Готовый перевод Super Supportive / Супер поддержка: Глава 114: Чайнер, код (1)

Лют лежал на диване (кожаный честерфилд с потертой обивкой, купить который Олдену Торну очень легко удалось уговорить во время их похода по магазинам с целью украсить комнату в общежитии) и смотрел на светильник с оленьими рогами, отделанный медью.

Если бы я переписывал историю своей жизни, подумал он, прикрепил бы я " Формирователя воды" прямо там, в школьном коридоре?

Хаоюй оживленно рассказывал Олдену обо всех традициях, связанных с выпускными значками. Он считал, что из-за шока, который испытали ученики восьмого класса, день вручения Люту стал не таким радостным, как должен был быть. Лют тогда не возражал. Ему казалось, что все было правильно, даже если поздравления сверстников были более сбивчивыми и сдержанными, чем для большинства людей.

Этот день был концом и началом. Он был не в том состоянии духа, чтобы желать большего.

-Все, что случилось потом, - сказал Лют, - заставляет меня говорить глупости. Не знаю, как сказать, чтобы вы оба не сочли меня жалким.

Может быть, стоит просто придерживаться фактов. Безжалостно.

-Я пошел к Сирилу сразу после школы. Весть о случившемся уже несколько часов распространялась по маминой половине семьи, но никто ему не позвонил. Уверен, они бы и так не позвонили, но на всякий случай я написал Джессике, когда понял, что новость уже вышла, и сказал, что хочу поговорить с ним сам. Это было трудно.

Папа, это не должно ничего изменить. Пожалуйста. Я не хочу этого.

...Мне нужно время подумать, Лют. Спасибо, что сказал мне. Спасибо. Почему бы тебе не остаться сегодня с мамой?

-Он все еще раздумывает, - сказал Лют, - хочет ли он быть моим отцом. Прошло уже полтора года. Полагаю, когда-нибудь он все же решится.

В квартире воцарилась тишина. Надеюсь, я не травмирую Хаоюя. Его родители кажутся такими нормальными и любящими. И... черт... У Олдена все умерли ужасно, так что, думаю, мне стоит быть осторожнее и не ныть о своих.

-С полудня я получал интерфейсные звонки от каждого Велраса, который когда-либо появлялся на свет, - продолжал он. -Если бы я был Системой, я бы телепортировал родителей Хейзел и Корина на дно какой-нибудь океанской впадины. Они, должно быть, стояли и скандировали: "Позвони Люту! Текст Люту! Позвони Люту!

-Я заблокировал их. Они не могли поверить, что я способен на такое. Видимо, у нас есть правило Велрасов не блокировать друг друга, потому что "А что, если в семье чрезвычайная ситуация?".

Роман написал ему сообщение как раз в тот момент, когда школа заканчивалась. Если они дадут его тебе, заставь ее заплатить.

Бабушка или Хейзел?

Да.

-Разговор с папой очень испортил мне настроение. Я так разозлился.

Не злился. Он и сам не знал, почему солгал о своих эмоциях. Злился он сейчас. В то время он был напуган.

Он стоял в лифте дома Сирила, поднимаясь и опускаясь, когда кто-то садился в кабину, и думал, не потерял ли он отца навсегда, и пытался понять, в чем дело в родстве или в том, что он получил то, чего Сирил всегда хотел для себя. Или я что-то не так сказал, когда рассказывал ему? Может быть, не те слова...

-Когда я наконец ушел, это было нелепо. Хью, Кэди и Корин стояли на улице в "Бентли". Отец Романа смотрел на них с мотоцикла. Мийо и еще несколько кузин стояли на тротуаре. В этом районе за порядком следила Настройщица, и она явно давала о себе знать, стоя перед библиотекой с выражением лица, которое говорило о том, что она готова вывернуть наизнанку нескольких Велрасов, если они что-нибудь начнут.

-Как только я вышел на улицу, они набросились на меня. Они все говорили: "Какая замечательная новость! Ты, наверное, не знаешь, но я сказала горничной сменить тебе подгузник, когда тебе было шесть месяцев, и это делает нас невероятно близкими. Теперь делай все в точности, как я говорю".

-Однако Джессика опередила их. Она прислала водителя, чтобы отвезти меня к вертолету. Хью попытался сесть со мной в машину, но я сказал ему, чтобы он шел по своим делам. Вежливо.

******

******

-Еще раз схватишь меня за руку, и я закричу о помощи, - сказал Лют, одной рукой отмахиваясь от отца Хейзел, а другой пытаясь закрыть за ним дверь машины.

-Теперь послушайте меня, молодой человек!

-Нет! Я не буду вас слушать. Вы, сумасшедшие, проделали весь этот путь из Апекса, чтобы наброситься на меня! Не суйте руку в эту машину!

-Ты просто смешон, Лют. У тебя сейчас трудный период, и тебе нужна помощь...

-Помогите! - закричал Лют, да так громко, что водитель выругался. -Я пытаюсь уйти, а этот человек мне не дает! Он не мой опекун! Я его едва знаю.

Ноги Хью ушли вверх. Кэди, которая как раз собиралась сесть на заднее сиденье машины с другой стороны, вскрикнула, когда ее мужа подняли за лодыжки в воздух. Он болтался там, хлопая руками и бормоча оправдания, пока к нему приближалась Настройщица, которой было поручено поддерживать дружеские отношения между соседями. Она засучивала рукава своей серой униформы и выглядела глубоко раздраженной.

Лют застыл на своем месте. Корин поправлял галстук, как будто наблюдатель собирался воспринимать его более серьезно, если он так поступит. Отец Романа гоготал рядом с пожарным краном. Половина кузенов выглядела испуганной, а другая половина восхищенной.

-У вас у всех какие-то проблемы? - спросила она на мандаринском. Она обратилась к Люту, вероятно, потому, что знала, что он иногда живет здесь. Он иногда видел ее в этом районе.

-Моя мама вызвала эту машину для меня. Только для меня. Эти люди пытаются сесть ко мне в нее, когда им не разрешают, - ответил Лют на том же языке.

-Мы его семья! - быстро сказал Корин по-английски. -Мы же не чужие.

-Именно так! - Хью все еще болтался в воздухе. -Мы просто пытаемся ему помочь. Он...

-В один миг стал Избранным, - сказала Настройщица, скрестив руки на груди. -Он показывает табличку с именем, а там написано "не Избранный", что означает, что он был недавно выбран. Кстати, поздравляю.

-Спасибо, - сказал Лют.

-Почему вы все считаете, что человеку, который собирается принять одно из самых важных решений в своей жизни, нужна ваша помощь для небольшой поездки на машине? -Хммм?

Она издала хмыкающий звук, сделала жест, и Хью снова оказался на ногах. Ущерб был нанесен. Люди с любопытством наблюдали за происходящим через окна квартир.

Кэди подняла воротник пальто, словно это могло скрыть ее от посторонних глаз.

-Пристегнись ремнем безопасности, - посоветовала наблюдательница Люту. -Приятного дня.

Я мог бы стать Настройщиком, подумал Лют, когда машина отъехала. Интересно, какие у нее заклинания? Возможно, это связывающие заклинания, и это просто поднимает цель с земли. Непохоже, чтобы она вмешивалась в гравитацию.

Было так много разных приемов, которые могла использовать прекрасная леди, чтобы наказать его семью. Возможно, она просто отчитывала их, но Люту нравилось представлять, как они все висят вверх ногами.

Радостная мысль была недолгой.

Папа...

Если я просто дам ему время, все будет хорошо. Ведь так? Очевидно, он ничего не подозревал. И он расстроен. Это очень тяжело.

Лют надеялся, что это не слишком страшно.

А что, если мама так же расстроена?

Она несколько раз писала ему, но все это было очень по-деловому. Да, ты можешь поехать к отцу. Я организую вертолет. За тобой приедет машина. Не принимай никаких внезапных решений. Иди прямо ко мне. У тебя все в порядке в школе?

А что, если никто из них не хочет иметь сына, который так отличается от них? Что я буду чувствовать, если один из них вдруг станет Избранным?

Он прислонился головой к окну. Ответ пришел к нему сразу же на ум: как будто они оставили меня. Как будто они ушли, чтобы присоединиться к остальным жителям Анесидоры.

Одиночество.

Чувствовала ли его мать себя так же сейчас? Посмотрит ли она на него по-другому, когда он войдет в дверь?

Если я никому из них не нужен таким, думаю, это может меня убить.

От машины до вертолета. На вертолете в "Дом Нарцисса". Немного абсурдно просто сэкономить несколько минут времени на дорогу, но, по крайней мере, Чайнеры не умеют летать. Если бы они умели, то были бы здесь, пытаясь вытащить его из вертолета.

Семья Хейзел очень хотела, чтобы я прикрепился до возвращения бабушки с Трипланет. Они беспокоятся за её положение больше, чем говорят.

И отец Романа был там, чтобы сказать ему, что нельзя прикрепляться до возвращения Аулии.

Никто из них даже не спросил его, какой класс ему нужен. Корин просто начал выкрикивать названия вещей, которые он мог быстро достать.

Лют смотрел, как под ним проплывают город и море.

Он то и дело проверял свой телефон и интерфейс на наличие сообщений, надеясь увидеть хоть одно от Сирила с просьбой не беспокоиться. Или достаточно будет одного эмодзи. Даже не сердечко, а просто большой палец вверх. Подмигивание.

Вертолет приземлился, и Лют направился к задней части дома, перекинув пальто через руку и испытывая чувство, близкое к ужасу, от которого сводило желудок.

Мама не будет против. Обязательно. Она даст совет и поможет мне разобраться во всем этом. Возможно, она сейчас работает в бабушкином офисе. Я пойду к ней и расскажу все...

Раздвижная дверь, ведущая из солярия на открытую кухню, открылась, и в ней появилась Джессика Велрас. На ней был темно-зеленый свитер, который Лют купил ей на День матери, и джинсы. На ногах у нее были уродливые сандалии, которые она очень любила, но надевала только тогда, когда у них вряд ли были гости. Ее белые светлые волосы были заплетены в косу.

Она плакала. Она все еще плакала. Тушь, которой она иногда подкрашивала ресницы, потекла. Ее щеки были мокрыми.

Лют стоял неподвижно, испуганный как никогда в жизни.

Мама, нет. Пожалуйста, не надо. Все в порядке.

Он хотел произнести эти слова вслух, но не успел.

Она бежала к нему, раскинув руки, и Лют не успел даже сбросить пальто, как она уже обняла его.

-Мама, что...?

Он запнулся. Не успел он опомниться, как его зад оказался на траве, а Джессика оказалась на земле рядом с ним, продолжая обнимать его.

-Посмотри на себя, - всхлипывала она ему в ухо. -Посмотри на себя, малыш. Ты Избранный! Я так счастлива.

-Правда? - спросил Лют. -Правда?

-Ты прекрасен, - сказала она, откидываясь назад и проводя рукой по его щеке. -Ты всегда был таким красивым. Тебе было трудно. Это моя вина. Прости меня. Я боялась, что тебе будет тяжело всегда, но теперь так не будет. Лют, с тобой все будет хорошо.

Что? -Мама, со мной все было хорошо.

-Я была эгоисткой, что так хотела тебя. - Она украла его карманный платок и вытерла им лицо. -С тобой все в порядке? Ты не ушибся?

-От падения в траву?

Она хихикнула. -Я знаю. Я глупая. Я видела, как это случается со многими другими людьми. Но теперь это ты, и первое, что я подумала: "Надеюсь, Контракт был с ним аккуратен! Надеюсь, это его не напугало!

-Это напугало меня до смерти.

-Правда?

-Я даже не поверил, что это произошло, пока не прошел час.

Она встала и потянула его за ноги.

-...Мам, ты действительно счастлива?

Ужас уходил. На смену ему пришло облегчение.

Она улыбнулась и взяла его за руку. -Лют Велрас, я счастлива как никогда с того дня, как ты родился. Я горжусь тобой.

-Но я ничего не сделал.

Несмотря на то что некоторые люди считали, что Избранный не является заслугой. И все же он не мог не улыбнуться ей в ответ.

-Пойдем! - сказала она. -Пойдем со мной. Нам нужно поговорить, пока твоя бабушка не вернулась домой.

******

Радость Джессики по поводу избрания Люта была заразительна. Он и сам ни разу не испытывал подобных эмоций, а после недели, когда он чувствовал себя во всех смыслах, кроме как довольным, он позволил себе немного расслабиться.

-Ладно, ладно! - сказал он, смахнув крошки от пирожного со своей рубашки и наклоняясь к ней с таким же нетерпением, с каким она наклонялась к нему. Они сидели в розовых бархатных креслах в просторной гардеробной, соединявшей ее спальню с спальней Аулии, и установили панические протоколы, чтобы не слышать стука родственников.

Лют с удовольствием представлял себе, как некоторые особо буйные из них снова и снова тупо кидаются на стены этого фактически бомбоубежища. Как зомби.

-И вот первый человек, кроме Кона, видит мой значок, говорит что-то своему другу, а потом это разносится по всему коридору. И становится тихо, за исключением пары старшеклассников, которые такие: "Эй! Круто! Восьмиклассник носит значок!". Они пытаются понять, действительно ли меня избрали или это какой-то трюк, и тут по коридору идет миссис Шарма, жонглируя своими сумками и кучей принадлежностей. Она останавливается и долго смотрит на меня, не замечая, что ее кружка опрокинута в руке и на пол капает цветочный чай Артонанцев, который она так любит.

-Наконец она понимает, что у нее промокла нога, и, не выдержав, сбрасывает все, что несет, на Деклана, даже не спросив, как будто он универсальный стол, и спешит убедиться, что я не наделал глупостей. Похоже, она подумала, что я переволновался и начал прикрепляться прямо там, у шкафчиков.

Он покачал головой. -Я не был лучшим учеником, когда дело доходило до Избранных, но я не настолько невежественен.

Он был на четверть секунды от того, чтобы стать Райтом из любопытства, но нужно ли об этом говорить?

-Тогда они все поняли, что это правда! И эта волна сплетен прокатилась по школе, и... это было странно, но весело. Люди смотрели на меня так, будто я за ночь стал совершенно другим человеком.

Его мать сияла. Ее руки были прижаты к сердцу.

-Я хотела этого для тебя, - сказала она эмоциональным голосом. -Всю жизнь я хотела, чтобы тебе не пришлось пройти через то, что прошла я. Я хотела, чтобы у тебя было все, но не могла быть уверена.

-Ты не была уверена... в чем? - осторожно спросил Лют. Он не знал, нужен ли ему ответ.

Но она все еще любила его. Они все еще были одной командой, прятались здесь, в этом огромном чулане, от всех остальных Велрасов. Ничто другое не могло иметь такого значения, как это.

-Я не была уверена, станешь ты Избранным или нет. - Джессика потянулась к его колену и сжала его. -Я росла, предполагая, что я стану такой... все эти бесконечные тренировки и подготовка, а потом... все исчезло. Я ненавидела себя. Я ненавидела себя годами. Я не могла допустить, чтобы это случилось с тобой. Если бы ты не был уверен, то не смог бы причинить себе такую боль. Если бы ты не знал, а случилось что-то чудесное, это было бы для тебя только благословением.

В груди у Люта стало тесно. Значит, это была ложь. Она думала, что я могу быть... но не говорила мне об этом. Вся моя жизнь была построена на этой лжи.

Ее лицо было перекошено от слез.

Она думала, что станет Избранной. Аулия создала ее для этого. Обучила ее. Говорила, что она будет сильной.

А потом она не стала.

Тогда она стала помощницей.

Лют знал все эти вещи о своей матери. Но в его глазах она была как-то выше их. До этой секунды ему и в голову не приходило, что она может так думать о его жизни и будущем.

Я думал, мы одинаковые. Я, она и папа. Но это не так. Они выросли... как и все остальные, кого я знаю. Как Избранные.

Не как я.

-Ты ведь понимаешь, правда? - поспешно сказала Джессика. -Ты уже достаточно взрослый, чтобы понимать. Я не могла растить тебя, как всех остальных. Я не могла позволить тебе жить так, готовясь к будущему, которого может и не быть. Я хотела, чтобы у тебя было все, чего не было у меня. Школа, хобби, детство, отсутствие страха разочаровать меня... ты никогда не сможешь разочаровать меня... и может быть, тогда это придет к тебе вот так. Как подарок. И я даже представить себе не могла... S. Детка, ты станешь S-рангом! И до конца жизни никто не сможет у тебя этого отнять.

-Ох, - сказал Лют, все еще чувствуя себя так, словно кто-то украл у него из-под ног последние крохи твердой земли. -Мама, я знаю, что ты меня любишь, но это...

Ложь. Неправильно. Я не знаю, что было бы правильно, если бы ты только подумала, что я могу быть Избранным, но ты ошиблась. Весь мир каждый день причиняет мне боль из-за твоей лжи.

Но она почувствовала огромное облегчение. Она проплакала весь день... потому что больше не боялась за него. Он не мог сказать что-то настолько грубое.

-Я действительно хотел стать лучшим арфистом в мире, - мягко сказал он. -Я гордился этим. Я хотел этого.

Ты заставила меня захотеть этого.

-Ты можешь им стать, не так ли? - сказала Джессика, сияя от счастья. -Ты можешь быть таким и даже больше.

Телефон Люта, стоявший на маленьком столике рядом с тарелкой пирожных, зажужжал, и он схватил трубку.

Папа?

Это был не папа. Конечно. Мийо каким-то образом узнала номер его телефона и хотела знать, что он собирается делать.

-Они так зациклены на себе, что даже не могут представить, что мне может быть наплевать на Чайнера, - сказал Лют. -Они полагают, что все так же одержимы этим классом, как и они сами.

Джессика глубоко вздохнула. -Не надейся, но бабушка может подумать о том, чтобы отдать его тебе. Она хочет поставить перед Артонанцами самого сильного члена семьи, а Хейзел...

Лют фыркнул. -Неважно, рассматривает она меня или нет... - Он все еще смотрел на свои сообщения, ожидая появления нового. -Я составил список. Чайнер в нем не так уж и высоко. Я знаю, что в нем есть и положительные стороны, но тот факт, что его держат в основном люди, которых я ненавижу, отодвигает его далеко вниз по рейтингу.

-Лют, ты же не ненавидишь свою бабушку.

Он подумал. -Думаю, это очень близко к ненависти, - сказал он. -Что-то вроде ненависти, но с меньшей яростью? Ненависть, но в меньшей степени: "Я хочу, чтобы ты умерла", а в большей: "Я хочу никогда больше не видеть тебя и не думать о тебе"? Это и есть то самое чувство.

Справедливое чувство, подумал он, учитывая, как она с ними обращалась.

Джессика моргнула.

-Я поменялся на Формирователя Воды, - сказал Лют. -Мама, я хотел поговорить с тобой о Кролике и Настройщике и узнать, сможем ли мы поменять их без помощи Корина? Или с его помощью. Кажется, он очень хочет помочь. Я не уверен, что хочу. Я не готов принять решение. Думаю, мне нужен профессиональный консультант по классу и карьере. У многих моих одноклассников они есть.

-Формирователь? - сказала Джессика. -Формирователь S ранга? Я знаю, что раньше ты восхищалась ими, но...

-Я знаю, знаю, - быстро сказал Лют. -Возможно, это не самый лучший вариант. Мне просто нужно время, чтобы разобраться с этим. Если у тебя есть навыки в S, ты не знаешь, для чего и как часто тебя будут вызывать. И я предполагаю, что захочу быть успешным в любом классе, который у меня есть? Но что-то в этом есть. Даже держать его в руках приятнее, чем Райта.

-Не прикрепляй, пока мы вместе не разберемся с этим... - быстро сказала Джессика. -Я думаю, ты можешь передумать. Даже если ты примешь Чайнера, тебе не придется оставаться рядом с членами семьи, которые тебе не нравятся. Твоя бабушка ожидала бы, что ты бросишь школу и будешь учиться у нее, но...

-Нет.

-Но это не обязательно, - продолжала она. -Ты можешь ходить в школу, куда захочешь. Ты можешь играть на своей арфе. Не принимай поспешных решений.

-Я и не собираюсь. - Лют потянулся за очередным пирожным. -Но бабушка ничего не сможет сказать, чтобы убедить меня взять Чайнера.

Его мама снова моргнула. Ее улыбка стала немного натянутой. -Я знаю, что никогда не призывала тебя любить цепочки слов. На самом деле, я отговаривала тебя от этого, потому что не хотела, чтобы кто-то проявлял к тебе слишком большой интерес, если ты, как мне кажется, хорошо в них разберешься. Но они полезны. И безопасность... Лют, это класс, которому никогда не придется беспокоиться о том... что его принесут в жертву в какой-нибудь ужасной чужой битве или...

-Но есть Кролик, мама.

-Чайнер может заработать столько же денег, сколько и Кролик, если ты об этом беспокоишься.

-Нет, - сказал Лют. Он сделал паузу. -Надеюсь, она захочет отдать его мне. Тогда я смогу сказать ей, что мне нет никакого дела до ее особого, таинственного класса. Наверное, она могла бы убедить меня взять его, если бы отдала мне Весы... нет, даже не так. Может быть, если она отдаст мне Целителя.

Он немного драматизировал. Он слышал, как кто-то сказал, что "Весы" со всеми их магическими модификациями и удобствами стоят больше, чем все остальное, чем владеет Аулия, вместе взятое.

-Целитель? - сказала Джессика. -Что ты...?

-Омоложение... - Лют не смог сдержать гнев, проскользнувший в его голосе. -Тот, с кем она заключила сделку. Он. Я заберу его, и она сможет дать мне любой класс.

-Лют, о таких вещах нужно думать серьезно. Я знаю, что семья не была дружелюбна к тебе. В целом. Но ты не можешь отбросить остатки своего будущего только для того, чтобы насолить им.

Лют проглотил последний кусочек. -Я говорю серьезно. Мам, я знаю, что мы не говорим об этом, но тебя даже нет в списке омоложения. Ты недостаточно важна для этого? Ты недостаточно важна, а Кейко важна? Я встречался с ней дважды! Она даже не любит нашу семью. А Кэди? Кэди остается молодой, а они с Хью те, кто... кто...

Кто говорит о тебе в присутствии Хейзел. Кто говорит ей, что ты убираешь мусор за другими членами семьи.

-Они пытались залезть ко мне в машину, когда я уходил от папы, - сказал он вместо этого. -Мне пришлось кричать дежурному, чтобы они оставили меня в покое, как ребенку в ролике по общественной безопасности!

Выражение лица Джессики стало пустым.

Лют обхватил бархатные ручки кресла. -Мы заслуживаем лучшего. Ты заслуживаешь лучшего. Не знаю, понравится ли мне быть Избранным. Я не могу себе этого представить. Как будто чужая жизнь приземлилась на меня и разбила мои планы в пух и прах. Но даже если я ненавижу Систему в своей голове, даже если я никогда не смогу покинуть эту крошечную страну-ловушку, есть один плюс для меня здесь больше Целителей. И, как S-ранг, я смогу добывать деньги как с помощью Аулии, так и без нее. К тому времени, когда я закончу школу, я смогу найти какую-нибудь работу. И я сделаю все, чтобы через сто лет мне не пришлось приходить на ужин сюда, в особняк, смотреть на бабушкино лицо и удивляться, почему она может быть здесь, а ты и папа нет.

Он израсходовал весь кислород в своих легких на эту маленькую речь. Он вздохнул.

-Я не знала, что ты беспокоишься о таких вещах, - сказала Джессика странным голосом. -Не в твоем возрасте.

-Ты моя мама, - сказал Лют. -А папа мой... он папа.

Она сложила руки на коленях.

-Ладно, - сказала она через минуту. Она прочистила горло и перешла на деловой тон. -Мы все обсудим, прежде чем ты примешь решение. Когда мы оба немного успокоимся. Когда твоя бабушка вернется домой с Хейзел.

Лют опустился в кресло и вздохнул. -Это был долгий день.

-Похоже на то. Хью и правда...?

-Да. Как сумасшедший. - Лют покачал головой. -И Кэди собиралась пойти с ним! Что они собирались делать? Избить меня на заднем сиденье машины и заставить прикрепиться прямо там и тогда?

Джессика нахмурилась. Она постучала отполированным ногтем по приставному столику. -Думаю, сегодня мы устроим вечеринку.

-Что? - сказал Лют.

-Вся семья. Даже самые дальние родственники. Может быть, и друзья. Лидия.

Лидия? Люту понадобилась секунда, чтобы вспомнить это имя, но когда он вспомнил, то удивился. -Мать Орфея?

Бывшая жена Хью. Сильный брут ранга S, с которой он развелся ради Кэди.

-Да, не думаю, что у родителей Хейзел будет время беспокоить тебя сегодня вечером, когда она будет рядом.

-Я должен идти на эту вечеринку? - спросил Лют.

-Обязательно, - ответила его мать. -Смысл в том, чтобы окружать себя людьми, чтобы предотвратить инциденты. Пока твоя бабушка не вернется из ТП и не напомнит всем об их обязанностях перед семьей. Это должно быть поздно вечером. Кроме того, для кого еще устраивать вечеринку в этот вечер?

-Мне?

-Ну, да, - сказала Джессика. В ее глазах появился блеск, которого Лют никогда раньше не замечал. -Кажется, я помню, как заставляла тебя присутствовать на двух вечеринках по случаю совершеннолетия одного из твоих кузенов. Не хочешь ли ты устроить свою собственную?

******

******

-У тебя на празднике были лошади? - перебил Олден, ухмыляясь.

-Лошади? - переспросил Хаоюй.

Они оба сидели на ковре. Олден гладил его. Лют не думал, что он осознает, что делает это.

-Неужели ты всерьез думаешь, что я пустил лошадей кругами вокруг особняка только для того, чтобы напомнить Хейзел о ее причудливом вкусе к развлечениям на вечеринках?

-Неужели?

-Нет! Это было сделано в последнюю минуту. И, честно говоря, это было невесело. Я устал и был в стрессе, а люди, которые мне не нравились, заваливали меня рукопожатиями, советами и просьбами. Все это было так фальшиво... - Он покачал головой. -Джессика спросила меня, какую вечеринку я хочу, а я понятия не имел. Я сказал: "Торт на четырнадцатый с половиной день рождения? Музыка. Может быть, свечи. Папа должен прийти.

Он хмыкнул. -Не то чтобы я действительно произнес последнюю часть вслух. Мама умеет устраивать мероприятия. Иногда Аулия просто в хорошем настроении, и тогда она устраивает что-нибудь. Она попросила Настройщика приехать и накрыть лужайку заклинаниями, чтобы было похоже на лето, и повсюду были припаркованы тележки с едой. С одного из балконов по очереди выступали уличные музыканты. Никто меня не бил и не заставлял прикрепляться, так что, думаю, все получилось.

-Надо бы устроить тебе еще один, - сказал Хаоюй, с интересом наблюдая, как Олден гладит пушистый ковер. -Чтобы ты мог получить удовольствие. Вечеринки, посвященные совершеннолетию, должны быть веселыми для тех, кто их устраивает.

-Мне в январе исполнится шестнадцать.

-И что?

-Я слишком стар. Я не хочу.

-Я хочу вечеринку в честь дня рождения, - сказал Олден. -Я только что решил. У меня будет день рождения. Мой прошлый день рождения был запоминающимся, но я хотел бы сделать следующий более обычным.

-А что ты сделал в прошлый раз? - Хаоюй пододвинул коврик с экспериментальными животными.

-Я собрал все овощи, которые, как я был уверен, не были ядовитыми, из теплицы в лаборатории и сделал из них нечто, похожее на семислойный кубик. Потом я надел гавайскую рубашку и съел это на крыше вместе с Кибби. Я рассказал ей о свечах, и она усовершенствовала традицию. Все по очереди задували их.

Лют обменялся взглядом с Хаою.

-Звучит... мирно? - предположил Лют.

-Мне кажется, я неплохо справился. Я пел. Мы смотрели на искаженные хаосом луга Тегунда и обсуждали, хватит ли света в лаборатории на всю долгую ночь. Я занимался паркуром.

-Вам обоим очень нужны нормальные дни рождения, - пробормотал Хаоюй.

-Я на своем не пел, - сказал Лют. -Но я сыграл песню.

******

******

В голове Люта Велраса звучал голос, который говорил ему, что нужно быть осторожным с местью.

Ему было не по себе от того, как все прошло в прошлый раз. Несколько человек плакали.

Он пристально смотрел на аккордеониста и ел луковые кольца из бумажного конуса. Он надеялся, что сочетание его напряженного внимания к музыканту, зловонного дыхания и того факта, что он спрятал свою табличку с именем и надел кепку, защитит его от родственников хотя бы на несколько минут.

Эта вечеринка была наполнена самыми бурными семейными разборками и язвительными нападками, которые он когда-либо видел или слышал. Разумеется, ничего из этого не было направлено на него. Боже, нет!

Сегодня все были его друзьями.

Сторонники Романа жаждали повторного матча, и они подхватят знамя Люта, независимо от того, согласился он на это или нет! А сторонники Хейзел теряли позиции, но все равно находили время, чтобы заглянуть к нему и сообщить, что Чайнер просто хуже всех. Действительно. У него не было никакой подготовки. Если Аулия решит предложить ему этот класс (а она никогда бы так не поступила), он будет сопротивляться и сочтет его ужасно скучным, и разве он не хочет взять другой класс?

Любой другой? Если бы он захотел, они пошли бы и похитили для него какого-нибудь невинного пятнадцатилетнего подростка и доставили бы его связанным, как подарок.

Бабушка и Хейзел придут домой и увидят это.

Не думаю, что у нее есть слезы. Скорее всего, она плачет кислотой. Но все же... думаю, мне следовало отказаться от этого безумия. Мы могли бы спрятаться у кого-нибудь надежного. Мама просто злилась из-за того, что они пытались меня запугать.

Тут зазвонил его телефон. Он потянулся к карману, но остановился.

-Система, можешь отправить это на мой интерфейс?

Он должен был начать изучать функции.

Знакомое лицо появилось в круглом окне в верхней части поля зрения.

Каштановые волосы Хейзел были заплетены в корону. На ней было черное платье с белым воротничком и манжетами. Она стояла в туалетной кабинке в ТК.

Лют узнал кафельную плитку на стене за ее спиной, потому что недавно сморкался перед ней.

-Лют, привет, - сказала она. Голос у нее был очень профессиональный, словно этот звонок был встречей, которую они запланировали давным-давно. -Поздравляю! Мой телефон полон новостей о том, что произошло. Это замечательно. Мы с бабушкой так рады за тебя.

-Спасибо, - не менее профессиональным голосом сказал Лют. Он уже несколько часов упражнялся в том, как благодарить людей, когда сегодня не хотел их благодарить. Он весь напрягся.

-Я слышала, у тебя есть "Формирователь воды". Это замечательный класс. Тебе всегда нравилось... плавать.

Небольшое замешательство.

-Спасибо, - повторил Лют.

-Я тут подумала... это так безумно, - сказала Хейзел. Она облизала губы. -Сегодня на работе была женщина, которая напомнила мне тетю Джессику...

-Ты действительно собираешься сюда?

-Нет! - быстро сказала Хейзел. -Послушай, это важно. Была одна женщина, которая напомнила мне тетю Джессику... своим характером. У нее сегодня был тяжелый день, и я помогла ей смириться с этим. Я иногда так делаю, когда навещаю наших друзей. Мне жаль, что я не могу рассказать тебе больше. Но я хочу, чтобы ты знал: она напомнила мне о твоей матери и о тебе, и я подумала... это ужасно, что я так и не извинилась перед тобой. Я не должна была говорить тебе те вещи...

-Когда? - перебил Лют.

-Что?

-За какие слова ты извиняешься?

Скажи мне их вслух прямо сейчас. Любую из них. Любую из тысячи вещей. Я хочу, чтобы это произошло.

-Знаешь, ты был прав, когда накричал на меня на моей маленькой вечеринке в Аскоте. Я была такой незрелой. Я должна была извиниться, но вместо этого я сказала то, что сказала. Я не думаю так о тебе и тете Джессике. И никогда не думала. Я просто была расстроена и растеряна.

В одной из соседних кабинок спустился унитаз.

-Спасибо, Хейзел, - сказал Лют. -За то, что так извинилась. Увидимся, когда вернешься домой.

Вертолет должен быть там, у ТК, и ждать их уже сейчас.

А сколько он будет ждать? Может, полчаса, если они будут медлить. Этого времени достаточно.

Он повесил трубку. Он нашел свою мать смеющейся за фургоном с едой вместе с матерью Орфея, Лидией. Бывшая жена Хью была брюнеткой с очень заметной фигурой "песочные часы". Лют сразу понял, что никогда раньше не видел ее в доме, потому что он бы ее запомнил. Она была поразительной. Магнитной в том смысле, что заставляла его думать о высокой привлекательности, хотя это не обязательно было так.

Если он правильно помнил, Лидия была Силовым Брутом. Она прошла через одну из программ повышения уровня Апекса... так что в свое время она хотела стать супергероем или кем-то вроде этого.

Кэди также была очень фигуристой брюнеткой. Лют задался вопросом, есть ли у Хью свой тип.

-Мама, я пока побуду в официальной гостиной. Я возьму с собой Айми. Она была где-то здесь, пробовала еду. Бабушка и Хейзел вернулись.

-Я знаю. Твоя бабушка написала СМС. Она проверила одни из своих смарт-часов. -Вообще-то, она сейчас пишет смс.

-Я буду там, когда они вернутся в дом.

-Тебе не нравится вечеринка?

-Я хочу сыграть одну песню. Мне нужно разогреться.

******

Лют оставил Айми наслаждаться подносом с жареной едой и мясом на шампурах, пока она охраняла дверь в гостиную.

Он репетировал песню, пока не убедился в каждой ноте, а затем продолжил играть, пытаясь вдохнуть в нее жизнь. Прошло немало времени.

Ждать оставалось недолго.

Когда Аулия с восторженной улыбкой на лице и Хейзел с натянутой улыбкой на лице вошли в комнату, в ней было темно. Единственный свет исходил из окон и от лампы над нотным станом.

-Привет, Хейзел, - сказал Лют со своего места за роялем. Он не отрывался от музыки. -Ты помнишь название этой песни?

На табличке с именем, висевшей у него над плечом, было написано: "Лют - Ничтожнейший из Велрасов".

Он сомневался, что бабушка вообще помнит, как произносила это слово, но мысль все равно дошла.

-Это Гимнопедия 1, - сказал Лют, нежно водя пальцами по клавишам. -Это любимая песня моей матери. Она почти до боли прекрасна. И каждый раз, когда я ее играю... я вспоминаю о салфетках в мусорных баках. Спасибо тебе за это.

Он наконец поднял на нее глаза. Его пальцы продолжали двигаться.

-Не волнуйся о вечеринке в Аскоте. Это было так давно. Тебе было всего четырнадцать... - Он сделал паузу. -Ох. Подожди. Мне сейчас столько же.

******

Маленькие мокрые ножки шлепали по настилу, когда Лют гонялся за пляжным мячом. Босая взрослая нога остановила его. Браслет, усыпанный сверкающими чарами, который заставил его остановиться и с любопытством рассмотреть.

И обрывок разговора обладательницы браслета с другим членом семьи, подслушанный, но отложенный в дальний угол его сознания. Взрослый артефакт в день, наполненный более интересными вещами для маленького ребенка.

-Все считают попытки Аулии найти знаки и предзнаменования в магических событиях слабостью, трещиной в неукротимой в остальном натуре. Они ошибаются.

Вздох. -Тетя Хикари! Вы ведь тоже не верите в это...

-Неважно, - сказала Хикари. -Этого, похоже, никто не понимает. Неважно, существуют ли такие знаки. Неважно, правильно ли Аулия их читает. Она думает, что они есть и что их можно интерпретировать, и это освобождает ее от одной из уз, сковывающих большинство из нас.

-Я не понимаю.

-Страх. И инерция, которую он порождает. - Она подтолкнула мяч к Люту. -Если Аулия уверена, что магия указывает ей путь, она идет по нему. Ее уверенность в сверхъестественном происхождении пути уменьшает препятствия на ее пути. Поэтому, как правило, она приходит к месту назначения, когда по всем правилам не должна была.

Шершавые пальцы обхватили влажный винил. Лют встал и повернулся к своему бассейну.

-Не так много людей достаточно сильны, чтобы остановить движение того, кто верит, что расшифровал голос своего бога.

******

Аулия Велрас стояла, улыбаясь, возле фортепианной скамьи, ее волосы переливались в свете лампы глубоким медовым цветом, пока Лют заканчивал песню.

-Лют, голубчик, - сказала она. -Разве ты не великолепен сегодня! Я и не подозревала, что ты не забыл про фортепиано. Я думала, что вы с Анжелой более эксклюзивная пара.

Он испуганно посмотрел на нее.

Она знает название моей арфы? Он был уверен, что несколько раз произносил его в ее присутствии. Но он готов был поспорить на цену Анжелы, что она не потрудилась бы запомнить.

Именная табличка с надписью "Ничтожнейший из Велрасов" не зря висела у него над головой.

-Я не очень-то стремился к этому, - сказал он. -Просто не так уж сложно вернуться к песне, на которую ты потратил столько времени.

-Ммм, - сказала Аулия. -Поздравляю. Я искренне рада узнать, что вся моя душевная боль по поводу твоего будущего была напрасной.

-Я ни на секунду не верю, что твое сердце болело по мне.

Она коснулась его щеки. Вблизи от нее слабо пахло жасмином.

-Я знаю, ты не веришь, - сказала она. -Это моя вина, не так ли? Мне подарили больше талантливых внуков, чем я могу уследить за ними. Это не значит, что я не люблю каждого из вас. Но иногда я оборачиваюсь и понимаю, что за последние несколько мгновений вы стали такими большими, а я не обращала на это внимания.

Она говорит искренне. Как тревожно.

-Бабушка, - сказала Хейзел, - ты же не собираешься...

Глаза Аулии не отрывались от лица Люта.

-Хейзел, милая. Я знаю, с какими трудностями ты столкнулась. И ты должна знать, что твое положение в моем сердце и в этой семье никогда не будет под угрозой. Ты, возможно, самый уникально одаренный человек на всей Анесидоре. Ты станешь Чайнером.

Хейзел выпрямилась. На ее лице появился намек на самодовольство.

-Давай отправимся в небольшое путешествие, - сказала Аулия. -Только втроем. Я поведу.

В наступившей тишине в комнату проник шум вечеринки.

-Ты умеешь водить? - одновременно сказали Хейзел и Лют.

Они хмуро смотрели друг на друга.

-Боже мой, вы двое, - сказала Аулия, откидывая волосы на плечо. -А ведь именно из-за меня анесидорцы ездят по правой стороне. Если я давно этого не делала, это не значит, что я забыла, как это делается.

-Но... как давно это было? - спросил Лют. Он никогда не видел, чтобы его бабушка управляла автомобилем.

-Я получила права пятнадцать или около того лет назад. Так что это было буквально на днях! Мы возьмем "Бентли".

Она отвезла их в квартиру. Поездка была спокойной, если не считать того, что через динамики машины шел один из потоков местных новостей. Они рассказывали об обновлениях, произошедших недавно. Когда Аулия подъехала к зданию и передала ключи парковщику, тот поднял бровь.

-Отличная работа, - сказал Лют. -Мы живы.

-Бабушка, ты можешь научить меня водить машину?

-Корин может научить тебя, - ответил Лют. -Я знаю, потому что он сегодня отвез твоих родителей к моему отцу, чтобы они все могли меня подкараулить.

Она бросила на него взгляд. -Твой папа...

-Мне неинтересно слушать ваши препирательства, - сказала Аулия, бросив швейцару здания жест, который она использовала для автоматической отправки аргольдских чаевых через Систему. -Вы - семья. Ведите себя соответственно.

Может, мне начать говорить на языке, которого Хейзел не понимает? Это было бы очень по-семейному, если говорить об этой семье.

Когда они добрались до пентхауса, там было пусто. Резиденции Аулии редко пустовали. Всегда находился кто-то из членов семьи, наслаждавшийся роскошью. Возможно, все вернулись с вечеринки, но Лют подумал, что, скорее всего, она позвонила заранее и всех убрала.

Сняв туфли и скинув пальто с широкими рукавами в артонанском стиле, она прошла в квартиру, устроившись в шезлонге. Свет, управляемый командой из ее интерфейса, то загорался, то гас. А огромные окна, обрамляющие две стороны главной гостиной квартиры, стали непрозрачными, закрывая вид на горизонт.

-Садитесь, где хотите, - сказала Аулия, завязывая волосы заколкой, которую она достала из кармана брюк. Из-под кремового топа без рукавов выглядывали синие татуировки - на плече, груди, талии.

Видев ее в купальнике, Лют знал, что геометрические узоры переплетаются, образуя сеть на левой стороне торса. Новые были меньше старых, но такие же замысловатые.

По одному на каждого Велраса, который носил свои собственные.

-Давайте проведем небольшой сеанс обучения, - сказала Аулия. -Особенный. Мы будем вместе учить цепочку слов. Название хорошее. <<Око тысячи мгновений>>.

Хейзел устроилась в центре дивана.

<<Я никогда не слышала о таком? - сказала она на артонанском. <<Что это?

-Старая, - сказала Аулия. -Настолько старая, что, можно сказать, ветхая.

Хейзел вздохнула. -Но если она такая... она не станет... и мы не попадем в беду...?

-Я знаю, что делаю, - ответила Аулия. -И почему у нас будут неприятности? Если один из вас сделает половину цепи, я позабочусь о том, чтобы вторая половина была сделана для вас. Все просто. Посмотрим, сможем ли мы ее разбудить.

-Я не соглашался на это, - сказал Лют. -Я не понимаю, о чем вы говорите, и я не очень-то разбираюсь в цепочках слов.

-Ха! - сказала Хейзел таким обличающим тоном, как будто он только что признался, что ест козявки, а не прогуливает семейное хобби.

-А что вообще она делает? Может быть, я не хочу видеть тысячу мгновений.

-Ничего особенного, - сказала Аулия. -Если правильно настроить, то на мгновение появится дальнозоркость. Есть и другие цепи с подобными эффектами. Просто эта была разработана таким образом, что делает ее необычной... и нежелательной для некоторых людей, занимающих руководящие должности. Поэтому вы не найдете ее ни в одной книге. Хейзел тоже не найдет ее ни в одной из своих книг.

-Кстати, ее нет ни в одной из моих книг. Это настолько далеко от мира, в котором мы работаем.

Хейзел вздохнула.

Лют посмотрел на них обоих. Они такие драматичные. Думаю, им это нравится.

-Это мое особое приобретение, - сказала Аулия. -Слова и знаки не очень сложные, Лют, так что преимущество Хейзел немного уменьшится. Она как нельзя лучше подходит для небольшого дружеского соревнования.

-А что будет делать вторая половина?

-Тебе не придется платить. - Ее улыбка расширилась. -Я позаботилась о долгах Хейзел за цепи, которые она наложила в день своего совершеннолетия. Было бы несправедливо, если бы я не сделала того же для тебя.

Совершеннолетия, подумал Лют. Во множественном числе.

Он пошел в ванную и написал матери сообщение. [Бабушка хочет, чтобы я выучил какую-то древнюю словесную цепочку Видения. Это соревнование с Хейзел].

[Удачи! У тебя получится!] - ответила Джессика.

Не то, что я хотела услышать. Он написал Эйми. [Бабушка хочет, чтобы я выучил какую-то древнюю цепочку слов. Это соревнование с Хейзел. Это ведь не какая-то ловушка?]

Через несколько секунд Айми ответила: [Беги! Спасайся! :) Шучу. Она постоянно так делает. Сражения между кузенами и кузинами заставляют нас еще больше любить друг друга, когда мы вырастаем].

Лют вздохнул.

[Проводить часы, наблюдая, как ты путаешься в Артонане, это очень неудобный способ убийства, ты не находишь?] добавила Айми.

[Я не думал, что она собирается меня убивать. Но почему она так жутко себя ведет?]

[Вибрации.]

Ну, все в порядке. Не то чтобы мне пришлось всерьез разбираться с цепью, если я не хочу.

Он был уверен, что вся эта затея направлена на то, чтобы поднять уверенность Хейзел и успокоить ее.

Да, так и есть. Вот, Хейзел. Я знаю, что тебе не по себе от того, что тебе уже шестнадцать, а половина семьи сходит с ума по Роману. Разбей Люта в твоей любимой игре, чтобы все знали, что ты все равно выше его.

Как она и говорила, цепочка слов, которой научила их Аулия, была проста. Во всяком случае, очень простой. Двадцать слов. Несколько жестов. Им не разрешалось отрабатывать все сразу. Вместо этого они должны были делать это по частям, не по порядку.

-Когда вы решите, что готовы попробовать полную версию, дайте мне знать, - сказала она, закончив обучение. -Только одна попытка для каждого!

-Только одна? - спросила Хейзел.

Казалось, она была недовольна этим словосочетанием. Она все время смотрела на Аулию и говорила: "И это всё?", обращаясь к жестам и словам. Как будто она хотела, чтобы все было сложнее.

Перевод слов, появившихся в интерфейсе Люта, указывал на то, что цепочка слов будет делать то, что сказала Аулия. В любом случае речь шла о том, чтобы видеть очень далеко. Он записал слова фонетически на английском языке с примечаниями о причудах произношения. Цепочка Аулии имела приятный напевный ритм, и это тоже помогало.

Артонанцы плохие.

Песни хорошо.

Жесты рук (не так, как при игре на арфе), но он вполне мог заставить свои пальцы делать то, что он им велел, когда он им прикажет.

Хейзел, видимо, опасаясь дать ему какие-либо преимущества, отказывалась заниматься вслух. Она просто беззвучно шевелила губами и смотрела в пространство.

Лют отбросил страницу, на которой написал определения слов, потому что пытаться запомнить, что все это значит, было излишне, не так ли? Достаточно просто правильно произнести звуки и передать идею.

Эй! Дайте мне на секунду дальнее зрение. За это вам заплатят.

Незачем быть таким формальным.

Но нужно быть искренним, решил он.

Заботились ли цепочки слов об искренности? Он сомневался в этом. В конце концов, Хейзел могла их делать. Но они звучали так, будто должны были быть искренними, так что он вырывал преимущество, где только мог.

Хейзел определенно собиралась победить его в этой странной маленькой игре, в которую Аулия решила пригласить ничтожнейшего из Велрасов, теперь, когда он выглядел менее ничтожным.

В любом случае здесь будет тише, чем на вечеринке.

Когда ему показалось, что он все запомнил, он стал ждать. Он ни за что не пошел бы первым. Он хотел убедиться, что видит, как Хейзел пробует.

Она тоже смотрела на него, как будто думала о том же.

Я могу тебя обогнать, подумал Лют. Потому что я не хочу доказывать свою правоту так сильно, как ты.

Он усмехнулся.

-Если вам обоим это удастся, победит тот, кто сделает это первым, - сказала Аулия, печатая на ноутбуке неподалеку.

Хейзел вскочила на ноги. -Я первая!

-Что мы вообще выигрываем? - спросил Лют, не сдвинувшись ни на дюйм.

-Ты можешь выбрать меню на следующий месяц, - сказала Аулия. -Все, что пожелаете. Как вам это?

-С Кабиром?

-Если только мы не найдем другого шеф-повара.

Это была неплохая награда. Хейзел ненавидела острую пищу. Лют уже целую вечность не ел ямайскую курицу джерк, приготовленную Кабиром.

Но он все же позволил Хейзел попробовать первой. Аулия подвела ее к окнам и сняла с них маскировку. Она попросила Хейзел посмотреть на горизонт.

-Начинай, - сказала она.

К удивлению Люта, его бабушка начала произносить, как оказалось, противоположную половину цепочки слов через несколько секунд после того, как Хейзел начала свою.

Вот вам и советы Хейзел по произношению.

Вдвоем они произносили это как путаницу.

Хейзел закончила. Аулия внимательно наблюдала за ней. Она внезапно прекратила произносить слова и опустила руки.

-Ты очень хорошо справилась, дорогая. Твое исполнение было безупречным, - сказала Аулия.

Хейзел сжала руки в кулаки.

-Ты всегда так обижаешься, когда это происходит. Успокойся. Все придет к тебе в свое время.

Она снова посмотрела на Люта. -Ты готов?

-Конечно, - сказал он, поднимаясь с дивана. -Почему бы и нет?

Он шагнул к окну, чтобы присоединиться к ней. -На что я должен смотреть?

-На что хочешь. Лучше всего на что-то вдалеке. Это продлится всего мгновение, так зачем его тратить?

-Если это сработает, ты имеешь в виду, - пробормотала Хейзел.

Лют направил взгляд на самую дальнюю точку, которую можно было увидеть с этой высоты. Мимо улиц, крыш и шпилей, мимо иглы Наутилуса, к маленькому огоньку вдали на воде.

Он произносил цепочку слов, не обращая внимания на одновременное выступление Аулии, поскольку его слух привык игнорировать некоторых наиболее агрессивных членов молодежного оркестра.

Слова были для него просто звуками. Движения рук были танцем, который исполнялся в такт песне. Он старался искренне захотеть одолжить хоть что-нибудь, чтобы увидеть щепотку света на улице.

Он не чувствовал ничего особенного. Не было ни головной боли, ни экстрасенсорных событий. Просто он делал это так хорошо, как только позволяла утомительная ночь тренировок. Он произнес последний слог.

И тут...

То, что он принял за лодку, таковой не являлось. Он видел ее четко, как будто темноты и расстояния не существовало. Это была луна. Не настоящая, но все же большая сверкающая луна, ожившая благодаря чьей-то иллюзорной магии и висящая над водой, словно гигантский фонарь. Мужчина и женщина, закутанные в пальто и ушанки, внезапно появились с той стороны, которая должна была быть темной стороной гигантской луны. Взявшись за руки, они медленно облетели вокруг нее.

-Это, должно быть, самое апексовское свидание за всю историю свиданий, - воскликнул Лют. -Кто из них летает, а кто владеет заклинанием иллюзии?

Он моргнул и перестал видеть.

Он уставился на город и крошечный огонек над водой, который больше не был загадкой. -Цепочки слов могут так делать? - удивленно спросил он. -Это был действительно уровень Дальнозоркого...

Позади него раздался стук, который привлек его внимание, и он повернулся, чтобы увидеть Хейзел, прыгающую на одной босой ноге. Другую она сжимала в кулак и гримасничала.

Она что, пнула диван?

Он сказал: - Пинать вещи само по себе наказание.

-Заткнись! - прошипела Хейзел. -Просто заткнись!

-Я теперь вижу. - В голосе Аулии было что-то такое, что заставило Люта забыть о кузине. Одна ее рука была прижата к окну. Она закрыла глаза. -Вернее, не вижу.

Выражение ее лица было мягким. Даже с закрытыми глазами она повернулась к Люту лицом.

-Значит, вот до чего я была слепа.

******

http://tl.rulate.ru/book/87654/3573055