Глава 7: Поступление в Академию (2)
В то время как Карл находился на грани вынужденного «подтверждения» своего рациона — спасибо сочетанию поездки в карете после долгого перерыва и бездонным рытвинам на дорогах, — проректор, не ведая о его бедственном положении, в холодном поту вел инспектора за собой. Примерно в это же время, когда взошло утреннее солнце, настал час, когда студенты один за другим начали просыпаться, чтобы отправиться в Академию.
Снаружи толпы людей уже открывали лавки или спешили по своим делам, внутри же — студенты готовились к занятиям. В бескрайней Академии начался новый день.
Солнечный свет, пробивающийся сквозь занавески, коснулся лица юной девушки. Считая это досадной помехой, она покрутила головой туда-сюда, но в конце концов сдалась и открыла глаза. Это солнце было ничем иным, как будильником, возвещавшим, что пора вставать.
Девушка, уютно укутанная в белое одеяло, разок перевернулась, высвобождаясь из кокона, и вдруг вздрогнула от прикосновения холодного воздуха. Стояла середина марта, прошло около десяти дней после церемонии поступления, и этим утром погода еще не успела окончательно прогреться.
— Ха-а-а-а-а~
Возможно, внезапный озноб окончательно разбудил её, так как девушка осторожно приняла сидячее положение и потянулась. До занятий оставалось еще много времени, но если двигаться слишком неторопливо, оно проскользнет сквозь пальцы в одно мгновение.
За последние десять дней она уже дважды едва не опоздала, так что следовало проявлять больше осторожности. Быстро, но тщательно закончив приготовления, девушка наконец оценила свое отражение в зеркале туалетного столика, удовлетворительно кивнула и поднялась с места.
— Давай и сегодня постараемся на славу!
Девушка обладала таким внутренним сиянием, что окружающим было трудно смотреть на нее прямо и еще труднее — решиться подойти. Этого сияния в ней было в избытке.
— Хм-хм, хм~♪
Напевая под нос нечто, что не совсем походило на мелодию, но на чем она сама бы непременно настояла, девушка легко зашагала вперед. Её длинные розовые волосы колыхались при каждом шаге, точно лепестки вишни, осыпающиеся не по сезону рано. Её сверкающие глаза сияли чистой, безоблачной лазурью, словно в них уместилось всё небо.
Прохожие, оборачивающиеся на таинственные звуки, понимающе кивали и убеждали себя, что слышат стройный мотив. В конце концов, милое личико — лучшая аранжировка для любой мелодии.
— Луиза!
На голос, окликнувший напевающую розоволосую девушку, Луиза обернулась и, увидев звавшую её, расплылась в лучезарной улыбке.
— Ирина!
Луиза бросилась к Ирине и взяла её под руку с таким восторгом, будто лучшие подруги воссоединились после долгой разлуки. Конечно, расстались они совсем недавно — еще вчера вечером вместе ужинали. Тем не менее, как только две лучшие подруги объединили силы, их скорость передвижения упала вдвое, а их компания начала лишь разрастаться.
Всякий раз, когда кто-то из проходящих мимо окликал Луизу, она радостно приветствовала их и присоединяла к группе. И пошло-поехало: скорость упала до трети, до четверти, до одной пятой. Скорость движения Луизы снизилась так, словно она пробиралась через поле с наложенными друг на друга дебаффами на замедление. Но что с того? Ни один из пяти человек, страдающих от группового снижения скорости, не жаловался. Ради дружбы... разве не стоило рискнуть даже опозданием?
— Такими темпами вы опоздаете. Разве вчера вы не прибежали под самый звонок?
И всё же у Луизы был защитник, пытавшийся уберечь её от прокрастинации, благодаря чему ей до сих пор удавалось избегать выговоров.
— О, Эрих! Доброе утро!
— Ага. Доброе.
Эрих, окликнувший Луизу, ответил на её приветствие едва заметной улыбкой. Когда он естественно приблизился к Луизе, Ирина, стоявшая ближе всех, плавно уступила место. Хотя юноша и почувствовал легкое смущение от такой тактичности, он не выказал намерения отказываться и занял место рядом с Луизой.
Наблюдая за этим вблизи, Ирина и три другие девушки перешептывались между собой, хихикая. В конце концов, собственные амурные дела могут быть полем яростной битвы, но созерцание чужой личной жизни — занятие столь же увлекательное, как наблюдение за пожаром на другом берегу реки. К сожалению, это всё еще был лишь односторонний интерес, а не полноценный роман, но, возможно, от этого зрелище становилось только интереснее.
Эриху придется изрядно попотеть, чтобы превратить этот интерес во взаимность, но сторонним наблюдателям об этом беспокоиться не стоило. Заинтересованная сторона разберется сама.
Так их группа выросла до шести человек. Впрочем, Эрих, возможно, обладал баффом к скорости передвижения, так как теперь они пошли быстрее. То, что частота разговоров при этом не снизилась, а наоборот, возросла, само по себе можно было считать талантом.
— Эрих, у тебя седой волос.
— Мне такие штуки по возрасту еще не положены.
— Шучу. На самом деле это просто нитка.
Луиза выхватила одну белую нить, отчетливо выделявшуюся на фоне черных волос Эриха, и, смеясь, пустила её по ветру. Чтобы спасти остатки достоинства Эриха, чье лицо начало постепенно заливаться краской, Ирина отвела взгляд. Глядя на нитку, дрейфующую на ветру, она склонила голову набок.
— Кто это там?
При её словах внимание всех сосредоточилось на Ирине, а затем последовало за её взглядом к незнакомцу.
— И правда? Не студент и на преподавателя не похож.
— Странно. Посторонний?
— Разве посторонним разрешен вход в такое время?
На человеке не было формы — значит, не студент. Синий плащ отсутствовал — значит, не из преподавателей. Как только вопросы начали множиться, Эрих, едва утихомирив пылающее лицо, тоже посмотрел в ту сторону.
— А?..
Эрих прищурился, вглядываясь в даль — как раз на то расстояние, где едва можно различить черты лица, — и, узнав таинственного незнакомца, издал звук, полный недоумения. Тот человек, видимо, тоже узнал Эриха, так как целенаправленно зашагал к ним.
— Эрих. Ты его знаешь?
Раз они узнали друг друга, Луиза спросила Эриха. В конце концов, Эрих отреагировал так, будто знаком с этим человеком, а тот начал приближаться сразу, как только увидел Эриха.
Несмотря на вопрос Луизы, Эрих не смог ответить. Это определенно был тот самый человек, которого он знал, и в то же время — тот, кто никак не должен был здесь находиться. Человек, вечно жалующийся на нехватку времени даже на то, чтобы заглянуть домой, — как он мог оказаться в этой далекой Академии? Шок от встречи с тем, кого не должно быть здесь, в месте, где его быть не может, прошел не сразу.
Тем временем таинственный гость подошел к ним вплотную, остановился и заговорил, глядя на Эриха.
— Давненько не виделись. Ты как, в порядке?
......
Мне удалось отыскать туалет в самый последний момент — еще секунда, и я бы подтвердил худшие опасения прилюдно. По крайней мере, после того как я избавился от лишнего груза, на душе стало гораздо спокойнее. Серьезно, я никогда не слышал, чтобы меня называли хилым, так почему это происходит?
В последнее время я подолгу засиживался в кабинете, а значит, вечность не видел солнечного света. Кроме того, я сто лет не ездил в экипажах, а дороги оказались абсолютным дерьмом, и тряска усугублялась скоростью. В таком состоянии мне всё равно приходилось есть, так что я пичкал себя едой, даже когда желудок протестовал.
М-да, причин более чем достаточно.
Закончив самоанализ, я вышел из главного корпуса и осмотрел территорию Академии. Нравится мне это или нет... нет, я это просто ненавижу, но следующие несколько месяцев мне придется торчать в этой Академии. Размеры заведения внушают, так что мне нужно выучить планировку.
Насколько же жалко я буду выглядеть, если заблужусь в критический момент, когда мне срочно нужно будет куда-то попасть? Весть наверняка дойдет до Министра, и меня высмеют прилюдно. «Директор Департамента инспекции, который не может найти дорогу». Одна лишь мысль об этом бесит так, будто я услышал это наяву.
Проведя рукой по волосам, я двинулся к зданию, которое казалось ближайшим к главному корпусу. Если воображать такое обидно, то услышать будет еще хуже. Не желая терпеть подобное будущее, я хотел выучить план местности как можно скорее. Было бы идеально, если бы мои блуждания не совпали с часом прибытия студентов.
«И что делать?»
Я слышу, как проходящие мимо студенты шепчутся. Что ж, такая реакция естественна, когда внезапно появляется посторонний. В конце концов, я решил вернуться к главному корпусу и переждать там время наплыва студентов, и именно в этот момент я стал свидетелем впечатляющего зрелища.
«Что это за скопление?»
Пока другие перемещались группами максимум по двое-трое, здесь шествовала целая толпа из шести человек. Гендерное соотношение к тому же было катастрофически перекошено. Один к пяти — не знаю, что за парень, но впечатляет...
«Погодите-ка, это же мой младший братец».
Проклятый оболтус. Пока его старший брат страдает, младший с легкостью наслаждается тем, что было делом всей жизни старшего, да еще и по свиданиям шастает. Наглее начальника второго отдела. Эрих тоже наверняка меня узнал, так как его лицо застыло. Отлично, пойдем устроим ему встряску.
Заметно прибавив шагу, я направился к Эриху. Чем ближе я подходил, тем сильнее, казалось, дрожали его зрачки. Он почему-то всегда тушевался передо мной. Не то чтобы я когда-то его обижал.
— Давненько не виделись. Ты как, в порядке?
— Э... ага. А ты как, брат?
— Как обычно.
Слова «у меня не всё в порядке» едва не сорвались с языка, но, так как рядом было слишком много лишних ушей, я решил оставить их при себе. Будет неловко жаловаться на тяжкую долю чиновника перед студентами, которых я вижу впервые.
Когда я перевел взгляд на собравшуюся компанию, те неловко склонили головы в знак приветствия. Они наверняка поняли из нашего разговора, что я — старший брат их друга. Но одна особа выделялась — та, кто вовсе не выглядела смущенной.
— Здравствуйте! Вы — брат Эриха?
Появилась подружка, полная неисчерпаемой энергии — чересчур восторженная для простого вежливого приветствия. Будь это манга, рядом с её глазами наверняка нарисовали бы сверкающие искры.
Голубые глаза, розовые волосы, море энергии. Тип, который будет заметен везде.
— ...
— ...?
Но почему она кажется мне странно знакомой, хотя я вижу её впервые?
Я уставился на «Розоволосую», выскочившую вперед, со странным чувством дежавю. Розовый... голубой... что-то вертится в голове, но образ ускользает. Может, видел её фото в каком-то досье на работе?
— Всё верно. Я Карл Красиус. А ты — подруга Эриха?
Если кто-то представляется первым, правила хорошего тона требуют ответить тем же. Если не можешь вспомнить, кто это, достаточно услышать имя. По крайней мере, фамилия даст зацепку, где я мог её видеть.
— Да, я подруга Эриха, Луиза. Луиза Найерд!
— Понял.
«Нихрена я не понял».
Мое тело вежливо кивнуло, но разум перешел в аварийный режим.
Имя всколыхнуло память. Луиза из баронства Найерд. Розовые волосы и голубые глаза. Человек-капибара, заманивающий людей, точно Гамельнский крысолов. Или скорее — кошачья мята в человеческом обличье? Девушка с сеттингом «всеобщая любимица» из-за своей внешности и характера.
«Она протагонист».
Я покосился на Эриха. Его тело одеревенело от напряжения, однако взгляд то и дело соскальзывал к Луизе. А эти едва покрасневшие щеки... Проклятье.
— Так их было не четыре, а пять...
— Простите?
— Ничего. Забудьте.
То, что я хотел оставить при себе, сорвалось с языка. Ну, оно и не мудрено.
Мой взгляд, наполненный тихой печалью, снова вернулся к Эриху. Он вздрогнул под моим пристальным взором, но я не мог заставить себя отвернуться.
«Бедный ублюдок. Ты же здесь самый слабый».
Один имперский принц, двое принцев из-за рубежа, один ведущий Кандидат в Святые. Разница в статусе имелась, да, но внутри Академии они могли по крайней мере конкурировать на относительно равных началах. Но впихнуть в эту линейку второго сына имперского графа? Да уж, тяжко тебе придется.
Я сочувственно похлопал Эриха по плечу. Жест утешения младшему брату, чье поражение было предрешено еще до того, как он дополз до стартовой линии.
В мой первый день службы в Академии я встретил главную героиню этой истории. И не просто так, а в качестве подруги своего брата.
Подруги, которая, судя по всем признакам, прямым курсом вела его к финалу «давай останемся просто друзьями».
http://tl.rulate.ru/book/90306/13655136
Готово:
