Если говорить о выдающемся деятеле юга Королевства Плаурих королевства, то каждый первым делом назовёт одну женщину-героя.
Это сама графиня Бриош Сарглет Милл Литеш, правящая южным благодатным зерновым районом, который благодаря выходу к морю также славится морскими перевозками, поистине обширными владениями, являющимися центром сельского хозяйства и торговли.
Обычно её называют графиней Литеш. Она родилась в роду, который издавна нёс на себе ответственность за управление южными территориями королевства. Она пережила бурные времена Великой войны и, судя по тому, что и по сей день она прекрасно справляется со своими обязанностями без изъянов, пользуется репутацией весьма талантливой женщины. О своём возрасте она уже несколько лет говорит, что ей двадцать восемь.
И вот однажды, когда она наслаждалась ароматом чая под звуки колокола, возвещавшего начало нового дня, случилось следующее:
— Ваше сиятельство! Беда!
— Что случилось? Не шумите. Я же всегда говорю: не мешайте мне в часы моего единственного удовольствия. Вы же глава моих вассалов, будьте же спокойнее…
— Не до того! Случилось нечто ужасное! Говорят, у наследника дома Мортелн появилась невеста!
— Что?! Ах, горячо!
— Ваше сиятельство, вы в порядке?
Чай, который она специально заварила покрепче, чтобы наслаждаться ароматом. Чайные листья - местный деликатес Литеша; благодаря южному климату они обладают очень насыщенным ароматом. И вот она щедро пролила этот чай себе на колени, а затем принялась поспешно вытирать мокрой тканью. Поскольку она тут же охладила место ожога, серьёзного ожога не вышло, но область вокруг бедра всё равно покраснела.
Когда она беззаботно выставила бедро напоказ, глава вассалов громко кашлянул, чтобы привлечь внимание. Графиня, чувствуя себя немного неловко, убрала выставленное напоказ бедро и наконец приняла позу, готовую выслушать доклад.
— Итак, говорят, у того серебряноволосого мальчика появилась невеста?
— Да. И какая!
Графиня Литеш вспомнила мальчика с серебристыми, отдающими синевой волосами.
Она хорошо помнила, что он был умным, талантливым, язвительным и непредсказуемым противником. Уже тот факт, что он владеет магией, делает его предметом зависти для многих.
— Чья же дочь? Хаскви?
— Нет. Девушку зовут Ликорис Милль Хубрек. Четвёртая дочь маркграфа Хубрека, младшая сестра-близнец Петры, что недавно вызвала большой шум своей помолвкой с герцогским родом. Говорят, ей повезло - в отличие от отца, она считается настоящей красавицей. Ходят слухи, что из-за того похищения, чтобы избежать предрассудков, и была заключена помолвка с Пейстри Мортелном.
— Вот как, неплохой ход.
Дочь, уже почти достигшая совершеннолетия, была похищена негодяями. В таких случаях непременно возникают сальные слухи. Мол, не стала ли она утехой для разбойников.
Самый быстрый способ избежать подобных толков - взять девушку в дом того, кто хорошо знает обстоятельства дела. А если к тому же объявить о помолвке с тем, кто отличился при её спасении, превратить эту историю в красивую легенду не составит труда. Это идеальный метод, чтобы заглушить пересуды.
— Хм. Думаю, вы правы. Ведь ему сейчас всего восемь. Если они захотят расторгнуть помолвку через два-три года, когда страсти улягутся, лучшей кандидатуры просто не найти.
Помолвки в аристократическом мире - вещь ненадёжная. Именно поэтому и проводятся церемонии обручения. Однако в случае с Пейсом это был лишь дополнительный пункт.
Сначала заключить формальную помолвку, чтобы избежать слухов, а когда те немного утихнут, всё переиграть - неплохой план. Как-никак, даже у обедневшего аристократа хватит ума на подобные интриги.
Мнение главы вассалов, что эту помолвку, скорее всего, в конце концов расторгнут, было вполне здравым.
Однако графиня, прожившая долгую жизнь в аристократическом обществе, где переплетаются самые разные интересы, видела здесь нечто иное.
— Да. Обычный человек так бы и подумал, да и сами слухи, скорее всего, правдивы. Но вот содержание этих слухов, самое главное, скорее всего, ошибочно.
— Что?
Для маркграфа Хубрека, одного из знатнейших родов востока, породнившегося с герцогской семьёй, выдать дочь за обедневший рыцарский род из глуши на юге было крайне невыгодно.
В лучшем случае можно было бы говорить о желании сохранить род, укрыв дочь от войны. Ведь брак между герцогским домом и домом маркграфа, от которого сильно попахивает грядущей смутой, если и искать здесь скрытый смысл, то разве что в желании эвакуировать девушку.
Наверняка многие аристократы так и думают. В самом деле, герцог Кадречек и придворные аристократы придерживаются именно этого мнения.
Однако графиня Литеш полагала, что тут скрыт гораздо более глубокий замысел.
— Неужели эти пронырливые старые лисы, у которых кровь вместо воды, позволят так легко раскрыть свои карты?
— То есть?
— Во-первых, это попытка ослабить настороженность по отношению к себе. Раз уж они привлекли к себе внимание родством с высокопоставленным родом, то, породнившись с домом, который на первый взгляд кажется слабым, они демонстрируют, что у них нет намерения усиливать влияние через брачные союзы.
— Понимаю.
Ключевой момент здесь - «на первый взгляд слабым», подумала талантливая женщина.
На первый взгляд, это всего лишь рыцарский род с окраины, но дом Мортелн - род героя Великой войны. Семья, где целых три мага, - такое можно встретить только в очень крупных домах.
Более того, магия перемещения рыцаря Мортелна знаменита, и её полезность не вызывает сомнений. В критический момент от них гораздо вероятнее дождаться помощи, чем от какого-нибудь дальнего родственника из влиятельного рода. Положиться на них можно гораздо больше, чем выдать дочь замуж в какой-нибудь номинальный дом.
Внешне проявляя скромность, они тем не менее прочно обеспечивают себе реальную выгоду - это достойно поистине одного из знатнейших домов востока.
— И есть, наверное, ещё один замысел. Ну и хитрец же, ничего не скажешь.
— О чём вы?
— О «покупке саженца», о возможности того, что владения Мортелн станут столь же богатыми, как наши.
— Не может быть. Это уж слишком.
Глава вассалов с абсолютной уверенностью произнёс эти слова.
«Покупка саженца» означает приобретение перспективного ростка заранее, чтобы потом получить богатый урожай. Как бы ни были хороши саженцы в лице Касероля и его сына, им не сравниться с графскими владениями.
Владения на юге, не имеющие себе равных, с тёплым климатом, хорошим водоснабжением и невероятно плодородной землёй. Владения, которые включают в себя ключевые пункты морских перевозок и даже золотые и серебряные рудники. Это земля, которой он сам посвятил долгие годы, служа ей верой и правдой; он испытывает к ней привязанность и гордость.
Как бы ни хороши были те земли, сравнивать их с маленьким рыцарским владением, которое возделывается с нуля на месте, бывшем когда-то пустошью, - это задевало его собственную гордость как человека, причастного к управлению графством.
— Пока ты так говоришь, тебе, наверное, и хорошо, но… Ты ведь знаешь, как Кассероль получил эту никудышную землю?
— Да, тогда это было у всех на слуху.
Когда Королевство оказалось на грани гибели, он с горсткой воинов отважно сражался и совершил несравненный подвиг.
Широко известно, что после войны вокруг вопроса о том, как его отблагодарить, развернулась настоящая интрига.
Нельзя было обойтись с ним слишком сурово, но и не считаться с мнением других аристократов тоже было нельзя.
В итоге в качестве награды ему дали аристократический титул, но ограничились рыцарским званием, чтобы не слишком возвышать. А также, в рамках той же интриги, выделили ему владения Мортелн - как земли, которые не вызовут зависти ни у кого, но принесут реальную выгоду, позволяя держать в узде соседние государства.
Всё это было частью коварного плана аристократов: дать герою неслыханное богатство в качестве награды, а затем загнать его на бесплодные земли, чтобы он это богатство растратил.
— В то время придворные интриганы и родовитые аристократы думали, что этот выскочка, привыкший только к войне, ни за что не сможет управлять такой глухоманью. Это должно было стать оковыми, чтобы расточить силы героя.
— Как же всё коварно.
— Но он справился. Поначалу, говорят, не очень ладилось. Ты ведь изучил, что я говорила раньше о доходах и расходах тех земель?
— Да, вот, пожалуйста.
С этими словами глава вассалов начал излагать историю доходов и расходов владений Мортелн, которую он собрал.
Первыми на земли Мортелн переселились пять человек: сам глава рода, его ближайший соратник и трое последовавших за ними.
Потратив два месяца на изучение водных ресурсов, они наконец смогли выкопать колодец и обосновались там. Первый посеянный ячмень из-за плохой земли весь засох.
Сначала они ночевали в палатках, потом, обливаясь потом, убирали камни, тратили свои запасы на удобрения, поливали водой из колодца, надеясь на дождь, и только на третий год после переселения впервые собрали урожай ячменя.
— Говорят, тот первый урожай был преподнесён королю.
— Да. Я слышала, король был так рад, что сварил из тех зёрен кашу и съел её.
Примерно в это же время Кассероль и женился.
Он носился по светским кругам, прося помощи, участвовал в чужих конфликтах, чтобы заручиться поддержкой. Так он жил, словно крутя педали велосипеда, содержа растущее число подданных и вассалов.
В этой беготне он встретил женщину, они полюбили друг друга и поженились, почти сбежав. Вскоре у них появились дети, но, к сожалению, наследника мужского пола всё не было.
И вот, семь лет назад, наконец родился долгожданный мальчик - шестой ребёнок.
После этого владения Мортелн продолжали страдать от нехватки средств, которая шла нога в ногу с медленным ростом пахотных земель и числа жителей.
— Да, до этого момента всё шло по плану придворных аристократов. Запереть героя в клетке его же владений и приручить, давая корм. Можно сказать, всё шло как по нотам?
— Пожалуй. Перелом наступил, наверное, после этого.
Перелом наступил три-четыре года назад. Он предпринял невероятно дерзкий шаг - сократил посевы пшеницы.
Пшеница и ячмень относительно устойчивы к засухе, и на землях Мортелн, где выпадает мало осадков, они были едва ли не единственной товарной культурой. Услышав об этом, окрестные аристократы наперебой поносили рыцаря Мортелна, говоря, что он сошёл с ума.
Сама графиня Литеш тоже помнит, как была озадачена, не понимая его замысла.
Вместо этого он начал севооборот с включением бобовых.
Бобовые тоже относительно устойчивы к засухе, но после того как их начали сажать, урожай пшеницы, посевы которой были сокращены, наоборот, вырос. Можно только представить, сколь велико было изумление тех, кто его ругал.
— До этого, чем больше росло пахотных земель и крестьян, тем больше увеличивался дефицит… Но по какой-то причине, когда они начали сажать бобы, ситуация изменилась: чем больше людей и земли, тем меньше дефицит.
— Не знаю, откуда пришла эта мысль, но, оглядываясь назад, можно сказать, это было гениальное решение.
После этого они сосредоточились на расширении пахотных земель, наборе и увеличении числа жителей, и с каждым годом дефицит сокращался.
Результаты анализа информации, собранной у торговцев и в церкви, показывают, что до выхода на прибыльность уже недалеко.
— Итак, появилась перспектива когда-нибудь ликвидировать накопленный дефицит… Ты ничего не замечаешь?
— В каком смысле?
— В том, что за той гениальной идеей маячит тень того серебряноволосого мальчугана.
— Ну, это уж слишком… В то время этому мальчику было всего три года. Малыш, едва умеющий говорить.
— Но смогли бы вы сами? Обрубить единственную спасительную соломинку и прыгнуть в пропасть, не видя дна?
Вот почему его поступок назвали дерзким.
В сельском хозяйстве общеизвестно: даже если начать что-то новое, результат придёт не сразу. Чтобы собрать урожай, нужно минимум несколько месяцев. Если потерпеть неудачу, множество людей могут умереть с голоду. Если испортить землю, последствия будут сказываться годами.
И тем не менее, поразительно то, что они добились успеха с самого начала. Без проб и ошибок, с такой внезапностью, будто сразу попали в яблочко.
— Не смог бы. Как человек, отвечающий за жизни и благополучие своих подданных, я не могу позволить себе такой безрассудной выходки. Это невозможно.
— Вот именно. Это ненормально. Но если подумать, сам рыцарь, хоть и владеет магией, в своих мыслях и идеях вполне здравомыслящий и рациональный человек, верно?
— Я это знаю. Мы с ним сражались плечом к плечу.
Глава вассалов несколько раз оказывался с Кассеролем на одном поле боя.
Если говорить о самом последнем случае, они вместе сражались, когда на землях Литеша напали пираты. Поэтому он хорошо знает его характер. Когда он задумался об этом, то вспомнил, что Кассероль, хоть иногда и шёл на риск, если был шанс на успех, был рациональным человеком, которому безрассудство было чуждо.
— Вот именно. Очень сомнительно, что такая неординарная мысль пришла в голову самому рыцарю. Если не он, значит, кто-то другой. Но кто же смог убедить этого рационального рыцаря? Кто-то, кто пользуется его доверием. К тому же, кто бы это ни был, он явно необычный человек. Способный на нестандартные мысли. Ну как, если я так навела, не видишь, кто за этим стоит?
— Вот оно что. Значит, вы полагаете, что развитие владений Мортелн - заслуга этого мальчика?
— Да. И эти несносные старые лисы, наверное, додумались до того же. Если тот, кто сумел коренным образом изменить ситуацию с хроническим дефицитом, действительно способен на такое, что произойдёт, когда они выйдут на прибыльность и у них появится больше возможностей для манёвра? Не нужно быть гением, чтобы догадаться. Вот чёрт… Будь у меня дочери, я бы поступила так же. Вернее, меня бесит, что эти восточные интриганы, обойдя меня, суются на юг. Уж если хотите заигрывать с южными домами, будьте так любезны сначала сказать слово мне!
— Ну-ну. Если у вас нет дочерей, чтобы выдать замуж, может, сами возьмёте его в зятья? Ха-ха-ха.
— Будь я на десять лет моложе или он родись на десять лет раньше, можно было бы подумать. Но всё равно, не хочется, чтобы эти восточные всё время перехватывали инициативу. Надо как-то переманить его к себе.
Слова «десять лет, наверное, недостаточно» глава вассасов проглотил.
Видя опасный блеск в глазах графини, он понял, что подобные дерзкие мысли ей, вероятно, уже ясны.
Может быть, есть способ, как, оставив восточных интриганов с носом, заполучить наследника Мортелна для себя?
Некоторое время графиня погрузилась в размышления, но вскоре, видимо, пришла к какому-то решению.
— Точно, давай-ка воспользуемся вот тем ходом.
В тот же день графиня Литеш отправила во владения Мортелн одно письмо.
*****
— Вот, я передал лично в руки.
— Благодарю за труды. Передайте её сиятельству мои наилучшие пожелания.
Прошёл месяц после ошеломляющего объявления помолвки.
Наступил новый год, в начале месяца Золотого Солнца Пейстри исполнилось восемь лет.
В один из дней в владения прибыл некий груз в сопровождении охранника из вассалов герцога.
Груз, выгруженный из повозки, по-видимому, был упакован в деревянные ящики. Со стороны они представляли собой гору ящиков, выставленных напоказ.
— Наконец-то прибыло.
— Что это?
На эту гору ящиков, сияя от удовольствия, смотрел будущий глава владений Пейс.
Рядом с ним были двое озорных друзей детства из семей вассалов.
Для этих двоих, кроме Пейса, было непонятно, что же именно прибыло, поэтому всё их любопытство было устремлено на ящики.
— На днях герцог сказал, что окажет нам поддержку. По доброте своей и из расположения к внуку, с которым мы подружились, они прислали мне то, что я хотел.
— Это-то понятно, но нам интересно, что внутри этих здоровенных ящиков.
— Это секрет. Хи-хи.
— Жадина. Ну что тебе стоит? Ну скажи хоть, для чего это? Еда?
По тому, с каким явным желанием, чтобы это была еда, спросила Луминото. Близкие зовут её Луми. Девочка одиннадцати лет, находящаяся в том возрасте, когда интерес к еде всё ещё перевешивает интерес к противоположному полу. В последнее время у неё начала немного увеличиваться грудь, появились признаки полового созревания, поэтому её всё реже принимают за мальчика, что для неё стало предметом переживаний.
— В каком-то смысле ты недалека от истины. Возможно, когда-нибудь мы сможем получать оттуда что-то вкусное, но это в более далёком будущем.
— Что же ты задумал? Войну?
У кого кровь кипит сильнее, чем аппетит, так это у Маркальо. Мальчик, которого друзья зовут Марком, в последнее время, поскольку его мастерство в фехтовании выросло, начал немного зазнаваться, чем доставлял беспокойство взрослым.
Недавно он стал почему-то очень переживать из-за Луми.
Луми и Марк в последнее время часто называют себя спутниками Пейса.
После того случая с отражением разбойников, когда они, наравне со взрослыми Пейсми, были признаны заслуживающими похвалы, у них появилась своя доля уверенности и чувства ответственности.
— Ну, то, что я задумал, в каком-то смысле тоже можно назвать битвой.
— Хватит ходить вокруг да около. Скажи прямо, что ты собираешься делать?
— Да-да. Мог бы и нам сказать, а?
И всё же они пока ещё полны детской непосредственности, и их нетерпение - проявление незрелости.
— Понимаешь, я тут подумал, не создать ли кое-что.
— Что именно?
Пейс широко улыбнулся.
Наступил новый год, и заядлому озорнику, главарю этой троицы, исполнилось восемь. Этот отъявленный злодей, своей недетской энергией, редкими знаниями и идеями последние несколько лет доставлявший взрослым массу хлопот, сказал своим друзьям детства.
— Создать лес…
http://tl.rulate.ru/book/77513/14619337
Готово:
