Чжун Цзяньго сел и уставился на Сун Чжаоди:
— Что еще ты собираешься придумать?
— Разве я когда-нибудь лгала тебе? — Сун Чжаоди не стала ждать, пока он заговорит, а сказала первой: — Я просто скрыла часть правды.
Чжун Цзяньго хмыкнул и быстро поднялся, услышав скрип калитки.
— Наверное, сяо Ли увидел, что меня нет на месте, и пришел узнать, в чем дело.
Выглянув в окно, он убедился, что это действительно был сяо Ли, и крикнул подчиненному:
— Скажи комиссару Чжану, что у меня кое-что случилось дома и я немного опоздаю!
— Есть! — сяо Ли развернулся и вышел.
Снова усевшись, Чжун Цзяньго посмотрел на жену:
— Продолжай, я весь во внимании!
— Я — это не я, — сказала Сун Чжаоди.
Мужчина ничуть не удивился этому заявлению.
— Я давно это заметил. Но вот что меня удивляет: как тебе удалось обмануть семью Сун Чжаоди и всех жителей деревни Сяосун?
— Ты действительно хочешь это услышать? — спросила Сун Чжаоди. — Если я расскажу тебе правду, то сегодня ночью тебе будут сниться кошмары.
— Не стану скрывать от тебя, когда наш отряд тренировался, я даже спал на могиле до рассвета, — хмыкнул Чжун Цзяньго.
— Ты просто великолепен! — подняла руки девушки. — Настоящая Сун Чжаоди до поступления в университет никогда не думала о том, чтобы изменить свою судьбу с помощью знаний. По окончании университета она собиралась вернуться в уезд в качестве учительницы средней школы. Но когда она отправилась поступать в Биньхайский педагогический университет, они с матерью отправились в твой дом, точнее говоря, в дом твоей мачехи. Твоя мачеха...
Чжун Цзяньго прервал ее:
— Погоди, она была у меня дома? Тогда почему моя мачеха не знала, что она студентка?
— Выслушай меня до конца, не торопись.
Сун Чжаоди подробно рассказала о визите первоначальной владелицы в дом Чжун и ее поиск брачного партнера в университете.
— Во втором семестре младшего курса, то есть в начале весны шестьдесят шестого года, у Сун Чжаоди завязались отношения с одним молодым человеком. Они вдвоем мечтали пожениться после окончания университета, но им и в голову не приходило, что их планы не смогут угнаться за переменами. Партнер Сун Чжаоди тайно бежал из страны, а она затосковала. Прежде, чем она смогла оправиться от этого удара, началась революция и университет закрыли. Сун Чжаоди боялась, что другие узнают о ее отношениях с этим человеком, поэтому она вернулась в деревню Сяосун. Что произошло дальше, тебе должно быть понятно.
— Нет, не понятно.
— Ее партнер исчез, учеба прервалась. Если бы она не вышла замуж за Ван Дэгуя, простого рабочего, или за Чжун Цзяньго, военного с несколькими детьми, ей оставалось только…
Заметив, что Чжун Цзяньго хочет что-то сказать, девушка поспешно добавила:
— Не торопись, послушай дальше. В прошлом году Сун Чжаоди исполнилось двадцать два года. В этом возрасте она едва ли закончила бы курс учебы в университете или бы даже еще не закончила. Но в сельской местности все старшие девушки уже повыходили замуж. Все молодые люди, которые выглядели лучше, чем Ван Дэгуй или были богаче его, все они уже состояли в браке. Сун Чжаоди хотела найти мужчину с хорошим семейным прошлым, такого же возраста, как она, и приличного образования, поэтому ей оставалось искать его только в городе. Но что происходит в городе? Повсюду бушует революция, мужчины из хороших семей не осмеливались гулять по улицам, и тем более они не задумывались о браке. Когда Сун Чжаоди поняла это, а потом узнала, что ты собираешься приехать, чтобы увидеться с ней, то она проплакала несколько ночей. Думаю, у него были какие-то проблемы с сердцем, к тому же психологическое давление, поэтому после пары таких бессонных ночей она просто умерла в слезах.
— Отлично придумано! — захлопал в ладоши Чжун Цзяньго.
Сун Чжаоди закатила глаза. Ну что он за человек, а?
— Не хочешь узнать, как я поступила с телом Сун Чжаоди? Я его не трогала. Ты читал о судье Лу в «Повести о странном из кабинета Ляо»?
Сердце Чжун Цзяньго дрогнуло:
— Ты… заменила голову?
— Как жаль, если я задам этот вопрос Ван Дэгую, он точно скажет, что ничего не понимает, — вздохнула Сун Чжаоди.
Чжун Цзяньго усмехнулся:
— Говори дальше, не впутывай других.
— Хорошо, — Сун Чжаоди подняла голову. — Это не замена головы, у меня даже нет швов на шее. Вообще-то я не знаю, как сюда попала. Я родилась на сто лет позже.
Глаза Чжун Цзяньго расширились, и он понял, что очень нервничает. Он поспешно сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться, приговаривая про себя, что не может показать свою трусость перед Сун Чжаоди.
— Когда я летела из США во Францию, самолет потерпел крушение, и я думала, что умру, поэтому сделала фото на мобильный телефон, чтобы отправить… Как бы это объяснить… В общем, технологии моей эпохи слишком развиты, чтобы я могла их объяснить. Это было что-то вроде предсмертной записки. После того, как я написала ее, я потеряла сознание.
— Так, давай пропустим эту часть, — Чжун Цзяньго сжал руки в кулаки и притворился спокойным. — Продолжай.
— Когда я очнулась, то стала Сун Чжаоди, то есть той, кого ты видишь перед собой. Тело принадлежит Сун Чжаоди, а душа — мне. Поскольку душа этой девушки не исчезла, когда я попала в ее тело, а слилась с моей, у меня остались ее воспоминания. Я тщательно замаскировалась, чтобы семья Сун Чжаоди не заметила исчезновения ее души. Думаю, никто ничего не заметил. Что касается того, существуют ли в мире души, призраки и боги, то я никогда не видела их в своей прошлой жизни и в этой тоже не видела. Однако я верю в карму, поэтому решила заботиться о семье Сун как о своей.
Чжун Цзяньго не верил в ее слова, но это было самое естественное объяснение всех странных поступков Сун Чжаоди.
— Почему ты не продолжила скрываться? Я заметил, что ты очень хорошо играешь, ты могла бы продолжить притворяться.
— В этом году мне исполнилось двадцать три года. Если я доживу до семидесяти или даже девяноста, разве мне не придется играть целых семьдесят лет? — Сун Чжаоди пристально смотрела на мужчину. — Жизнь — не театральная пьеса, я не родилась актрисой, да и в прошлой жизни не была именитой актрисой, поэтому я не смогла скрываться слишком долго, как сильно бы ни хотела бы этого.
— Тогда ты собираешься прекратить играть и действовать так, как хочешь? — подхватил Чжун Цзяньго.
— Верно, — кивнула девушка. — Женщина, с которой ты живешь, — это я, жившая сто лет спустя, а не настоящая Сун Чжаоди. Я хочу быть самой собой и не хочу, чтобы ты думал обо мне как о ком-то другом.
Чжун Цзяньго сглотнул слюну и тайком ущипнул себя за ногу. Он очень не хотел показывать свою нервозность и даже страх.
— Ты была портнихой в прошлой жизни?
— Я была дизайнером одежды в прошлом, — ответила Сун Чжаоди. — Я создавала одежду для знаменитостей и высокопоставленных лиц. Многие актеры той эпохи просили меня создать им одежду, но я работала только в зависимости от того, какое у меня настроение.
— Да, я уже разглядел твой характер, — дернул уголком рта Чжун Цзяньго.
— Твои глаза ужасно внимательны, — раздраженно фыркнула девушка.
На лице Чжун Цзяньго появился намек на улыбку:
— Я приму это как комплимент. Ты не переживала о своей семье, когда очнулась здесь?
— У меня нет семьи, – сказала Сун Чжаоди. — Мой отец не любил мою мать. Я смогла отправить во французский университет, чтобы изучать дизайн одежды, благодаря финансовой поддержке одного доброго человека. Не подумай ничего такого, это была женщина. Очень богатая, очень нежная и очень красивая. К сожалению, ее уволок один волк до того, как она закончила университет.
Чжун Цзяньго потерял дар речи:
— Даже если бы она не вышла замуж, невозможно, чтобы у нее что-то было с тобой.
— Мне нравятся мужчины, я тоже не хотела с ней иметь что-то такое, — пробормотала Сун Чжаоди. — Что еще ты хотел узнать? Спрашивай все сразу, чтобы потом не говорить, что я опять тебе солгала.
Чжун Цзяньго взглянул на ее сокрушенный вид, и у него заболела голова:
— Ты не была замужем?
— Не замужем, детей нет, — ответила Сун Чжаоди. — Я родилась в эмоционально холодной семье, где родители не любили друг друга. Хотя и мечтала о теплой семейной жизни, я не стала пытаться ее построить. Я умерла в 37 лет, ровно в 2067 году. Если ты мне не веришь, то можешь найти кого-нибудь для проверки. Мой французский куда лучше английского.
— Я верю, что ты не Сун Чжаоди, что ты большая шишка и умеешь шить одежду, — посмотрел на девушку Чжун Цзяньго. — Что касается того, насколько правдивы твои слова…
— Ты не можешь их проверить, даже если я обо всем солгала, — уверенно заключила Сун Чжаоди. — Вполне возможно, что ты доживешь до ста лет и увидишь меня маленькой. Только если я тебе не укажу на себя, то ты меня и не узнаешь ребенком.
Чжун Цзяньго поперхнулся, сдерживая желания дать ей подзатыльник:
— Тогда ты сейчас не должна сказать мне, как тебя зовут?
— Лю Лин, — сказала Сун Чжаоди. — Та же фамилия, что и у божества Лю Хэ*, духа остроумия.
П. п.: Будет смешнее, когда вы узнаете, что Лю Хэ — мастер коммуникации среди божеств, покровитель браков. К тому же у него звание божества шести гармоний, и именно из-за него так знаменита теория шести рукопожатий — символа установления связей, поскольку все люди каким-то образом знакомы друг с другом.
С этими словами она протянула руку:
— Здравствуй, Чжун Цзяньго, я душа, которая старше тебя на семь лет, странным образом попавшая в тело Сун Чжаоди, которая младше тебя на восемь лет.
http://tl.rulate.ru/book/77678/4199339
Готово:
