— Мальчишку похитили бандиты?!
На следующее утро после нападения разбойников. Ситц, занятый ликвидацией последствий, получил это известие.
— Э-это, сказать, что похитили... или погнались... похитили ребенка... ну, молодой господин тоже еще дитя, но, э-это, как бы...
— Ничего не понятно. Говори спокойно!!!
— Вообще-то...
*****
Среди десятков пришедших в замешательство разбойников мчались два всадника. Не могут ни продвинуться вперед, ни отступить. Сбившаяся в кучу дезорганизованная группа - идеальная мишень для кавалерийской атаки. Более того, оказавшись зажатыми с двух сторон, если следишь за передом - бьют сзади, следишь за задом - бьют спереди, уже более тридцати бандитов было убито.
— Бандиты, бросайте оружие и сдавайтесь. Иначе пощады не будет. Повторяю. Бросайте оружие и сдавайтесь!
Голос Кассероля хорошо звучал. Всех бандитов, кто продолжал сопротивляться, без лишних слов рубили. Несколько человек с веревками на поясах и те, кто отказался от сопротивления, бросили оружие в знак капитуляции.
Армия владения Мортелн полностью защитила своих жителей.
То тут, то там мужчины издавали победные кличи. Женщины и дети отвечали им радостью освобождения от страха. Они упоены чувством выполненного долга и освобождения.
Тем временем у владельца поместья и призванного ополчения еще оставались дела. Собрав брошенное оружие, сдавшихся и поверженных бандитов, их тщательно связали. На это потребовалось немало времени. Собранное оружие, немного денег и одежды, которые везли бандиты, были распределены среди тех, кто внес вклад в оборону деревни и помог с призывом. К счастью, погибших не было, но раненых оказалось больше, чем можно пересчитать по пальцам обеих рук. Некоторые лишились пальцев, кто-то потерял глаз. Чтобы воздать им по заслугам, вознаграждение и наказание — здравый смысл в этом мире.
Бандитов сбросили в одну кучу, оставив охрану, а главные собрались перед домом владельца. Теперь предстояло разобраться с последствиями.
— Следующий, Гласаж из Засдена.
— Здесь.
— Убил одного, внес вклад в помощь при обороне на главном направлении. В награду - копье и одна серебряная монета.
Вокруг раздались одобрительные возгласы. Засден - название главной деревни, официальное название столицы владения. Конечно, странно определять столицу среди всего трех деревень, но так называется центральная деревня владения Мортелн. Гласаж - мужчина с главного направления, где командовал Пейс, по статусу - оруженосец. Формально он помогал следующему владельцу, и именно этот мужчина по приказу того мальчика выпустил огненные стрелы. Получить копье означало признание военных заслуг, и к тому же награда в одну серебряную монету вызвала вокруг ропот зависти и восхищения.
— Следующие, Маркальо и Луминото из Засдена.
— Да, да, да-а.
— И зачем вызывать их вместе?
При именах следующих вызванных послышался ропот, но уже с другим смыслом - потому что вызвали детей, еще не достигших возраста. Да еще детей, на которых прочно повесили ярлык проказников.
— Вы оба сражались не хуже взрослых. Каждому вручается меч. И также мешок ячменя. Это на двоих. Можете похвастаться, когда вернетесь домой.
— Ураа!!
— Даже камнешвыряние сорванцов иногда пригождается.
— Верно. Но если в следующий раз, как в прошлый раз, целенаправленно будете в меня целиться, тогда уж я вас проучу.
Вокруг раздался смех. Двое детей, которых вечно ругали. В этот день, в этот момент, они несомненно стали героями. Все наперебой хвалили их, и они, не привыкшие к такому, даже смутились. Их друг обратился к зарумянившимся ребятам.
— Вы оба молодцы.
— Хе-хе-хе, не то чтобы как Пейс, но мы тоже неплохо справились, да?
— Да, вы очень помогли.
— Кстати, помоги нам. Мы сами не унесем.
Мешок ячменя, выданный в качестве награды. Размером такой, что даже взрослому трудно нести. По весу примерно равен весу Марка и Луми. Ребенку явно не под силу поднять такой груз, и даже вдвоем они пошатываются. Поэтому они и просят помочь.
Конечно, нести заслуженную добычу сегодняшних героев. Друг Пейс не мог отказать, и втроем они, кряхтя, потащили ее. Взрослые вокруг с гордостью, как будто это их собственная заслуга, проводили их.
Принесли они в дом Маркальо. Дом оруженосца Коантро, где, естественно, воспитывается и его сын Марк. Сам глава семьи Коантро все еще занят уборкой после боя, поэтому дома были его жена, дочь и сын. Для Марка - мать, сестра и брат. Даже мать, которая обычно только и делала, что читала нотации, сегодня обрадовалась благополучному возвращению сына. Не ударив кулаком, она обняла вернувшегося сына.
— Мам, я дома.
— Добро пожаловать домой, Марк, слава богу, ты вернулся целым. Ты не ранен? Я так переживала.
— Со мной все в порядке. Лучше посмотри на это. Владыка дал мне меч. И еще ячмень. Пополам с семьей Луми, но все равно круто, да?
— Братан, крутяк!
— Кутя!
Марк сиял от гордости. Полученный меч, волоча в ножнах, он заткнул за пояс и выпрямил грудь. В обычном мире типичной историей успеха было подняться по служебной лестнице благодаря военным заслугам, и воплощающий это меч на поясе был предметом всеобщей мечты.
— Для меня достаточно того, что ты вернулся домой без единой царапины. Кажется, этот глупый сын доставил и молодому господину хлопот.
— Нет-нет. И Марк, и Луми были великолепны. Несомненно, в будущем они станут незаменимыми кадрами для владения Мортельн. Сегодняшняя награда - то, что они бесспорно заслужили. Пожалуйста, накормите их досыта.
— Конечно. Приложу все усилия, чтобы приготовить угощение.
Половину принесенного ячменя нужно было отнести в дом Луми. Чтобы раздел пополам не был несправедливым, Пейс проявил смекалку. Он заставил Марка разделить ровно пополам, а затем позволил Луми выбрать, какую половину забрать. Так ни у кого не возникало жалоб на несправедливость.
Среди обязанностей владельца поместья многое связано с судебной властью. то получил работы меньше, чья семья использовала больше муки, чем другие, кому отдельные меньше дров - большинство споров было в отношении распределения благ. Улаживать их - умение владельца, и нельзя сказать, что это неестественно - увидеть в этом проблеск его таланта. В смысле минимизации чувства несправедливости мать Марка была сильно впечатлена таким разделом. Для самого же Пейса это было не более чем здравым смыслом. Любой человек с современным образованием догадался бы об этом.
Благополучно разделенный ячмень отнесли в дом Луми. И здесь Луминото был затискан семьей. В этом случае дед Луми, бывший оруженосец, был еще жив, и он невероятно обрадовался первому бою и первой заслуге внука. Вид того, как он со слезами на глазах обнимает внука, заставлял колебаться, называть ли это чрезмерным.
— Молодец, настоящий внук. В таком возрасте уже смог помочь господину и молодому хозяину - действительно великолепно.
— Больно, дед, позвоночник сломаешь. Сломаешь!
— Угу, угу, теперь будущее нашей семьи обеспечено. Так, надо немедленно устроить праздник.
Тут, как раз вовремя, несколько человек, получивших вино в качестве награды, заглянули, что было ошибкой. Детские подвиги отошли на второй план, и по инерции начался пир. В охватившем всех веселье по поводу победы, все младшие, кроме Пейса, тихо улизнули. В конце концов, двое - те еще проказники. Сбежать - раз плюнуть. Причина побега была проста - они просто устали от непривычной бури похвал. Приятно - это приятно, но непривычное утомляет - это неизменный принцип во все времена.
Время от времени задевая ножнами мечей о землю, но все же не выпуская их из рук, они направились к амбару, где временно содержались бандиты. Из любопытства Марка - взглянуть еще раз на тех, с кем они сражались в своем первом бою.
Хотя это и бандиты, но те, с кем даже армия графа не могла справиться. Если передать их графу Летешу, конечно, получат награду. Для графа реальная выгода от успешной карательной операции будет большей заслугой, чем видимость отражения. Сумма зависит от переговорной силы рыцаря Мортелна, но наличие главаря, главного преступника, означает, что можно получить достаточно, чтобы покрыть военные расходы и убытки от блокировки двух других деревень. Если они буйствовали и за пределами графства, цена их голов соответственно возрастет, и если полностью преподнести заслугу графу, отдача будет довольно большой.
Кстати, похоже, что разношерстную массу подручных, кроме главаря, пытали, чтобы выведать информацию. Их ждет судьба быть проданными в рабство. На рудники, в исследовательские лаборатории или на поля сражений. Куда бы их ни отправили, шансов выжить через полгода практически нет. Что же это за люди, которые становятся разбойниками, начинающими о такой прекрасной судьбе? Интересно всем, а детское любопытство и вовсе больше, чем у взрослых.
По пути к амбару Марк поморщился от доносившегося запаха. Запах крови. И вонь бандитов, не мывшихся месяцами. Зловоние разлитых нечистот. Невыразимо отвратительное зловоние, смешавшее все это, было несколько трудным для чувствительных детских носов.
— Воняет как...
— Согласен.
Амбар - что-то вроде склада, один на деревню. Используется как сарай для защиты плугов и другого инвентаря от дождя. Это место хранения общих деревенских вещей, за которым по очереди следят жители. Как сарай, его конструкция, мягко говоря, грубая. Стены из досок, пропускающие сквозняки. Пол - голая земля. Никак не назовешь местом для жилья.
— Вы что, дети? Опасно, не подходите близко.
— Да ладно, чуть-чуть можно.
— А, эй, постойте. Говорю же, в амбар нельзя.
Просочившись под ногами взрослых, охранявших здание, двое проникли внутрь. Связанные и брошенные на пол бандиты. Люди, в чьих жилах крови больше, чем у других, уставились на двух вошедших детей. Взрослые мужики. Да еще и окровавленные, свирепые мужчины - Маркальо и Луминото испугались. Сколько бы они ни были сорванцами, конечно, они подавлены напором тех, кто буквально убивал людей.
Но даже так Марк, желая покрасоваться перед Луми, который испуганно прятался за ним, сделал вид, что храбрится.
— Чт... чт... что вы. Ничего особенного.
Как он ни старался, было видно, что он дрожит от страха, но даже у детей, особенно у мальчиков, есть своя гордость. Ругая дрожащие ноги, он подошел ближе к бандитам. Насколько это было опасно? Они не знали. Даже если бы знали, для двоих, носящих имя проказников, сознательно лезть на риск - обычное дело.
— Эй, пацан.
Низкий, рычащий голос. Обращение, подобное барабанному бою, отзывающееся глубоко внутри, заставило ребенка вздрогнуть.
— Меч у тебя на поясе. Откуда он?
Говорил мужчина, бывший главарем бандитов. Его глаза явно видели меч, неподходящий для ребенка.
— Чт... чт... что тебе, мне тут вовсе не страшно.
— Ладно, отвечай, пацан. Я спрашиваю, откуда у тебя этот меч.
— Я получил его в н... н... награду за то, что победил вас.
— Так.
Мужчина с лицом страшнее, чем у других, обращавшийся к ребенку. Хельм, главарь бандитов. Когда-то он командовал отрядом наемников, и он был неглуп. Его сила и сообразительность были довольно признаны окружающими. Он сам хотел как-то исправить ситуацию плена. О том, чтобы легко сдаться, он забыл давным-давно. Он должен выжить, даже если придется грязь глотать, иначе он не сможет смотреть в глаза тем, кто позволил ему бежать и выжить.
Сейчас он был серьезен. Теперь, когда охрана следила за зданием снаружи, было трудно что-либо предпринять. Но он подумал, что, умело используя ребенка перед ним, он, возможно, сможет выйти из положения пленника.
Тут в голову мужчины пришла идея.
— Эй, пацаны. Дай-ка мне этот меч.
— А, не неси чепухи. Кто тебе его даст?
— Говорю, дай. Этот меч был моим. Вообще-то, у него есть секрет. Меня, наверное, казнят, но перед этим я хочу, чтобы ты узнал истинное предназначение этого меча.
— Истинное предназначение?
— Ага. Если правильно обращаться, можно использовать магию.
— Правда?!
Магия.
Таинственная сила, доступная лишь очень немногим в этом мире. Великая сила, которая в умелых руках может сравниться с силой ста человек, и тот, кто может использовать магию, может рассчитывать на продвижение как минимум до уровня младшего рыцаря (так называемый вассал, имеющий право ездить верхом). Самый короткий путь для простолюдина, чтобы подняться. Сила, которой все жаждут. Тем более, если всего несколько недель назад твой лучший друг стал магом, это желание становится острым.
— Ладно, возьми этот меч и попробуй сконцентрироваться, призывая огонь.
— Та... так?
— Эй, не слушай же ты его.
Неуклюже вытащив меч из ножен, Маркальо принял стойку. Юноша, чей жизненный опыт был скуден и который окружали строгие, но добрые взрослые, был слишком молод, чтобы распознать коварное злонамерение.
— Так, так, неплохо. Довольно похоже.
— М, хе-хе, правда?
— Эй, перестань.
Луминото пытался остановить, но если бы он был способен прислушиваться к предостережениям, он бы не был delinquent.
— Вот тут нужно произнести заклинание, но это опасно. Нельзя, чтобы твой друг услышал. Подойди поближе.
Марка, которого только что взрослые вовсю хвалили. Теперь его хвалил даже бандит, и его нос вытянулся, как у Пиноккио. Без тени сомнения он приблизил лицо к разбойнику. Бандит улыбнулся. Улыбка была приятной, но никто не заметил, что она была злорадной.
— Итак, это заклинание... Гхо!
Брешь, образовавшаяся, когда он приблизил лицо. Держа обнаженный меч, он был совершенно беззащитен. В тот миг, когда юноша приблизился, разбойник извернулся связанным телом. Прижался к мечу, чтобы перерезать веревку, и освободившейся рукой ударил. Получив неожиданный удар в живот, Марк выблевал только что съеденное на землю и, присев на корточки, ткнулся лицом в собственную рвоту.
Выпущенный меч, как ни в чем не бывало, оказался в руке бандита.
— Гья!
Почти одновременно с тем, как у юноши, вошедшего в раж, был сломлен гонош, его товарища Луми ударили мечом. Похвалы заслуживает Луминото, проявивший недетскую реакцию. Меч, которым размахивал бандит, задел эфес его собственного меча, который он пытался вытащить. Поэтому он избежал смертельной раны в последний момент, но все же был ранен в живот и отброшен, и все от груди до штанов мгновенно стало красным.
— Что происходит?!
— Черт, похоже, остается только бежать.
Как бы ни было обычным делом проделкам сорванцов, шум драмы донесся наружу.
Главарю хватило мгновения взглянуть на остальных пленных, но, похоже, у него не было времени заниматься ими. Охранники сразу же ворвались в здание, и, судя по вс, людей прибывало все больше. Оставалось только бежать. Но он был не из тех, кто бежит просто так.
— Эй, дорогу! Мешаете - голова пацана слетит!!
Схватив присевшего Марка одной рукой и приставив меч к его шее, Хельм бросился бежать. Он мчался, налетая на деревенских, которые могли помешать. Никто здесь не был настолько обучен, чтобы выдержать таран такого крупного мужчины. Тем более, когда в заложниках ребенок. Деревенские, также поддавшись напору мужчины, не смогли полностью окружить его и позволили ему бежать. Здесь выявлено отсутствие помощи крестьян в преодолении ситуации. Обычный человек, столкнувшись с выбором между жизнью ребенка и предотвращением побега преступника, заколеблется, какой бы выбор он ни сделал. Это была обычная картина, если подумать.
Но был и тот, кому не подходило слово «обычный». Пейстри, прибежавший на шум. Его выражение лица стало суровым, когда он узнал, что его двух друзей вовлекли в это. Крикнув на мечущихся взрослых, он сказал:
— Что вы делаете? Эй, немедленно окажите Луми первую помощь. Остановите кровотечение в первую очередь. Неважно, если останутся шрамы. В худшем случае, если придется прижечь рану, чтобы остановить кровь, его жизнь в опасности.
— Д-да!!
— Я уже слышал. В каком направлении убежал бандит?
— На восток...
— Это кстати. Я преследую бандита. Передайте отцу и Ситцу. Быстрее!
Не успел он договорить, как Пейс выскочил из амбара. Вскочив на лошадь, рекомендованную снаружи амбару, он умело направил ее на восток. В амбаре изначально было место для лошадей, но их временно вывели, чтобы запихнуть туда бандитов.
Лошадей должно было быть две, но была только одна. Пейс, догадавшись о причине, погнал лошадь на полной скорости. В голове всплывал окровавленный образ Луминото. «Неужели и с Марком случится такое?» - он мчался изо всех сил.
Проводив взглядом скачущую на восток деревни лошадь, деревенские на мгновение остолбенели, а затем опомнились. И побежали сообщать владельцу и его доверенному лицу о случившемся.
*****
— Вот так вот...
— Нас переиграли.
На Кассероля и Ситца будто вылили ушат холодной воды на радость победы. Крупное несчастье, которого достаточно, чтобы развеять сонливость после бессонной ночи по ликвидации последствий.
Охранникам у здания они отдали приказ: «Ни в коем случае не заходить в амбар, охранять снаружи». Они и представить не могли, что внутрь зайдут дети, и даже если бы они побежали за ними, предыдущий приказ помешал бы. Это была мера на худший случай, если среди бандитов окажутся маги, и они даже considered поджечь амбар. Для этого внутри было запасено много соломы. Ошибка, за которую нельзя полностью снять ответственность с отдавших приказ.
Нет, скорее стоит сказать, что они продолжают врагу мастерски использовать непредвиденное вторжение детей.
— На востоке мы расставили различные ловушки.
— Это был участок молодого хозяина. Жестокие ловушки. Были натянуты нити, почерневшие от сажи, множество маленьких ловушек, чтобы споткнуться.
Восточная часть деревни была укреплена в основном Пейсом. Конечно, отец и Ситц знали о содержимом и время от времени проверяли обстановку. Но все же это сильно отличалось от их собственных участков.
— Тогда, наверное, он догонит...
По изначальной стратегии, если враг пойдет на восток, нужно было выигрывать время, а затем уничтожать рассредоточенного врага по частям. Хотя этот план не понадобился, множество ловушек, предназначенных для задержки, сильно помешают побегу. Если наткнуться на них, неизбежно придется постоянно останавливаться. Пейстри, несомненно, преследовал их, понимая это. Поэтому догнать сбежавшего бандита само по себе не должно было составить труда, но Кастелян и Ситц беспокоились о другом.
— Все же я тоже пойду за сыном. Ситц, останься и укрепи оборону.
— Нет, генерал. Беглец довольно искусен. Я пойду, ты должен остаться на случай непредвиденного.
Их беспокоил похищенный ребенок и Пейс. Если взвешивать, то больше беспокойства вызывал похищенный ребенок. Вероятность того, что тот, кто владел мечом как все и к тому же использует магию, потерпит неудачу один на один, довольно мала. Настолько велико преимущество использования магии. Но похищенный юноша не маг. Его могут убить просто как помеху для побега.
— Верно. Но тебе одному опасно. Возьми с собой несколько человек.
— Тогда дай всех, кто не пил. Те, кто отстанет, пусть догонят позже.
— Понятно. Береги себя.
Бросив все тяжелые доспехи, Ситц помчался. Без лошади догнать будет трудно. Вернее, догнать лошадь пешком изначально невозможно. Насколько эффективной окажется задержка? У торопящегося мужчины не было иного выбора, кроме как бежать.
Можно сказать, к счастью, выследить следы бежавшего бандита было легко. Выдернутые с корнем колья с остатками веревок. Заметные ямы кое-где. Остатки порванной одежды. Такие следы задержки тянулись пунктиром. Если бы он сам, не зная об этих ловушках, certainly бы изрядно помучился, подумал Ситц, и даже почувствовал уверенность.
— Малыш!
Кричал мужчина. Ситц изо всех сил напрягал голос, по сравнению с ними боевые кличи меркли. Знакомый с рождения мальчик был для него как собственный сын. Желание, чтобы он был в безопасности, невольно вырывалось наружу. Он молился, чтобы догнать поскорее.
Но иногда желания людей обманываются. То, что увидел запыхавшийся Ситц. Зрелище, достаточное, чтобы остановиться. Явные следы борьбы. И большое количество пятен крови. Лужа крови.
Более того, среди крови было нечто знакомое. Меч, который его друг тщательно выбрал для своего сына. Увидев его полностью сломанным, Ситц увидел видение худшего. Мужественно отбросив худшие предположения, он огляделся и увидел в отдалении одну лошадь, которая сдохла. Сломанная нога. Судя по сломанной шее, вероятно, она попала в ловушку Пейса, споткнулась и сломала шею.
Рядом другая лошадь, печально прижимавшаяся к ней.
Здесь две лошади. К тому же следы борьбы - естественно предположить, что он догнал бандита и вступил в бой. И поскольку ни бандита, ни мальчиков здесь нет, они, должно быть, ушли куда-то. Куда именно?
— Господин Ситц, подождите!
С стороны деревни его догнали несколько человек.
— Вы опоздали. Похоже, здесь молодой хозяин сражался с бандитом. Можете сказать, куда они пошли отсюда?
Восточное направление от деревни - это где они сейчас. Значит, они должны быть дальше на восток или, возможно, на север или юг. Ситц изо всех сил использовал [Дальнозоркость], но не мог найти ни тени, ни формы.
— Черт, куда они делись?!
Худший сценарий. Возможность, что бандит, будучи каким-то магом, похитил не только мальчика-заложника, но и наследника владельца. И возможность, что он уже убил их. Он не мог не думать об этом.
Они разделились, чтобы найти улики. Все прибывшие позже были мобилизованы на поиски. После часа поисков. В конечном итоге ничего не нашли.
— Господин, может лучше спуститься в деревню и сообщить владыке?
— Верно…
Ситц чувствовал горькое сожаление. Если бы из-за их ошибки бандит просто сбежал, это было бы полбеды, но они похитили ребенка. Это расправа с бандитами. Они были готовы ко всему, и ему было досадно, и он чувствовал себя грустным.
Поникнув, он вернулся в деревню и, волоча тяжелые ноги, направился к усадьбе. Должная быть знакомой дорога сегодня казалась ему невероятно длинной и трудной.
Волоча тяжелые ноги, он добрался до усадьбы, и там его встретил...
— А, Ситц, добро пожаловать.
Серебристоволосый мальчик с карими глазами.
Сам Пестри Милл Мортелн.
http://tl.rulate.ru/book/77513/7756196
Готово:
