— Согласно традиции, я, как Наблюдатель, должен поговорить с тобой наедине, — глубоким, хриплым голосом сказал Олсон, не обращая внимания на напряженное состояние Люмиана.
Люмиан облегченно вздохнул.
— О чем?
— Если ты заметишь что-то подозрительное в поведении своего командира, Гарднера Мартена, или если произойдет что-то странное, немедленно сообщи мне об этом, — сказал Олсон, положив коричневый чемодан рядом с левой ногой.
«Все верно. Вакантное место появится только в том случае, если с Боссом что-то случится…» — подумал про себя Люмиан с легкой иронией, а потом спросил:
— А как я могу с тобой связаться?
— Оставь информацию в подвале дома номер 13 по Рыночному проспекту, — посмотрев Люмиану в глаза, ответил Олсон.
«Рыночный проспект, 13… Орден Железного и Кровавого Креста действительно связан со сгоревшим зданием… Олсон, возможно, побывал в Трире Четвертой эпохи и, скорее всего, подвергся серьезной порче. Неужели он знает, как использовать аномалию Рыночного проспекта, 13?» — Люмиан вспомнил о том, что с ним произошло прошлой ночью, и почувствовал, что Наблюдатель Олсон еще более загадочен, чем командир Гарднер Мартен.
Он подозревал, что Олсон тайно наблюдал за ним на Рыночном проспекте, 13. Гарднер Мартен явно не хотел туда входить, если в этом нет крайней необходимости.
Объединив это с тем, что дом номер 13 по Рыночному проспекту сгорел больше десяти лет назад, с тем, что Мистер К упоминал, что в последние годы Орден Железного и Кровавого Креста отдалился от других организаций, верящих в эту сущность, а также со словами Мадам Маг о том, что нынешний ритуал бдения — это не типичная проверка для Ордена Железного и Кровавого Креста, Люмиан смутно сформулировал в голове неполную последовательность событий.
Он считал, что дом номер 13 по Рыночному проспекту подожгли не члены Ордена Железного и Кровавого Креста. Однако впоследствии они обнаружили там какой-то секрет, подверглись соответствующей порче, и это спровоцировало аномалию.
Конечно, могло быть и наоборот: возможно, некоторые члены Ордена Железного и Кровавого Креста подверглись порче в другом месте, что позволило им понять, что за аномалия скрывается на Рыночном проспекте, 13.
Люмиан кивнул в знак согласия.
— Хорошо. Это действительно был ты, тот торговец, которого я видел в шахтах Альбера? — с недоумением спросил он у Наблюдателя Олсона, которому не давали покоя вопросы. — Твоя голова может отделяться от тела и существовать самостоятельно? Или же это была иллюзия, которую ты создал?
— Так уж получилось, что, как Наблюдатель, я должен рассказать тебе три вещи, — ответил Олсон, хрипло рассмеявшись. — Во-первых, то, что видят глаза, не всегда правда. Во-вторых, мы неизбежно попадем в Трир Четвертой Эпохи. В-третьих, не стоит слепо доверять чужим словам.
«Не стоит слепо доверять чужим словам… Интересно. А первому пункту стоит верить? То есть, то, что я видел в шахтах Альбера, было правдой? Хе-хе, ты, конечно, можешь говорить о неизбежности в моем присутствии, но потерпит ли это Термиборос?» — подумал Люмиан, сдержав желание положить правую руку на левую часть груди.
Видя, что Олсон снова взял в руки небольшой коричневый чемоданчик, Люмиан не смог удержаться от вопроса:
— А что там внутри? Почему ты все время носишь его с собой?
— Будь я на твоем месте, то молился бы, чтобы никогда не узнать ответа, — улыбнулся Олсон.
Сказав это, Наблюдатель Олсон открыл дверь кареты и выпрыгнул в темноту, мгновенно исчезнув. Он не стал специально скрываться, как в первый раз.
«Вечно строит из себя таинственного…» — пробормотал Люмиан.
Вернувшись на оживленный Рыночный проспект, он сдержал желание поспешить в Гостиницу «Кок Доре» или в убежище на улице Блуз Бланш, чтобы связаться с посланником Мадам Маг и сообщить о том, что его официально приняли в Орден Железного и Кровавого Креста. Вместо этого он отправился в Танцевальный зал «Бриз».
Он все больше беспокоился, подозревая, что коварные члены Ордена Железного и Кровавого Креста могут воспользоваться его расслабленным состоянием, чтобы продолжить свое последнее, тайное наблюдение.
Хотя они и не могли обнаружить посланника Мадам Маг, Люмиан понимал, что не стоит в это время возвращаться в комнату 207 или в убежище, поскольку это точно вызовет подозрения.
Люмиан сел за стойку бара и заказал стакан кирша. Смакуя напиток, он погрузился в атмосферу оживленных песен и танцев, происходивших на сцене.
Сегодня у Дженны был выходной, и вместо нее выступали две другие Эффектные Дивы и подпольный певец, известный своими энергичными песнями.
***
Район Холмов. Напротив монастыря Глубокой долины.
— Что мы сегодня будем делать? — с беспокойством спросила Дженна, в серебряной полумаске, у Франки, которая была в костюме убийцы. — Неужели ты хочешь проникнуть в монастырь и провести там расследование?
— Конечно, нет! — решительно ответила Франка. — Монастырь Глубокой долины — один из самых известных монастырей Церкви Бога Пара и Машин. Там есть могущественные Потусторонние, и хранятся таинственные артефакты, созданные монахами-ремесленниками. С нашими способностями мы просто попадем в ловушку… или еще хуже.
Франка невольно задумалась.
Она слышала слухи, что, хотя монахи этого монастыря и сосредоточены на паре и машинах, не женятся и не заводят детей, это не значит, что они воздерживаются от секса.
Церковь Бога Пара и Машин не запрещала этого!
Кто-то говорил, что некоторые монахи время от времени ищут уличных девушек, чтобы расслабиться, а кто-то заводил романы с коллегами или с мужчинами, продающими свое тело.
Конечно, имелось еще много людей, у которых был механический фетиш, или же тех, кто действительно проходил аскетическую подготовку и мог контролировать себя.
Конечно, трирцы были склонны преувеличивать и приукрашивать слухи, добавляя свои собственные идеи. Скорее всего, это было далеко от правды. Франка не верила этому полностью, но и не могла полностью это отрицать.
Она считала, что у некоторых монахов могут быть такие наклонности, но вряд ли их имелось большинство. Тем не менее, проникать в монастырь, будучи диким Потусторонним, было опасно. Их могли случайно убить машины, использовать в качестве подопытных кроликов или же они могли стать игрушкой для некоторых монахов. Шансы на успех были невелики.
Короче говоря, любому, кто находился ниже 4-й Последовательности или не был достаточно уверен в себе, будь то мужчина или женщина, лучше было забыть о том, чтобы проникать в монастырь Глубокой долины.
— Мы сегодня обыскали всю округу, но не нашли никаких зацепок. Но есть одно место, которое мы еще не проверили, — с улыбкой объяснила Франка, пряча лицо под капюшоном.
— Каменоломню Глубокой долины? — после некоторых раздумий спросила Дженна.
— Именно, — ухмыльнулась Франка. — Сегодня ночью мы проникнем туда и проведем обыск.
На самом деле, она не ожидала, что им удастся что-то найти, поскольку официальные Потусторонние, скорее всего, уже все проверили. Франка просто хотела направить Дженну и познакомить ее с подобными делами.
— Хорошо, — слегка кивнула Дженна.
— Прежде чем мы начнем действовать, нужно кое-что подготовить, — воспользовавшись случаем, чтобы ее поучить, сказала Франка. — Для Убийц это — знакомство с окружающей средой, сбор информации и изучение местности и маршрутов. Что касается Ведьм, то им нужно заранее провести гадание.
Сказав это, Франка достала зеркальце размером с ладонь, которое всегда носила с собой.
Дженна тут же сосредоточилась.
Ее давно интриговали способности Ведьм, связанные с зеркалами.
Раньше, после того как она убила Гюга Артуа и сбежала в Гостиницу «Кок Доре», Франка, узнав, что она оставила на месте преступления кровь, быстро использовала Зеркальную Подмену, чтобы разорвать мистическую связь между Дженной и пролитой кровью.
— Когда ты станешь Ведьмой, то естественным образом освоишь Гадание с помощью волшебного зеркала и Гадание с помощью посоха, — тихо сказала Франка, оглядевшись по сторонам и скрываясь в вечерних тенях. — Ведьмам легко даются и другие методы гадания.
— Главное в Гадании с помощью волшебного зеркала — выбрать правильную сущность для молитвы. Мистический символ зеркала связывает тебя с неизвестной сущностью, и с помощью этой связи можно получить ее ответы. Однако, если у неизвестной сущности будут злые намерения или она будет в состоянии безумия, то она может повлиять на гадание или дать такой ответ, который заманит тебя в ловушку, подвергнув опасности.
— Когда придет время, я дам тебе список относительно безопасных сущностей, к которым можно молиться. Мы их проверили. У одной из них самые точные результаты гадания, но за это нужно заплатить соответствующую цену. Если только речь не идет о чем-то крайне важном и срочном, я обычно стараюсь не молиться ей.
— А какую цену? — с любопытством спросила Дженна.
— Цена может заключаться в том, что ты попадешь в неловкую ситуацию или с тобой случится что-то не очень страшное, но неприятное, — смущенно прокашлявшись, ответила Франка.
Она вспомнила о том, как в первый раз молилась этой сущности, чтобы провести Гадание с помощью волшебного зеркала. Ее спросили на глазах у Мадам Суд: «Во время мастурбации ты иногда фантазируешь об определенных мужчинах и испытываешь желание попробовать что-то новое?»
Этот вопрос чуть не заставил ее разбить зеркало-посредник. В то время она только что стала Ведьмой и все еще считала себя мужчиной, хотя ее тело уже превратилось в женское. Было естественно, что она иногда фантазировала, но это признание вызвало у нее чувство вины и стыда. Однако на глазах у полубога ей пришлось честно ответить на этот вопрос.
Даже сейчас Франка, вспоминая об этом, невольно поеживалась. Ей хотелось зарыться головой в песок и ни о чем не думать.
Что такое социальная смерть? Вот это она и есть!
Франка считала, что именно это происшествие повлияло на нее, когда впоследствии она решила попробовать завязать отношения с Гарднером Мартеном. Из-за этого в ее психологической защите образовалась брешь, и она перестала себя контролировать.
«Смущение… Социальная смерть…» — Дженна поняла, что имеет в виду Франка. Хотя у нее и были свои мысли, она решила не озвучивать их вслух.
Франка коротко рассказала о Гадании с помощью волшебного зеркала и, закончив объяснения, провела демонстрацию. Она нежно погладила поверхность зеркальца и произнесла имя безопасной сущности.
— Опасно ли сегодня вечером исследовать каменоломню Глубокой долины в Трире? — серьезным тоном спросила она, когда в зеркале замерцал водянистый свет.
Поскольку это было гадание с помощью вопроса, требования к формулировкам были не такими строгими.
— Существует определённый уровень опасности, — ответил из зеркала глубокий, старческий голос, словно доносящийся из речной глубины.
http://tl.rulate.ru/book/85594/8526616
Готово:
