Глава 93
Чжун Цяньцянь дрожала от ярости, а Сюэ Мици буквально подпрыгнула от возмущения:
— Эта проклятая лиса Чжун Нуаньнуань! У неё же есть жених, а она ещё и Лэн Шао заманивает! Бесстыжая! Шлюха!
— Кого ты назвала шлюхой?
— А-а-а!
Холодный окрик раздался у них за спиной. Чжун Цяньцянь, Сюэ Мици, У Вэньцянь и Ли Шаньшань обернулись и вскрикнули, увидев того, кто это сказал.
Взгляд Лэн Цижуя был прикован к Сюэ Мици.
На фоне испуганных реакций окружающих он резко протянул руку и безжалостно сжал челюсть Сюэ Мици, причинив ей такую боль, что слёзы сами потекли из глаз. Именно в это место ей только на прошлой неделе делали болезненный укол.
— Говори, кого ты назвала шлюхой? — требовательно спросил он.
Сюэ Мици пыталась оторвать руку Лэн Цижуя, но боль от его хватки была настолько сильной, что она физически не могла произнести ни слова.
Видя, как Сюэ Мици дрожит от боли и вот-вот потеряет сознание, Чжун Цяньцянь, несмотря на собственный страх, не упустила возможности привлечь к себе внимание.
— Лэн Шао, Мици не хотела вас обидеть. Просто у неё недавно был небольшой конфликт с Нуаньнуань, вот она и сорвалась. Не могли бы вы, ради меня, не обращать на это внимания?
Чжун Цяньцянь выпрямила спину, выставив вперёд грудь. Её длинные прямые волосы и белое платье в пол создавали образ чистой, воспитанной девушки — именно тот стиль, который так нравится студентам.
Она стояла так близко к Лэн Цижую, что была уверена — он не мог не почувствовать её новый парфюм из серии «Сладкая юность», только что появившийся в продаже.
Внутри у неё бушевали эмоции, ведь она отчаянно надеялась, что он обратит на неё внимание. Ведь по сравнению с Чжун Нуаньнуань, у которой была только внешность, она превосходила её во всём.
Но вместо этого Лэн Цижуй схватил лежавший на столе словарь луньтаньского языка и резко ударил им Чжун Цяньцянь по лицу.
— Ай!
Поглощённая мыслями о том, как привлечь Лэн Цижуя, Чжун Цяньцянь никак не ожидала такого поворота.
Острая боль пронзила её лицо, затем оно онемело, а в глазах потемнело. Чжун Цяньцянь потеряла равновесие и рухнула на пол.
В этот момент ей показалось, будто время остановилось.
Нос хлынул кровью, мгновенно окрашивая белоснежное платье в алый цвет.
Прошло несколько мгновений, прежде чем Чжун Цяньцянь пришла в себя, охваченная ужасом. Это был уже второй раз, когда мужчина применял к ней насилие.
Лэн Цижуй казался ей даже страшнее, чем Чи Ян.
Тот хотя бы чаще всего просто игнорировал её, тогда как Лэн Цижуй был как порох — вспыхивал от малейшей искры.
Лэн Цижуй повернулся к ошеломлённой Сюэ Мици и предупредил:
— С этого момента Чжун Нуаньнуань под моей защитой. Кто посмеет её оскорбить — оскорбит меня. Кто доставит ей неудобство — имеет дело со мной. Понятно?
Сюэ Мици даже забыла плакать, лишь испуганно закивала.
— Когда она вернётся, вы обе извинитесь перед ней.
— Я её родная сестра, а ты меня ударил! Это… Это уже слишком! — сквозь слёзы крикнула Чжун Цяньцянь, размазывая кровь по лицу. Увидев, сколько её на руках, она зарыдала ещё сильнее.
— Если ты её сестра, то почему встаёшь на сторону её обидчиков? Ты что, ненормальная или это ты всё подстроила? — Лэн Цижуй перевёл внимание на Чжун Цяньцянь.
Глядя на неё, он словно видел перед собой Е Хая. Его гнев только разгорался.
Чжун Цяньцянь отвела взгляд.
— Я её не оскорбляла! Почему я должна перед ней извиняться? — выкрикнула она и, поднявшись с пола, в слезах выбежала из класса.
Чжун Нуаньнуань подышала воздухом на крыше и, услышав звонок на второй урок, вернулась в класс. Едва переступив порог, она ощутила на себе взгляды всех одноклассников, в которых читалось возбуждение.
Чжун Нуаньнуань промолчала, затем спросила:
— Что я такого сделала?
— Чжун Нуаньнуань, прости меня, я не должна была тебя ругать и говорить за твоей спиной гадости. Пожалуйста, прости меня, я больше никогда не буду за твоей спиной плохо говорить, — сказала Сюэ Мици, её подбородок был вдавлен, глаза опухли от слёз, а на ресницах ещё блестели слёзы.
Чжун Нуаньнуань была в замешательстве.
— Он только что говорил о тебе гадости за твоей спиной, я это услышал, проучил её и заставил извиниться, — поспешно объяснил Лэн Цижуй, стоявший рядом. Его взгляд, полный обожания, был обращён на Чжун Нуаньнуань и разительно контрастировал с тем дерзким, крутым и брутальным образом школьного хулигана, который он демонстрировал ранее, когда подошёл и грубо прогнал её.
Чжун Нуаньнуань бросила беглый взгляд на Лэн Цижуя, затем перевела внимание на Сюэ Мици. Несмотря на видимую обиду, в её глазах явно читалась неискоренимая ненависть. Чжун Нуаньнуань усмехнулась и спросила:
— А ты готова поклясться, что если в следующий раз будешь говорить обо мне гадости за спиной, то никогда не выйдешь замуж за хорошего человека, а если и выйдешь, то только за подлеца, который будет тебе изменять, бить, и в итоге ты умрёшь насильственной смертью? Поклянись, и я тебя прощу.
Сюэ Мици...
Чжун Нуаньнуань холодно усмехнулась:
— Раз не можешь поклясться, тогда катись отсюда подальше, не попадайся мне на глаза и следи за своим языком. Иначе в следующий раз отделаться вмятиной на подбородке не получится. Катись!
Честно говоря, в этот момент Сюэ Мици действительно испугалась напора Чжун Нуаньнуань и поспешила ретироваться на своё место, где и просидела весь урок, понуро уткнувшись в учебник.
Чжун Цяньцянь после смены одежды так и не вернулась в класс — возможно, ушла домой. После уроков даже Сюэ Мици ушла пораньше, сославшись на недомогание.
Таким образом, несмотря на утреннюю суматоху и события первого урока, Чжун Нуаньнуань потратила весь день на то, чтобы выучить наизусть учебник по истории за первый семестр десятого класса.
После окончания занятий Чжун Нуаньнуань быстро собрала вещи, но к ней тут же подошёл Лэн Цижуй.
— Чжун Нуаньнуань, у тебя есть планы на вечер? Я хочу пригласить тебя на ужин, — сказал он.
Взглянув на него, Чжун Нуаньнуань продолжила собирать свои вещи и отказала:
— Нет времени.
— Вечерние занятия ведь не обязательны, почему у тебя нет времени? — Лэн Цижуй не сдавался.
— Мне нужно оформить документы для проживания в общежитии.
— Я помогу тебе с этим. А потом вместе поужинаем!
Одноклассники с изумлением наблюдали за Лэн Цижуем — холодный и дерзкий хулиган превратился в образец галантности и обаяния, когда дело касалось девушки, которая ему нравилась!
Чжун Нуаньнуань прекратила собирать вещи и, глядя прямо на Лэн Цижуя, без обиняков спросила:
— Ты в меня влюблён?
Этот внезапный вопрос застал Лэн Цижуя врасплох. Его сердце вновь бешено заколотилось, и впервые в жизни он почувствовал, что такое настоящая нервозность.
[О боже... У Лэн Шао покраснели уши!]
http://tl.rulate.ru/book/76357/7478334
