Готовый перевод Omniscient First-Person’s Viewpoint / Всеведущая Точка Зрения от Первого Лица: Глава 214. Если ты все равно собираешься меня связать...

Чтобы предотвратить непредсказуемые действия Звездного Генерала, Регрессор скрупулезно завязывала узлы изо всех сил. Поэтому она раздраженно отреагировала на мое вмешательство.

— Что. Что теперь?

— Тебе действительно нужно завязать еще один узел?

Я указал на узлы, которые завязала Регрессор.

В настоящее время Небесный Шелк не только был за ее спиной, где были её руки, но и обматывал её спереди, чтобы она не могла сбежать, надежно связывая ее.

Но может ли это быть потому, что она завязала его слишком туго? В конце концов, Хистория, казалось, чувствовала себя неуютно в несколько ином смысле.

— О чем ты говоришь? Что не так с моими узлами?

— Ну, я имею в виду… Хотя это немного неловко произносить вслух…

Намеренно притворяясь, что смущаюсь, обмахиваюсь веером, и в то же время украдкой взглянул на Регрессора, глядя на нее так, словно она была невероятно смелой и откровенной.

Когда Регрессор нахмурилась, увидев мой нечистый взгляд, я ответил тем, что полностью закрыл глаза пальцами.

— Это потому, что ограничения, похоже, изо всех сил стараются подчеркнуть фигуру Рии, понимаешь? Это заставляет меня задуматься, следует ли мне похвалить твою смелость или выразить обеспокоенность по поводу объективации твои... мотивов.

— Хааа? Что за чушь вы оба несете…

Следуя направлению моих пальцев, Регрессор наконец увидела Хисторию с более объективной точки зрения.

Хистория была одним из Шести Звездных Генералов. Обычные ограничения не могли ее удержать. Она могла разорвать цепи, и если было нужно, она была готова удлинить или укоротить свои руки. С этой точки зрения, быть предельно осторожным было, возможно, естественным образом действий.

Однако, возможно, это из-за этого факта? Регрессор не обратила особого внимания на те части, которые были бы заметны, если бы она действительно была мужчиной. Вместо этого, сосредоточившись на затягивании шёлка, она в итоге подчеркнула фигуру Рии через ее униформу.

— Ах.

«А, точно. Я же выгляжу как парень, в конце концов. Я, должно быть, кажусь извращенцем….»

Осознав это, Регрессор коротко посетовала. Тем временем Хистория просто повернула голову и насмешливо ответила.

— Хм. Понятно. Так у тебя не было никаких особых мыслей. Подумать только, ты мог бы сделать это, не особо задумываясь… Несмотря на твою внешность, ты довольно хитер.

— НЕТ! На что такая пленница, как ты, намекает?! И еще! Я был позади тебя, когда завязывал узлы, так что я не знал!

Она, казалось, поняла, что любое объяснение будет звучать как оправдание. Поэтому Регрессор, учитывая, как она будет выглядеть с точки зрения других, поспешно отвергла это.

— Никто из вас не должен думать о чем-то странном!

Я тоже ничего странного не думал. Я просто с удовольствием наблюдаю за неловкой ситуацией, в которой находится моя одноклассница. Я благодарю Регрессора за эту возможность.

— Я уверен, что это просто инстинкт. Я понимаю. Но все же, преследовать моего когда-то лучшего друга прямо у меня на глазах — это то, что... Я имею в виду, разве это не немного неуважительно по отношению ко мне?

— Неуважение?! Какое неуважение?!

— Я мог бы завязать лучше. Это заставляет меня думать, что мне следовало бы сделать это самому.

— Нет, это даже хорошо, что я это сделал! Потому что у меня не было таких неподобающих мыслей, как у тебя!

— А, точно. Я почти забыл. Ты сказал, что тебе нравятся мужчины, вер-

— Я ЖЕ ГОВОРИЛ ТЕБЕ, ЧТОБЫ ТЫ ЗАБЫЛ ОБ ЭТОМ!

Регрессор взвизгнула от разочарования, достигнув предела своих умственных способностей.

— Что же ты хочешь, чтобы я сделал?! Просто выпустил Оружейника прямо здесь, пока она среди нас?!

[Шей.]

Вот тогда. Изнутри контейнера раздался темный голос из черного гроба, который тихо лежал. Тыр, которая немного вздремнул, пока атака Военного Государства приостанавливалась, наконец проснулась.

Регрессор была полна предвкушения прибытия потенциального союзника.

— Тырканзяка! Скажи что-нибудь!

Поскольку солнце еще не полностью село, Тыр не вышла из гроба. Вместо этого она вибрировала во тьме, передавая только свой голос.

[...Это так стыдно, что я не могу смотреть на это. Я никогда не жаловалась на твои действия и не подвергала сомнению твое поведение. Однако после сегодняшнего дня мне, возможно, придется пересмотреть свое суждение о тебе...]

— ЭТО НЕ ТАК!

Однако, к несчастью для нее, прозвучавший голос не был в поддержку Регрессора.

Регрессор, опешив, запротестовала почти плачущим голосом.

— Я знаю, что ты пытаешься сказать! Но это не значит, что я могу просто отпустить ее на волю!..

«Маскировка под мужчину привлекает столько ненужных недоразумений! Мне следовало просто снять одежду, прежде чем этот придурок присоединился к нам!.. Нет, погодите. Мне стоит хотя бы показать это сейчас, даже если это немного экстремально? Что моя грудь забинтована?»

Ах, нет, нет. Это не разрешено. Это было бы хлопотно для меня во многих отношениях. В конце концов, даже если я знаю, мне придется притворяться удивленным. Слишком много работы для меня.

Кроме того, оставаться одетым как мужчина имеет свои преимущества во многих отношениях. Я не могу просто позволить тебе раскрыть свой настоящий пол прямо сейчас.

Давайте перестанем ее дразнить. В конце концов, игрушки нужно беречь и хранить, чтобы использовать их позже.

— Это нормально — позволить этому быть немного свободным. На самом деле, как сказал мистер Шей, Рия была поймана намеренно.

— Видишь!

Услышав мои слова, Регрессор оживилась и указала на Хисторию. Но затем она скрипуче повернула палец в мою сторону.

— Подожди, что?! Ты уже знал?! Тогда почему ты ничего не сказал?!

— Неважно, знал я или нет. В конце концов, ее поимка была моим достижением в любом случае. Но ты продолжал это подрывать. Так что, знаешь ли... Это задело мои чувства.

— Причина действительно была в этом?! И я даже не ошибся!

Порычав на меня, как Аззи, Регрессор с новой силой указала на Хисторию.

— Как я и думал! Я так и подозревал! Она притворяется, что ее схватили, пока она пробирается сюда, чтобы собрать информацию, верно?! Хорошая попытка, но я никогда этого не допущу…

— Нет. Это не так. Рию схватили, потому что она вела со мной переговоры, при условии, что я предоставлю ей информацию.

Тыр проснулась, и солнце почти село. Пришло время начать рассказывать историю, чтобы начать следующую операцию.

Когда я указал глазами на Хисторию, она небрежно выронила сигарету и раздавила ее своим армейским ботинком. Затем она стерла с лица насмешливую улыбку; выражение ее лица стало серьезным, и она заговорила сухо.

— Отныне все, что я говорю, — это моя собственная воля, а также личное дело. Клянусь, это не имеет никакого отношения к Военному Государству… Хотя, верить этому или нет — это ваш выбор.

— ... Хмф. Личное, да? Это не похоже на Военное Государство.

Поняв, что ее дразнят, Регрессор угрюмо пробормотала. Хистория ухмыльнулась, словно найдя ее милой, и ответила.

— Человека, преследуемого Военным Государством, зовут Хьюи. Он был учеником средней военной школы Гамельна. Хьюи и я были одноклассниками, посещали одни и те же занятия в течение трех лет. И…

Хистория сделала паузу, не для драматического эффекта, а чтобы упорядочить свои мысли. Однако это заставило Регрессора и Тыр обратить на нее еще больше внимания.

Сосредоточившись, Хистория продолжила, подавляя нахлынувшие на нее эмоции.

— И… в конце третьего года обучения, во время практических занятий, Хьюи убил 161 наших одноклассников, а затем покончил с собой. По крайней мере, так сообщалось.

Если бы кто-то другой услышал эту тяжелую правду, он бы, возможно, напрягся или неловко отвернулся. Но ни Регрессор, ни Тыр не отреагировали чутко. ​​В конце концов, они действовали на довольно глобальном уровне.

Особенно это касалось Регрессора, которая даже зашла так далеко, что делала провокационные замечания.

— Тогда, должно быть, об этом сообщили неправильно. В конце концов, он жив, а все жертвы из Гамельна якобы покончили с собой, утопившись в реке.

По-своему, это была попытка защитить меня.

В конце концов, в предыдущей регрессии Регрессор, которая раскрыла грязные секреты Военного Государства и сотрудничал с Сопротивлением, чтобы свергнуть его, была посвящен в различную конфиденциальную информацию.

Но…

— ... Так что об этом тоже сообщалось.

Регрессор почувствовала в кратком ответе что-то странное и замолчала.

— Это конфиденциально, но, кажется, ты как-то об этом слышал. Да, твои слова верны. Это правда, что в последние минуты жизни мои одноклассники, которые подняли оружие против Военного Государства, или, если быть точнее, Военной школы Гамельна... сами бросились в реку. Конечно, любой, кто это услышал бы, подумал бы, что это самоубийство.

Закончив, пронзительный взгляд Хистории обратился ко мне. Ее томные глаза были наполнены не жаром, а скорее колючей, похожей на шип тоской. Она нагло указала на меня и заговорила.

— Только он знает, что на самом деле произошло. Однако он тоже исчез. Все говорили, что он утонул в реке Гамельн, и на все на это надеялись. Все, кроме меня.

Быстро повернув голову, Хистория бросила взгляд последовательно на Регрессора и гроб, в котором находилась Тыр.

— Я сделаю все, что потребуется, чтобы услышать эту историю. Это также причина, по которой я добровольно стала пленницей и разглашаю секреты всем вам, врагам Военного государства. В конце концов, если вы будете слушать, Хьюи не будет так легко лгать.

Чем больше было слушателей, особенно если они были могущественными или внушительными, тем больше становилось бремя лжи. Именно к этому стремилась Хистория.

Однако…

[... Какая тривиальная причина.]

Мои товарищи, как и Тыр, доверяли мне гораздо больше, чем она ожидала.

[Даже если Ху будет лгать, чтобы обмануть тебя, ты действительно думаешь, что я буду допрашивать его от твоего имени? Ты, кажется, вложила в это некоторые мысли, но ты сильно ошибаешься. Ху, тебе не нужно говорить ни единого слова. Делай, как хочешь.]

На мгновение Хистория, несомненно, растерялась. Она не могла ожидать, что Тырканзяка, могущественное древнее существо, будет так яростно меня защищать.

Пока она была в плену, она фактически рисковала своей жизнью. Однако, столкнувшись с возможностью ничего не получить, Хистория должна была хотя бы напустить на себя видимость спокойствия.

— Так ты соблазнил даже Прародительницу, Хьюи? Как впечатляет. Кажется, слухи, окружавшие тебя, не были просто выдумками?

[...Слухи вокруг него?]

Упс. Интерес Тыр был задет. Тыр, которая должна была давить на Хисторию, внезапно остановилась и притворилась невежественной.

[...Использование моих сил в течение дня утомляет меня. Решайте между собой. Я немного отдохну.]

Предположительно, так она сказала. Однако тот факт, что она все еще держала ухо обращенным в нашу сторону, несколько раздражал.

Регрессор ответила небрежно.

— Ты обещал рассказать, не так ли? Тогда тебе следует это сделать.

Я собирался сказать ей с самого начала, ясно?! Твоя настойчивость создает впечатление, что я собирался нарушить свое обещание или что-то в этом роде!

Даже в этой ситуации Регрессор, жаждущая информации, воспользовалась возможностью услышать от Хистории различные подробности.

— Военное государство изначально было склонно практиковать активное избегание взаимодействия с нами. Является ли это также причиной того, что нас преследуют, несмотря на это?

— Я не знаю. Это решать Командованию. Но это не совсем не связано. Гамельнский крысолов. Это скелет в шкафу, который Военное государство предпочло бы никогда не выпустить на свет.

— Всего лишь из-за сотни человек?

Фокус переместился на Регрессора. Почувствовав внимание, она быстро махнула рукой.

— Нет, я имею в виду, что сотня — это много. Но это же военное государство, верно? Это место, где сотни людей ежедневно умирают от родов. Так что этот уровень смертности для них ничего не значит. Хотя аспект самоубийств несколько тревожит.

Это был обоснованный вопрос с точки зрения Военного Государства, отбросив гуманные чувства. Хистория медленно ответила.

— ... Это из-за проклятия.

— Проклятия?

— Даже я не знаю больше этого. Так что мне нужно это услышать.

Отклонив вопрос, темный и мутный взгляд Хистории резко повернулся ко мне. Ответственность за ответ теперь легла на меня.

— От него. Гамельнского крысолова.

Я собирался рассказать всем в любом случае. Было бы проблематично, если бы мои товарищи не знали, почему Военное Государство преследует нас. Просто пока не представилась такая возможность.

Итак, с чего начать?

И тут до меня донесся успокаивающий голос Тыр.

[Все в порядке, Ху. Что такого важного в сотне или около того человек? Если только они не новообращенные, редко можно увидеть вампира, у которого количество убийств не меньше трехзначного числа.]

— Извини, Тыр. Подобные разговоры меня не успокаивают и не способствуют размножению вампиров.

[... Вот как?]

Когда я прочистил горло, Тыр замолчала и приготовилась слушать. Регрессор сделала то же само.

— ... Хух.

Даже Аззи, которая подошла по какой-то причине, навострила уши, «прислушиваясь» в самом прямом смысле. Видимо, теперь это стало историей, которую слушала даже собака.

Даже среди них Хистория смотрела на меня особенно напряженными глазами. Хотя ее руки были связаны, это, вероятно, не имело бы значения, даже если бы они были свободны. В конце концов, ее острый взгляд и отчаянное желание узнать историю связали меня.

Сцена была установлена, зрители рассажены. Мне оставалось только рассказать историю.

Я облизнул губы и медленно заговорил.

http://tl.rulate.ru/book/74815/4592037