Глава 15. Лайте сколько влезет (7)
Чжэ Гон стиснул зубы.
Тон, которым У Чжэ Хун спрашивал о его решении, звучал так: «Посмеешь ли ты отказаться от моего предложения?»
Неприятное чувство, смутно подступавшее к горлу, теперь оформилось в отчетливое раздражение.
— Ну так что, писатель? — с нажимом повторил режиссер.
Чжэ Гон молчал, опустив взгляд под углом в 45 градусов.
Его лицо было непроницаемым, не выражая ни единой эмоции.
«Дело дрянь...»
Мён Сок, украдкой взглянув на Чжэ Гона, мысленно вздохнул.
Он старался не подавать виду, но прекрасно понимал, что атмосфера накаляется. Чжэ Гон, которого знал Мён Сок, был человеком с сильной писательской гордостью и обостренным чувством собственного достоинства.
Если так пойдет дальше, сделка сорвется. И Чжэ Гон, будучи истинным творцом, вряд ли пожалеет об упущенном контракте.
«Пора вмешиваться, пока не поздно...»
Мён Сок искал подходящий момент.
Он не мог безоговорочно встать на сторону Чжэ Гона, игнорируя режиссера. У Чжэ Хун — фигура в корейском кинобизнесе крупная. Да, критики его не жалуют, но у него есть фильмы, собравшие более десяти миллионов зрителей. Инвесторы ему доверяют.
Мён Сок не хотел упускать этот шанс.
Для карьеры Чжэ Гона это был бы мощный трамплин, а книга «Лето, когда мне было двадцать», изданная под брендом «Мистериум», получила бы еще больше внимания.
— Что-то проголодался я. Тут закусок никаких нет? — пробормотал У Чжэ Хун, скучающе поглаживая свой живот.
Наконец Чжэ Гон поднял глаза.
Приняв решение, он посмотрел на режиссера гораздо спокойнее и спросил:
— Вы сами будете писать?
— Что?
— Сценарий.
— Ну, я ещё не решил, но вполне возможно.
— Тогда это проблематично.
Чжэ Гон отрезал без колебаний.
От его твердого тона лицо У Чжэ Хуна и даже Мён Сока слегка застыло.
— Проблематично?
— Вы ведь сами писали сценарий к «Сектору 7»?
Вместо ответа кадык У Чжэ Хуна дернулся. Было ясно, к чему клонит писатель.
Чжэ Гон, оправдывая худшие опасения, продолжил прямолинейно:
— Как зритель, я был крайне разочарован этим фильмом. Поэтому, прошу прощения за прямоту, но если вы будете писать сценарий, я не смогу доверить вам свое произведение.
Лицо У Чжэ Хуна пошло багровыми пятнами.
Вспомнить его самый позорный провал!
Если бы мог, он бы заткнул рот этому наглецу прямо сейчас.
Чжэ Гон продолжил:
— Я не настаиваю на том, чтобы писать сценарий самому. Но наймите сценариста, которого я смогу одобрить. Это мой компромисс.
— Компромисс? Ты издеваешься надо мной?
Глаза У Чжэ Хуна налились кровью и бегали из стороны в сторону.
Чжэ Гон едва заметно улыбнулся и покачал головой.
— Именно компромисс. Я мог бы просто встать и уйти, но сдержался и предложил разумный вариант.
— Что..?!
— Не поймите меня неправильно. Я иду на уступки не потому, что боюсь упустить шанс. Я делаю это из уважения к нашему главному редактору, который организовал эту встречу.
— Слышь, писака!
У Чжэ Хун с грохотом ударил толстой ладонью по столу. Бам!
Он — мэтр корейского кино!
А какой-то сопляк, на двадцать лет моложе, смеет читать ему нотации?!
Его вспыльчивый характер не позволял спустить такое с рук.
Чжэ Гон встал и поправил одежду.
— Похоже, обсудить детали контракта сегодня не получится. Я пойду.
— А? Э? Э-э-э?!
Ошарашенный У Чжэ Хун не мог связать двух слов, лишь бессмысленно махал руками.
Вслед за Чжэ Гоном, направившимся к выходу, поднялся и Мён Сок.
Разъяренный режиссер переключил свой гнев на него.
— Эй, редактор! Что за бардак?! Ты совсем работать не умеешь?! Позволил так меня унизить! Как ты вообще управляешь своими авторами?!
Мён Сок тихо вздохнул и остановился. Затем обернулся к режиссеру и спокойно произнес:
— Я считаю, что ваша вина здесь тоже есть, режиссер.
— Чего?!
Мён Сок выразительно посмотрел на ноги У Чжэ Хуна.
— Увидев, что вы пришли на первую встречу босиком в резиновых шлепанцах, я понял, что вы человек свободный и не скованный условностями. Не знаю, стиль ли это Чхунмуро или привилегия мэтра, но господину Ха такое отношение, видимо, не по душе.
Слова были вежливыми, но по сути — звонкой пощечиной.
У Чжэ Хун вскочил, трясясь от ярости.
Он был так зол, что только пыхтел, как вулкан перед извержением: «Пф! Пф!»
— Ты...! О Мён Сок, да? Я сейчас позвоню в «Унсон», так и знай!
Это была жалкая угроза человека, не знающего, что перед ним старший сын владельца издательской группы.
Мён Сок легко улыбнулся и кивнул.
— Звоните. Жду звонка насчет прав.
— Что? Ждешь звонка?! Жди звонка о своем увольнении! На хрен мне сдался твой роман! Думаешь, это единственный оригинал в мире?!
Оставив орущего режиссера позади, Мён Сок вышел из кафе.
Он потянулся за телефоном, чтобы позвонить, но тут же криво усмехнулся. У парковки его ждал Чжэ Гон.
— Простите, господин главный редактор.
Чжэ Гон заговорил первым, как только Мён Сок подошел.
Редактор с улыбкой покачал головой:
— Вы ведь ещё не ели? Наверняка проголодались. Может, перекусим где-нибудь поблизости?
— С удовольствием.
Они зашли в корейский ресторан неподалеку и сели за столик. Хоть У Чжэ Хуна с ними и не было, им предстоял важный разговор.
— Я буду пибимпаб в каменном горшке.
— Я тоже. Нам два пибимпаба, пожалуйста.
Наливая воду в стакан, Чжэ Гон начал:
— Я не сдержался и доставил вам неприятности. Боюсь, из-за меня вы окажетесь в сложном положении...
— Вовсе нет, господин Ха.
Мён Сок прервал его, протягивая ложку и палочки.
— Мне совершенно всё равно, так что не берите в голову. Но я бы не хотел, чтобы вы упускали эту возможность.
— ...
— Это действительно отличный шанс для вас. Я прекрасно понимаю ваше недовольство, но мне бы очень хотелось, чтобы этот контракт состоялся. Какой бы он ни был человек, он всё же один из топовых режиссеров Кореи.
Чжэ Гон откинулся на спинку стула, на лице его читались смешанные чувства.
Мён Сок придвинулся ближе и четко произнес:
— Я приложу все усилия, чтобы вопрос со сценарием решился так, как вы хотите. Доверьте остальные проблемы мне.
Их взгляды встретились на близком расстоянии.
Мён Сок больше ничего не добавил.
Он знал, что Чжэ Гона не проймешь длинными речами. Он просто смотрел ему в глаза — прямо и непоколебимо, стремясь завоевать доверие.
Наконец Чжэ Гон кивнул.
— Спасибо за ваши слова. Но режиссер, похоже, в бешенстве. Захочет ли он вообще покупать права, не говоря уж о сценарии?
— Об этом не беспокойтесь.
Мён Сок поправил очки указательным пальцем.
— Моя работа — сделать так, чтобы захотел.
В его голосе не было и тени бахвальства.
Он обладал и уверенностью, и возможностями, чтобы довести эту сделку до конца.
Сомнения на лице Чжэ Гона сменились улыбкой.
Этот человек ни разу его не подводил. Чжэ Гон решил полностью довериться ему и в этот раз. Принесли еду, и они принялись за обед.
Офис продюсерской группы кинокомпании.
У Чжэ Хун, с лицом перекошенным, как скомканная салфетка, курил одну сигарету за другой. Сидевший напротив сотрудник робко продолжал доклад, стараясь не попасть под горячую руку.
— С этой недели «Лето, когда мне было двадцать» заняло 3-е место в «Bandi & Luni's». Продано уже 550 тысяч экземпляров. Эксперты говорят, что миллионный тираж и первое место в списке бестселлеров — вопрос времени. Для инвесторов, любящих хайп, лучшего материала не найти. Продажи растут с пугающей скоростью.
— Пф-ф...!
У Чжэ Хун выпустил дым носом и ртом одновременно, раздавив окурок в пепельнице.
Он всерьез собирался послать этот роман к черту. Но инвесторы встали стеной. Их общее и жесткое требование: купить права на «Лето, когда мне было двадцать» и запустить экранизацию любой ценой.
— А, и ещё, режиссер. Я навел справки про главного редактора О Мён Сока из «Мистериума».
У Чжэ Хун поперхнулся кофе и заорал, вздувая вены на шее:
— Я сказал узнать, а ты реально узнавал?! Я ляпнул со зла, ты что, думаешь, я настолько мелочный, чтобы мстить?!
— Н-но вы же сказали...! Впрочем, режиссер, важно не это. Оказывается, этот О Мён Сок — старший сын генерального директора «Унсон Групп».
— Чего-о?!
Глаза У Чжэ Хуна полезли на лоб.
— Это точно?
— Да, у меня там знакомый работает, я позвонил и уточнил. Это особо и не секрет.
— Почему старший сын работает редактором, а не управляет компанией?
— Подробностей не знаю.
У Чжэ Хун прикрыл рот рукой, погрузившись в раздумья.
В памяти всплыло лицо Мён Сока, говорившего, что издательская группа «Унсон» готова вложиться в производство фильма.
— Режиссер, насчет ужина...
— Иди. Я сам разберусь.
Выпроводив сотрудника, У Чжэ Хун схватился за гудящую голову.
Гордость не позволяла, но пришлось признать: пора отступить.
Его последние два фильма провалились. Если он сейчас упрется, его просто перестанут слушать.
— Позвони...! Позвони уже...!
Рычал он на свой телефон. Не звонить первым было последним бастионом его гордости. Он решил подождать день-другой.
Но звонка так и не последовало.
— Всё-таки писательство — лучшее лекарство от скуки. Правда?
— Мяу.
— Сейчас пишу фэнтези. Начал еще в офисе в Пучхоне, когда сидел там всю ночь, вырисовывается неплохо.
Поставив точку в последнем предложении, Чжэ Гон сладко потянулся. Набросок фэнтези-романа, начатый как упражнение, разросся уже до трех томов. Свободного времени в последние дни было хоть отбавляй, что способствовало скорости.
— Раз написал, надо получить отзыв, так?
Чжэ Гон прикрепил файл и отправил его Тхэ Вону из «Raff Books».
На часах было начало восьмого утра.
Проработав всю ночь, он налил кофе в кружку Со Гон У и медленно выпил. Силы вернулись мгновенно.
— Похоже, с фильмом не выгорело, Рика.
От Мён Сока до сих пор не было вестей.
Честно говоря, Чжэ Гон был спокоен.
Даже если контракт сорвется — не беда.
Он верил, что рано или поздно подвернется возможность получше.
— После кофе есть захотелось. Позавтракаем?
Он направился на кухню, но тут зазвонил телефон.
Тхэ Вон.
Прошло меньше 15 минут с отправки письма, так что Чжэ Гон ответил с удивленной улыбкой.
— Директор, вы рано встали?
— А вы, писатель Ха, всю ночь работали? Я позвонил, как только увидел входящее письмо. Глянул синопсис — снова классическое фэнтези?
— Да, после успеха «The Breath» захотелось вернуться к классике. В этот раз пишу в более легком стиле. Почитайте на досуге.
— Конечно. Прочту за завтраком. Спасибо вам огромное, писатель Ха. Опять так быстро прислали рукопись.
— Подумал, надо отрабатывать аренду офиса.
Тхэ Вон громко рассмеялся в ответ на шутку.
— Тогда приятного аппетита. А, кстати. Вы не в курсе, что писатель Ян Хён Гён начал присылать рукописи?
— Правда?
Чжэ Гон округлил глаза от неожиданности.
— Да, он просил держать это в секрете, но вам я должен сказать. Кажется, он пишет, подрабатывая где-то рядом с офисом в Пучхоне. Сбоев нет уже 6 дней, и прислал ещё 3 главы вперед.
Перед глазами всплыло поникшее лицо Хён Гёна, собирающего вещи.
Чжэ Гон поступил жестко, чтобы привести его в чувство, но в глубине души всё равно переживал.
— Где он работает?
Чжэ Гон записал название заведения и адрес, которые продиктовал Тхэ Вон.
Повесив трубку, он пошел в душ. За окном вставало ослепительное утреннее солнце.
http://tl.rulate.ru/book/776/8969802
Готово:
