Глава: 347 Граф
Колин толкнул массивную дверь из красного дерева, отделявшую спальню от парадного зала, и увидел изящную фигуру, сидевшую перед туалетным столиком.
Её золотые волосы были небрежно собраны, нежное лицо отражалось в серебряном зеркале туалетного столика, а пурпурная шелковая ночная сорочка подчёркивала её туманное и томное очарование, заставляя предвкушать миг, когда она обернётся.
— Ты закончил?
Вера обернулась, её губы тронула нежная улыбка, а глаза, полные сияющей ласки, походили на синие кристаллы.
На мгновение вся спальня, казалось, озарилась её присутствием.
— Да. — Колин вошёл, ослабляя воротник парадного камзола. — Каждый разговор с маркизом Гарсией всегда очень поучителен.
— О чём вы говорили?
— О верности и вере.
Вера склонила голову набок, её улыбка медленно угасла.
Увидев это, Колин подумал, что она не так поняла, и объяснил: — Всё не так, как ты думаешь. Маркиз просто делился своими убеждениями и пониманием верности, надеясь, что я смогу что-то почерпнуть для себя и найти свою собственную веру.
Выражение лица Веры немного смягчилось, но она по-прежнему серьёзно смотрела на Колина: — Вообще-то, я всегда считала, что жизнь моего отца была слишком изнуряющей.
Колин снял свой камзол и сел на край кровати, глядя в сияющие глаза жены. Он улыбнулся: — Значит, ты не одобряешь жизненные убеждения маркиза Гарсии?
Вера покачала головой, её брови слегка нахмурились: — Мой отец несёт на себе слишком тяжёлое бремя, как и мой приёмный отец. Я знаю, что они очень хорошие люди, даже в каком-то смысле великие, но я не хочу, чтобы ты стал таким же, как они.
Видя нежный взгляд в глазах Веры, Колин почувствовал тепло в сердце и улыбнулся от всего сердца:
— Не волнуйся, я не стану таким, как они. У меня есть свои принципы и свои ценности. Всё это стоит того, чтобы защищать.
Откровенно говоря, хотя Колин и восхищался преданностью маркиза Гарсии, он не думал, что сможет быть таким же благородным, как тот.
Более того, он считал, что как маркиз Гарсия, так и покойный Герцог Сент-Хильде были слишком бескомпромиссны.
Он больше всего хотел прожить эту жизнь свободно, не завися ни от какой власти и не стремясь ни к каким возвышенным целям.
Конечно, сказать это было легче, чем сделать.
Если бы у него не было достаточной власти, то, учитывая его нынешнее положение и уже имеющуюся мощь, жить спокойной жизнью было бы невозможно.
Поэтому, ради этой цели, Колин должен был обрести ещё больше влияния и усилить свою мощь!
Вера улыбнулась и грациозно поднялась, направляясь к Колину. Разрез её ночной сорочки открывал безупречные, длинные, прямые, белые и нежные ноги.
Она подошла к нему, нежно прислонилась к его плечу, опустившись на кровать на одно колено. Девушка склонила свою прекрасную шею, опустила миловидное лицо, слегка улыбнулась, и её глаза светились привязанностью:
— Я тоже та, кого стоит защищать?
— Как моя жена, конечно же, да! — Колин обнял Веру за тонкую талию, чувствуя тепло и гладкость её кожи под ладонями, и ответил утвердительно.
Глаза Веры затуманились, она слегка облизнула свои алые губы, и её соблазнительный шарм заставил сердце Колина загореться. С легким усилием он притянул девушку на широкую кровать.
Утром нежный солнечный свет проникал сквозь хрустальный световой люк над головой, заливая Рыцарский Зал и образуя чистый луч света.
Разноцветные витражи отражали рассеянный свет и тени, четырнадцать статуй [Святых Рыцарей] семьи Сент-Хильде, сменявших друг друга, стояли по обе стороны зала, словно взирая на фигуру в нём сквозь завесу времени.
Колин, одетый в церемониальный наряд виконта, шагнул в луч света, опустился на одно колено перед подиумом и одновременно поднял [Клинок Правосудия] над головой.
Перед ним Вера, также облачённая в торжественные одежды, торжественно приняла [Клинок Правосудия] и возложила его на плечо Колина, громко произнеся:
— Я, Вера Сент-Хильде, именем Северной Герцогини, жалую Колину Энглеру титул Графа Славной Империи. Отныне и впредь семья Энглер становится наследственной графской семьей в Славной Империи.
Колин прижал левую руку к груди, глядя вверх в сияющие глаза своей прекрасной жены, и громко произнёс:
— Я, Колин Энглер, клянусь в верности достопочтенной Северной Герцогине, обязуюсь защищать подданных ценой своей жизни, воздавать честь семье Сент-Хильде и оправдывать ваше доверие и ожидания!
Затем Вера вернула меч и приняла из рук стоящего рядом слуги графскую печать и церемониальное облачение, вручив их Колину.
Так завершилась церемония пожалования графского титула семье Энглер.
В зале тотчас же раздались ликование и аплодисменты.
И хотя знать, собравшаяся наблюдать за церемонией, возможно, и завидовала столь молодому имперскому графу, никто не осмелился проявить недовольство.
Если отбросить в сторону двойной особый статус Колина — мужа Северной Герцогини и Хранителя Севера, то одних лишь его выдающихся военных подвигов во время недавних волнений на Северной Территории было достаточно, чтобы заслужить графский титул.
Никто не мог отрицать, что всего за два коротких года этот сын незаметного барона сумел стать одной из ключевых фигур на Северной Территории и даже во всей Империи.
Архиепископ Агани, облачённая в белую сутану, подошла к Колину, начертала святой знак у себя на груди, одарила его чистой и доброй улыбкой и сказала:
— Да направит Всевышний Повелитель Славы ваш путь!
— Слава Повелителю Славы!
Их взгляды встретились, и глубину этого мгновения, возможно, могли понять лишь сами причастные.
Впоследствии все дворяне, пришедшие на церемонию, один за другим подходили поздравить новоиспечённого Графа.
Когда настала очередь Рыцаря Камбенинга, Колин вдруг негромко спросил: — Рыцарь Камбенинг, вы, должно быть, уже знаете, что Герцогиня планирует назначить Рыцаря Ферми новым Командиром Легиона Золотого Льва, верно?
Камбенинг склонил голову и пробормотал: — Да, Герцогиня упоминала мне об этом ранее.
— Тогда вы должны понимать, что это не то, чего на самом деле желает Герцогиня.
— Я понимаю. Это воля Королевской Семьи. Герцогиня не должна из-за этого тревожиться. Я понимаю…
— Нет. — Колин положил руку на плечо Рыцаря Камбенинга и произнёс глубоким голосом: — Именно вам Герцогиня и я по-настоящему доверяем. Хотя Рыцарь Ферми и станет Командиром Легиона Золотого Льва, это не означает, что Герцогиня действительно доверит ему эту важную армию.
В глазах Рыцаря Камбенинга внезапно вспыхнул жадный огонёк. Он поднял взгляд на Колина и почтительно спросил: — Граф, что вы прикажете мне делать?
Колин слегка улыбнулся и сказал: — Пользуясь случаем назначения нового Командира Легиона, Герцогиня планирует произвести масштабные изменения на всех уровнях офицерского состава Легиона Золотого Льва. Что касается того, как именно произвести эти изменения, я надеюсь, вы сможете дать Герцогине свои рекомендации.
В голове Рыцаря Камбенинга мелькнула мысль, и он тотчас же понял замысел Колина.
Это была явная возможность для него внедрить своих людей в Легион Золотого Льва!
Таким образом, даже если Рыцарь Ферми и станет Командиром Легиона, он будет не более чем пустой марионеткой. До тех пор, пока офицеры среднего и низшего звена будут принадлежать Рыцарю Камбенингу, именно он станет истинным «Командиром Легиона» Легиона Золотого Льва!
Как только он это осознал, мрачность с лица Камбенинга тотчас же исчезла. Взволнованный, он понизил голос и сказал:
— Благодарю Герцогиню за её доверие. Я немедленно составлю для вас список!
Колин удовлетворённо кивнул, ещё раз похлопав Рыцаря Камбенинга по плечу.
Рыцарь Камбенинг почтительно поклонился и затем удалился.
http://tl.rulate.ru/book/76735/9012421
Готово:
