Глава 185
Он ждал этого звонка месяц, тринадцать дней и шестнадцать часов, а разговор продлился всего две минуты.
Неужели учёба важнее него?
От этих мыслей его снова охватило раздражение, а на лбу выступили капельки пота от боли.
— Молодой господин, умоляю вас, примите лекарство! Ваш желудок не выдержит такого обращения!
Фэн Шэнсюань высокомерно взглянул на дворецкого и бросил сквозь зубы:
— Заткнись.
— Ох...
Старик был в отчаянии.
Сегодня его господин весь день пребывал в ярости, поэтому в поместье не осталось ни одной целой вещи, а трёх служанок, осмелившихся за спиной обсуждать Нуаньнуань, он лично бросил в бетономешалку, где их заживо перемололи.
В Стране Сайбо садилось солнце, окрашивая поместье в живописные тона, но у всех присутствующих было ощущение, будто они оказались в саду смерти.
Фэн Шэнсюань уже пять дней не занимался делами, а семьдесят девять топ-менеджеров его корпорации просидели в зале целые сутки в ожидании указаний, а он лишь не отрывался от телефона.
В тот момент, когда казалось, что телефон вот-вот разлетится на куски в его руках, наконец раздался божественный голос.
Помощник понял, что они спасены.
Все думали, что молодой господин примет лекарства, а уж потом займётся делами, но он, как ни в чём не бывало, отдал распоряжение:
— Пусть готовятся. Через пять минут совещание.
— Слушаю, — ответил секретарь, словно получив помилование, и поспешил выйти, чтобы сообщить остальным, оставив несчастных подчинённых и помощника с их невыполнимой миссией — уговорить хозяина принять таблетки.
В самый отчаянный момент за дверью послышался стук каблуков.
В дверях появилась ослепительно красивая женщина, и, увидев её, помощник почувствовал, будто перед ним явилось спасение.
— Мисс Луна!
Фэн Шэнсюань наблюдал, как помощник бросился к ней навстречу, и ему показалось, что у того вот-вот вырастет хвост и он начнёт вилять им от радости.
Женщина взглянула на коробку с таблетками в руках помощника и слегка нахмурилась:
— Старший брат снова не принимает лекарства?
Помощник едва не разрыдался:
— Мисс Луна, с тех пор как вы уехали, никто не может заставить господина лечиться. Он уже пять дней не принимает таблетки.
— Помощник, ты слишком много болтаешь, — недовольно пробурчал Фэн Шэнсюань, угрюмо сдвинув брови.
Но сейчас помощнику было всё равно. Он выложил Луне все грехи молодого господина за последние пять дней, рассказав, как тот наплевательски относился к своему здоровью.
Выслушав его, Луна взяла коробку с лекарством и подошла к Фэн Шэнсюаню:
— Старший брат, примите лекарство.
К этому моменту Фэн Шэнсюань из-за долгого стояния уже успел снова сесть, так как желудочная боль скрутила его. Его стройное тело слегка согнулось, а с лба, покрытого испариной, уже катились крупные капли пота.
Физическое недомогание сделало его ещё более вспыльчивым. Он напоминал больного леопарда — внешне спокойного, но готового в любой миг броситься на жертву и убить её одним ударом.
Его соблазнительно прищуренные глаза, полные мрачности, устремились на Луну, когда он резко произнёс:
— Байли, не думай, что раз ты дружишь с ней, то можешь указывать мне. И не забывай о своём положении. И убери этот томный взгляд — кроме неё, я никогда не полюблю другую женщину. Так что даже не пытайся вести себя как хозяйка.
Слова Фэн Шэнсюаня не произвели на Луну особого впечатления. Она лишь слегка опустила взгляд:
— Я всегда помню своё место и не претендую на роль хозяйки. Но, старший брат, перед отъездом Нуаньнуань поручила мне заботиться о вас и регулярно сообщать о вашем состоянии. Если вам станет хуже, я не знаю, что ей сказать.
Фэн Шэнсюань взорвался:
— Чушь! Ты же моя подчинённая! Как ты смеешь так говорить?!
Луна, не испугавшись, парировала:
— Но Нуаньнуань — ещё и моя подруга. Я дала ей слово и не собираюсь его нарушать.
Взгляд Фэн Шэнсюаня стал опасным. Его мрачные глаза в сочетании с ослепительной внешностью и болезненно бледной кожей делали его похожим на вампира — завораживающего, но смертельно опасного.
— Значит, ради подруги ты готова предать хозяина?
Лицо Луны оставалось спокойным, несмотря на то, что он приблизился вплотную:
— Старший брат, вы сомневаетесь в моей преданности? Но именно потому, что я абсолютно верна вам, я забочусь о вашем здоровье. То, о чём просила Нуаньнуань, идёт вам на пользу, поэтому я строго следую её просьбам. Старший брат, примите лекарство...
— Если ты не выпьешь лекарство, я сейчас же позвоню Нуаньнуань и расскажу ей обо всём, как ты себя вёл в последнее время.
— ...
Фэн Шэнсюань мрачно смотрел на Луну несколько долгих секунд, приблизившись к ней настолько близко, что люди позади него, не выдержав исходящего от него жуткого давления, в страхе опустились на колени, но Луна оставалась на месте, упрямо выпрямив спину, хотя её лицо побелело от напряжения.
В конце концов она не выдержала и с глухим стуком рухнула на пол.
— Будешь ещё говорить? — с бледным, как бумага, лицом Фэн Шэнсюань улыбнулся, и в его улыбке сквозила кровожадность.
Но Луна, лежа на боку, молча достала из сумки телефон и, не раздумывая, нажала на быстрый вызов.
— Чёрт возьми!
Ещё мгновение назад Фэн Шэнсюань выглядел изысканно, словно вампир, наблюдающий за добычей, а теперь вскочил, как взъерошенный лев.
— Проклятая женщина! Ты...
— Алло, сестра Юэ? Как это ты решила мне позвонить? Я только что говорила со старшим братом!
Голос Чжун Нуаньнуань донёсся из телефона, и он звучал куда радостнее, чем когда она разговаривала с ним, что задело Фэн Шэнсюана.
Да, он ревновал. Даже к женщине.
Взгляд, которым он смотрел на Луну, был полон досады, зависти и ненависти, словно он видел в ней соперницу.
Но Луна тоже смотрела на него, и в её упрямых глазах читалась угроза: *Не выпьешь лекарство — расскажу всё.*
Фэн Шэнсюань сжал губы, и его взгляд стал ещё мрачнее.
— Сестра Юэ? Ты там?
Чжун Нуаньнуань взглянула на экран, так как это был номер Луны.
Когда-то они все были частью одной организации, и у каждого было кодовое имя на луньтаньском языке. Байли Юэ звали «Луна» — *Юэ* на луньтаньском.
Байли Юэ была старше её на несколько лет, и в те времена, когда они вместе разрушили прежнюю организацию, все называли Чжун Нуаньнуань «боссом», но после возвращения в семью Чжун она изменила обращение. Например, Байли Юэ, которая имела свою семью и имя, она больше не называла «Луной», а звала «сестрой Юэ».
Ведь в решающий момент та, не думая о себе, спасла ей жизнь, и Чжун Нуаньнуань была ей за это благодарна.
— Да, это я.
Байли Юэ перестроила голос, и её обычно монотонный, лишённый эмоций тон вдруг стал мягким, почти нежным, как у старшей сестры.
— Ты звонишь, потому что что-то не так со старшим братом? — спросила Чжун Нуаньнуань.
http://tl.rulate.ru/book/76357/7478426
