Согласно словам королевы, как и в случае с Моши, для него использовались новейшие материалы, мягкие и теплые, неотличимые от человеческой плоти.
Та загадка, которая казалась Нин Гэ подозрительно простой, на самом деле давала самую важную подсказку.
Три любимых цветка виконтессы: василек, ирис и роза.
Как лилия представляла Моши, а подсолнух — железную бабушку-маритонетку, так василек представлял малыша Хаджи, ирис — Аэриса, а роза — Пэй Ханя.
Каждый из них, связанный с цветком, был не человеком, а марионеткой.
Порядок пароля виконтессы: василек — ирис — роза, тоже был важен.
От василька к ирису и розе — таков порядок, в котором создавались деревянные слуги. Сначала виконтесса создала малыша Хаджи, затем Аэриса, а Пэй Хань стал ее последним творением.
Моши был великолепен: он одурачил деревянных стражников в королевском дворце и обманул всех людей, и все же Пэй Хань был еще совершенней.
Виконтесса использовала его, чтобы обмануть нечто еще более сложное — жертвенный танцевальный зал.
Даже жертвенный танцевальный зал принял его за мужчину, не распознав, что он марионетка.
Именно он должен был получить золотую медаль, именно он должен был сидеть на троне, и именно он был настоящей точкой опоры этой копии.
Нин Гэ стремительно бежала по коридору.
Чтобы он смог сфотографировать себя, нужно большое зеркало, и довольно большое.
На стенах верхнего этажа висели портреты королевы. Нин Гэ знала, что внизу некоторых коридоров висят зеркала, но времени оставалось всего несколько минут, и найти зеркало в этом лабиринте, наверное, она бы уже не успела.
Нин Гэ быстро включила браслет и нашла иконку Лямбды.
Кнопка активации наконец перестала быть серой.
Нин Гэ нажала на кнопку и пристально уставилась на свою руку, ожидая, пока появится зеленый индикатор прогресса, определяющий ее статус как NPC.
«Сгенерируй баг», — взмолилась Нин Гэ. — «Сгенерируй еще один баг».
Поток данных, истина этого мира, наконец-то проявился. На портретах королевы на стене появились характеристики.
Через несколько минут Нин Гэ вернулась в зал с большим зеркалом, сделанным из портрета королевы, и увидела, что там уже никого не было.
Они выполнили приказ Нин Гэ и ушли, оставив Пэй Ханя одного сидеть на троне.
Он сидел на возвышении и от него, словно лучи света, тянулись десятки тысяч нитей. Мужчина закинул ногу на ногу и со скучающим видом ждал Нин Гэ.
Нин Гэ быстро притащила стул и поставила зеркало перед Пэй Ханем, отрегулировав угол наклона дрожащими руками.
Время почти закончилось.
Пэй Хань взглянул на зеркало и спокойно сказал:
— Все готово. Теперь твоя очередь.
Нин Гэ снова посмотрела на зеркало, все еще не уверенная, что таким образом можно отсканировать Пэй Ханя.
Отсчет пошел на секунды.
— Быстрее, ты должна закончить сканирование первой, прежде чем я смогу уйти, — сказал Пэй Хань.
Он был прав, он не мог уйти, пока она не закончит сканировать его. Ей необходимо сделать это первой.
Нин Гэ закусила губу, направила браслет на Пэй Ханя и нажала кнопку сканирования.
Появился транзитный зал.
Нин Гэ стояла на месте. Ее руки и ноги похолодели, и девушка словно окаменела, неспособная сделать даже шаг.
Секунда, две секунды, три секунды.
Пэй Хань не последовал за ней.
Это была ее вина.
Тело Нин Гэ сотрясалось от дрожи.
Она была слишком самоуверенна.
Слишком высокомерна.
Он следовал за ней всем сердцем, доверял ей, вручил свою жизнь в ее руки, а что она сделала?
На спринт отводилось всего двадцать шесть минут, ей вообще не стоило слушать длинную театральную речь королевы и Моши, теряя так много времени.
Даже если бы она не слушала эти затяжные подсказки, она бы все равно вскоре поняла, что Моши не человек, а марионетка, и тогда она должна была перебить их разговор и броситься на сцену, чтобы отсканировать Моши.
Тогда бы она сразу поняла, что система все это время водила их за нос, а настоящей точкой привязки был Пэй Хань.
Это все ее вина.
Это она во всем виновата.
http://tl.rulate.ru/book/82321/5186854
Or1ool (читатель/заложение основ)
19 января 2026 в 17:03
1
Готово:
