Договорившись обо всем с Дуань Е, Цзян Юймо улыбнулась Нин Чжиюй.
— Так удачно совпало, что они с Чжоу Цзи скоро придут к нам, так что мы все проясним, чтобы никто не сошел с ума из-за ревности.
— Не беспокойся о нем, — вздохнув, произнесла Нин Чжиюй.
Чжоу Цзи стал постоянной причиной ее головных болей. Как в мире мог существовать такой человек?..
— Но ведь недоразумение было вызвано мной, — возразила Цзян Юймо и взглянула на Нин Чжиюй. — Я могла бы быть другой. Когда в романах происходят недопонимания между главной героиней и другим персонажем, мне жутко хочется, чтобы они разрешились в ту же секунду. Я думаю, что задохнулась бы, если бы знала правду, но не могла произнести ее вслух.
Нин Чжиюй рассмеялась:
— Я не главная героиня.
— Как раз наоборот! — воскликнула Цзян Юймо. — Ты — главная героиня. И даже если Чжоу Цзи не твой главный герой, я хочу, чтобы все тебя правильно понимали. Кроме того, в последнее время он неплохо себя ведет. Мы знаем, что происходит, но, скрывая это от него и ничего не рассказывая, заставляем его чувствовать себя подавленным и несчастным. Мне его даже жалко немного.
Любопытно, что Цзян Юймо в этот период была полностью сосредоточена на экзамене по искусству и не обращала внимания на развитие отношений между подругой и Чжоу Цзи. Она быстро протиснулась мимо Нин Чжиюй и легонько толкнула ее в плечо, понизив голос, чтобы спросить:
— Я вижу, что он, кажется, очень серьезно относится к тебе. А ты к нему? Ты… испытываешь к Чжоу Цзи какие-нибудь чувства?
Нин Чжиюй несколько секунд молчала с выражением страдания на лице. Да и тон ее голоса выдавал бессилие девушки перед этой проблемой:
— Он такой надоедливый!
Цзян Юймо уловила намек на «я никак не могу справиться с этим чертовым человеком» в этой фразе и расхохоталась. Она действительно заслуживала быть лучшей подругой Янь Цин; та явно оказала на нее влияние.
— Почему ты смеешься? — жалобно спросила Нин Чжиюй.
— Я смеюсь, потому что... — Цзян Юймо прервалась и снова толкнула ее. — Противоположности притягиваются. Вы уравновешиваете друг друга. Он раздражает тебя, но ты ничего не можешь с этим поделать, верно? Ты жалеешь об этом? Жалеешь, что оставила его в покое, думая, что ему это наскучит и он сдастся?
Нин Чжиюй не знала, жалеет она об этом или нет. Она могла только молчать, опустив голову, и тихонько вздыхать.
Что за ерунда...
— Что ж, у меня есть к тебе вопрос, — вновь заговорила Цзян Юймо. — Если не захочешь отвечать, то так и скажи.
— Что за вопрос?
— Тебе все еще нравится Е Вэньсюй? — Цзян Юймо было неловко спрашивать о таком. Хотя она и не думала, что у [Путешественника] были какие-либо романтические намерения по отношению к ней, Нин Чжиюй действительно говорила ей раньше о своих чувствах к нему…
Но подруга уверенно покачала головой.
— Хотя, возможно, это ничего не изменит, я все равно хочу подчеркнуть, что он мне не нравится, я просто испытывала к нему некоторую привязанность. И эта привязанность давно прошла, — объяснила Нин Чжиюй, ощущая где-то в глубине души чувство потери. — Как только я узнала, что он нравится «ей», все исчезло. Думая об этом, кажется… говорить, что другие подростки незрелые и поверхностные, неправильно, потому что я такая же.
Цзян Юймо сразу же полегчало.
— Хорошо, что он тебе больше не нравится и что твоя привязанность к нему прошла.
Она подумала об оригинальном сюжете, потом — о нынешних Чжоу Цзи и Нин Чжиюй. Ее охватило странное чувство, которое сложно было осознать до конца. Раньше Цзян Юймо никак не могла взять в толк, почему Нин Чжиюй влюбилась в кого-то, настолько не похожего на нее. Но со временем к ней пришло смутное понимание.
Нин Чжиюй, которая была покинута, когда ее чувства только начали расцветать, привлек человек, который был готов никогда не сдаваться. И такой человек, никогда не отказавшийся бы от нее, независимо от обстоятельств, мог по-настоящему ее тронуть. И в любви, и в дружбе для Нин Чжиюй не существовало другого варианта.
— Главная героиня… — Цзян Юймо игриво ущипнула Нин Чжиюй за руку, но потом снова посерьезнела: — Я нагадала тебе, чтобы в будущем у тебя был баланс между карьерой, любовью и дружбой.
Нин Чжиюй усмехнулась:
— Ты несешь чушь. С каких это пор ты стала гадалкой?
— Я серьезно, — твердо произнесла Цзян Юймо.
Нин Чжиюй пристально на нее посмотрела, а потом сказала:
— Хорошо. Тогда я приму твои добрые слова.
***
Зимой труднее всего было поймать такси ночью.
Чжоу Цзи молча шел за Дуань Е, несмотря на холодный ветер, уже почти двадцать минут, прежде чем они наконец увидели свободную машину.
Оказавшись позже у жилого комплекса, в котором находился дом Цзян Юймо, Дуань Е отправил ей сообщение.
Чжоу Цзи не особо заботился о своем внешнем виде. Он надел шапку и застегнул до самого верха пуховик. Но, оказавшись около нужного здания, вдруг вздрогнул, расстегнул молнию и неосознанно провел рукой по волосам. Дуань Е взглянул на него и почувствовал облегчение. Обида и плохое настроение испарились, стоило только наметиться встрече с Нин Чжиюй. Что же касается объяснений… есть они или нет, это не имеет значения.
Он всегда находил веские причины для человека, который ему нравится, независимо от того, насколько нелепыми они могли показаться другим.
Пока она все еще заботится о нем, пока она звонит ему, он отложит все в сторону и приедет.
Цзян Юймо и Нин Чжиюй тайком спустились вниз.
Обе девушки были укутаны в одежду с ног до головы, и когда они появились в поле зрения парней, глаза Дуань Е и Чжоу Цзи одновременно заблестели.
— Ух ты, как холодно! — Цзян Юймо полезла в карман и достала ключи от отцовской машины; в ее взгляде читалось озорство. — К счастью, я поступила по-умному. Давайте сядем в машину и поговорим в тепле.
— Отлично.
Дуань Е забрал у нее рюкзак. Он даже не спросил, почему девушка взяла его с собой, да еще и такой тяжелый.
Все последовали за Цзян Юймо и направились к парковке. Там она открыла машину и принялась командовать:
— Дуань Е и я сядем сзади. Вы, ребята, занимайте передние сиденья.
Нин Чжиюй быстро посмотрела на подругу, но все-таки села на пассажирское. Чжоу Цзи, все такой же насупленный, обошел машину и забрался внутрь с другой стороны, на водительское место.
Когда все устроились, в салоне было еще немного прохладно, но все лучше, чем стоять на холодном ветру. Цзян Юймо слегка кашлянула, расстегнула молнию на рюкзаке и достала оттуда термос и четыре одноразовых бумажных стаканчика.
— Я принесла нам горячую воду, чтобы согреться.
Затем она достала еще две плитки шоколада, пакетик дынных семечек и горсть вяленой говядины.
— Сегодня я рискнула своей жизнью, чтобы сопровождать вас, господа, — усмехнувшись, произнесла девушка. — Уже поздно, но мы все равно можем немного перекусить, — говоря это, она открыла первую шоколадку и аккуратно разломила ее на две части, передав одну Дуань Е. — Наверное, твердая. Бери, и воду тоже. Не будем мерзнуть.
Дуань Е открыл рот и откусил немного шоколада.
В отличие от них, парочка спереди хранила молчание.
Нин Чжиюй и так не отличалась разговорчивостью, а сейчас и вовсе словно играла в молчанку. Гнев Чжоу Цзи утих, но он задавался вопросом, не будет ли с его стороны трусостью заговорить в этот момент.
Цзян Юймо понимала, что так дело не сдвинется с мертвой точки.
Что не так с Чжоу Цзи? Он потерял голос? Просто отлично!
Что ж, тогда надо брать все в свои руки. Девушка прочистила горло и заговорила:
— Тогда позвольте мне начать. Причина, по которой мы все собрались здесь сегодня вечером, в какой-то степени связана с каждым из нас. Во-первых, Дуань Е... — она повернула к нему голову. — Я хотела сказать тебе это по телефону. Я уже знаю, кто мой онлайн-друг, и ты его тоже знаешь. Это Е Вэньсюй из первой школы. Мир и правда тесен, не так ли?
http://tl.rulate.ru/book/90175/3489565
Готово:
