Глава 636
— Похоже, он хочет взять реванш. Если он действительно силён в боевых искусствах, разве мы не окажемся в проигрыше? — с беспокойством спросил Ван Гэн.
Он действительно не отличался спортивными талантами.
— Если Нуаньнуань согласилась, значит, она уверена в победе.
Это сказала Ли Южань.
После того как сегодня днём Нуаньнуань спасла её и пообещала помочь наказать обидчика, Ли Южань и Сян Ливэнь перестали её ненавидеть. Наоборот, теперь они были уверены: если Нуаньнуань что-то говорит, значит, так и есть.
Ся Аньчэнь сказал:
— Интересно, насколько он действительно силён.
Глаза команды загорелись.
— Так ты же из семьи второго эшелона! Наверное, вас с детства учили самообороне?
— Точно, как я забыл! Ся, насколько ты хорош в боевых искусствах?
Ся Аньчэнь улыбнулся:
— Достаточно, чтобы справиться с ними.
С самого детства его семья нанимала для него профессионального тренера по боевым искусствам, и сейчас его навыки могут соперничать даже с подготовкой профессиональных спецназовцев.
Услышав это, одноклассники расплылись в улыбках.
Они знали, что в соревновании по боевым искусствам, если у них будет хотя бы один человек, способный победить сильнейшего соперника, победа им гарантирована.
Поэтому, обсудив, они решили не сообщать об этом учителю Го.
Поужинав, все разошлись по комнатам, договорившись встретиться в половине восьмого, чтобы вместе отправиться в назначенное место.
Нуаньнуань же, после того как все разошлись, снова вернулась в президентский люкс 8888.
Открыв дверь, она обнаружила, что в комнате никого нет.
Нуаньнуань направилась к открытому бассейну на террасе и как раз увидела, как братец Чи Ян завершает последний метр брассом. Одним лёгким движением, опираясь на край бассейна, он вынырнул из воды и оказался на бортике.
Серебристые брызги, подхваченные его движением, переливались в солнечных лучах.
Когда водяная пыль рассеялась, перед ней предстал полностью мокрый Чи Ян. Капли воды скатывались по его гладкой коже, задерживаясь на неизгладимых шрамах, прежде чем упасть на мускулистые бёдра или на пол. Другие капли стекали с его мокрых тёмных волос, падая на прямой нос, красивые скулы, чувственные губы, а затем собирались на решительном подбородке, чтобы скатиться вниз по выразительному кадыку.
Проведя весь день среди простодушных одноклассников, с их просьбами, разногласиями и воодушевлением, Наньгун Нуаньнуань, хотя и считала такую жизнь уже чем-то вроде детской игры, всё же наслаждалась возможностью быть среди сверстников и разделять их эмоции.
Ей удалось очистить мысли, и даже сама Наньгун Нуаньнуань почувствовала, что она действительно ладит с этими одноклассниками и является обычной девушкой, которой скоро исполнится восемнадцать.
Но едва переступив порог, она увидела эту завораживающую картину.
Как обычная восемнадцатилетняя девушка, она должна была бы смутиться или даже закрыть глаза при виде такой откровенной сцены.
Однако, увидев эту картину выходящего из воды красавца, Нуаньнуань инстинктивно расширила и без того большие глаза, боясь упустить малейшую деталь.
Для человека, способного среди 136 экранов на 32-кратной скорости точно найти 1,87-секундное видео даже не моргнув глазом, такая реакция говорила о невероятной притягательности этой сцены.
Это было слишком сексуально!
Видя, как взгляд его жены скользит по его телу, ледяное выражение лица Чи Яна будто раскололось под ударом молота Паньгу, и лёд растаял, сменившись ослепительной, невероятно красивой улыбкой.
Нуаньнуань, полностью очарованная, молчала.
Чи Ян был доволен тем, как его тело приводило в замешательство его изобретательную жену.
Покрытый каплями воды, над которыми уже поднимался лёгкий пар из-за работы отопления, он медленно направился к Нуаньнуань.
Наконец он подошёл к ней и, несмотря на свою мокрую кожу и её школьную форму, наклонился, прижавшись лбом к её лбу, а телом — к её одежде.
Два сердца, разделённые лишь тканью, бились в унисон.
Один — воплощение соблазна, другая — школьница в форме.
Двое, казалось бы, совершенно несовместимых людей, стояли в расслабленных позах, прижавшись друг к другу, но выглядели при этом удивительно гармонично и трогательно.
— Ты проголодалась? — хрипло спросил Чи Ян.
— М-м, — кивнула Нуаньнуань, но тут же покачала головой. — Я только что поела.
— Но что мне делать? Я голоден.
Удовлетворённый Чи Ян казался демоном, вобравшим в себя энергию солнца и луны.
Он был доволен тем, как хорошо освоил этот особый навык своей жены.
Видя её обиженный взгляд, Чи Ян поспешил сделать ей массаж.
Массируя, он включил телевизор, где показывали тех, кто подстрекал Ли Южань и фотографировал её в неприглядном виде, тех, кто раскрыл её личные данные, а также закулисных манипуляторов и бенефициаров.
Сколько времени Нуаньнуань посвятила ему, столько же он посвятил ей, добавив к этому интересное для неё видео.
Его тело было воплощением мышечного совершенства, и даже в расслабленной походке каждый мускул вырисовывал безупречные линии, будто сам Господь выточил их с ювелирной точностью.
Чи Ян приблизился к Нуаньнуань, не обращая внимания на то, что его тело было мокрым, а она всё ещё оставалась в школьной форме. Он наклонился, прижав лоб к её лбу, а своё тело к её одежде.
Два сердца бились в унисон, разделённые лишь тонкой тканью.
Он был воплощённой греховностью, а она — школьницей в обычной форме.
Двое, которые, казалось бы, не должны были сочетаться, теперь слились воедино, создавая удивительно гармоничную и трогательную картину.
— Ты проголодалась? — хрипло спросил Чи Ян.
— Мм, — кивнула Нуаньнуань, затем, опомнившись, покачала головой. — Я только что поела.
— Но вот беда… Я голоден.
Её пальцы невольно потянулись к его идеальной коже, скользя по рельефу мышц.
Это была не накачанная в зале груда мускулов, а естественная, отточенная годами сила, словно выкованная в горниле самой природы. На ощупь она была даже мягче, чем шерсть Да Бая.
(Да Бай, неожиданно ставший объектом сравнения, ничего не сказал.)
(Чи Ян, неожиданно сравнённый с питомцем, тоже промолчал.)
— Разве тебе не подали ужин? Я же просила управляющего приготовить его для тебя!
Она рассеянно говорила, сосредоточив всё внимание на исследовании тела братца Чи Яна.
Её прикосновения, лёгкие и осторожные, действовали на него как пытка.
И вот её ладонь уже сжата в его железной хватке.
— Маленькая бестия, дразнишь, а тушить не собираешься? Я же сказал — я голоден, а ты продолжаешь!
Только сейчас Нуаньнуань осознала, о каком «голоде» он говорил.
Представляя, какие усилия ей предстоят, она поспешила сменить тему.
— Братец Чи Ян, как там с наблюдением за комнатой 9999? Есть что-то новое?
http://tl.rulate.ru/book/76357/7478880
