когда ты совершил нечто по-настоящему великое, либо когда тебя решили загнать до смерти.
К сожалению, я, похоже, подпадаю под обе категории.
«Даже Имперские графы были не в курсе».
Взглянув на кучку Имперских графов, я заметил, что даже те, кто активнее всех ратовал за войну, выглядели озадаченными. Либо Император не счел нужным консультироваться по вопросу титулов, либо идея была настолько внезапной, что времени на обсуждение не осталось.
Впрочем, неважно. Коль скоро монарх даровал титул — отдать его назад нельзя.
— Поздравляю. У тебя много детей, так что теперь у тебя есть лишний титул, который можно им оставить.
— Нет, дело не в—
Когда Министр финансов выдал эту провокацию, я чуть не вспылил, но, заметив его кривую ухмылку, успокоился. Судя по лицу, Министр тоже был в смятении. И всё же он выдавил из себя шутку, чтобы разрядить обстановку.
Затем Министр быстро прошептал:
— Уходи как можно естественнее. Тогда они решат, что ты получил особые инструкции от Его Величества, и не станут докучать.
— Понял.
Я благодарно кивнул Министру и другим начальникам, которые подтвердили его слова кивками, и покинул свое место.
Да, Министр прав. Если я уйду спокойно, пока остальные гадают, они примут это за скрытый план между Императором и Директором Инспекции. И тогда не рискнут ко мне лезть.
Эти люди живут тем, что считывают атмосферу; рано или поздно они поймут, что я такая же жертва обстоятельств, но хотя бы сейчас я избегу расспросов. И на том спасибо.
«Это сводит меня с ума».
Едва покинув большой конференц-зал, я поспешил прочь. Мне нужно спрятаться — либо в Департаменте, либо в собственном особняке.
Черт возьми, я и сам не знал, что получу графский титул.
Я заперся в особняке, выставив режим «не беспокоить». Особняк с надежными дверями определенно безопаснее ведомства, куда может ввалиться любой дворянин или чиновник.
Конечно, я сообщил Герцогу Сокрушителю Демонов, что прячусь дома, и она тут же телепортировалась ко мне.
— Дорогой, что происходит? Военный инспектор? Почему ты?!
Видеть лицо Беатрис, на котором смешались грусть и растерянность, было по-своему трогательно. Её волновал сам факт моего участия в войне, а не получение титула. Приятно знать, что жизнь прожита не зря, если кто-то так за тебя беспокоится...
— Ты тоже не знала?
— Нет, правда не знала. Честно.
Я твердо покачал головой, глядя в её стремительно теплеющие, но всё ещё колючие глаза.
Хотя я и думал об участии в войне, я сам искал для этого легитимный повод. Я никак не ожидал, что Император лично впишет меня в списки экспедиционного корпуса. Кто же знал, что он навесит на меня обязанности инспектора и титул, просто чтобы заставить примкнуть к походу?
— Значит, это решение Его Величества.
Пробормотав это, Беатрис прикусила губу и погрузилась в раздумья.
Тут даже она была бессильна. Император признал угрозу Небесному мандату и, манипулируя мнением, объявил войну по «просьбе» всех чинов. В такой войне, где на кону судьба нации, герцог не может сказать: «Пожалуйста, исключите моего будущего мужа».
— Не волнуйся. Нам противостоит не Низвергатель Небес. Доргон хоть и не слаб, но он не непобедим.
Я осторожно попытался утешить её. Сто тысяч кочевников, Каган — монстр, не знавший равных в мире, Восемь жеребцов — машины войны. Даже в том безумии Империя выстояла.
Сейчас же врагов не сто, а около шестидесяти тысяч, Каган мертв, а из Жеребцов остался один лишь Доргон. Пусть мощь Империи уже не та, Север ослаб еще сильнее. Моей безопасности вряд ли что-то угрожает...
— Какая жена в мире будет спокойна, когда её муж уходит на войну?
— Прости...
Я быстро склонил голову перед её горьким упреком. Она была права, крыть мне было нечем.
Да, безопасных войн не бывает. Лучший вариант — вообще в них не лезть, а если уж шагнул туда, смерть может настигнуть в любой миг. Понятно, почему она расстроилась из-за моих попыток её успокоить.
— Тебе едва не пришлось всю жизнь ходить с этими шрамами из-за Низвергателя Небес, и как раз когда ты смог их стереть...
Её голос задрожал, и мне стало не по себе. Я старался говорить легко, потому что все мои мысли были поглощены войной, но, окажись я на её месте, я бы тоже метал икру. Даже зная, насколько сильна Беатрис, я бы места себе не находил, скажи она, что уходит на фронт.
И вот, в этой неразрешимой дилемме — когда нельзя ни отвергнуть приказ, ни проводить с улыбкой — повисла неловкая тишина.
— Господин, вы здесь?
Тишину прервал голос дворецкого, сопровождаемый стуком в дверь.
— Дворецкий? Что такое?
Я затревожился. Я просил не беспокоить меня, и мой верный приказам дворецкий пришел в комнату лишь потому, что случилось нечто действительно серьезное.
— Прибыл граф Тейлглехен.
— Ах.
Вот это и впрямь серьезно.
— Граф сказал, что может зайти позже, если вы заняты—
— Проводи его в приёмную. Я сейчас буду.
— Слушаюсь.
Когда шаги дворецкого стихли, я тяжело вздохнул.
При всей моей тяге к уединению, отказывать отцу — Главе семьи — было бы некрасиво. К тому же, пока я отсиживался в особняке, Глава семьи мог получить какие-то инструкции от Императора. Встреча не помешает.
— Беатрис, пойдешь со мной?
— ...Нет, сейчас лучше сходи один.
Подумав, Беатрис мягко покачала головой. Отец наверняка пришел сейчас не как мой родитель или её свекор, а как Имперский граф, служащий дланью монарха.
Войдя в приёмную, я увидел, как дворецкий ставит чашку чая перед Главой семьи.
— Пришёл.
Глава семьи, заметив мое появление, поприветствовал меня своим обычным безучастным тоном. Впрочем, не уверен, что это можно назвать приветствием.
— Прошу прощения за задержку.
— Не за что. Я и сам только сел.
Отец продолжал говорить голосом, в котором не было ни теплоты, ни жесткости. Когда я сел напротив, дворецкий поспешно поклонился и исчез.
— Поздравляю. Теперь ты настоящий титулованный дворянин.
Отец заговорил о титуле сразу же.
Я даже обрадовался. Если он поднял эту тему, значит, принес вести, услышанные от Императора.
— Я польщен столь великой милостью.
— Его Величество пожаловал титул, сочтя это уместным, так что не стоит считать это «чрезмерным».
Когда я из вежливости проявил смирение, Глава семьи твердо покачал головой.
Неожиданно. Я думал, он скажет что-то вроде «отплати Его Величеству еще большей верностью» или «не задирай нос и трудись усерднее». А может, называть титул графа чрезмерным означало бы поставить под сомнение решение Императора, поэтому он настаивает на его «уместности»? Резонно.
— Но верни его. Можешь сказать, что был слишком потрясен в конференц-зале и не смог возразить вовремя.
— Прошу прощения?
Опешив от внезапного заявления, я переспросил, и Глава семьи взглянул на меня так, будто искренне не понимал моей реакции.
— Неужели в тебе проснулась жажда власти и титулов?
— Нет, нисколько.
С чего бы им проснуться? Мне и так гарантирован статус Имперского графа и земли в столичном регионе, а за плечами — пост Директора Инспекции. Как бы ни был престижен этот титул графа Виридии с наследным правом и землей, честно говоря, мне от него ни горячо, ни холодно.
— Тогда верни. Скажи, что из скромности не можешь принять, что тронут доверием, но не смеешь принять титул из-за горечи от осознания того, что не сможешь его оправдать. Тогда Его Величество снимет и обязанности военного инспектора.
«А-а-а».
Только тогда я понял истинный мотив отца. Он тоже не хочет, чтобы я шел на войну.
— Глава семьи. Хоть этот титул и большая честь для меня, как дворянин Империи я обязан служить трону и государству—
— Ты уже отдал долг служения в полной мере. Никто не вправе требовать от тебя новой жертвы.
Тело окаменело. Слова отца вовсе не были тем, что должен говорить Имперский граф, «верный пес» монарха. Человек, считающий бесконечную преданность и самоотверженность добродетелями, заявил, что больше жертвовать собой не нужно. Причем сказал это своему наследнику.
— ...По крайней мере, я так считаю.
На это мне нечего было ответить.
http://tl.rulate.ru/book/90306/21706777
Готово:
