Глава 102: Критический удар глупого кролика Сан Чэня
– Ваши сестры видели это собственными глазами? – неторопливо спросила Жань Янь.
Хуань Кун на мгновение застыла:
– Не знаю.
– Ты даже не знаешь этого, но уверена, что то, что они сказали, должно быть правдой? – Посмертное вскрытие – серьезное дело. Жань Янь нравилось ощущение возбуждения от поиска скрытой причины смерти, но она не могла просто осматривать случайные трупы. Нужно поберечь себя.
Помогать Лю Пин Жану стоило потому, что он был полезен, а прибыли и убытки должны учитываться. Она хотела позаимствовать силу этой горы, поэтому иногда приходилось жертвовать частью репутации. Династия Тан была не той династией, которая рассматривала репутацию женщин равной жизни. «Брошенные жены», «ревнивые женщины» или даже «шлюхи», разве все они еще не были живы и здоровы? Никто не топил их в свиных клетках, только чтобы следовать давлению внешнего общественного мнения.
Что касается этой маленькой монахини, Жань Янь не была бодхисатвой, и не могла все держать под контролем.
– Монахини не говорят лжи, мастер всегда учила нас этому, – маленькая монахиня явно верила в своих старших сестер, поэтому упорно считала, что все сказанное ими было правдой.
– У тебя действительно есть корень мудрости? – со слабым выражением лица Жань Янь слегка приподняла брови, но все могли видеть ее сомнения.
Хуань Кун надула щеки, а пара ее круглых глаз уставилась на Жань Янь:
– Конечно, если вы мне не верите, спросите моего мастера.
– Будда сказал, что все живые существа, независимо от того, насколько они обижены, должны читать больше сутр, и просить Будду выйти за пределы сущего? Ты даже не понимаешь простых истин, и не можешь отпустить обиды, думаю, что твой мастер считала тебя слишком глупой, поэтому из-за сострадательного сердца сказала это, чтобы утешить тебя, – Жань Янь медленно произнесла эти слова и, взглянув на Хуань Кун, повернулась к Ван Лу, стоящей на дороге: – Пошли.
– Мастер не лгала мне, – Хуань Кун думала, что то, что сказала Жань Янь, было разумным, но она очень хотела получить помощь Жань Янь, из-за чего ее мысли были в беспорядке, но все же упрямо настаивала на своем.
– О, может и так, – Жань Янь сделала паузу и повернулась, чтобы бросить взгляд на Хуань Кун, будто она вообще не говорила того, что сказала ранее. – Если ты можешь все понять, возможно, твой мастер никогда не лгала тебе.
Жань Янь была права в том, что Хуань Кун была очень обеспокоена вопросом «корня мудрости», увидев ее упрямство, она и использовала радикальный метод, чтобы сыграть с той небольшую шутку.
Фактически, Жань Янь знала, что Хуань Кун следила за ней пять раз и то, что она попросила было ничем иным, как посмертным вскрытием, и это был труп того, кого она очень высоко ценила. Но теперь когда Хуань Кун скрылась в пустых воротах, Жань Янь все же заметила, что ее ум был чист, не страдал от любви или ненависти.
Однако существовало несколько вещей, очень удобных для убийства. Даже если убийца был наказан больше всех, он должен быть очень счастлив в это время, но после инцидента, каждый раз, когда он думал об этом, у него было разбито сердце.
Поэтому Жань Янь не заботясь о криках Хуань Кун, повела Ван Лу обратно во двор.
Ван Лу посмотрела на Жань Янь и по-новому в своем сердце увидела свою мисс. Она не ожидала, что та поведет себя столь жестоко, а вовсе не неуверенно.
Когда они прибыли во двор, Жань Янь попросила Ван Лу выяснить:
– Узнай, кто посадил цветочную клумбу за домом.
Цветочная клумба была очень большой, она занимала более половины склона, и в отличие от росших в дикой природе цветов она выглядела чистой и ухоженной.
Ван Лу кивнула и тут же развернулась, но Жань Янь окликнула:
– Вернись, не надо спрашивать.
Ван Лу вернулась, но почувствовала себя немного странно, хотя это все было пустяком. Неужели так трудно решить?
Как говорится, не имеет значения, висите ли вы высоко или низко, лучше меньше дергаться или меньше привлекать внимание. Жань Янь решила наблюдать за огнем с другой стороны: если губернатор провинции Лю сам попросит ее помочь, она не откажет ему, но почему она должна проявлять инициативу?
Жань Янь всегда умела себя контролировать. Она сказала, что не будет вмешиваться, и она не станет вмешиваться. В течение следующих нескольких дней она время от времени будет думать о преступлении, попивая чаек, и наслаждаться пейзажем, анализируя шрамы на трупе один за другим, но делать это просто для развлечения.
Вот так она и отложила этот вопрос. Жань Янь только читала книги, изучала лекарскую науку традиционной китайской медицины и копировала священные писания. В этот период Син Нян заставляла ее изучать шахматы, заваривание чая, вышивку и сочинение стихов.
Жань Янь не могла так элегантно и артистично заваривать чай как она. После уроков Син Нян ее приготовление чая было едва проходимым, поза всегда жесткой, хотя Жань Янь была каждый раз сосредоточена. Когда она из-за чего-то чувствовала себя напряженной, и все тело источало ауру отторжения, и это было ужасно, поэтому Син Нян запретила ей готовить чай, особенно перед будущим мужем. Точно нет.
Затем настала очередь вышивки, которая была отличным навыком изначальной владелицы. Жань Янь унаследовала ее способности. Вышивка не была проблемой, но Син Нян чувствовала себя странно видя ее позу. Цветок орхидеи относился к медленной и долгой вышивке, лучше всего отражающий мягкость и красоту женщины. В результате Жань Янь сделала все невероятно быстро. Это мало чем отличалось от обычных швов на трупе. К счастью, Син Нян и прочие никогда не видели, как Жань Янь зашивает тело.
Поэзия, фу... самым слабым местом Жань Янь в сочинении стихов было то, что вышивка – была остаточным инстинктом тела, тогда как для сочинения стихов требовалось использовать мозги, душа изменила индивидуальность, и таланта изначальной владелицы не осталось ни капли. Жань Янь ломала себе голову, чесала живот и голову, размышляя обо всех древних стихах, которые она помнила, складывая обрывки фраз в предложения, ломая при этом все десять пальцев.
В конце Син Нян только красноречиво сказала:
– Моя мисс, хорошо знает иероглифы и достаточно разумна.
Единственное, что Жань Янь могла хорошо делать, и что ей нравилось – игра в шахматы, но Син Нян считала, что это умение было на самом деле необязательным.
Син Нян подбрасывала Жань Янь все новые идеи, Жань Янь же начала подвергать этим пыткам служанок.
В дни, когда Жань Янь в течение еще половины месяца подвергали все новым и новым пыткам, Жань Юнь Шэн тайно посещал ее четыре-пять раз, всегда с легкой усталостью на лице. Жань Янь никогда не спрашивал его о браке, только потому, что тайно отправила кое-кого, чтобы все разузнать.
Жань Юнь Шэн был не очень добрым человеком, поэтому брак семей Жань и Ци обсуждался, но никогда не достигал решения.
Приближался фестиваль середины осени, а Жань Янь уже в течение довольно долгого времени жила в храме. Из-за ее исчезновения, слухи о ней постепенно сменились другими сплетнями. Самыми последними и самыми популярными были о том, что возле храма Юнь Цун произошло убийство.
В течение полумесяца были обнаружены еще два мужских трупа, но Лю Пин Жан, не позволил Жань Янь осматривать их, она только слышала, что эти двое были убиты сразу после того, как «кончили свое дело». Аналогичными были букет и пряди волос.
Это дело не только вызывало беспокойство у Лю Пин Жана. Некоторые люди в столице выдвинули против него обвинение, в недостаточном контроле, что привело к крупным инцидентам в городе Сучжоу. Вдруг, в Чанъане и везде на пути к Цзяннаню и Хуайнаню начались волнения, повсюду ходило много споров и слухов, ответственность возлагали даже на богов и призраков.
Это ставило под вопрос личные способности Лю Пин Жана в управлении провинцией, а не в проблеме нерешенности дела. Поэтому она была рада происходящему и, взяв нескольких слуг, отправлялась собирать всевозможные травы в горах.
После обеда в тот день Жань Янь, как обычно, сидела на веранде, и играла в шахматы с Гэ Лань.
Шахматная игра Жань Янь была обычной, но очень дотошной шаг за шагом, хорошие наступление и защита в которых трудно было найти недостатки. Однако шахматная игра Гэ Лань была хитрой и скрытной, с опасными ходами, повторяющимися неожиданными атаками, уровень обоих был вполне сопоставим, каждый раз, когда они сражались друг с другом, большинство игр заканчивались ничьей.
– Мисс, Десятый молодой мастер прибыл.
В начале партии игра все еще была ровной и стабильной, и это была все еще ситуация взаимных проб и создания заделов. Шепот Ван Лу прервал игру между ними.
Жань Янь подняла голову и уже собиралась ответить, но увидев, что Жань Юнь Шэн стоит во дворе и с улыбкой смотрит на нее, удивилась:
– Уже так поздно, как Десятый брат вошел?
– Ах'Янь забыла, никто не может сравнится в способности Десятого брата забираться на стены, – Жань Юнь Шэн подойдя, посмотрел на ситуацию на шахматной доске, не зацикливаясь на ней.
– Окрестности не очень безопасны. Преступник специализируется на убийстве молодых мастеров. Я очень беспокоюсь о Десятом брате, – Жань Янь не участвовала в этом деле, но слышала, что несколько убитых молодых мастеров были довольно красивы и посмотрев на Жань Юнь Шэна, она чувствовала себя очень настороженной.
– Я здесь ради хороших новостей, – брови и глаза Жань Юнь Шэна были полны улыбок. – Изначально это было запланировано на завтра, но я не смог не сказать тебе.
Жань Янь слегка приподняла уголки губ и улыбнулась.
– Брак Десятого брата и семьи Ци только что отменили?
Жань Юнь Шэн щелкнул ее по гладкому лбу и сказал:
– Я уже говорил, что ты должна продолжать делать вид, что ничего не знаешь. Этот вопрос будет отложен на несколько дней. Все будет улажено после того, как отметив фестиваль середины осени, я вернусь в Чанъань со своим отцом. Это простой факт. Старейшинам изначально было трудно согласиться на этот брак.
После напоминания Жань Юнь Шэна Жань Янь поняла, что Жань Пин Юй был большой золотой горой, и вся семья Жань держалась на нем. У Жань Пин Юя был единственный сын – Жань Юнь Шэн. В будущем семейнное дело окажется в его руках, если семья будущей супруги окажется сильным кланом, Жань Юнь Шэна станет не так легко контролировать, и старейшины клана Жань не могли сидеть сложа руки и игнорировать это. Поэтому женой Жань Юнь Шэна не должна была стать девушка из влиятельной семьи.
После того, как Жань Янь поняла это, она ощутила и грусть и счастье.
– Господин Сан действительно не разочаровал меня, – брови и глаза Жань Юнь Шэна снова наполнились улыбками, очевидно, он был очень счастлив.
У Жань Янь возникло плохое предчувствие, каждый раз, когда она вступала в контакт с глупым кроликом, не могло случиться ничего хорошего.
Конечно же, только она закончила думать об этом, Жань Юнь Шэн дал ей мощный душевный толчок:
– Господин Суй Юань попросил у дяди твоей руки.
Эта новость обрушилась слишком резко, слишком неожиданно, слишком шокирующе. Внешне Жань Янь была невероятно спокойна и не изменила выражения лица, но внутренне была так потрясена, что почти рухнула на пол. Даже Ван Лу на мгновение оторопела, но быстро шагнула вперед, чтобы поддержать ее. Она повернулась и спросила Жань Юнь Шэна:
– Суй Юань? Сан Чэнь? По второму имени Суй Юань? Новый школьный учитель в деревне Чжоу? Он посмел... это же не однофамилец?
Школьный учитель, скромного происхождения осмелился пойти в большой клан, чтобы жениться на их дочери.
– Господин Сан – Шестой молодой мастер клана Цуй из Болина. Он вполне подходит чтобы жениться на Ах'Янь из нашей семьи. Это хороший брак, – Жань Юнь Шэн заколебался, когда увидел, что Жань Янь не очень счастлива. – Господин Сан очень искренний, обычным подарком для встречи, он вручил дяде чернильный камень Чэн Ни Янь...
Кровь Жань Янь внезапно прилила к голове, если бы Сан Чэнь стоял сейчас перед ними, а рядом с ней лежало десять чернильных камней Чен Ни Янь, она ей-богу хотела бы взять их один за другим, чтобы забить его насмерть.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
http://tl.rulate.ru/book/8781/1147214
Готово:
Кажется, я либо сломалась, либо изначально была не очень умной, но ничего не поняла(